Жеребятьев И.В. Определение личности потерпевшего в современном российском уголовном судопроизводстве // Личность потерпевшего в современном уголовном судопроизводстве России:


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

 

Жеребятьев И.В.
Личность потерпевшего в современном уголовном судопроизводстве России:
Монография. - Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2004. - 220 с.

К оглавлению

1.2 Определение личности потерпевшего в современном российском уголовном судопроизводстве

Термин "потерпевший" впервые появился в Уставе уголовного судопроизводства 1864 года. Под потерпевшим подразумевалось лицо, вступившее в производство по уголовному делу. Однако Устав не придерживался какой-либо строгой терминологии в отношении этой категории лиц. Они именуются и "потерпевшими от преступления лицами", и "потерпевшими вред и убытки", и "обиженными"3. Никакого признания лица потерпевшим не требовалось4.

1 Колмаков П.А. Указ. соч. С. 23.

2 Рыбальская В.Я. Уголовно-правовое, уголовно-процессуальное и виктимоло- гическое понятие потерпевшего // Правоведение. 1976. № 3. С. 125.

3 Юношев С.В. Адвокат представитель потерпевшего: Дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2000. С. 27-28.

4 Шадрин В.С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений: Дис. ... д-ра юрид. наук. Волгоград, 1997. С. 248.

29

В дальнейшем, в ходе развития науки уголовно-процессуальной науки, количество сведений о потерпевшем в уголовном процессе росло, но в новое качество все же не переходило, в связи с чем процессуальная фигура потерпевшего до сих пор вызывает многочисленные дискуссии среди ученых-процессуалистов как нашей страны, так и зарубежных государств. Процессуальный институт потерпевшего, служащий задаче охраны общественного порядка, общественной безопасности, прав, свобод и законных интересов граждан интересен для изучения наукой уголовного процесса по многим причинам. Так, в правовом положении потерпевшего наиболее ощутимо свойственное всему российскому уголовному процессу единство противоречивых начал общественного и личного интересов, публичной и частной форм производства по уголовному делу. Причиненный преступлением вред по своей сути носит общественный характер, но непосредственно может затрагивать личные интересы конкретного лица, физического или юридического. Более того, именно путем предоставления в уголовном судопроизводстве процессуальных прав потерпевшему, он имеет реальную возможность на реализацию конституционных положений ст. 52 Конституции РФ о том, что права потерпевших от преступлений охраняются законом и что государство должно обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Новое уголовно-процессуальное законодательство России наделило потерпевшего широкими правами, что является позитивным моментом в свете расширения диспозитивных начал судопроизводства по уголовным делам. В связи с этим приобрел особую актуальность вопрос о содержании понятия "потерпевший". Содержание понятия "потерпевший" не оставалось неподвижным, оно изменялось и обогащалось в процессе развития как общественных отношений, смены государственного строя, так и в процессе развития науки уголовного процесса. Процессуальная фигура потерпевшего претерпела множество изменений, превратившись, в итоге, из рядового свидетеля в полноправного участника уголовного судопроизводства, выступающего, согласно п. 47 ст. 5 и гл. 6 УПК, на стороне обвинения. В этой связи исследование процессуального определения потерпевшего в российском уголовном процессе представляется одной из важнейших задач современной

30

уголовно-процессуальной науки. Тем более, что изучение личности пострадавшего от преступления, а затем - и потерпевшего в уголовном судопроизводстве является актуальным на всем протяжении существования общества и государства. Являясь ключевой фигурой уголовного процесса, потерпевший неизменно привлекал, привлекает и, несомненно, будет привлекать к себе внимание ученых-процессуалистов. Тем не менее, проблема понятия личности потерпевшего в уголовно-процессуальном смысле до настоящего времени ни в науке уголовного процесса, ни в новом УПК РФ окончательно так и не решена.

Потерпевший, согласно ст. 42 УПК РФ, это - физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Как видим, данное определение существенно отличается от определения, которое было дано в ст. 53 УПК РСФСР. В нем, как можно отметить, имеются как положительные стороны, так и определенные недостатки1.

1 Целью настоящего исследования не является рассмотрение категории вреда (как физического, так и имущественного и морального) и проблемы его возмещения и компенсации, т.к. в процессуальной литературе данному вопросу в последнее время посвящено немало исследований монографического уровня. См., например: Нор В.Т. Правовые и теоретические основы защиты нарушенных преступлением имущественных прав в советском уголовном процессе. Киев, 1989; Газетдинов Н.И. Деятельность следователя по возмещению материального ущерба. Казань: Изд-во Казанского университета, 1990; Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда: Анализ и комментарий законодательства и судебной практики. 2-е испр. и доп. изд. М.: БЕК, 2000; Волосова Н.Ю. Потерпевший в уголовном процессе. Его процессуальное положение: Учебное пособие / Под ред. А.П. Гуськовой. Оренбург: Издательский центр ОГАУ, 1998; Карпиков А.С. Право на возмещение причиненного преступлением материального ущерба и его реализация в стадии предварительного расследования: Дис. ... канд. юрид. наук. М. 1999; Супрун С.В. Возмещение материального ущерба, причиненного гражданам при раскрытии и расследовании преступлений (уголовно-процессуальный и оперативно-розыскной аспекты): Дис. ... канд. юрид. наук. Омск, 2001; Курдуба-нов Ю.В. Обеспечение прав гражданского истца при рассмотрении уголовных дел судами: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М. 2002; Верпаховская Е.М. Компенсация морального вреда потерпевшему в Российском уголовном процессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2002; Батуев В.В. Обеспечение при расследовании преступлений гражданского иска: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 1999 и др.

