Гармаев Ю.П. ГЛАВА 3. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРАВОНАРУШЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ НЕДОБРОСОВЕСТНЫМИ АДВОКАТАМИ // Незаконная деятельность адвокатов в уголовном судопроизвод-стве: Иркутск, 2005.


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Гармаев Ю.П.
Незаконная деятельность адвокатов в уголовном судопроизводстве:
Иркутск: ИПКПР ГП РФ, 2005. 390 с.


ОглавлениеПриложенияСправка об авторе

 

ГЛАВА 3. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРАВОНАРУШЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ НЕДОБРОСОВЕСТНЫМИ АДВОКАТАМИ

Приступаем к анализу правонарушений, допускаемых профессиональными защитниками в уголовном процессе. В первой главе с учетом темы исследования рассмотрено правовое положение защитника, пределы его полномочий которыми он может воспользоваться во взаимозависимой, состязательной, порой конфликтной среде, которой в настоящее время является уголовное судопроизводство.

Таким образом, от нормативной модели профессиональной деятельности защитника приступаем к изучению и анализу фактической модели его поведения в процессе. От того "как должно быть", переходим к тому, "как бывает".

Специфика описания каждого примера в параграфах настоящей и последующих глав заключается в том, что конкретные случаи из правоприменительной практики будут снабжаться кратким обоснованием правомерности либо неправомерности занятой защитником позиции. Для этого, в случае необходимости, будем ссылаться на положения первой главы, где та или иная правовая модель описана более подробно. К отдельным примерам, скрытым, неявным способам правонарушений, приводятся признаки (следы) их совершения, которые может использовать процессуальный противник или суд для нейтрализации незаконных средств и способов деятельности.

3.1. Классификация незаконной деятельности адвокатов

Как уже было отмечено в первой главе, законодательством конкретно не определены пределы полномочий защитника. Это обстоятельство, а так же многообразие форм противоправной деятельности, допускаемой недобросовестными защитниками, создает серьезные сложности не только в описании конкретных незаконных средств и способов, но даже в их классификации. Тем не менее, без распределения известных нам правонарушений по определенным группам на основе выделения сходных признаков (оснований классификации), их изучение и использование для применения мер нейтрализации было бы слишком затруднительным.

Поэтому все незаконные средства и способы деятельности адвокатов в уголовном процессе мы классифицируем по различным основаниям.

1. Прежде всего, по нормативно-правовому критерию классификации все допускаемые адвокатами нарушения можно поделить на:

1) преступления1;

2) иные правонарушения.

Последние с высокой степенью условности можно разделить на:

а) нарушения уголовно-процессуального закона;

б) нарушения закона об адвокатуре;

в) нарушения иного федерального законодательства2;

г) нарушения норм профессиональной этики (кодекса профессиональной этики адвоката) (См. Приложение 1. п. 1.1-1.5).

Здесь основанием классификации служит нормативно-правовой акт (отрасль, институт законодательства), который нарушает своими действиями недобросовестный адвокат.

Подчеркиваем, что это деление весьма условно, поскольку, например, все преступления, совершаемые недобросовестными адвокатами в связи с осуществлением своей профессиональной деятельности, всегда в той или иной мере являются нарушениями закона об адвокатуре, иного законодательства, и, конечно же, норм адвокатской этики. Так, если адвокат, предупрежденный в установленном законом порядке (ст. 161 ч. 2 УПК РФ), разглашает посторонним заинтересованным лицам данные предварительного расследования, в том числе показания подзащитного без его согласия, то он тем самым совершает преступление, предусмотренное ст. 310 УК РФ. Этими же действиями защитник нарушает названное требование УПК РФ, а так же положение п. 5 ч. 4 ст. 6 закона об адвокатуре (разглашение сведений, составляющих адвокатскую тайну).

Эти же действия запрещает Кодекс профессиональной этики (ст. 6, п. 4 ч. 1 ст. 9 и др.). Описание конкретных посягательств наглядно продемонстрирует эту особенность.

Помимо нормативно-правовой хотелось бы привести ряд других классификаций по иным, криминалистически значимым основаниям, поскольку правовые критерии разграничения не в состоянии обеспечить учет всех особенностей, имеющих значение для выявления и нейтрализации проявлений незаконной деятельности.

2. Важнейшим криминалистически значимым основанием классификации являются интересы подозреваемого (обвиняемого) по делу. Предвидим некоторое удивление отдельных читателей. Действительно, как деятельность защитника, пусть даже противозаконная, может быть направлена не на пользу клиента? Однако практика показывает, что такое не просто может быть - это весьма распространенная практика, одно из самых негативных, безнравственных явлений в адвокатской среде.

Итак, по этому основанию все незаконные средства и способы можно разделить на:

1. реализуемые в интересах подзащитного;

2. реализуемые из ложно понятых его интересов, но на самом деле вопреки им;

3. реализуемые сознательно вопреки интересам подзащитного (См. Приложение 3, п. 2.1-2.3, а так же Приложение 6).

Безусловно, важнейшими интересами подозреваемых, обвиняемых по делу чаще всего являются:

а) освобождение от уголовной ответственности и от наказания (полное или хотя бы частичное, по реабилитирующему, либо хотя бы по нереабилитирующему основанию3;

б) смягчение наказания (уменьшение размера наказания, замена более строго наказания менее строгим и т.д.);

в) освобождение от имущественных требований, заявленных в рамках гражданского иска в уголовном деле;

г) реабилитация, т.е. возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда, восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, в случае возникновения права на реабилитацию (См. гл. 18 УПК РФ). Сюда же входит и стремление подзащитного затратить как можно меньшие средства на оказание юридической помощи;

д) иные интересы (сохранение доброго имени, стремление в рамках закона "воздать по заслугам" заявителю о преступлении и т.п.).

Разумеется, подавляющее большинство средств и способов защиты, в том числе и незаконных, используются адвокатами исключительно исходя из вышеназванных интересов своих клиентов. Порочный принцип "защитить клиента любыми средствами" является в настоящее время основным для многих недобросовестных представителей профессии.

Однако в практике весьма распространены случаи, когда адвокаты, в основном с низкой квалификацией (См. 3.2.4) и без большого опыта работы, стремясь помочь клиенту, наносят ему серьезный вред. Так, по одному делу о групповом разбойном нападении защитник в процессе попытался всю вину за организацию нападения перевести со своего подзащитного на другого подсудимого (сообщника), что не соответствовало действительности4. Возмущенный вероломством своего бывшего товарища, последний дал новые показания против обидчика, существенно усугубив его вину. Такие виды незаконных способов бывают как скрытыми, так и явными. Но вероятно, чаще всего они явные (См. Приложения 3 и 6 п. 2.5 и 2.6).

Вместе с тем, все большее распространение получают факты, когда адвокат сознательно действует против своего подзащитного. Так, не редки случаи, когда защитник идет на сговор со следователем, которого, в связи с этим, иначе, как предателем своей системы и преступником не назовешь, о том, что последний даже без достаточных оснований задержит подозреваемого в порядке ст. 91 УПК РФ, "попугает" его, с тем, чтобы адвокат мог продемонстрировать способность эффектно освободить подзащитного и получить высокий гонорар. Этими "грязными" деньгами адвокат, как правило, делится с коррумпированным следователем, угощает его в ресторане, делает подарки, оказывает "спонсорскую помощь" подразделению и т.п.

Подобные, без преувеличения сказать, омерзительные действия, выявляются в практике крайне редко, имеют очень высокий коэффициент латентности. Широко известно, что защитник никоим образом не может содействовать следователю в установлении всех обстоятельств дела, и тех, что свидетельствуют против его подзащитного5. Но все чаще и чаще это неприложное правило нарушается недобросовестными защитниками.

Наиболее часто незаконные способы, направленные против своих подзащитных реализуют "коррумпированные" адвокаты (См. 3.2.11) и "адвокаты-мошенники". Их жертвами чаще всего становятся люди следующих типов ("группа жертв"):

- "приезжие" доверители, т.е. жители не того региона (государства), где было совершено преступление и/или возбуждено уголовное дело;

- лица, не владеющие языком уголовного судопроизводства (ст. 18 УПК РФ, в ред. ФЗ от 29.05.02 № 58-ФЗ);

- лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности, не имеющие специального юридического образования, знаний и навыков участия в уголовном судопроизводстве, "нужных" знакомств, сторонних консультантов и т.п.;

Напротив - к доверителям, в отношении которых недобросовестные адвокаты чаще всего опасаются применять незаконные способы, противоречащие интересам доверителей, относятся следующие типы личностей ("группа риска"):

- представители организованных преступных формирований (ОПГ, ОПС);

- бывшие и действующие работники правоохранительных органов, их близкие родственники и другие лица, имеющие опыт общения с адвокатами в уголовном судопроизводстве;

- местные жители, имеющие обширные связи, прежде всего среди работников суда, органов юстиции, правоохранительных органов;

- рецидивисты (прежде всего опасные и особо опасные), другие лица, имеющие преступный опыт, отбывавшие наказания в виде лишения свободы и пользующиеся авторитетом в криминальных кругах и т.п.; (См. Приложение 4).

Бывает, что действия против собственных подзащитных допускают и высококвалифицированные адвокаты (См. 3.2.5), подкупленные заинтересованными лицами, например, представителями сообщника по групповому делу, у которого с подзащитным этого адвоката имеются существенные противоречия в интересах. Хотя бывает, что последствием подкупа такого адвоката является его отказ от защиты (См. 5.7).

Особой разновидностью действий против собственного подзащитного, являются применяемые адвокатом средства и методы, которые на первый взгляд, на уровне тактических целей, реализуются вроде бы исключительно в интересах клиента, однако, исходя из стратегических интересов защиты, эти средства и методы приводят к результатам, противоречащим интересам подозреваемого, обвиняемого.

Поясним это на весьма распространенном примере. Предположим, обвиняемый по делу не признает свою вину и в действительности не причастен к инкриминируемому деянию. Однако недобросовестный следователь, злоупотребляя своими полномочиями6, угрожает ему, что изменит меру пресечения с подписки о невыезде на арест. Защитник обвиняемого идет на сделку со следователем о неприменении заключения под стражу взамен на признание подзащитным своей вины. Обращаясь затем к своему клиенту, адвокат уговаривает его признать вину (или поддерживает следователя в его давлении на подследственного), мотивируя это тем, что лучше во всем сознаться, чем лишиться свободы.

По общему, если так можно выразится, правилу "адвокат не имеет права ни по моральным, ни по тактическим соображениям идти на незаконные соглашения со следователем, например, о неприменении заключения под стражу в случае признания подзащитным своей вины в инкриминируемом деянии"7.

Эта разновидность незаконных средств и способов отличается от действий, исходя из ложно понятых интересов защиты (второй вид из предложенной классификации) тем, что здесь недобросовестный адвокат не заблуждается, а хорошо понимает, что в конечном итоге действует против интересов своего подзащитного. Его деятельность может способствовать осуждению невиновного или незаконному прекращению дела по нереабилитирующему основанию.

Однако необходимо отметить неоднозначность вопроса о признании таких действий адвоката незаконными (неэтичными). Например, что если в приведенном примере обвиняемый не признается в преступлении, которое реально совершил, у следствия имеются неопровержимые доказательства его вины, не будет ли подобное соглашение единственно верным для защиты решением? Более подробно этот вопрос будет рассмотрен позднее в гл. 10.1.

3. С предшествующей классификацией имеет много общего следующая. Здесь основанием деления всех незаконных средств и методов защиты являются интересы правосудия и предварительного расследования (См. например, ст. 6 УПК РФ). По этому критерию все незаконные средства и методы следует разделить на:

- незаконное противодействие правосудию и предварительному расследованию;

- незаконное содействие правосудию и предварительному расследованию;

- незаконные средства и методы, нейтральные по отношению к интересам правосудия и предварительного расследования (См. Приложение 3. п. 3.1 - 3.3).

В.Н. Карагодин в своей докторской диссертации и монографии, специально посвященных теме преодоления противодействия предварительному расследованию, определил противодействие как умышленные действия (или система действий), направленные на воспрепятствование выполнению задач предварительного расследования и установлению объективной истины по уголовному делу8.

Автором дана подробная характеристика противодействия, классификация его актов. Среди субъектов противодействия В.Н. Карагодин называет лиц, виновных в совершении преступления, и лиц, непричастных непосредственно к преступному деянию9. Среди последних выделяются свидетели-очевидцы, должностные лица предприятий, учреждений и организаций, в которых было совершено расследуемое преступление и вышестоящие руководители, представители контрольно-ревизионных органов, региональных органов власти и управления, работники правоохранительных органов, представители СМИ, родственники и близкие виновного и другие лица. И хотя В.Н. Карагодин не выделяет профессионального защитника в качестве субъекта противодействия10, однако автор отмечает, что при разработке криминалистических характеристик, методик расследования отдельных видов преступлений могут выделяться и другие виды актов противодействия, оказываемого иными группами субъектов11.

Незаконное противодействие правосудию и предварительному расследованию со стороны недобросовестных адвокатов всегда направлено против процессуальных противников (следователей, прокуроров, дознавателей, судей) и может выражаться в разнообразных формах преступной и иной противоправной деятельности (подкуп свидетелей, фальсификация доказательств, умышленный срыв, затягивание процессуальных действий и т.п.).

Но особо отметим, что не всегда незаконное противодействие расследованию - это деятельность в интересах подзащитного. Так, "скандальный" адвокат, оскорбляя участников судебного заседания, чаще вредит своему клиенту. Тем не менее, незаконное противодействие расследованию обобщает большую часть всех незаконных средств и методов профессиональной защиты.

Однако следует особо подчеркнуть, что противодействие правосудию и предварительному расследованию со стороны адвокатов далеко не всегда является незаконным. Как правильно отмечает В.Н. Карагодин, не все виды противодействия противоправны, далеко не все они общественно опасны и антисоциальны. Так, закон предоставляет подозреваемым, обвиняемым право на защиту всеми законными способами и, тем самым, позволяет прибегать, в том числе и к противодействию12.

Но не все незаконные средства и способы деятельности адвокатов можно отнести к противодействию задачам правосудия и предварительного расследования. Многие из них содействуют этим задачам и при этом являются незаконными. В их числе можно назвать публичные заявления адвоката о доказанности вины подзащитного, если тот ее отрицает, разнообразные уловки "коррумпированного" адвоката, сотрудничающего с недобросовестным следователем в целях изобличения подозреваемого и т.п.

Некоторые незаконные средства и методы реализуются защитником таким образом, что они остаются нейтральными по отношению интересам правосудия и предварительного расследования. К таким нарушениям следует отнести действия адвоката, когда он незаконными средствами и методами добивается законного интереса доверителя. Например: понуждение свидетеля к даче правдивых показаний, дача взятки следователю за правомерные действия, связанные с обоснованным прекращением уголовного преследования и т.п.

Из трех этих видов нарушений наиболее распространены и общественно опасны первые два. Причем первый вид - незаконное противодействие расследованию, как правило, сопровождается острыми конфликтами между сторонами в процессе. Отчасти поэтому незаконное противодействие со стороны адвокатов чаще выявляется и пресекается, поскольку в этом весьма заинтересованы правоохранительные органы (суд).

Что же касается незаконного содействия, то такие нарушения выявляются значительно реже. Сторона обвинения часто идет на сомнительные с позиции закона и этики сделки с адвокатами, недобросовестные следователи не заинтересованы в изобличении таких действий адвоката. Эти нарушения реализуются чаще в бесконфликтной обстановке. Но именно, они чаще всего, хотя и не всегда, противоречат интересам доверителей, которые остро реагируют на предательство со стороны своего адвоката. Отсюда понятно, почему незаконное содействие правосудию и предварительному расследованию со стороны адвокатов реже выявляется и пресекается. Доверитель имеет гораздо меньше возможностей для борьбы с такими нарушениями.

4. Кроме названных классификаций, хотелось бы предложить деление всех незаконных средств и методов на:

- явные (очевидные);

- и скрытые (замаскированные, латентные) (См. Приложение 3 п. 4.1-4.2).

Для первых характерно то, что все признаки их совершения, как говорится, на лицо, например, оскорбление судьи в процессе. Забегая вперед, отметим, что основные задачи преодоления таких нарушений сводятся:

- к надлежащей фиксации этих нарушений;

- к их правильной правовой оценке;

- к правильному выбору организационно-тактических средств нейтрализации13.

Нейтрализация второго вида - скрытых нарушений, представляет значительно более сложную проблему. Речь идет, например, об оказании такого давления на потерпевшего, с целью его отказа от показаний против обвиняемого и др.

Скрытые нарушения, как правило, и более опасны, чем явные. В дополнении к вышеназванным задачам, для противодействия скрытым нарушениям необходимо, в первую очередь, их надлежащим образом выявить, распознать.

5. Кроме изложенного, исходя из того, на кого или на что направлены незаконные средства и методы14, все они подразделяются на следующие виды:

1) направленные на лицо, производящее расследование или на суд, их родных и близких;

2) направленные на других участников процесса: свидетелей, потерпевших, экспертов, специалистов и др., их родных, близких, друзей;

3) направленные на другие источники доказательственной информации: вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы и предметы (См. ст. 81, 83 и 84 УПК РФ);

4) направленные на процесс расследования, решение его задач, условия его производства (См. Приложение 3. п. 5.1-5.4).

К первому виду относятся, в частности, оскорбления, препирательства с участниками судебного заседания, разглашение адвокатом сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении участников уголовного процесса (ст. 311 УК РФ) и проч. Большинство видов этих нарушений относятся к явным. К скрытым относятся собирание компрометирующих материалов на следователя (судью), попытка подкупа следователя (судьи) и др.

Ко второму виду относятся: подкуп свидетелей, потерпевших, экспертов, специалистов, понуждение их к даче ложных показаний, заведомо ложное заявление о низкой квалификации эксперта и т.п.

К третьему виду относятся: уничтожение доказательств обвинения, их фальсификация, хищение документов из уголовного дела при ознакомлении с его материалами в порядке ст. 217 УПК РФ и др.

К четвертому виду относятся: умышленное затягивание расследования, срыв следственных и судебных действий, шантаж следователя по принципу: "подписание адвокатом следственных документов в обмен на свободу его клиента" и т.п. (См., например, 5.7; 5.15-5.17 и др.).

6. По мотиву совершения все незаконные средства и методы можно разделить на:

1) совершаемые адвокатом из корыстных побуждений;

2) совершаемые им не только и не столько ради получения имущественной выгоды, а из иных побуждений (См. Приложение 3 п. 6.1-6.2).

Эта классификация, впрочем, как и остальные, носит очень условный характер. Нельзя забывать, что основной, доминирующей мотивацией в работе подавляющего большинства адвокатов выступает стремление к справедливости и осознание высокого назначения для защиты прав личности, творческий характер труда и самостоятельность, позволяющая проявить инициативу и активность возможность с чистой совестью сказать, что все указанные в законе средства и способы защиты действительно были использованы15.

В то же время любой адвокат своей практикой зарабатывает себе на жизнь, и нет ничего недостойного в том, что он рассчитывает получить вознаграждение, адекватное сложности дела, затраченным усилиям, понесенным расходам и т.д.

Поэтому оговоримся, что, выделяя незаконные методы профессиональной защиты, совершаемые из корыстных побуждений, мы в данном контексте имеем ввиду противоречащие закону и адвокатской этике действия, где основным мотивом адвоката является получение незаслуженного, либо не разумного по своим размерам гонорара16.

Например, по одному делу адвокат вымогал у своего клиента крупную сумму денег, мотивируя это тем, что поделит их между "нужными" судьями районного суда и тем самым добьется прекращения дела. После получения денег адвокат их присвоил и сразу же уехал в длительный отпуск за границу, а подзащитный был осужден к лишению свободы.

Данному типу незаконных действий присущи следующие признаки:

- адвокат запрашивает явно неразумную, несправедливую сумму гонорара, не обусловленную характеристикой оказываемой помощи. Подзащитный и его родственники ищут в займы крупные суммы, интересуются, что адвокат конкретно сможет сделать за эти деньги и т.п.;

- распространяется слух, или недобросовестных адвокат прямо заявляет, что часть значительной суммы гонорара якобы идет на взятки следователю (прокурору, судье), угощения, рестораны, а так же финансирование судебных издержек (транспорт для органов расследования, ксерокопирование документов и проч.);

- адвокат постоянно жалуется подзащитному на материальные проблемы, неплатежеспособных, недобросовестных клиентов и т.д.;

- адвокат теряет интерес к защите, когда клиент прекращает вносить регулярные суммы оплаты, пытается уклониться от оказания помощи, провоцирует подзащитного добровольно отказаться от него и т.д.

Незаконными методами, применяемыми защитником из иных побуждений, могут быть действия, совершаемые адвокатом по мотиву личной неприязни к следователю, иным участникам процесса, из мести за обиду, "несговорчивость" по данному и другим делам. Среди адвокатов редко, но встречаются и такие, которые вообще не могут работать иначе, как посредством ругани, оскорблений, скандалов, попыток дискредитации. Мотивами такого поведения часто бывает чувство профессиональной неудовлетворенности, ненависть ко всем работникам правоохранительных органов, желание произвести о себе выгодное впечатление на подзащитного, всех присутствующих в суде, как о непримиримом правозащитнике, бескомпромиссном юристе, неудовлетворенное самолюбие, жажда власти и т.п.17.

Кроме изложенного, иными мотивами адвокатских нарушений могут быть личная дружба, родственные, семейные, иные личные отношения с самим подзащитным, его родственниками и друзьями. Часто иным мотивом совершения незаконных действий является желание адвоката поменьше работать, облегчить себе жизнь. Бывает, что незаконные действия он совершает ввиду угроз, шантажа, насилия со стороны недобросовестных сотрудников правоохранительных органов.

Распространенным мотивом является, и стремление недобросовестного адвоката скрыть свою некомпетентность. Многие "коррумпированные" адвокаты, "прикормленные" к конкретному следственному подразделению (подразделению дознания) идут на аморальные сделки со стороной обвинения по следующим мотивам. Работу они получают в основном "по рекомендации" самих следователей и дознавателей (а точнее благодаря навязыванию этого адвоката подозреваемому). Такие псевдозащитники в тайне осознают, что в силу своей низкой квалификации не смогут обеспечить себя работой самостоятельно, в условиях свободной конкуренции с квалифицированными адвокатами, а потому идут на любые сделки с представителями правоохранительных органов, лишь бы не потерять их дружеского расположения, а значит и клиентуру.

Для следователя, прокурора, судьи, не участвующего в описанной круговой поруке, а так же для доверителя, признаки таких нарушений могут проявиться в следующем:

- у адвоката самые добрые, дружеские отношения с соответствующими сотрудниками. Вместе отдыхают, отмечают праздники, обедают, подолгу остаются наедине с ними в кабинетах и т.д.;

- адвокат редко критикует сотрудников, отзывается о них весьма положительно, постоянно намекает своему клиенту на это, а так же на то, что все вопросы он может решить, лишь бы клиент платил;

- адвокат редко заявляет ходатайства, жалобы, отводы следователям подразделения и т.д. Даже когда подзащитный настаивает на этом, адвокат под разными предлогами уклоняется от этих обязанностей;

- часто позиция адвоката по делу совпадает с задачами следствия. Он уговаривает подзащитного признать вину, выдать соучастников и т.д., мотивируя это его же интересами, советует линию защиты, направленную не на противодействие, а на компромисс со следствием и т.д.;

- по делам такого защитника редко вступают в законную силу правовые решения, которые не устраивали бы сторону обвинения (оправдательный приговор, возвращение дела прокурором для дополнительного расследования и др.).

Но далеко не всегда эти признаки свидетельствуют именно о круговой поруке. Часто доверительные, бесконфликтные отношения между защитником и следователем объясняются взаимным уважением, порядочностью, дисциплиной и ответственностью с каждой стороны и т.п.

7. И еще одну из возможных классификаций хотелось бы привести в этой части работы. Она имеет существенное значение для процедуры привлечения адвокатов к различным видам ответственности за допускаемые нарушения. Основанием классификации здесь служат внешние формы проявления тех или иных нарушений со стороны защитника. По этому основанию все незаконные деяния можно весьма условно разделить на:

- действия, носящие характер "мнения, выраженного при осуществлении адвокатской деятельности";

- иные нарушения (См. Приложение 3 п. 7.1-7.2).

Практическая значимость этого деления состоит в том, что вступившим в силу законом об адвокатуре установлено, что ни один адвокат не может быть привлечен к какой-либо ответственности (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) за выраженное им при осуществлении адвокатской деятельности мнение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность адвоката в преступном действии (бездействии) (ст. 18 ч. 2 Закона)18.

Пока действует эта совершенно неудачная, на наш взгляд, редакция нормы закона, мы вынуждены констатировать следующее. Если действия недобросовестного адвоката носят характер "мнения, выраженного при осуществлении адвокатской деятельности", то для органов и лиц, выявивших эти нарушения и желающих их пресечь, наиболее предпочтительным является возбуждение уголовного дела против этого адвоката. Если, конечно, эти действия подпадают под признаки состава преступления19.

В противном случае, даже при явном, грубом характере допущенных адвокатом правонарушений адвокатская палата, на основании заключения своей квалификационной комиссии может отказать в рассмотрении любого представления или жалобы в связи с тем, что допущенные адвокатом нарушения являются пресловутым "мнением" и предложить субъекту внесения представления или жалобы подождать до вступления в силу приговора суда.

Даже если адвокатская палата, выявив грубое нарушение этики и проявив принципиальность, примет решение о прекращении статуса адвоката, наказанный вправе обжаловать это решение палаты в суд20 именно по этому формальному критерию, отсутствию вступившего в силу приговора суда по вопросу о "мнении". Весьма вероятно, что и суд при всей очевидности правонарушения, недобросовестности адвоката, вынужден будет отменить решение адвокатской палаты по этому - чисто формальному критерию.