31

Положительным моментом можно считать прямое указание законодателя на то, что потерпевшим может быть признано юридическое лицо. По этому поводу в научной юридической литературе уже давно шла дискуссия. Одни авторы считали, что потерпевшим может быть только физическое лицо, гражданин1. К данному мнению склонялся и Верховный Суд СССР2. Другие авторы бесспорным считали положение о том, что потерпевшим от преступления могут быть и юридические лица3.

Закрепленная в УПК РФ позиция законодателя, как представляется, заслуживает одобрения. Вся мировая уголовно-процессуальная практика идет в настоящее время к возможности признания потерпевшим юридическое лицо. Признание юридического лица потерпевшим наделяет его гораздо большим объемом прав, чем если бы оно было признано только гражданским истцом и, следовательно, большими возможностями защиты своих прав и законных интересов. Представляется, что исследование потерпевшего, в качестве которого выступает юридическое лицо, в дальнейшем будет одним из наиболее актуальных вопросов науки российского уголовного процесса. В отличие от некоторых зарубежных стран, в которых на протяжении уже длительного времени проводятся соответствующие исследования, отечественная уголовно-процессуальная наука в данном вопросе все еще находится в зачаточном состоянии. Так, уже в Уголовно-процессуальном кодексе Польши 1969 г. потерпевшим легально признавалось юридическое лицо. Более того, потерпевшим признавалось государственное или общественное учреждение, не имеющее статуса юридического

1 См., например: Савицкий В.М., Потеружа И.И. Потерпевший в советском уго ловном процессе. М., Госюриздат, 1963. С. 5 - 6; Уголовный процесс / Под ред. проф. Чельцова М.А. М.: Юридическая литература, 1969. С. 83; Чечель Г.И. Понятие жертвы преступления (Соотношение с уголовно-правовым, уго ловно-процессуальным понятием) // Актуальные вопросы борьбы с преступ ностью. Томск, 1984. С. 108; Красиков А.Н. Сущность и значение согласия потерпевшего в советском уголовном праве. Саратов, 1976. С. 40 и др.

2 Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда СССР, 1924 1986. М., 1987. С. 847.

3 См., например: Фойницкий И.Я. Указ. соч. Т. II. С. 21-22; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. М., 1968. С. 253, 256; Дагель П.С. Потерпевший в советском уголовном праве // Потерпевший от преступле ния (тематический сборник). Т. 85. Владивосток, 1974. С. 18 и др.

32

лица1. В отечественной науке в последние годы также заметно возрождение интереса к проблеме потерпевшего - не физического лица2, что, как думается, не может не считаться положительным моментом на современном этапе развития науки уголовного процесса.

Тем не менее, если исходить из общепринятой в настоящее время в научной литературе точки зрения о том, что понятие потерпевшего является в большей степени уголовно-правовым, нежели уголовно-процессуальным, то это ставит перед нами следующую существенную проблему, требующую своего разрешения как на теоретическом, так и на практическом уровне.

В соответствии с положениями ст. 19 УК РФ уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее установленного УК РФ возраста. Исходя из этого положения, возникает вопрос: кто, представитель потерпевшего, в качестве которого выступает юридическое лицо, или руководитель этого юридического лица будет нести уголовную ответственность, предусмотренную ч. 7 ст. 42 УПК РФ (по ст.ст. 307, 308 и 310 УК РФ)? Ведь ч. 9 ст. 42 УПК РФ упоминает, что "В случае признания потерпевшим юридического лица его права осуществляет представитель". Как видим, нет ни слова об осуществлении представителем потерпевшего - юридического лица обязанностей и несения им бремени ответственности. Такая же проблема усматривается и в ч.ч. 8 и 10 ст. 42 УПК РФ.

1 Защита прав потерпевшего в уголовном процессе (Сравнительное исследо вание). М.: Наука, 1993. С. 41.

2 См., например: Шамардин А.А. Проблемы развития частных начал обвине ния в российском уголовном процессе. Оренбург: Издательский центр ОГАУ, 2002. С. 63 - 65; Игнатьева М.В. Процессуальные и организационные вопро сы соблюдения прав и законных интересов потерпевших и обеспечение их личной безопасности: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000. С. 14-18, 22, 211; Фаргиев И.А. Уголовно-правовое значение личности и поведения потерпев шего: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 1997. С. 32 - 34, 41 - 42; Сидоренко Э.Л. Отрицательное поведение потерпевшего как обстоятельство, влияющее на дифференциацию и индивидуализацию наказания субъекта преступления: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ставрополь, 2002. С. 7, 9- 10; Петрова Н.Е. Частное и субсидиарное обвинение: Дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 1999. С. 103-109 и др.

33

Кроме того, кого следует подвергать принудительному приводу в случае неявки потерпевшего без уважительных причин (ч. 6 ст. 42 УПК РФ), если руководитель по каким-либо причинам не назначил представителя? Ведь совершенно абсурдным представляется выписывать постановление (определение) о производстве принудительного привода на какое-либо абстрактное лицо ("привести того, не знаю кого"), не участвующее в процессе в качестве представителя потерпевшего и в отношении которого не вынесено соответствующее постановление (определение) о признании таковым.