Если же адвокатом совершен второй тип нарушения, т.е. иные действия, не носящие характер "выраженного мнения", то у субъекта внесения представления (жалобы) есть значительно большие шансы добиться наказания недобросовестного адвоката без возбуждения уголовного дела.

Данная классификация имеет важное значение для выбора стратегии и тактики нейтрализации незаконных средств и методов защиты21.

Изложенное здесь уже в самом общем виде показывает, насколько важно для организации противодействия таким методам знание их основных видов и групп, умение распознавать, диагностировать те или иные нарушения, исходя из признаков, присущих тому или иному выделенному нами виду.

Для этих же целей необходимо рассмотреть типичные данные о личности адвокатов в их связи с характеристикой типичных незаконных средств и методов профессиональной деятельности. К этому вопросу мы и перейдем в следующем параграфе.

3.2. Обобщенные данные о личности адвокатов и характеристика допускаемых правонарушений

Знание субъектом предварительного расследования обобщенных данных о личности адвокатов, имеет важное значение для реализации мер противодействия незаконным средствам и методам профессиональной защиты.

Имея хотя бы самое общее представление о типичных личностных качествах адвокатов, можно достаточно оперативно и с высокой степенью вероятности распознавать конкретные способы противоправной деятельности недобросовестных представителей профессионального сообщества, выявлять следы преступлений и иных правонарушений и т.д., и далее - планировать и реализовывать следственные и иные действия, а так же их комплексы (тактические операции), направленные на профилактику, нейтрализацию этих нарушений.

Вместе с тем, обобщенные данные о личности профессиональных защитников допускающих нарушения, равно как и все приводимые в настоящей работе элементы характеристики их деятельности, могут рассматриваться только как вероятностная модель и соответственно использоваться следователем, другими правоприменителями лишь в качестве ориентирующей информации22.

Не следует переоценивать значение этих данных, пытаться сформировать однозначные связи между тем или иным профессиональным, личностным качеством адвоката и приведенными способами совершения преступлений и иных правонарушений. Криминалистика относится к числу тех наук, в которых закономерности проявляются как тенденции, прокладывающие себе путь среди множества отклонений и случайных сдвигов23.

Следует особо подчеркнуть, что некоторые из выделенных нами личностных и профессиональных качеств адвокатов (адвокат "с предшествующим опытом" и без такового; "контактный" и "неконтактный" и др.), в той или иной мере присущи многим, если не всем представителям профессии. Повторимся, что по нашему глубокому убеждению подавляющее большинство адвокатов - честные и порядочные люди, все свои силы отдающие высоким целям правозащитной деятельности и не допускающие в своей работе каких-либо правонарушений. Поэтому совершенно недопустимо предполагать или делать вывод, что адвокат, имеющий те или иные выделенные нами качества, обязательно совершает или склонен совершать те или иные типичные нарушения.

Противозаконные средства и методы защиты допускают не все, а лишь недобросовестные представители адвокатуры, не уважающие в должной мере закон и нормы профессиональной этики. Недобросовестный адвокат обладает теми или иными рассмотренными здесь качествами, наличие которых и предопределяет вероятность совершения им нарушения определенного вида.

Нижеприведенные данные стали результатом проведенных опросов, как адвокатов, так и работников правоохранительных органов, личных наблюдений автора за годы следственной работы и деятельности по осуществлению прокурорского надзора за следствием и дознанием.

В работе так же использовались данные социологического исследования факторов, влияющих на деятельность адвокатов Московской городской коллегии адвокатов (МГКА), проведенного НИИ судебной защиты при МГКА24.

Итак, исходя из типичных свойств личности адвокатов, их можно разделить на группы по следующим основаниям:

По наличию предшествующего адвокатуре опыта работы в правоохранительных и судебных органах:

- имеющие предшествующий опыт работы в суде, в следственных органах, в органах дознания, в прокуратуре, а так же в оперативно-розыскных подразделениях (Далее - "опытные" защитники или защитники с предшествующим опытом);

- не имеющие такого опыта (См. Приложение 5 п. 1.1-1.4).

3.2.1. Адвокат "с предшествующим опытом".

Адвокаты, относящиеся к первой категории, как правило, имеют опыт и знания в тактике и методике расследования, личный авторитет, авторитет предыдущей должности, связи в правоохранительных и судебных органах. Такие адвокаты обычно весьма уважаемы в правоохранительных органах и судах. В своей работе они лучше находят язык со своими бывшими коллегами, хорошо знают их психологию и проблемы, условия и специфику их работы, типичные ошибки и нарушения, допускаемые ими и то, где и как их можно найти и использовать в интересах защиты. Часто они разными путями находят доступ к данным криминалистических учетов, напрямую общаются с экспертами, в том числе со специалистами государственных экспертных учреждений, что позволяет им решать в интересах клиента многие вопросы.

Эти же качества позволяют некоторым из них вступать в коррупционные связи с недобросовестными работниками правоохранительных органов (См. 3.2.11), действуя не в интересах клиента. Они имеют реальные возможности для незаконного воздействия на субъектов расследования и на суд. Незабытые профессиональные качества и опыт общения с людьми позволяют им весьма умело воздействовать на свидетелей, потерпевших и других участников процесса.

В целом, они являются, с одной стороны, цветом адвокатского сообщества, но с другой стороны, при невысоком уровне моральной чистоплотности и порядочности, они - опасные нарушители закона и этики.

Свойства личности и профессиональные качества адвокатов этой группы в свою очередь имеют существенные различия в зависимости от той профессии и должности, которую они занимали до адвокатуры. Предшествующая работа налагает неизгладимый отпечаток на средства и способы защиты. Так, бывший следователь лучше других ориентируется в процессуальных вопросах предварительного расследования, в квалификации преступлений, которые он ранее сам расследовал. Поэтому, при прочих равных условиях, недобросовестный адвокат с таким опытом может в большей мере использовать нарушения, направленные на процесс расследования и др.

Бывший оперуполномоченный уголовного розыска органов МВД вопросы уголовно-правовой квалификации и процессуальные "тонкости" может знать меньше, чем, например, вопросы тактики и методики раскрытия преступлений, розыска скрывшихся преступников, криминалистическую технику, использование криминалистических учетов и т.п. Среди бывших оперативников много таких, кто в совершенстве владеют тактическими приемами допроса (точнее было бы сказать - бесед), умеют добиться от собеседника "нужной" информации и т.п. В регионе (районе), в котором ранее работал бывший оперуполномоченный, ему хорошо известна оперативная обстановка, возможно, сохранились контакты с лицами, содействующими субъектам ОРД на конфиденциальной основе (ст. 17-18 Закона "Об ОРД"). Исходя из этого, допускаемые таким адвокатом нарушения могут быть чаще направлены на свидетелей, потерпевших, экспертов, специалистов, иных участников процесса, а так же на судей, следователей, бывших коллег - оперативников и т.п.

Несмотря на всю спорность такого мнения, полагаем, что важным обстоятельством является и то, каким образом "ушел из системы" тот или иной бывший ее сотрудник. Так, во многом своеобразно поведение лиц, уволенных из органов по отрицательным мотивам и далее пришедших в адвокатуру. Именно такие лица, будучи адвокатами, часто бывают особо беспринципны, обладают иногда низким уровнем квалификации и самодисциплины, что влечет соответствующие виды нарушений. Еще в 1987 году профессор В. Савицкий писал, что в ряде мест коллегии адвокатов превратились в своего рода убежища для скомпрометировавших себя служителей правосудия. В этом он видел один из основных факторов недоверия как юристов, так и населения к адвокатскому сообществу25. С тех давних времен ситуация вряд ли улучшилась.

Между тем, именно среди таких адвокатов часто встречаются и настоящие профессионалы, глубоко знающие соответствующую (как правило, следственную или оперативно-розыскную) работу. Ведь ни для кого не секрет, что в нашей стране далеко не всегда увольняли или вынуждали уволиться по собственному желанию из органов тех, кто действительно этого заслуживает. Такие адвокаты часто глубоко переживают свое увольнение из Системы, во многих случаях сознательно или подсознательно мстят ей за свой уход.

Особенно негативными тенденциями характеризуется утечка лучших кадров из правоохранительных органов в период конца 80-х до середины 90-х годов прошлого века. Многие из юристов этого периода уходили (и к сожалению и сейчас уходят) из-за низкой заработной платы, отсутствия перспектив получения жилья, конфликтов с руководством и т.п. Зачастую эти, часто еще молодые, полные сил, высококвалифицированные юристы сейчас стали одними из наиболее сильных и квалифицированных адвокатов. Именно из них чаще всего набирают целые бригады личных адвокатов лидеры организованных преступных формирований.

Адвокаты, ушедшие в свое время из органов с почестями на "заслуженный отдых", например, по возрасту, как правило, проявляют несколько иные качества. На их деятельность оказывают влияние богатый опыт, часто длительная служба на руководящих постах, сохранившиеся связи, а так же возраст, состояние здоровья и т.д.

Вместе с тем, среди опрошенных адвокатов распространено мнение о том, что длительная работа в правоохранительный системе часто накладывает неизгладимый отпечаток на личность специалиста. Человеку, много лет проработавшему "по другую сторону баррикад", иногда бывает очень сложно перестроиться с позиции обвинения людей к их защите. Чтобы эффективно защищать, надо верить человеку, понять те обстоятельства, которые толкнули его на преступление, простить ему его недостатки, войти в его положение, пожалеть, наконец. Не всегда бывший следователь, прокурор, судья способен на такое. Это во многом связано со сменой мировоззренческих позиций, личной системы ценностей. А к этому готов далеко не каждый человек.

3.2.2. Адвокат - "молодой пенсионер".

Среди адвокатов-пенсионеров необходимо отдельно выделить так называемых "молодых пенсионеров". Дело в том, что, как известно, всем сотрудникам правоохранительных органов, при действующем законодательстве о прохождении службы в тех или иных ведомствах, работник получает право на минимальную пенсию порой в самом зрелом, даже молодом возрасте. Не вдаваясь в нюансы законодательства, отметим лишь, что, к примеру, аттестованный работник прокуратуры (следователь, прокурор, помощник прокурора и др.) может добиться минимальной пенсии и уйти "на заслуженный отдых" даже в 32-33 года, проработав в органах "чистыми" от 10 лет. Причинами такого раннего ухода может быть то, что специалист не желает делать карьеру, или не видит перспектив ее дальнейшего продвижения, "не ужился" с кем-то из руководства, разочаровался в своей работе или, что реже, попросту с ней не справляется и т.п. Проблема, конечно, не является специфичной именно для правоохранительной системы. По мнению заместителя министра экономического развития, члена рабочей группы по реформированию госслужбы М. Дмитриева, в госструктурах вообще в основном работают те, кому еще нет 30 и те, кому за 50 лет. Люди в самом продуктивном возрасте предпочитают бизнесструктуры26.

Так или иначе, тенденция очевидна - из правоохранительных органов "утекают" кадры, уходят тысячи часто наиболее квалифицированных и энергичных молодых людей. Мало кто из них действительно "отдыхает". Большинство работают по юридической специальности, в том числе в коммерческих, охранных структурах, получая при этом еще и неплохую пенсию. Многие из них становятся адвокатами - сильнейшими представителями корпорации и "головной болью" своих бывших коллег.

Среди них редки люди, занимавшие высокие посты и должности. Потому и уходят, что терять, как правило, особенно нечего. Это опытные работники именно низшего и среднего звена: следователи, оперуполномоченные, дознаватели и др. Они работали "на земле", а не в "высоких кабинетах", а потому хорошо знают все нюансы профессии, видят и оценивают каждую мелочь в работе бывших коллег. И если уж они выбирают методы недобросовестной защиты - борьба с ними становиться задачей архисложной.

Вне зависимости от предшествующей профессии и обстоятельств ухода из Системы, адвокаты, имеющие предшествующий опыт, мягко говоря, без особого уважения относятся к молодым следователям (дознавателям, оперуполномоченным, прокурорам), не имеющим, по их субъективному мнению, надлежащего опыта работы, знаний, навыков. Уже при первом знакомстве с процессуальным противником опытный адвокат тестирует, диагностирует своего процессуального противника. И уж если "диагноз" будет выглядеть как: "молодой", "зеленый", "неопытный", "бестолковый" и т.п., - такому следователю обеспечено по крайней мере несколько пренебрежительное, покровительственное отношение. Недобросовестная часть опытных адвокатов сделает вывод, что многие из ниже описанных незаконных средств и методов защиты с таким процессуальным противником допустимы и безопасны. И тогда - берегись молодой следователь! Если же на свою беду, такой представитель стороны обвинения позволит себе невежливое, небрежное, высокомерное поведение, необязательность, непунктуальность по отношению к опытному адвокату, последний может поставить себе задачу серьезно "наказать" молодого следователя. И возможности такие у опытного адвоката есть. В отместку могут быть применены такие незаконные приемы и средства, которые, может быть, и не имело смысла применять при прочих равных условиях. Именно поэтому среди принципов нейтрализации незаконных методов защиты, мы, прежде всего, называем вежливое, этичное, по возможности доброжелательное отношение к профессиональным защитникам27.