Как нам думается, данную проблему можно разрешить следующим образом: во-первых, следует изменить ч. 9 ст. 42 УПК РФ и закрепить в ней, что представителем потерпевшего, в качестве которого выступает юридическое лицо, должен выступать только его руководитель. Кстати, сам законодатель частично подталкивает нас к этому. В положениях ст. 23 УПК закреплено, что если деяние, предусмотренное главой 23 Уголовного кодекса РФ, причинило вред интересам исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, и не причинило вреда интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства, то уголовное дело возбуждается по заявлению руководителя данной организации или с его согласия. Таким образом, лицом, которое начинает уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого лица, фактически является руководитель организации, т.к. именно он инициирует возбуждение уголовного дела и, следовательно, дальнейшее направление движения процесса.

Кроме того, мы считаем, что необходимо дополнить ч.ч. 8 - 10 ст. 42 УПК РФ положениями о том, что представителям (близким родственникам) потерпевшего переходят не только его права, но и обязанности, предусмотренные нормами УПК РФ.

Постоянным дискуссионным вопросом среди процессуалистов является спор о круге лиц, могущих признаваться потерпевшими по делу. В опубликованной литературе высказана позиция, что к числу жертв преступлений следует относить не только конкретных физических лиц, которым преступлением непосредственно причинен вред, но и членов их семей и даже других близких им лиц, так как последние также несут и иму-

34

щественный и моральный вред1. Думается, что такое мнение заслуживает права на существование, тем не менее, следует все же вычленять именно потерпевших - лиц, которым вред причинен непосредственно общественно опасным деянием, предусмотренным нормой УК РФ.

В этой связи существенной и нерешенной до сих пор нашим законодателем в новом УПК проблемой является наличие или отсутствие процессуальной фигуры потерпевшего в тех случаях, когда преступление по независящим от виновного обстоятельствам не было доведено до конца и преступный результат не наступил (например, при приготовлении к преступлению, покушении на преступление). Некоторые авторы считают, что в таком случае не может быть и речи об активном участии потерпевшего и его заинтересованности в изобличении и наказании виновного2. Иной точки зрения придерживаются И.Я. Фойницкий3 и М.С. Строгович4, а также ряд иных ученых-процессуалистов5.

Конечно, данный вывод несомненно соответствует прямому грамматическому толкованию ст. 42 УПК РФ6, но, как видится, в корне противоречит ее логическому и систематическому

1 Минская В.С. Уголовно-правовая защита жертв преступлений / Проблемы защиты жертв преступлений (материалы расширенного заседания Ученого совета НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генераль ной прокуратуре РФ). М., 1999. С. 61.

2 См., например: Савицкий В.М., Потеружа И.И. Указ. соч. С. 8 - 9; Дубрив- ный В.А. Потерпевший на предварительном следствии. Саратов, 1966. С. 22; Дорохов В.Я. Показания потерпевшего как доказательство в уголовном про цессе. М., 1969. С. 9.

3 "Потерпевшими признаются все лица, которые понесли от преступления ка кой-либо вред... наличный или только юридически возможный (выделено нами)." (Фойницкий И.Я. Указ. соч. Т. II. С. 21).

4 "Поэтому следует положительно решить вопрос о допущении гражданина к участию в деле в качестве потерпевшего в случаях, когда произошло покуше ние на преступление, не причинившее физического или имущественного вре да (выделено нами)". (Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. М., 1968.- С. 257).

5 Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. М., 1961. С. 244; Мотовиловкер Я.О. Вопросы теории советского уголовного процесса. Томск, 1971. С. 93-101; Брусницын Л. К обеспечению прав жертв преступ лений в досудебных стадиях // Уголовное право. 2004. № 1. С. 58 и др.

6 А также соответствующих статей Устава уголовного судопроизводства 1864 г., Основ уголовного судопроизводства СССР 1958 г. и УПК РСФСР 1961 г.

35

толкованиям. Действительно, учитывая интересы потерпевшего, его участие в уголовном судопроизводстве в качестве равноправной стороны процесса обязательно не только при оконченном преступлении, но и когда преступное деяние не было доведено до конца по независящим от виновного обстоятельствам. В данном случае прав Я.О. Мотовиловкер, который указывал, что считать иначе означало бы исключение возможности возбуждения дел частно-публичного обвинения при неоконченном преступлении и, следовательно, возможности уголовного преследования виновных лиц по данной категории дел1. С введением в уголовный процесс России института частного обвинения аналогичный вывод можно сделать и в отношении дел частного обвинения. Более того, в случае непризнания лица потерпевшим при покушении на совершение преступления, как поступать, например, в следующей ситуации ?

Лицо, имея умысел на убийство другого лица, полностью выполнило объективную сторону преступления (например, выстрелило в него из ружья). Тем не менее, по независящим от него обстоятельствам, смерть не наступила (попал в нежизненно важный орган, вовремя подоспела медицинская помощь и т.д.). Но даже и при ненаступлении смерти (чего собственно и желал виновный) какой-либо вред лицу все же был бы причинен (в зависимости от наступивших последствий - тяжкий, средней тяжести), но квалификация данного преступления все равно бы шла по соответствующему пункту и части ст. 105 УК РФ со ссылкой на ч. 3 ст. 30 УК РФ (покушение на убийство). В этом случае, если исходить из точки зрения тех авторов, которые отрицают возможность наличия в данном случае процессуальной фигуры потерпевшего, получается абсурдная ситуация: вред лицу причинен, а потерпевшего в уголовно-процессуальном понимании нет.