В целом, конечно, любой адвокат, независимо от опыта, пытается диагностировать следователя, выявить некоторые его профессиональные и личностные свойства. Ниже мы попробуем проанализировать каковы бывают результаты такой диагностики. Но именно опытный адвокат чаще всего проводит самую точную диагностику и сможет использовать против обвинения все особенности личности процессуального противника.

3.2.3. Адвокат "без предшествующего опыта".

Ни в коем случае нельзя утверждать, что адвокаты второй группы, не имеющие предшествующего профессионального опыта, обладают меньшей профессиональной квалификацией. Напротив - многие из известнейших адвокатов России всю или большую часть своей жизни посвятили только этой профессии28.

Правда в последние годы кадровый состав адвокатуры характеризуется наплывом молодежи, лиц, только закончивших юридические вузы и почти сразу приступивших к адвокатской деятельности. Молодые специалисты, выпускники вузов, а так же лица, ранее работавшие не по юридической специальности или по профессии, не связанной с уголовным судопроизводством сейчас составляют значительную часть адвокатского корпуса. Очень часто (хоть и не всегда) такие адвокаты лучше других разбираются в нормах материального и процессуального права, быстрее ориентируются в постоянных изменениях законодательства, в специальной литературе, знают компьютерную технику, используют информационные базы данных (реже - данные криминалистических учетов) и т.д. Но не всегда им сопутствует успех в выборе тактических приемов и стратегии защиты, и что очень важно - в вопросах установления необходимого контакта с субъектами расследования.

Не побывав "в шкуре" следователя, оперативника, не познав всей тяжести их труда, не видя изнутри всех детерминант, тех или иных закономерностей в их работе, они часто крайне резко, эмоционально и бескомпромиссно реагируют на нарушения закона со стороны процессуальных противников. Нельзя осуждать или даже иронизировать, над такой реакцией. Правоохранительная система действительно изобилует нарушителями законности и примерами систематических, грубых правонарушений и преступлений со стороны ее представителей.

Стоит ли отрицать, что у многих из нас - прокуроров, следователей, дознавателей и оперативников проявляются элементы профессиональной деформации личности, не позволяющие нам объективно и адекватно оценивать некоторые свои действия, прежде всего, нарушения закона. Мы часто не замечаем (или не хотим замечать) собственные ошибки, а то и системные нарушения, порочную, порой абсурдную практику. А адвокаты, особенно "молодые специалисты", хорошо видят все. Часто у них складывается впечатление (а отчасти и обосновано) о тотальной круговой поруке, всеобщем попустительстве и даже укрывательстве нарушений в расследовании дел в рамках конкретного правоохранительного подразделения, района, даже региона.

Именно у категории адвокатов - "молодых специалистов" в этой связи чаще, чем у других возникает стойкая "протестная", непримиримая позиция к процессуальным противникам, негативное отношение ко всем нам - следователям, дознавателям, прокурорам, а в особенности - к оперуполномоченным, часто доминируют "иные мотивы" защитительных действий (См. гл. 3.1), возникает уверенность, что даже законный интерес доверителя можно защитить только незаконными средствами.

Очень и очень часто такая, если так можно выразиться, "классовая ненависть" находит свое выражение в применении незаконных методов защиты. Принципом "око за око", т.е. "нарушение за нарушение", такой адвокат морально оправдывает свои действия перед самим собой, своими коллегами и близкими.

Как уже отмечалось, принцип "нарушение на нарушение" характерен в той или иной мере для адвокатов всех анализируемых групп. И если следователи опускаются до взаимных нарушений - налицо самый худший для интересов правосудия - сценарий конфликтного расследования. Досудебная стадия судопроизводства превращается в необъявленную, жестокую войну, где "все средства хороши", а людские судьбы, интересы законности становятся разменной монетой. Думается, что эти опасные закономерности во взаимоотношениях сторон процесса должны стать темой специального исследования.

Вернемся же к адвокатам - "молодым специалистам". Итак, допускаемые молодыми, не имеющими специального опыта защитниками нарушения, часто носят явный характер, направлены на процесс расследования и реже - на его участников. Реже среди них встречаются адвокаты, допускающие незаконные приемы не в интересах клиента. Но они чаще могут добросовестно заблуждаться в оценке последствий своих действий. Однако, они по сравнению с предыдущей группой (имеющих предшествующий опыт) значительно реже становятся "вовлеченными" адвокатами, в том числе и потому, что преступные формирования больше предпочитают нанимать защитников, имеющих "предшествующий опыт". Среди "неопытных" меньше и "коррумпированных" защитников, поскольку "корпус" последних формируется, в основном, из бывших работников, пенсионеров соответствующих правоохранительных ведомств.

Адвокат - "молодой специалист" редко с высокой степенью достоверности может диагностировать личность процессуального противника, как это делает "опытный" защитник. Но все-таки, как правило, с большим уважением (впрочем, как и все другие типы защитников) "молодой специалист" отнесется к опытному, квалифицированному следователю. Разница в возрасте, профессиональные навыки, спокойствие и рассудительность, богатые знания практики расследования позволяют такому следователю, в определенной степени, даже иметь личное влияние на "молодого специалиста". Это позволит не допустить возможные нарушения со стороны последнего.

Уровень квалификации адвокатов. Говоря о типичных свойствах личности адвокатов-нарушителей, нельзя не упомянуть о самой "скользкой", оценочной категории - об уровне квалификации адвоката. Как бы ни были условны границы этого понятия, его учет слишком важен для целей настоящего исследования, чтобы умолчать о нем.

Как отметил В.Н. Карагодин, среди интеллектуальных свойств личности субъекта противодействия расследованию, детерминирующими эту деятельность, одним из важнейших являются знания уголовного и уголовно-процессуального законодательства, тактических приемов и методов ведения расследования29.

Соответственно адвокат, решивший встать на путь противодействия расследованию, избирает конкретные незаконные действия, исходя, в том числе, из уровня своей профессиональной квалификации.

Понимая всю уязвимость позиции, позволим себе выделить:

1. высококвалифицированных адвокатов;

2. не обладающих таким качеством (См. Приложение 5 п. 2.1-2.2).

По данным упомянутого исследования МГКА показатели качества работы выше у адвокатов, имеющих стаж работы до 15 лет30.

Самая сильная в этом отношении группа - адвокаты со стажем работы от 6 до 10 лет. Показатели работы у адвокатов-мужчин выше, чем у адвокатов-женщин. Однако разница не значительная31.

Основная нагрузка приходиться на адвокатов в возрасте от 31 до 50 лет (58,9 % уголовных дел). Вместе с тем высока активность адвокатов в возрасте свыше 60 лет (9,1 % от всех уголовных дел)32.

Изложим по поводу квалификации адвокатов лишь некоторые наблюдения, которые носят весьма оценочный характер.

3.2.4. Неквалифицированный адвокат.

В наиболее общем плане нельзя сказать, что первый тип совершает меньше нарушений, чем второй. Как мы уже говорили, в большей степени этот вопрос зависит от морально-этических качеств юриста, от уровня его правосознания, честности и порядочности.

Прежде всего, уже само проявление защитником в своей работе низкой квалификации, при определенных условиях следует признать грубым нарушением адвокатской этики (См. гл. 9). Как отмечает Ю.Ф. Лубшев, если президиум коллегии33 установит низкое качество профессиональной работы адвоката, не обеспечивающее оказание надлежащей юридической помощи гражданам, то это влечет исключение из коллегии адвокатов34.

Принятие защитником поручения, которое он заведомо не может выполнить в силу ненадлежащей квалификации, порочит честь и достоинство не только его самого как адвоката, но и умаляет авторитет всей адвокатуры. На наш взгляд, если защитник участвовал в деле, по которому, как выяснится в последствии, лицо было необоснованно осуждено, либо был вынесен оправдательный приговор после прекращения участия в деле такого адвоката - данные обстоятельства, при наличии соответствующей жалобы, уже сами по себе могут быть поводом для квалификационной коллегии адвокатской палаты к рассмотрению вопроса об ответственности адвоката35.

Кроме того, именно неквалифицированная часть адвокатского сословия идет на незаконные, а порой и преступные компромиссы с органами следствия ("коррумпированные" адвокаты), часто они боятся напрямую конфликтовать со следствием, действуют вопреки интересам своих подзащитных, получают неразумные по сравнению с уровнем оказанных услуг гонорары, подводят своих подзащитных, старясь им помочь. Чаще других неквалифицированные адвокаты дают необоснованные гарантии, допускают недобросовестную саморекламу36, осуществляют посредничество между арестованным и его соучастниками, находящимися на свободе (См. 10.2) и т.д.

И, кроме того, поскольку они обычно не пользуются популярностью у клиентов, то за любую хорошо оплачиваемую, связанную с чем угодно работу, они чаще всего готовы идти на любые нарушения, по принципу "все что угодно за Ваши деньги!". Им больше присущи явные, наглые, не всегда даже разумно мотивированные средства незаконной защиты.

В связи с вопросом об уровне квалификации адвокатов хотелось бы немного отвлечься и вкратце упомянуть о проблеме адвокатов - членов так называемых "альтернативных" коллегий. В литературе, посвященной проблемам организации и деятельности адвокатуры, часто констатируется, что в целом уровень квалификации и профессиональной этики в таких образованиях ниже, чем в "традиционных". По наблюдению Г.М. Резника, часто в этих коллегиях практикуют даже те, кто чисто формально не вправе быть адвокатами - бывшие оперативники, сотрудники исправительных учреждений, армейские политработники. Сплошь и рядом рекламируют, как адвокатов предпринимателей, получивших лицензию на оказание правовых услуг. Это привело к катастрофическому падению профессиональных стандартов и этических норм. Традиционные коллегии вынуждены снижать планку требований при приеме - ведь отвергнутому претенденту достаточно перейти улицу, подать заявление в параллельную коллегию и без всяких хлопот пополнить ряды конкурентов37. Разумеется, и в альтернативных коллегиях было много высококлассных специалистов. Но, пожалуй, автор прав в том, что если уж претендент на высокое звание адвоката не обладает надлежащей квалификацией, не желает обременять себя этическими правилами, то ему было легче и выгоднее устроиться в альтернативную коллегию.

Опытные следователи и прокуроры помнят, сколько проблем, особенно на первых порах, было с этими, плодящимися, как грибы после дождя, альтернативными коллегиями. Как трудно было работать с их членами, отказывающимися от дел по назначению и слишком уж часто не имевших надлежащей квалификации38.

Однако есть основания надеяться, что эта проблема со временем будет терять свою актуальность. Ведь законом об адвокатуре предусмотрена единая система органов профессионального сообщества. Основана она на образовании в каждом субъекте Российской Федерации только одной адвокатской палаты, в чью юрисдикцию входят все действующие в регионе адвокатские образования со всеми вытекающими отсюда последствиями (ст. Закона об адвокатуре). У адвокатуры появилась реальная возможность обеспечить чистоту своих рядов, высокую профессиональную квалификацию членов корпорации.

3.2.5. Высококвалифицированный адвокат.

Вернемся к характеристике адвокатов в зависимости от уровня квалификации. Категория высококвалифицированных адвокатов, разумеется, выглядит совершенно иначе, чем их слабо квалифицированные коллеги. Характеристики противоположные. В редких случаях такой адвокат пойдет на действия против своего клиента. Репутация для него намного дороже сиюминутных выгод, поэтому такие специалисты редко бывают ""коррумпированы" с представителями стороны обвинения. Как правило, они не идут на противозаконный компромисс со следствием. Только если этот компромисс будет действительно выгоден подзащитным. Да и то, соглашение с таким адвокатом и его подзащитным может "высосать много крови" у следователя, хотя и должно вызвать искреннее уважение к профессиональной хватке защитника.

Адвокат такого рода хотя и легко при необходимости идет на конфликт, но выдерживает в нем чаще корректную позицию. Квалифицированный адвокат не нуждается в таких методах как препирательства с судьей, унижение и ложная компрометация участников процесса, заявление надуманных и беспредметных жалоб и т.п. Его арсенал средств и приемов достаточно богат, чтобы не опускаться до действий, унижающих собственное профессиональное и личное достоинство. Зато им будут использованы все ошибки и нарушения, допущенные следствием. Не только прямое нарушение, но и любой недочет, недоработка, упущение со стороны расследования может мгновенно стать козырем защиты. Но такого рода действия, в целом, не нарушают адвокатской этики. Поймать следователя на ошибке и использовать ее для защиты, на наш взгляд, чаще можно отнести к заслугам адвоката.

К примеру, часто в ходе допросов следователь по ошибке ставит не ту дату проведения следственного действия или время, не соответствующее действительности. Так, в моей практике был случай, когда я написал дату допроса вместо "1 мая" - "1 марта". А дело было возбуждено 30 апреля. В другом протоколе допроса по тому же делу была допущена досадная опечатка: вместо времени допроса: "с 20.00 до 21.15" было отпечатано: "с 23.00 до 21.15" (ночное время с 22.00 до 6.00. См. п. 21 ст. 5 и ч. 3 ст. 164 УПК РФ). По заявлению адвоката оба протокола, как и содержащиеся в них показания были признаны мною недопустимыми. Пришлось передопрашивать свидетелей. И хотя мы с защитником оба понимали, что фактически никаких грубых нарушений закона не было - формальное нарушение налицо, и действия адвоката, безусловно, правильны, а его внимательность заслуживает похвалы.