Конечно, можно сделать оговорку, как, например, это делают В.М. Савицкий и И.И. Потеружа2, что потерпевший должен будет появиться в процессе, если ему покушением причинен

1 Мотовиловкер Я.О. Понятие потерпевшего в советском уголовном процессе // Правоведение. 1969. № 3. С. 123.

2 Савицкий В.М., Потеружа И.И. Указ. соч. С. 8 - 9.

36

вред. Представляется, что такое половинчатое решение недопустимо в корне.

Потерпевший участвует в процессе с целью защиты своих интересов, нарушенных преступлением, с целью доказать, что преступление было совершено, что этим преступлением ему был причинен тот или иной вред, что ответственность должно нести конкретное, подозреваемое или обвиняемое лицо. Это обвинительная деятельность. Как верно пишет М.С. Стро-гович, осуществление этой обвинительной функции целиком зависит от потерпевшего. Он вправе изобличать, обвинять обвиняемого, но может и отказаться от этого, ограничившись простой дачей показаний на предварительном следствии и в суде1.

Более того, нераскрытое покушение в дальнейшем может быть повторено, и на этот раз удачно. В этом случае несомненен интерес лица, на которое было совершено преступление, в изобличении и наказании виновного. Для эффективного же воздействия на ход процесса он неизбежно должен обладать рядом процессуальных прав.

Следует отметить, что этот вопрос положительно решался в ч. 1 ст. 73 проекта УПК РФ, подготовленного в Государственно-правовом управлении Президента РФ: "Потерпевшим признается также физическое лицо, которому... вред мог бы быть непосредственно причинен, если бы совершение запрещенного уголовным законом деяние было окончено (выделено нами - И.Ж.)2. Думается, что подобное решение проблемы во многом облегчило бы как теоретическое понимание процессуальной фигуры потерпевшего, так и признание лица потерпевшим на практике. Причем Пленум Верховного Суда СССР отметил в одном из своих Постановлений (Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 01.11.1985 года № 16 "О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве"), что отнюдь не во всех случаях обязательно наступление вредных последствий для потерпевшего.

1 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. М.: Наука, 1968. C. 255.

2 Российская юстиция. 1994. № 9. С. 33.

37

Одной из следующих проблем, нуждающихся в своем дальнейшем изучении наукой уголовного процесса, является вопрос о признании лица потерпевшим и о возможной дифференциации прав потерпевшего в зависимости от его преступного или аморального поведения до совершения преступления. Актуальность данного вопроса подтверждается тем, что данный вопрос не так давно был подвергнут тщательному монографическому исследованию1. На данный вопрос в настоящее время существуют две диаметрально противоположные точки зрения. Одни ученые2 считают, что поведение лица до совершения преступления должно учитываться при признании его потерпевшим (в таком случае лицо вообще может быть не признано потерпевшим), другие3 - что такое поведение не имеет какой-либо процессуальной значимости при признании лица потерпевшим. Имеется и пограничная точка зрения, сторонники которой полагают, что "неправомерному" потерпевшему следует предоставлять процессуальные права в ограниченном объеме4. Представляется, что верны все же были ученые, считающие, что поведение не должно иметь какого-либо процессуального значения для потерпевшего, т.к. потерпевший "существует объективно, независимо от того, оформлен ли его статус в процессуальном порядке или нет"5. К данному выводу справедливо пришел и законодатель, указав в норме ст. 22 УПК, что потерпевший, его законный представитель и (или) представитель вправе участво-

1 Сидоренко Э.Л. Указ. соч.

2 См., например: Дубривный В.А. Указ. соч. С. 26 - 38; Стремовский В.А. Учас тники предварительного следствия. Ростов-на-Дону. С. 211; Дагель П.С. "Вина потерпевшего" в уголовном праве // Советская юстиция. 1967. № 6. С. 10 и

3 См., например: Рахунов Р.Д. Указ. соч. С. 244 - 245; Мотовиловкер Я.О. По нятие потерпевшего в советском уголовном процессе // Правоведение. 1969. № 3. С. 124; Филановский И. Влияние поведения потерпевшего на ответствен ность субъекта преступления // Советская юстиция. 1972. № 14. С. 13 - 14; Брусницын Л. Указ. работа. С. 58 и др.

4 Ильина Л.В. Уголовно-процессуальное значение виктимологии // Правове дение. 1975. № 3. С. 122.

5 Франк Л.В. Виктимология и виктимность. Душанбе, 1972. С. 41. (Цит. по: Бор- зенков Г.Н. Уголовно-правовая защита интересов потерпевших от преступ ных посягательств на личную собственность // Вестник Московского университета. Серия 11, Право. 1984. № 1. С. 32.).

38

вать в уголовном преследовании обвиняемого, а по уголовным делам частного обвинения - выдвигать и поддерживать обвинение. Поэтому непризнание лица потерпевшим лишает его права на данную деятельность1.

В этой связи, как нам видится, достаточным в таких случаях будет указание п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ на то, что противоправное и аморальное поведение потерпевшего будет являться обстоятельством, смягчающим наказание.

С целью недопущения искусственного сужения или расширения круга лиц, которые могут быть признаны потерпевшими по уголовному делу, необходимо определить: будут ли являться потерпевшими по делу близкие родственники умершего лица, или же они будут являться представителями потерпевшего (т.к. умерший не может самостоятельно отстаивать свои интересы), или же признание их теми или другими не допустимо в принципе. Данная проблема также уже являлась предметом острых дискуссий среди ученых-процессуалистов2.

На первый взгляд, ч. 8 ст. 42 УПК решила эту проблему, закрепив, что по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего переходят к одному из его близких родственников. Таким образом, из текста закона видно, что потерпевшими близкие родственники не признаются, к ним переходят лишь права потерпевшего. Однако, все не так просто, как выглядит на первый взгляд. Закреп-

1 Достаточно интересное решение данной проблемы предлагают криминоло ги, предлагая, в частности, дополнить Уголовный кодекс России ст. 271 "От ветственность за преступление, совершенное при смешанной (обоюдной, встречной) вине". См.: Гаджиева А. Отрицательное поведение потерпевшего и его уголовно-правовое значение // Уголовное право. 2004. № 1. С. 16- 17.

2 Савицкий В.М., Потеружа И.И. Указ. соч. С. 14; Ратинов А. Участие потерпев шего в предварительном следствии // Социалистическая законность. 1959, № 4. С. 33; Божьев В.П. Процессуальное положение потерпевшего в уголовном судопроизводстве и судоустройстве в новом законодательстве Союза ССР. М., 1959. С. 245; Он же: Представительство в уголовном процессе // Учен. зап. ВНИИСЗ. Вып. 15. М., 1968. С. 119; Шешуков М.П. Правотворчество в свете процессуального положения потерпевшего // Потерпевший от преступле ния (Уголовно-правовые, уголовно-процессуальные, криминологические и психологические аспекты). Тарту, 1987. С. 48; Дорохов В.Я. Показания по терпевшего в следственном уголовном процессе. М., 1959. С. 4; Рахунов Р.Д. Указ. соч. С. 205-206; Волосова Н.Ю. Указ. соч. С. 27 и др.

39

ленная в УПК формулировка не снимает ряд как практических, так и теоретических проблем.

Во-первых, остается неясным, в качестве кого привлекаются близкие родственники - законных представителей, представителей или все-таки в качестве собственно потерпевших. Данная неясность вытекает, в частности, из сопоставления ч. 8 ст. 42 УПК с другими статьями Кодекса. Перечень законных представителей и представителей потерпевшего дан в законе исчерпывающе (п. 12 ст. 5, ст. 45 УПК) и среди них не указаны лица (а именно - близкие родственники потерпевшего), к которым переходят права потерпевшего в случае его смерти. В тексте УПК везде используются термины "потерпевший, его законный представитель и (или) представитель", хотя процессуальный статус лица, к которому переходят процессуальные права умершего потерпевшего, нигде в законе не определен.

Во-вторых, закон предусматривает переход прав потерпевшего к одному из его близких родственников только по уголовным делам, последствием которых явилась смерть потерпевшего (ч. 8 ст. 42). Рассмотрим в этой связи следующую ситуацию. Работники морга похищали ценные изделия из драгоценных металлов с тел покойных. Можно ли именно по факту хищения признать потерпевшим кого-либо из близких родственников умершего? Как видим, смерть наступила по иным причинам, она не является последствием какого-либо преступления (и даже если является, она не имеет значения применительно к самому факту хищения). Таким образом, исходя из толкования ч. 8 ст. 42 УПК, потерпевшим здесь нельзя признать никого, потерпевший в данном случае отсутствует? Единственно возможное, но половинчатое решение видится в возможности признания потерпевшим кого-либо из близких родственников в связи с причинением ему данными преступными деяниями морального вреда. Конечно, может наличествовать и имущественный ущерб, ведь вещи покойного должны переходить по наследству его родственникам (по истечении шести месяцев, что требует от нас гражданское законодательство). Таким образом, пока наследники не вступят в право наследования, имущество им не принадлежит, имущественные права не нарушаются, преступлением имущественный ущерб не причиняется.

40

В-третьих, Приложение № 53 к ст. 476 УПК называется "По становление о признании потерпевшим", Приложение № 56 "Протокол допроса потерпевшего", Приложение № 57 "Поста новление о допуске для участия в уголовном деле представите ля (законного представителя) потерпевш , гражданского

истца" и др., т.е. уголовно-процессуальный закон (а Приложения к УПК являются его неотъемлемой частью) прямо указывает, что в процессе участвует именно потерпевший1. Работники органов предварительного следствия и дознания, таким образом, выносят постановление о признании лица именно потерпевшим, а никем иным.

Решение проблемы нам видится в следующем. В свете расширения частных и диспозитивных начал уголовного судопроизводства, следует, как представляется, придерживаться правил, сложившихся в смежных отраслях права, в частности, в гражданском процессе. Например, положения ч. 1 ст. 44 Гражданско-процессуального кодекса гласят, что: "В случае выбытия одной из сторон в... правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица...) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства".

В связи с этим предлагается ввести в уголовный процесс новую процессуальную фигуру - "Правопреемник потерпевшего и частного обвинителя", а в УПК - статью 431 с аналогичным названием и следующим содержанием: "1. Правопреемниками потерпевшего и частного обвинителя являются лица, к которым в случае смерти частного обвинителя или потерпевшего - физического лица или реорганизации потерпевшего - юридического лица, в соответствии с законом или договором переходят предусмотренные настоящим Кодексом права и обязанности последних. 2. Решение о признании лица правопреемником оформляется постановлением прокурора, следователя, дознавателя, судьи или определением суда на любой стадии процесса. Постановление или определение об отказе в признании правопреемником может быть обжаловано в предусмотренном настоящим Кодексом порядке".