Хотя, анализируя собственный опыт, могу сказать, что квалифицированный и опытный адвокат чаще всего не будет тратить время и нервы на многочисленные мелкие, несущественные нарушения, не влияющие на правовые решения по делу. Он скорее корректно укажет на эти ошибки следствию и подчеркнуто "закроет на них глаза", налаживая тем самым психологический контакт с процессуальным противником. И надо признать, что он тем самым, как правило, добьется большего, чем тот адвокат, кто будет строчить жалобы на каждую "помарку" в процессуальных действиях и документах.

Наибольшая опасность безнравственной части высококвалифицированных адвокатов заключается в том, что именно таких специалистов берут на службу организованные преступные формирования. Они часто становятся "вовлеченными" адвокатами (См. ниже), бывает, что консультируют преступников не только после, но и до, и во время совершения преступления, т.е. становятся его соучастниками. И тогда раскрыть такое преступление - задача весьма сложная. Разумеется, такие адвокаты высокооплачиваемы. Часто их гонорары имеют свое происхождение из пресловутого "общака", иное "грязное" происхождение.

В рамках проведения конкретных следственных и судебных действий такие защитники проявляют особый профессионализм, прежде всего при допросе. Выявление заведомо ложной недопустимости (5.18) и недостоверности показаний свидетеля (потерпевшего), доведение их до абсурда, понуждение к изменению свидетелями своих показаний посредством незаконных приемов, подстрекательство к даче заведомо ложных показаний, фальсификация вещественных доказательств, посредничество во взяточничестве - вот далеко не исчерпывающий перечень основных незаконных средств и методов их профессиональной защиты. Причем, практически все эти действия будут скрытыми, трудно изобличаемыми.

Конкретные проявления незаконных методов защиты этих типов адвокатов так же находятся в тесной зависимости от свойств личности их процессуальных противников. Как мы уже говорили, с опытными, высококвалифицированными следователями считаются все адвокаты. Их уважают. Неквалифицированные защитники их порой попросту бояться. Не мудрено, ведь грамотный следователь может не только свести на нет все скудные и примитивные, как законные, так и незаконные средства защиты, но еще может просто и доходчиво продемонстрировать подзащитному насколько неграмотный попался тому адвокат, т.е. дискредитировать его. Иногда опытные следователи делают это умышленно, а порой и неэтичными средствами. Это может повлечь отказ обвиняемого от конкретного защитника, невыплату гонорара и т.п. Поэтому неквалифицированный адвокат, если у него есть выбор, а такое бывает редко, постарается не участвовать в деле, где ему противостоит сильный процессуальный противник. Ну а если довелось, то прежде всего попытается наладить с ним добрые взаимоотношения, "втереться в доверие", попробовать стиль работы "коррумпированного" адвоката и т.п.

Еще одну из множества возможных классификаций типов защитников хотелось бы привести в этой части работы. Это деление адвокатов на:

- вовлеченных в организованные преступные формирования (Далее - "вовлеченные" защитники);

- и не вовлеченных в таковые (См. Приложение 5 п. 3.1-3.2).

3.2.6. "Вовлеченный" адвокат.

Адвокат, вовлеченный в организованную преступную группу (сообщество), как правило, оказывает им свои услуги на постоянной основе, "курирует" дела ОПГ (ОПС), консультирует о способах подготовки, совершения и сокрытия преступлений, средствах и методах выявления, раскрытия и расследования, применяемых правоохранительными органами.

По мнению Г.А. Зорина, защитники, включенные в систему защиты транснациональных преступных организаций, прошли естественный отбор, заявив о своей активной атакующей позиции, которая не позволяет следователю рассматривать защитника как бессловесную процессуальную неизбежность39.

Как отмечает В.Е. Корноухов, нередки случаи внепроцессуальной заинтересованности адвокатов. Более того, имеют место факты "содержания" защитников, поэтому они выполняют не только процессуальные функции, но и передают подозреваемым заранее подготовленное алиби, служат каналом передачи информации между преступной группой и задержанным40.

В случае если член ОПГ (ОПС) попал в поле зрения правоохранительных органов, такой адвокат мгновенно прибудет, чтобы приступить к защите на как можно более ранней стадии расследования, а при необходимости, станет адвокатом свидетеля, чтобы, по меньшей мере, информировать организованное преступное формирование о ходе расследования по делу (См., например, 1.11; 5.9 и др.). По делу с участием такого защитника подозреваемый (обвиняемый) вряд ли будет признавать вину и содействовать расследованию, если только по какой-то причине это будет выгодно самому преступному формированию.

Так, защитник иногда "сдает" следователю эпизоды дела, которые изначально проиграны. Практике известны случаи, когда преступные группы сдают через защитника не только проигранный эпизод, но самого исполнителя. Иногда преступные группы сдают такого второстепенного члена для "расчетов" с оперативными правоохранительными службами для создания видимой активности раскрытия. По тюремной классификации этих людей называют "громоотводами", которые нередко сознательно берут на себя чужую вину, чтобы создать иллюзию раскрытия преступления, а после полугода расследования через адвокатов представляют неоспоримое алиби что для следователя является ловушкой41.

Особенно безнадежно дело, если верхушка преступного формирования имеет прямые или опосредованные коррумпированные связи с руководством правоохранительного подразделения. В этом случае следствие превращается в фарс, а следователь из процессуально самостоятельного лица превращается в заложника, "ложась между молотом и наковальней", где "молот" - собственное коррумпированное руководство, а "наковальня" - организованное преступное формирование42.

Свидетелей по делу, где участвует вовлеченный защитник ОПГ (ОПС) может не быть вообще или они в дальнейшем изменят свои показания. Как отмечает Л.В. Брусницын, очевидно, что участие в посткриминальном воздействии защитников не является типичным, но, тем не менее, защитники проявляют интерес к адресам и другим данным свидетелей не только для получения характеризующих свидетелей сведений, но и для оказания на них воздействия со стороны "связей" преступников; передают от содержащихся под стражей подзащитных оставшимся на свободе соучастникам указания, на кого из потерпевших, свидетелей и каким образом воздействовать; будучи предупрежденными о недопустимости разглашения данных следствия, сообщают их заинтересованным лицам, осуществляют связь между членами организованных преступных групп, содержащимися под стражей и находящимися на свободе, наконец, непосредственно участвуют в посткриминальном воздействии43.

Криминальные структуры в своем регионе, как правило, знают лучших, наиболее квалифицированных и популярных адвокатов, имеющих наиболее обширные связи в правоохранительных органах. Именно они больше всего подвержены риску быть вовлеченными в организованную преступную деятельность. Соблазн весьма велик и очень жаль, что ему часто ничто не противостоит, кроме профессиональной чести и совести адвоката.

В общем, "вовлеченный" и при этом высококвалифицированный адвокат44 в нынешней криминальной обстановке - это одно из самых опасных проявлений преступного мира, организованной преступной деятельности. Это самый сильный, жестокий и беспринципный противник, точнее враг правоохранительных органов. На борьбу с "вовлеченными" адвокатами необходимо обратить самое пристальное внимание всем правоохранительным органам. Не должна остаться в стороне и наука. Между тем, этот вопрос мало исследован в науках криминального цикла.

Диагностируя процессуального противника, прежде всего следователя, "вовлеченный" защитник не только огорчается его высокой квалификации и опыту и радуется неопытности и безграмотности, но и тестирует следователя на предмет его склонности к коррупции, взяточничеству, отношению к незаконным компромиссам с преступностью45.

Настоящий праздник для "вовлеченного" адвоката - встретиться со слабым, неопытным, с низкой квалификацией процессуальным противником (впрочем, как и для любого другого адвоката). Но если к тому же следователь (дознаватель, прокурор и др.), склонен к коррупции, незаконным компромиссам с преступниками, демонстрирует недовольство своим материальным положением, "вовлеченный" адвокат уже заранее празднует победу. Напротив, если на пути такого защитника стоит опытный, грамотный и принципиальный следователь, порядочный человек - главной, стратегической задачей незаконной защиты станет замена, либо физическое устранение, дискредитация такого процессуального противника. Для этого в ход пойдут сбор и распространение компрометирующих материалов, шантаж, провокация взятки, клевета, доносы, надуманные ходатайства об отводе и т.п.

3.2.7. "Невовлеченный" адвокат.

Это совсем не обязательно специалист более низкой квалификации. Просто грамотный адвокат, добропорядочный, законопослушный гражданин, человек с моральными и нравственными устоями никогда не пойдет в услужение к преступникам, т.е. не станет делать что-либо сверх того, что позволяет ему профессиональная этика, ни за какие деньги не допустит, чтобы на его репутацию легла тень, чтобы его жизнь и здоровье, жизнь и здоровье его родных и близких подвергались постоянной опасности.

Так, по данным следователя В.И. Каратаева из Екатеринбурга, только в 1992 году в Свердловской области правоохранительные органы предотвратили убийства двух адвокатов. Оказывается, бандиты вынесли им смертный приговор за то, что они слишком рьяно и успешно защищали заклятых врагов этой группировки, от которых гангстеры мечтали отделаться законным путем, да не вышло46.

Как бы в противовес классификации свойств личности адвокатов на "вовлеченных" и "невовлеченных", можно с весьма высокой степенью условности выделить две группы, исходя из того, на каком уровне конструктивности отношений они находятся с конкретными следователями, дознавателями, прокурорами, а иногда и с целыми подразделениями (следственными отделами, отделами дознания и проч.).

По этому основанию всех защитников, подчеркиваем - весьма условно, можно разделить на:

- имеющих хорошие личные, профессиональные и при этом длительные (долговременные, от дела к делу) контакты с должностными лицами и целыми коллективами (далее, для краткости - "контактный" адвокат);

- не имеющих таких контактов ("неконтактный" адвокат) (См. Приложение 5 п. 4.1-4.4).

3.2.8. "Неконтактный" адвокат.

Ко второй группе относятся адвокаты, которые не считают для себя возможным идти на компромиссы с процессуальным противником, "закрывать глаза" на какие-либо, пусть даже не значительные нарушения и ошибки следователя, даже если это не влияет на интересы его подзащитного. По делам, где позиция обвиняемого заключается в полном отрицании вины, привлекаемый крайне отрицательно относится к сотрудникам правоохранительных органов, позиция такого защитника выглядит уместной. Однако очень часто эта позиция входит в противоречие с интересами клиента.

Например, по делу о преступлении небольшой и средней тяжести (ч. 2 и 3 ст. 15 УК РФ) следователь, при полной доказанности вины, допускает освобождение обвиняемого от уголовной ответственности по нереабилитирующему основанию (ст. 75-76 УК РФ), в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом (ст. 25 и 28 УПК РФ). Но в данных случаях речь идет о праве стороны обвинения, а не об обязанности. Разумеется, инициатива в принятии такого правого решения может исходить, прежде всего, от защитника. "Неконтактные" защитники реже подают соответствующие ходатайства и/или добиваются освобождения клиента от уголовной ответственности.

3.2.9. Адвокат-"скандалист".

Крайним проявлением неконтактности, "экстремистами" в среде адвокатов этой группы являются "адвокаты-скандалисты". Представители этого типа в принципе не могут наладить контакт с должностными лицами стороны обвинения. Грубость, оскорбления, клевета и угрозы - самые распространенные тактические средства их защиты.

"Защитники-скандалисты" по тем или иным причинам просто ненавидят всех следователей, дознавателей, прокуроров и оперуполномоченных, а заодно и судей. Их жалобы и ходатайства часто носят надуманный, гипертрофированный, неконструктивный характер. Например, во многих прокуратурах, накапливаются целые тома материалов проверок по жалобам конкретного адвоката. Каждый опытный следователь и прокурор может назвать по памяти имена одного или нескольких "адвокатов-скандалистов", чьи характеристики, истории о которых становятся притчами во языцех всего подразделения, а то и всего города, региона. Ими "пугают" молодых следователей, по делам, где они участвуют, неизбежны нарушения сроков расследования из-за постоянных конфликтов, скандалов, жалоб, и т.п.

Поэтому прокуроры, услышав фамилию такого адвоката, при прочих равных условиях с большей уверенностью продлевали сроки предварительного следствия (содержания под стражей) по делу, где он участвует, с меньшим доверием к заявителю рассматривали жалобы о нарушениях, допускаемых стороной обвинения47.

Для следователя день вступления "адвоката-скандалиста" в дело - "день траура". Заметим, что речь не идет о нежелании стороны обвинения общаться с квалифицированным адвокатом. Грамотный адвокат для хорошего следователя порой даже помощник и советчик, настоящий "санитар судопроизводства"48. С ним интересно, у него есть чему поучиться. Но общаться с "адвокатом-скандалистом" не хочется никому.