1 О том, насколько "полезны" Приложения к УПК, см., например: Головко Л.В. Новый УПК Российской Федерации в контексте сравнительного уголовно-процессуального права // Государство и право. 2002, № 5. С. 60 - 61.

41

Данная статья позволит разделить законных представителей и представителей потерпевших как лиц, которые представляют интересы живых потерпевших, и правопреемников умерших по каким-либо причинам потерпевших (соответственно, реорганизованных юридических лиц) и внесет ясность в вопрос о том, какое же все-таки процессуальное положение имеют лица, к которым "переходят права" (ч. 8 ст. 42 УПК) умерших потерпевших.

Похожее решение предлагали разработчики Проекта УПК, подготовленного Государственно-правовым управлением Президента РФ (ст. 98), но Проект ограничивался возможностью признания в качестве правопреемника только близкого родственника потерпевшего1, что представляется нам как ограничение права на защиту потерпевшего, например, в случае отсутствия у последнего близких родственников. Кроме того, не признавая юридическое лицо в качестве потерпевшего, Проект соответственно не указывал на возможность правопреемства в случае реорганизации потерпевшего - юридического лица.

Последнее, на чем хотелось бы заострить внимание - это определение момента, с которого было бы целесообразно включать процессуальную фигуру потерпевшего в производство по уголовному делу.

Лицо становится пострадавшим с момента совершения в отношении него преступных действий, и было бы неправильным ставить в зависимость приобретение лицом процессуального статуса потерпевшего и приобретения им соответствующих прав и обязанностей в зависимость от усмотрения и добросовестности лица, производящего предварительное расследование или суда (судьи). На практике лицо признается потерпевшим нередко лишь к окончанию расследования по делу, что не позволяет ему в полной мере использовать свои права. Данная тактика действия следователей вполне понятна: потерпевший им только мешает при осуществлении расследования уголовного дела, поэтому они и приносят в жертву интересам следствия права и законные интересы лиц, пострадавших от преступления, что, естественно, абсолютно неприемлемо в наши дни. Сложившийся за годы советской власти стереотип взглядов на процессуальную фигуру

1 Российская юстиция. 1994. № 9. С. 52.

42

потерпевшего дает органам предварительного расследования повод для рассмотрения потерпевшего именно как пострадавшего от преступления, своеобразную жертву, все права и интересы должны защищаться и восстанавливаться государством в лице его органов и должностных лиц. Потерпевший лишь должен им в этом посильно содействовать, причем инициатива такого содействия ни в коей мере не может мешать отлаженной работе государственного механизма уголовного судопроизводства. Произошла своеобразная "кража" прав потерпевшего органами уголовной юстиции, реально замещающими его в процессе, что в конечном итоге приводило и приводит (особенно в наши дни) потерпевшего к недоверию, сомнению в официальных лицах. "Потерпевший, передав государству все свои полномочия одной из сторон конфликта, вызванного преступлением, сам был полностью вытолкнут со сцены"1.

В этой связи правильной можно считать точку зрения авторов2, считающих, что очень важным является то, чтобы лицо признавалось потерпевшим одновременно с возбуждением уголовного дела. Действительно, только после признания потерпевшим по уголовному делу лицо получает комплекс прав и обязанностей, установленных нормами УПК РФ. Поэтому промедление с вынесением следователем (дознавателем, прокурором) постановления о признании лица потерпевшим может повлечь существенное нарушение таких прав потерпевшего,

1 Цит. по: Макарова З.В. Защита потерпевшего в уголовном процессе обязан ность государства / http://uvest.garant-ural.ru/Uuv3(6)99/03.htm

2 См., например: Гуськова А.П. Актуальные проблемы защиты прав и закон ных интересов граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве // Ак туальные проблемы защиты прав и законных интересов граждан, участвующих в уголовном процессе, как приоритетное направление в судо производстве / Отв. ред. И.Ф. Демидов. Москва - Оренбург: Издательский центр Оренбургского государственного аграрного университета, 1999. С. 13; Она же: К вопросу об уголовно-процессуальном положении потерпевшего / Проблемы защиты жертв преступлений (материалы расширенного заседа ния Ученого совета НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ). М., 1999. С. 34; Шамардин А.А. Пробле мы развития частных начал обвинения в российском уголовном процессе. Оренбург: Издательский центр ОГАУ, 2002. С. 57; Волосова Н.Ю. Указ. соч. С. 24; Абабков А.В. Право потерпевшего на судебную защиту // Вестник Московского университета. Серия 11, Право. 1996. № 3. С. 87; Брусницын Л. Указ. работа. С. 58 и др.

43

как, например, право знать о предъявленном обвиняемому обвинении; давать показания; представлять доказательства; участвовать в следственных действиях, производимых по его ходатайству или по ходатайству его представителя; знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием, и подавать на них замечания; ходатайствовать о применении мер безопасности в соответствии с ч. 3 ст. 131 УПК РФ и др. Существует и несколько иная точка зрения, согласно которой лицо должно признаваться потерпевшим одновременно с подачей жалобы (заявления) о совершении преступления, которым нарушены его права и свободы1.