Порой сложность дел, имеющихся в производстве конкретного следователя, можно оценивать не только по объективным критериям (число лиц, привлекаемых к ответственности, количество эпизодов, проблемы доказывания, сложность состава преступления и др.), но и по числу "скандальных" адвокатов.

Иногда представители организованных преступных формирований специально приглашают "адвоката-скандалиста" в качестве одного из защитников интересующего их обвиняемого. Делается это специально для того, чтобы "раскачать" следователя, вывезти его из состояния равновесия, пробить его психологическую защиту или спровоцировать на взаимное неэтичное поведение и т.п.

Полагаем, что такой адвокат для подзащитного чаще беда, чем спасение. Ведь, к примеру, придирки и уловки при допросе, резкие и грубые нападки на кого бы то ни было в судебных прениях только вредят защите49. Но понять это может далеко не каждый обвиняемый. "Адвокаты-скандалисты" чаще встречаются среди лиц, уволенных из правоохранительных органов по отрицательным мотивам, среди адвокатов, не имеющих предшествующего специального опыта работы, высокая квалификация далеко не всегда бывает их козырем, хотя среди них и встречаются хорошие знатоки норм материального и процессуального права, что, как известно, далеко не все, чем должен отличаться действительно выдающийся адвокат.

Очень часто "скандального" адвоката к незаконному, неэтичному поведению провоцируют неграмотные, неопытные следователи, те, что, в свою очередь, отличаются грубостью, некорректностью, высокомерием. Если такой следователь еще и допустит необязательность, непунктуальность в вызове защитника и проведении с его участием следственных действий - шумные скандалы, явные, грубые и взаимные нарушения закона по делу обеспечены. Надзирающему прокурору в таком случае следует подумать над тем, не стоит ли передать дело в производство другому следователю в порядке п. 6-8 ч. 2 ст. 37 УПК РФ.

3.2.10. "Контактный" адвокат.

Вернемся к последней из исследуемых классификаций. К первой группе (контактные адвокаты) чаще всего относятся адвокаты, имеющие "специальный профессиональный опыт" (3.2.1), пенсионеры правоохранительных органов, ушедшие из системы с почестями, "по-хорошему", хотя и не обязательно по возрасту. Это могут быть и "молодые" пенсионеры, заботливо сохранившие старые связи. Редки среди них те, кто уволился (кого уволили) из органов по отрицательным мотивам или ушли по собственному желанию в результате конфликта и т.п.

Это адвокаты - прежде всего соблюдающие процессуальную дисциплину, не срывающие следственных действий, обязательные в профессиональном отношении и перед подзащитным и перед своим процессуальным противником. Эти качества - главное и важнейшее условие доброжелательных, конструктивных взаимоотношений с любым следователем (дознавателем, прокурором). Кроме этого, "контактные" адвокаты во многих необходимых случаях умеют найти психологический и процессуальный контакт со следователем, пойти на разумный, как правило, не в ущерб своему подзащитному, компромисс. При выявлении "мелких", незначительных нарушений закона50, ошибок расследования, не влияющих на положение их подзащитных, они могут "закрыть глаза" на эти нарушения, чем вызывают внешне сдержанную, но глубокую благодарность и расположение со стороны вечно уставших от огромной нагрузки, задерганных жалобами и ходатайствами, следователей.

Это не означает, что "контактные" адвокаты всегда идут на поводу у следователей. В своем большинстве они непримиримо реагируют на нарушения закона, всеми законными средствами и способами отстаивают права своих подзащитных, не идут на аморальные и преступные сделки с правосудием (13.1).

Но в то же время они, как правило, не допускают, не потворствуют своим подзащитным в постоянном соблазне защититься незаконными, неэтичными средствами (См. 9.1.). Следователь может быть уверен, что такой адвокат не опуститься до подлости, неправомерного обмана. С ним можно не опасаться хищения или уничтожения документов из уголовного дела, умышленного и безосновательного затягивания ознакомления с его материалами и проч.

Очевидны те последствия, которые влечет для адвоката такая его характеристика, репутация. Его с удовольствием порекомендуют следователи для защиты по конкретному делу, если конечно подозреваемый, обвиняемый попросит соответствующего совета. По делам с таким адвокатом следователи, насколько это допускает закон и избранная тактика, стратегия расследования, "идут навстречу" защитнику и его обвиняемому, неизбежные по многим делам конфликты процессуальных сторон носят в большей степени конструктивный, дипломатичный характер, без перехода "на личности", жалобы руководству и т.д. Даже сроки расследования по делам с такими защитниками бывают, в целом, меньше. Достигаются цели процессуальной экономии не в ущерб всесторонности, полноте и объективности.

Из изложенного ставиться очевидным, что с такими адвокатами реже заключают соглашения представители организованных преступных формирований. Им подавай, как правило, адвоката "вовлеченного", готового ради денег на любые нарушения. Но не исключено, что дальновидные преступники будут сотрудничать в дополнении к "вовлеченным" и с "контактными" адвокатами51, пользуясь их услугами в тех случаях, когда, исходя из избранной тактики и стратегии защиты, в интересах обвиняемого будет законный и этичный компромисс с правосудием. Так что ни в коем случае нельзя ко всем (как правило, многочисленным) адвокатам, защищающим представителей организованной преступности, прикреплять ярлык "вовлеченных".

3.2.11. "Коррумпированный" адвокат.

Однако, среди "контактных" адвокатов есть и те, чья контактность далеко выходит за рамки этичных и законных средств защиты, но уже в другую сторону - в угоду стороне обвинения. Мы уже вкратце останавливались на характеристике так называемых "коррумпированных" адвокатов (гл. 3.1). Это есть крайне негативное, аморальное и незаконное сращивание сторон защиты и обвинения, где жертвами становятся подозреваемые, обвиняемые, другие участники процесса. Такие защитники используют методы, противоречащие интересам подзащитных. Среди "коррумпированных" адвокатов большая часть - некомпетентные, низкоквалифицированные, осознающие, что без постоянных "подачек", "рекомендаций" со стороны следователей, им не удастся получить платежеспособную клиентуру.

"Коррумпированные", привязанные к конкретному следственному подразделению (подразделению дознания и т.п.) адвокаты получают работу в основном "по рекомендации" самих следователей и дознавателей (а точнее, благодаря навязыванию этого адвоката подозреваемому). В благодарность они идут на любые сделки с представителями правоохранительных органов, лишь бы не потерять их "дружеского расположения", а значит и клиентуру.

"Коррумпированные" адвокаты состоят в самых добрых, дружеских отношения с соответствующими сотрудниками. Очень часто это бывшие работники, пенсионеры этого самого "кормящего" подразделения (бывшие следователи, дознаватели, оперативники, руководители данного подразделения). Они вместе отдыхают со своими бывшими коллегами, встречают праздники и т.д.

Анализ дисциплинарной практики адвокатских образований показывает, что профессиональное сообщество всегда резко отрицательно относилось к проявлениям недопустимо близких, личных контактов своих представителей с должностными лицами стороны обвинения. Так, Ю.Ф. Лубшев отмечает, что Президиумы считают недопустимым отход адвоката от официальных позиций во взаимоотношениях с должностными лицами. Одного из адвокатов, указывает автор, подвергли дисциплинарному взысканию за то, что он по просьбе следователя участвовал в деле без получения ордера юридической консультации52.

" В 60-е годы в МГКА было проведено обобщение о взяточничестве в правоохранительной системе, показавшее, что замешанными в коррупции оказываются почти исключительно адвокаты из бывших судей, прокуроров и следователей. С тех пор в МГКА введен категорический запрет для выходцев из судов, прокуратур и следственных органов в течение пяти лет практиковать по месту прежней работы. А в так называемых "альтернативных" коллегиях вчерашние следователи ФСБ и МВД ведут прием клиентов чуть ли не в своих прежних кабинетах, дела им подбрасывают бывшие сослуживцы. Возникают связки "судья-адвокат", "следователь-адвокат" Согласитесь, тянет запахом коррупции!"53

"Коррумпированный" адвокат редко критикует сотрудников, намекает своему клиенту на личные контакты, а так же на то, что все вопросы он может решить, лишь бы клиент платил. Такой защитник редко заявляет ходатайства, жалобы, отводы следователям подразделения и т.д. Даже когда подзащитный настаивает на этом, адвокат под разными предлогами уклоняется от этих обязанностей.

Часто позиция такого адвоката по делу совпадает с задачами следствия. Он порой сам уговаривает подзащитного признать вину, выдать соучастников и т.д., мотивируя это его же интересами, советует линию защиты, направленную не на противостояние, а на компромисс со следствием и т.д. Подробно характеристику, "признаки" и закономерности защитительной деятельности "коррумпированных" адвокатов мы описывали в предыдущей главе.

Часто "коррумпированные" адвокаты становятся постоянно действующими посредниками во взяточничестве54 между коррумпированными представителями стороны обвинения и доверителями. Организованная преступная группа (именно так следует квалифицировать такой "тандем") в составе следователя (дознавателя, оперативника, прокурора, судьи) и "коррумпированного" адвоката чаще всего совершает различные преступления против правосудия, вымогает у подозреваемых, обвиняемых, их родных и близких, представителей криминальных структур, крупные денежные суммы за принятие правовых решений в пользу привлекаемых к ответственности. Причем речь может идти как о законных, так и о незаконных решениях. Иногда адвокат уже при первом конфиденциальном свидании с подзащитным называет явно завышенную сумму гонорара и отмечает, что какая-то его часть пойдет на взятки должностным лицам. Хотя во многих случаях речь идет о мошенничестве, сопряженном с подстрекательством к даче взятки.

В преступной среде некоторых регионов и населенных пунктов ходят слухи даже о "фиксированных ставках, расценках" на услуги представителей стороны обвинения, в зависимости от тяжести статьи обвинения, личности привлекаемого и т.д. Людская молва указывает заинтересованным лицам и на конкретных адвокатов, кто постоянно осуществляет посредничество во взяточничестве. Многие "коррумпированные" адвокаты дают взятки должностным лицам уже только за приглашение (иногда и навязывание) конкретного защитника к участию в "платном" деле. Речь идет, как правило, о процентной ставке (5 %, 10 %, 20 % и более) за первичную сумму гонорара55.

"Коррумпированные" адвокаты и адвокаты-мошенники чаще всего "паразитируют" на определенных типах доверителей, подзащитных и проявляют осторожность в отношении тех, с кем применение их типичных незаконных приемов - дело опасное и неблагодарное (См., 5.4.1) (См. Приложение 4).

По своей сути "коррумпированные" адвокаты являются своеобразным антиподом "вовлеченных". Если первые работают в основном в интересах стороны обвинения, то вторые - в интересах организованной преступности. При всех различиях в подходах к защитительной деятельности, у этих антиподов есть и общие незаконные средства и способы. И те, и другие делают все возможное для развития коррупции в правоохранительных органах, вывода из их рядов честных, принципиальных и грамотных специалистов, они являются активными членами коррумпированных преступных групп и сообществ. И те, и другие уверены, что никакие законные приемы защиты не сравнятся по эффективности с подкупом "нужных" должностных лиц правоохранительных органов.

Так обобщенный образ пресловутого героя романа Марко Незе "Спрут" (и одноименного сериала) - адвоката Терразини, давно стал реальностью российской действительности. Высокая степень общественной опасности обоих этих типов заключается еще и в том, что честные, порядочные адвокаты, для которых закон и профессиональная этика далеко не пустой звук. Глядя на сомнительные успехи "коррумпированных" и "вовлеченных", бесчестных и некомпетентных соратников по корпорации, без труда находят повод разувериться в необходимости соблюдать закон, совершенствовать профессиональное мастерство. "Зачем быть честным профессионалом, - с горечью заметил один из проинтервьюированных нами адвокатов, - если большие деньги, известность и авторитет могут заработать совершенно некомпетентные лица, особенно если они имеют коррумпированные связи в суде, правоохранительных органах или знакомства в криминальном мире?".

Так, опрос адвокатов, членов МГКА по вопросу о наиболее серьезных проблемах современной адвокатуры показал, что сами члены корпорации считают необходимым запретить адвокатам - бывшим работникам органов следствия, прокуратуры и судов вести дела по прежнему месту работы. Связки "следователь - свой адвокат" из числа бывших следственных работников ведут к злоупотреблениям56.

Еще раз отметим, что мы говорим здесь о закономерностях, которые, если исходить из строго научных критериев, если и существуют, то во всяком случае еще не исследованы на надлежащем уровне. Автор говорит об этих закономерностях, поскольку с ними ежедневно сталкивается он и его коллеги - следователи, прокуроры, судьи и другие практические работники.

В настоящем исследовании лишь поднимается давно назревшая проблема комплексного (уголовно-правового, криминалистического, криминологического) характера, о которой ранее предпочиталось замалчивать, делая вид, что ее не существует. В настоящее время наука в единстве с практикой должна разработать надежный механизм нейтрализации этих негативных явлений.

3.2.12. "Оплаченный" и "неоплаченный" адвокат.

Последняя классификация, которую хотелось бы привести в этой части работы, за основу берет признак оплаченности защитников. В зависимости от того, участвует ли адвокат в деле по назначению дознавателя, следователя, прокурора или суда (ч. 5 ст. 50 УПК РФ, ч. 2 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре) или он работает на основании соглашения с оплатой услуг доверителем, профессиональных защитников условно можно разделить на:

- работающих на платной основе ("оплаченный" адвокат);

- работающих по назначению ("неоплаченный" адвокат57) (См. Приложение 5 п. 5.1-5.2).

Закономерности защитительной деятельности адвоката в зависимости от оплачиваемости его услуг, в целом, очевидны каждому. Несмотря на то, что адвокатская деятельность не является предпринимательской (ч. 2 ст. 1 Закона об адвокатуре), т.е., не направлена на систематическое получение прибыли (ч. 1 ст. 2 ГК РФ), любой адвокат рассчитывает на оказание услуг преимущественно на платной основе. Тем более, что он не вправе заниматься иной оплачиваемой деятельностью, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности (ч. 1 ст. 2 Закона об адвокатуре).

Во многом даже не имеет существенного значения квалифицированный ли адвокат вступил в такое дело или новичок, неквалифицированный. Так или иначе, качество юридической помощи, активность защитника, как правило, бывает ниже, чем если бы тот же специалист работал по соглашению.

Было бы совершенно несправедливым сделать вывод, что все адвокаты - исключительно корыстные люди, не желающие даже "пальцем пошевелить" бесплатно. Среди защитников очень много настоящих профессионалов, уважающих себя и свой труд и не идущих ни на какие компромиссы даже по "бесплатному" делу. Для большинства адвокатов профессиональная репутация, честь и достоинство выше материальной выгоды, а потому они и по назначению работают добросовестно, принципиально, на высоком профессиональном уровне. Такие адвокаты в буквальном смысле слова "спасают" следователей, прокуроров и дознавателей, обеспечивая защиту по делам, где она обязательна (ст. 51 УПК РФ), чем вызывают искреннее уважение и благодарность представителей стороны обвинения.

И не вина, а беда адвокатов в том, что по всей России защита граждан по назначению составляет большую часть всего объема работы адвокатов в уголовном судопроизводстве. Так, в 2001 году по назначению органов следствия и суда выполнено 1 118 520 поручений - 63,6 % от общего объема работы по уголовным делам, а в 2000 году это соотношение составляло 50,3 %. Это данные в целом по стране. Но в некоторых, особенно датируемых из федерального бюджета регионах, доля бесплатных защит достигает 70-80 %58.

При этом государство не исполняет в полной мере своих обязательств перед адвокатами по оплате их труда по защите малоимущих. В 2001 году общая сумма, подлежащая выплате адвокатам, составила 175 428 964 руб., из них было выплачено 101 205 076 руб.59

" Это ничто иное, как абсолютно безразличное отношение к вопросу о состоянии защиты прав своих граждан. Требовать от адвокатов высокого уровня бесплатной защиты по абсолютному большинству бесплатных дел просто бессмысленно"60.

Еще в XIX веке Р. Гаррис во вступлении к своей знаменитой "Школе адвокатуры" писал, что в жизни адвоката бывают два периода: первый - когда он ловит стряпчих, второй - когда его ловят стряпчие. Чтобы дожить до второго периода, надо быть настоящим адвокатом61.

Разумеется, даже самый квалифицированный и добросовестный адвокат, если у него много "оплаченных" дел (а иначе при таких качествах и быть не может) и при этом ему поручены дела по назначению, при неизбежном в такой ситуации дефиците времени предпочтет больше сил отдать доверителям, оплатившим его труд. Так уж сложилось в адвокатской практике, что чем опытней, квалифицированней, известней адвокат, тем меньше у него бесплатных дел. Соответственно "молодые специалисты", специалисты со слабой квалификацией чаще других берут дела по поручению. По данным исследования МГКА количество бесплатных дел у адвоката зависит от стажа его работы. Более половины таких дел ведут адвокаты со стажем до 10 лет. Из них со стажем до 5 лет - 34,4 % бесплатных дел62.

Молодым специалистам это порой и выгодно, и необходимо - нарабатывается необходимая практика, растет известность среди следователей и потенциальных доверителей. Но даже неопытный адвокат при большом количестве "бесплатных дел" не имеет стимула к обеспечению высокого уровня профессиональной защиты.

Итак, "неоплаченный" адвокат - это защитник, часто имеющий не самый большой опыт и не самую высокую квалификацию и/или работающий на более низком профессиональном уровне, чем он же мог работать, если бы его работа была оплачена.

Эта печальная закономерность имеет ряд следствий, весьма существенных для настоящего исследования.

"Неоплаченный" адвокат, как правило, не пойдет на большую часть нарушений, описанных в данной работе. Особенно сомнительно, чтобы он сознательно пошел на преступление. Ради чего, как говориться, рисковать? Разве что в отместку, в качестве "адекватного ответа" явно зарвавшемуся следователю, допускающему грубейшие нарушения закона. Или такое может позволить себе окончательно деградировавший от безнаказанности субъект, у которого вся защитительная деятельность - сплошные нарушения.

Типичными нарушениями "неоплаченных" адвокатов являются:

- срывы следственных действий (5.15);

- подписание протоколов задним числом, при фактическом неучастии в следственном действии;

- пассивность в ситуации, когда защитник обязан предпринять активные действия (обжалование незаконного задержания и ареста, продления срока содержания под стражей, предъявление обвинения, не подтвержденного доказательствами и т.д.) (6.6 и др.);

- отсутствие надлежащей реакции защитника на нарушения закона со стороны следователя, дознавателя, судьи;

- наличие у адвоката позиции по делу вопреки воле доверителя (6.2.). Например, адвокат убеждает клиента признать вину вопреки его воле, для того, чтобы "быстрее все закончить, зря не терять время";

- разглашение сведений, сообщенных ему подзащитным без согласия последнего (6.4.);

- отказ от защиты (5.7.);

- склонение, провоцирование обвиняемого к отказу от защитника или к замене защитника (5.7., 6.6 и др.);

- грубость, раздражительность, иное неэтичное поведение в отношении неимущего клиента в отместку за то, что он не может оплатить гонорар (5.3.1., 5.1 и др.);

- те же самые неэтичные действия в отношении субъекта расследования за то, что "подкинул" бесплатное дело;

- намеренное затягивание расследования в целях понуждения подзащитного, его родственников к оплате гонорара (5.16 и др.);

- сговор со следователем, дознавателем, прокурором, судьей о применении (усилении) мер процессуального принуждения (задержание, арест, привод и др.) в целях шантажа подзащитного и вымогательства у него денег;

- и другие.

Заметим, что практически все незаконные методы "неоплаченных" адвокатов относятся к виду нарушений против клиента (См. Приложение 6), из корыстных и иных побуждений, большая их часть - явные, редко они носят сложный, изощренный, трудно выявляемый характер, т.е. нарушения "неоплаченных" адвокатов, как правило, относительно легко выявляются (См. Приложение 3).

Но есть и "особые случаи", исключения из выше сформулированной закономерности. Опишем их подробнее.

Если "неоплаченный" защитник и совершает нарушения закона и профессиональной этики, то это могут быть явно корыстные действия не в пользу своего клиента. Так, часто недобросовестные адвокаты намеренно, без всякой оплаты берутся "защищать" одного из соучастников преступления, только для того, чтобы, воздействуя на неимущего клиента, добиться преимуществ для его соучастника.

По одному из дел о групповом убийстве, где лидирующую роль сыграл Б. - сын богатых родителей, а пособником - его неимущий товарищ М. - сирота, адвокат, получивший деньги от родителей Б., помимо официального соглашения добился того, что стал "неоплаченным" защитником у М. В ходе следствия он уговорил М. взять убийство на себя и дать показания, что Б. был лишь очевидцем преступления и не принимал в нем участия. Разумеется, такие же показания дал и сам Б., защитнику которого родители так же хорошо заплатили. Согласованные действия двух беспринципных адвокатов63 позволили Б. полностью уйти от уголовной ответственности, а М. получил 20 лет лишения свободы "в обмен" за обещание побеспокоиться об условно-досрочном освобождении, регулярные и щедрые передачи, помощь после освобождения и т.д.

Отсюда ясно, что если "вовлеченный" адвокат охотно берется за бесплатное дело, сам просится защищать неимущего - причиной тому может быть желание помочь кому-то другому, имеющему отношение к организованному преступному формированию, в котором состоит адвокат. То есть опять-таки во вред своему подзащитному.

Другими мотивами альтруизма "вовлеченного" адвоката может быть сбор сведений по конкретному уголовному делу в интересах ОПГ (ОПС).

Нередко, таким образом, недобросовестные адвокаты собирают компрометирующие материалы на конкретного следователя, дознавателя, судью в целях последующего шантажа, либо дискредитации. Расчет прост. Многие следователи, дознаватели, судьи по делам в отношении неимущих, так же как и адвокаты, слегка расслабляются, допускают ошибки и нарушения закона, такие, как нарушения сроков следствия (ст. 162 УПК РФ), составление документов задним числом и проч.

Один мой знакомый следователь даже утверждал, что расследовать уголовное дело без фальсификации в той или иной форме вообще невозможно. А по бесплатному делу, где адвокат на все смотрит "сквозь пальцы" и хочет одного - поскорее избавиться от бесплатной работы, фальсификация наиболее безопасна.

Думаю, следователю с подобным мировоззрением в будущем придется туго. Слегка отвлекаясь, хотелось бы напомнить своим коллегам, кто еще пользуется сомнительными приемами расследования, что в условиях УПК РФ, когда адвокат имеет возможность полностью "ревизовать" предварительное расследование, получая копии всех материалов дела (ст. 53 ч. 1 п. 7 УПК РФ) о таких распространенных нарушениях, как датирование документов задним числом; исправление текстов процессуальных документов; замена листов дела другими; собирание подписей участников процесса на протоколах после окончания расследования и т.п. лучше забыть. Иначе можно не только попасть "на ковер" к начальству, но и на крючок к "вовлеченному" адвокату и дальше - на скамью подсудимых за должностное преступление

Следующий "особый случай": иногда "неоплаченный", но вместе с тем высококвалифицированный, опытный и известный адвокат может вступить в дело и работать на совесть из "личного интереса". Если подзащитный - его друг, родственник, близкий человек, родственник друзей и т.п. Все мы люди, и ничто человеческое нам, как говорится, не чуждо. Но только адвокатам, в отличие от нас, их процессуальных противников, ни закон, ни профессиональная этика не запрещают быть лично заинтересованными в деле своего клиента. Например, защитником Дмитрия Якубовского, осужденного за хищение раритетных рукописей, была его жена - И.П. Якубовская64.

Ясно, что в таком случае неимущий подзащитный не будет обделен квалифицированной юридической помощью, и все действия защитника будут направлены исключительно в его пользу. Однако, от лично заинтересованного адвоката, при прочих проанализированных условиях, можно ожидать самых разных нарушений закона. Любого человека личный интерес порой толкает на самые неблаговидные поступки.

Подобным полезным для подзащитного исключением является и работа адвоката, который формально является "неоплаченным", но на самом деле он получил сумму гонорара "в черную", т.е. помимо соглашения и кассы адвокатского образования. Несмотря на то, что это обстоятельство тщательно скрывается от посторонних глаз, да никто и не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи (ст. 6 ч. 2 Закона об адвокатуре), тем не менее, это является нарушением названного закона (ст. 25 ч. 6), налоговым правонарушением и довольно легко диагностируется. Очевидно, что поведение такого фиктивно бесплатного адвоката в отношении своего клиента будет более предупредительным, заинтересованным, активным, чем если бы работа не была оплачена.

Своеобразным исключением из той же общей закономерности является и помощь "контактного" адвоката правоохранительным органам по делам, где участие защитника является обязательным (ст. 51 УПК РФ). Как уже отмечалось "контактный" адвокат - это очень часто и квалифицированный и опытный и известный специалист. Он дорожит хорошими отношениями с субъектами расследования, а потому время от времени, если у него есть такая возможность, делает услугу, именно большую услугу следователю - соглашается участвовать в бесплатном деле. Вновь подчеркнем - речь идет о надлежащем исполнении своих обязанностей, но с учетом правомерных нужд следствия (дознания), а не о действиях против клиента в угоду стороне обвинения.

Так, по данным МГКА адвокаты по бесплатным делам, тем не менее, добиваются исправления большого числа следственных и судебных ошибок. Они добиваются оправдательных приговоров, прекращения дел, возвращения на доследование, изменения квалификации деяния в лучшую для обвиняемого сторону и др. В 4,4 % бесплатных дел защита по назначению "переросла" в защиту по соглашению, т.е. клиенты посчитали нужным оплатить труд назначенного защитника65.

Действиями против клиента по бесплатным делам в угоду стороне обвинения, как уже отмечалось, "грешат" "коррумпированные" адвокаты как недобросовестная часть "контактных". Эти де-факто следователи и оперуполномоченные, "переодетые" в адвокатов берут на себя большую долю бесплатных дел.

Осуществление защиты по бесплатным делам как раз и входит в качестве одного из условий приближенности "коррумпированного" адвоката к следователю, следственному отделу и т.д., наряду с другими взаимными услугами.