Представляется, что обе точки зрения имеют под собой рациональные основания. Тем не мене, позиция первой группы ученых требует некоторой оговорки. Исходя из материалов судебно-след-ственной практики видно, что не всегда лицо можно признать потерпевшим на стадии возбуждения уголовного дела либо такое признание будет нецелесообразным. Это может быть в силу ряда причин: органам предварительного расследования на момент возбуждения уголовного дела неизвестно лицо, которому мог бы быть причинен вред преступным деянием; между преступным деянием и наступившим вредом может отсутствовать причинная связь; в ходе проведения предварительного следствия или дознания выясняются обстоятельства, исключающие преступность деяния что, следовательно, ведет к лишению оснований для признания потерпевшим (например, необходимая оборона, крайняя необходимость, физическое или психическое принуждение, обоснованный риск, исполнение приказа или распоряжения) и т.д.

Следует отметить, что в уголовно-процессуальном законодательстве некоторых стран СНГ этот вопрос решается, на наш взгляд, достаточно просто и эффективно. Так, например, ч.ч. 2 и 3 ст. 49 УПК Республики Беларусь2 гласят: "2. Если при возбуж-

1 Рогов С.Н. Процессуальный статус потерпевшего / Проблемы защиты жертв преступлений (материалы расширенного заседания Ученого совета НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокура туре РФ). М., 1999. С. 78.

2 Уголовно-процессуальный Кодекс Республики Беларусь. Принят Палатой представителей 24.06.1999 г. Одобрен Советом Республики 30.06.1999 г. Вве ден в действие с 01.01.2001 г. / Ведомости Национального собрания Респуб лики Беларусь, 1999. № 28-29, Ст. 433.

44

дении уголовного дела основания для признания лица потерпевшим отсутствуют, указанное решение принимается немедленно по установлении таких оснований. 3. Если после признания лица потерпевшим будет установлено отсутствие оснований для его пребывания в положении потерпевшего, орган, ведущий уголовный процесс, своим мотивированным постановлением (определением) прекращает участие данного лица в уголовном процессе в качестве потерпевшего". Похожую позицию, кстати, предлагали разработчики Проекта УПК, подготовленного Государственно-правовым управлением Президента РФ. Так, в ч. 3 ст. 73 говорилось: "В случае, если после признания лица потерпевшим будет установлено отсутствие оснований для пребывания лица в положении потерпевшего, орган, ведущий уголовный процесс, своим мотивированным решением прекращает участие лица в процессе в качестве потерпевшего"1.

Мы считаем, что подобный опыт можно с успехом применять к лицам, которые уже известны в стадии возбуждения уголовного дела и в отношении которых у органов предварительного расследования имеется достаточно данных для признания их потерпевшими. Это позволит, с одной стороны, не допустить искусственного расширения или сужения круга потерпевших, а с другой - даст реальную возможность защитить законные права и интересы потерпевших в уголовном процессе.

Тем не менее, это не снимает всей проблемы целиком, т.к. затрагивает не всех лиц, возможно потерпевших от преступления, не известных в стадии возбуждения дела. Поэтому введение в текст УПК России подобной нормы, как представляется, поставит в тупик органы предварительного расследования: одновременно с вынесением постановления о возбуждении уголовного дела надо выносить постановление и о признании лица в качестве потерпевшего, что в ряде случаев будет являться невозможным по указанным выше причинам.

Исходя из приведенных соображений, видится следующий выход из сложившейся ситуации.

Право участия в производстве по уголовному делу в качестве потерпевшего лицо получает при наличии двух оснований: фактического (причинная связь вреда с преступлением) и юри-

1 Российская юстиция. 1994. № 9. С. 33.

45

дического (вынесение дознавателем, следователем, прокурором или судом (судьей) специального определения или постановления). Полагаем возможным вообще отказаться от юридического основания, т.е. не выносить постановление или определение о признании потерпевшим, лицу надо будет лишь подать заявление о своих притязаниях на любом этапе досудебного разбирательства по делу (соответственно, к подозреваемому или обвиняемому, при наличии данных участников процесса в производстве по делу)1. А суд (судья) при постановлении приговора, при отсутствии оснований для признания потерпевшим, отдельным постановлением (определением) отказывает лицу в его притязаниях к подсудимому и не допускает пострадавшего к участию в дальнейшем движении дела (естественно, данное решение может быть обжаловано). Или государство не может свыкнуться с мыслью о том, что оно уже играет гораздо менее значимую роль в уголовном процессе, нежели раньше, и не в состоянии допустить того, чтобы такой важный участник уголовного судопроизводства, как потерпевший, появлялся без его властного предписания или, вернее, благодетельного дозволения?

Развивая далее указанную мысль, мы можем предложить следующий выход из путаницы терминологии, допускаемой в настоящее время в материальном и процессуальном уголовном праве по отношению к понятию "потерпевший". В уголовно-процессуальном законодательстве следует все же разделить процессуальное понятие "потерпевший" на понятия "заявитель", "пострадавший" и собственно "потерпевший"2.