Одним из самых неприглядных, безнравственных проявлений "коррумпированного" адвоката является его бесплатное и разовое участие как своеобразного "статиста" в следственных действиях, как правило, первоначальных, когда подозреваемый, обвиняемый дает признательные показания. В таких случаях следователи и оперативники обоснованно опасаются, что в дальнейшем, наняв другого адвоката, обвиняемый изменит свои показания и будет отрицать вину.

Как известно, в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ допрошенный без защитника подозреваемый, обвиняемый вправе изменить свои показания, а первоначальные в таком случае становятся недопустимым доказательством. Приглашенный в качестве статиста "коррумпированный" защитник своим пассивным присутствием делает первоначальные признательные показания допустимым доказательством обвинения на всех стадиях процесса.

*****

Здесь рассмотрены наиболее обобщенные данные об адвокатах, допускающих незаконные методы и средства профессиональной защиты. В задачу входило продемонстрировать некоторые закономерности, связывающие наиболее общие личностные, профессиональные свойства защитников с соответствующими видами незаконных методов защиты. Вновь отметим, что эти закономерности имеют весьма условный, неоднозначный характер, высокий коэффициент "погрешности", дефекты корреляционных связей и зависимостей с другими элементами характеристики незаконных методов защиты и методики их нейтрализации. Однако при нынешнем уровне средств противодействия этим методам, незначительном количестве дел о преступлениях адвокатов, более точные связи и зависимости "вычислить" невозможно. Развитие соответствующей правоприменительной практики, связанные с этим дальнейшие исследования, позволят прийти к результатам более высокой степени достоверности.

При этом, проанализированные выше типичные свойства личности, профессиональные качества в той или иной мере присущи всем адвокатам. Совершают же преступления и иные нарушения - единицы. Подчеркиваем: нет и не может быть однозначной, прямой связи между тем или иным профессиональным качеством адвоката и конкретным видом, способом правонарушения. То есть, например, если адвокат "неоплаченый", это вовсе не значит, что он обязательно допустит отказ от защиты или сговор со следователем о применении (усилении) мер процессуального принуждения. Совершение адвокатом правонарушения или воздержание от него в большей степени зависит от его моральных, нравственных качеств, от уровня его правосознания, порядочности, честности, а не от того, к какому из выделенных в настоящей работе типов он относится.

Приведенные обобщенные данные, и в целом ничто из того, что изложено в этой работе, не может рассматриваться, как намерение автора подорвать авторитет членов адвокатского сообщества и адвокатуры в целом. Современная адвокатура не менее здоровый организм, чем любое из правоохранительных ведомств. Основная задача науки - содействовать укреплению адвокатуры, очищению ее рядов, а не создавать какое-либо отрицательное мнение о ней. В каждой организации есть люди, которые, мягко говоря, попали в нее случайно. Выявить таких лиц, "вывести на чистую воду" в большей степени задача уже самой организации. Научные рекомендации призваны лишь содействовать в этом.

Сноски и примечания

1 Как уже было отмечено во введении, уголовно-правовая характеристика типичных преступлений, совершаемых адвокатами, будет рассмотрена в следующей книге.

2 Федеральных законов "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", "Об оперативно-розыскной деятельности" и др.

3 Последнее, далеко не всегда бывает в интересах клиента. См., например, 10.1.

4 Пример неудачного использования так называемой коллизионной защиты.

5 Перлов И.Д. Право на защиту. - М., 1969. - С. 29.

6 Подробно см. 10.1.

7 Резник В.Ю. Общие вопросы тактики защиты на предварительном следствии // Криминалистические аспекты профессиональной защиты по уголовным делам: Сб. статей. - Екатеринбург, 2001. - С. 120.

8 Карагодин В.Н. Преодоление противодействия предварительному расследованию. - Свердловск, 1992. - С. 18.

9 Карагодин В.Н. Указ. соч. С. 27-29. Схожий критерий классификации предлагает Р.С. Белкин, различая по отношению к конкретному преступлению "внутреннее" и "внешнее" противодействие. См. Белкин Р.С. Противодействие расследованию и пути его преодоления криминалистическими и оперативно-розыскными средствами и методами // Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования. - М., 1997. - С. 130.

10 Равно как и авторы других работ по данной тематике. См., например, Белкин Р.С. Указ. соч. - С. 129-149; Корноухов В.Е. Учение о противодействии расследованию преступлений: Курс Криминалистики / Отв. ред. В.Е. Корноухов. - М., 2000. - С. 190-200; и др.

11 Карагодин В.Н. Указ. соч. - С. 29-30.

12 Карагодин В.Н. Указ. соч. - С. 17-18.

13 О которых мы расскажем в одной из следующих книг.

14 Здесь мы берем за основу классификации, приведенные в названных работах В.Н. Карагодина.

15 Бойков А.Д. Этика профессиональной защиты по уголовным делам. - М., 1978. - С. 80-81.

16 См. нормы профессиональной этики, гл. 9.2. пункт 15.

17 См. "скандальный" адвокат, 3.2.9.

18 Так называемое нами "правило ч. 2 ст. 18 Закона об адвокатуре. Подробно об этом в гл. 2.

19 Однако не стоит забывать, что при прочих равных условиях все-таки сами эффективными являются конструктивные, бесконфликтные средства нейтрализации: убеждение, уступка, компромисс и др. Об этом подробно - в следующей книге.

20 Ст. 17 ч. 5 Закона об адвокатуре.

21 Что подробно будет рассмотрено в следующей работе, посвященной нейтрализации незаконных методов уголовной защиты.

22 Здесь мы используем отдельные теоретические положения, лежащие в основе формирования и использования криминалистических характеристик преступлений. См., например, Шиканов В.И. Теоретические основы тактических операций в расследовании преступлений. - Иркутск, 1983. - С. 24.

23 Лубин А.Ф. Механизм преступной деятельности. Методология криминалистического исследования: Монография. - Н. Новгород: НЮИ МВД России, 1997. - С. 207.

24 Далее, для краткости - исследование МГКА. См. Петрухин И.Л. Отчет о социологическом исследовании факторов, влияющих на деятельность адвокатов Московской городской коллегии адвокатов // Рассказывают адвокаты. / Отв. ред. Резник Г.М. - М., 2000. - С. 93-112.

25 Савицкий В. Престиж адвокатуры. // Правда. - 1987. - 22 марта.

26 "Карьера чиновника". // Российская газета. - 2002. - 12 сентября.

27 Об этом - в следующей работе, которая будет посвящена средствам нейтрализации незаконных средств и методов уголовной защиты.

28 В этом легко убедиться, изучив, например, справочник: Современные российские юристы: Кто есть кто в юридической науке и практике. / Под ред. С.П. Щербы, В.Е. Крутских, 2-е изд. - М., 2001. - 400 с. В этом уникальном и полезном издании вкратце излагается трудовая биография части самых известных и квалифицированных юристов России. Среди них много адвокатов с многолетним стажем работы.

29 Карагодин В.Н. Преодоление противодействия предварительному расследованию. - Свердловск, 1992. - С. 86-87.

30 При оценке качества работы принималось во внимание доля прекращенных дел, дел возвращенных для дополнительного расследования, число оправдательных приговоров как результаты работы защитника.

31 По количеству постановлении о прекращении дела, оправдательных приговоров и возвращений дел на доследование: адвокаты-мужчины - 56,5 %, адвокаты-женщины - 42,6 %. В этой части мы, при всем уважении к автору, более всего склонны критически оценивать результаты проведенного МГКА исследования. Прим. автора

32 Петрухин И.Л. Отчет о социологическом исследовании факторов, влияющих на деятельность адвокатов Московской городской коллегии адвокатов. // Рассказывают адвокаты / Отв. ред. Резник Г.М. - М., 2000. - С. 93-112.

33 Президиум коллегии адвокатов - наименование руководящего органа адвокатских образований до вступления в силу действующего закона об адвокатуре.

34 Лубшев Ю.Ф. Адвокатура в России: Учебник. - М., 2001. - С. 254.

35 Конечно же только поводом, а не безусловным основанием привлечения к ответственности. Подробно об этом см. 5.6., а так же: Гармаев Ю.П. Ответственность адвоката перед подзащитным за ненадлежащее исполнение обязанностей. // Журнал российского права. - 2003. - № 6. - С. 34-38.

36 См. нормы этики в гл. 9.2.

37 Резник Г.М. Спасите адвокатуру. // Рассказывают адвокаты / Отв. ред. Резник Г.М. - М., 2000. - С. 168-169. См. так же Барщевский М.Ю. Адвокатская этика. - М., 2000. - С. 154.

38 См., например, интересные наблюдения об этом прокурора г. Казани: Багаутдинов Ф. Закон об адвокатуре: взгляд с другой стороны. // Российская юстиция. - 2001. - № 5. - С. 9.

39 Зорин Г.А. Криминалистическая методология. - Мн., 2000. - С. 542.

40 Курс криминалистики. Особенная часть. Т.1. Методики расследования насильственных и корыстно-насильственных преступлений / Отв. ред. В.Е. Корноухов. - М., 2001. - С. 170.

41 Зорин Г.А. Указ. соч. - С. 547-548.

42 Подробно о противодействии расследованию со стороны работников правоохранительных органов см. Карагодин В.Н. Преодоление противодействия предварительному расследованию. - Свердловск, 1992. - С. 155-169.

43 Брусницын Л.В. Ограничение права на свидание защитника с подзащитным в национальном и международном праве. // Государство и право. - 2002. - № 11. - С. 105. Эти и другие виды незаконной деятельности защитников будут подробно описаны в последующих главах работы.

44 К счастью, это не всегда одно и тоже. Вовлеченными бывают и неквалифицированные адвокаты.

45 Мы говорим о незаконном компромиссе, поскольку имеются многочисленные варианты законных, допустимых сделок с правосудием. См. гл. 13.1., а так же, например: Компромисс как эффективное средство в борьбе с преступностью // Актуальные проблемы прокурорского надзора. Сборник статей. Выпуск № 4. - М., 2000. - 116 с.; Аликперов Х.Д., Зейналов М.А. Компромисс в борьбе с преступностью. - М., 1999. - 84 с.

46 Каратаев В.И. Запачканные мундиры. // Записки криминалистов. Вып. 3. / Под ред. Образцова В.А. - М.,1994. - С. 113.

47 Речь идет о процессуальных условиях, действовавших до 1.07.02.

48 Именно так образно, в положительном ключе называл адвокатов Р.С. Белкин. См., Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. - М., 2001. - С. 195-202.

49 Лубшев Ю.Ф. Адвокатура в России: Учебник. - М., 2001. - С. 250.

50 Мы в полной мере осознаем, что называть какие-то нарушения закона "мелкими" не совсем корректно с точки зрения права и науки. Но каждый опытный следователь и адвокат знает, что имеет ввиду автор.

51 А ведь часто эти характеристики совмещаются и в одном человеке.

52 Лубшев Ю.Ф. Адвокатура в России: Учебник. - М., 2001. - С. 251.

53 Резник Г.М. Спасите адвокатуру // Рассказывают адвокаты / Отв. ред. Резник Г.М. - М., 2000. - С. 169.

54 Точнее сказать - соучастниками, в форме подстрекательства или пособничества в получении взятки - статья 33 ч. 4, 5 и соответствующая часть и пункт статьи 290 УК РФ и другие преступления.

55 Об этих преступлениях см. 5.5.1.

56 Петрухин И.Л. Отчет о социологическом исследовании факторов, влияющих на деятельность адвокатов Московской городской коллегии адвокатов // Рассказывают адвокаты / Отв. ред. Резник Г.М. - М., 2000. - С. 114-115.

57 Вообще-то о "неоплаченности" в данном случае можно говорить с определенной долей условности. В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 4 июля 2003 г. № 400 "О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда", размер оплаты труда защитника по назначению составляет не менее одной четверти и не более одного МРОТ за один день участия, в зависимости от сложности уголовного дела.

58 Работа коллегий адвокатов РФ в 2001 году. // Российская юстиция. - 2002. - № 8. - С. 71.

59 Там же. - С. 71.

60 Рогачев Н.Д. 135-летие Российской адвокатуры. // Нижегородский юрист. - 2000. - Вып. 2. - С. 6-7.

61 Гаррис Р. Школа адвокатуры: Пер. с англ. - Тула, 2001. - С. 9.

62 Петрухин И.Л. Отчет о социологическом исследовании факторов, влияющих на деятельность адвокатов Московской городской коллегии адвокатов. // Рассказывают адвокаты. / Отв. ред. Резник Г.М. - М., 2000. - С. 107-108.

63 Налицо признаки, как минимум, преступного разглашения. См. 5.1.8, 9.6 и др.

64 Якубовская И.П. Генерал Дима: Карьера. Тюрьма. Любовь. - М., 1999.

65 Петрухин И.Л. Отчет о социологическом исследовании факторов, влияющих на деятельность адвокатов Московской городской коллегии адвокатов // Рассказывают адвокаты. / Отв. ред. Резник Г.М. -М., 2000. - С. 96, 98.

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100