Изложенное позволяет сделать вывод, что понятие потерпевшего, данное в ч. 1 ст. 42 УПК РФ, является в настоящее время достаточно дискуссионным и требует серьезной дальнейшей разработки наукой уголовного процесса. Соответственно это-

1 Подобное существует, в частности, в уголовно-процессуальном законодатель стве Польши, Венгрии и ряде других стран. См.: Защита прав потерпевшего в уголовном процессе (Сравнительное исследование). М.: Наука, 1993. С. 154, 160 и след. Подобная позиция находит все больше сторонников и в нашей стране, см., например: Софронов Г.В. Ущемление интересов потерпевшего в новом уголовно-процессуальном законодательстве // Адвокатская практи ка. 2004. № 4. С. 17-18.

2 Более подробная аргументация такого разделения и ее значение в уголовном судопроизводстве будет приведена в разд. 2.1 настоящей работы.

46

му требует дальнейшей разработки и уголовно-процессуальное направление изучения личности потерпевшего, т.к. имеющиеся в настоящее время исследования относятся в основном к разработке общеправового статуса личности. И при той значимости, которая сегодня придается изучению личности потерпевшего, задачей уголовно-процессуальной науки является, в первую очередь, формирование уголовно-процессуального определения личности потерпевшего, а также разработка его уголовно-правового статуса.

Представляется, следует согласиться с мнением процессуалистов, считающих, что актуальным вопросом теории уголовно-процессуального права является разработка уголовно-процессуального направления изучения личности потерпевшего, под которым понимается установление таких данных, которые обеспечивают соблюдение требуемого процессуального режима расследования и принятия законных, обоснованных уголовно-процессуальных решений в целях достижения истины по уголовному делу и охраны прав и законных интересов потерпевшего как участника уголовного процесса1.

Следовательно, установление таких данных о личности потерпевшего в ходе производства по уголовному делу в необходимой мере позволит обеспечить эффективную защиту прав, свобод и законных интересов данного участника уголовно-процессуальных отношений. В этой связи следует признать правильность суждения Ю. Бирюкова: "Безусловно, ясно, что без создания реального механизма обеспечения защиты потерпевших... функционирование системы уголовной юстиции невозможно. Новый уголовно-процессуальный закон должен быть всесторонним, отражающим существующие общественные отношения, эффективным регулятором сложившейся ситуации с преступностью в России"2. Но закон - лишь средство регулирования межличностных отношений, ряд прав личности (естественные права) находят в законе лишь свое материальное

1 Пакирдинов М.А., Володина Л.М. Правовой статус личности потерпевшего / Ученые записки: Сборник научных трудов Института государства и права. Вып. 3. Тюмень: Изд-во Тюменского государственного университета, 2002. С. 83; Волосова Н.Ю. Указ. соч. С. 36 -37 и др.

2 Бирюков Ю. Правосудие не терпит суеты / http:// www.ng.ru/politics/2001 - 05 -01/3 _justice.html

47

воплощение, существуя объективно, независимо от нашего сознания. В правовом государстве личность, ее права и свободы составляют главную социальную ценность, они не отчуждаемы от личности, поэтому уголовно-процессуальная теория и уголовно-процессуальный закон, говоря о правах и свободах личности, не может не подразумевать саму личность, в нашем случае - личность потерпевшего.

Следовательно, для эффективного осуществления потерпевшим своих прав, свобод и законных интересов, необходимо определиться с понятием "личность потерпевшего". Л.П. Побежи-мова, основываясь на концепции правового статуса личности обвиняемого, разработанной А.П. Гуськовой1, дает следующее уголовно-процессуальное определение личности потерпевшего. Личность потерпевшего - целостная система взаимосвязанных свойств, качеств, черт, признаков участника уголовно-процессуальных отношений, обладающего специальным правовым статусом и выполняющего правовые социальные роли, выражающие при этом нравственно-психологическую характеристику и отношение к социальным ценностям в связи с фактом вынесения постановления (определения) о признании лица потерпевшим, независимо от его волеизъявления, по фактически совершенным действиям, причинившим ему вред, для обеспечения условий предстоящей правовой защиты и осуществления правосудия2.

Несмотря на значимость попытки определения понятия "личность потерпевшего", предпринятой Л.П. Побежимовой, все же ее нельзя признать удачной. Наука уголовного процесса исследует любую личность как участника уголовно-процессуальных отношений, каждый из которых обладает определенными особенностями, которые выражаются, в том числе, и в индивидуально-правовом статусе данной личности. Как считает ряд процессуалистов3, и мы полностью согласны с их мнением, мо-

1 Гуськова А.П. Теоретические и практические аспекты установления данных о личности обвиняемого в российском уголовном судопроизводстве. Учеб ное пособие. Изд. второе, перераб. и доп. М.: ИГ "Юрист", 2002. С. 19.

2 Побежимова Л.П. Конституционная защита прав личности потерпевшего в ходе судебного следствия // Новый УПК РФ в действии: Сборник научных статей / Под ред. А.П. Гуськовой. Оренбург: Изд. центр ОГАУ, 2003. -С. 138.

3 Пакирдинов М.А., Володина Л.М. Указ. работа. С. 86; Волосова Н.Ю. Указ. соч. С. 39-40 и др.

48

дель индивидуального статуса личности обвиняемого, разработанную А.П. Гуськовой, с несомненным успехом можно применять и при определении индивидуального статуса личности любого иного участника уголовного судопроизводства, в том числе личности потерпевшего, но только в качестве общетеоретической. Поэтому простой механический перенос модели одного индивидуального статуса одной личности на другую, выступающую в ином уголовно-процессуальном качестве (свидетель, эксперт, потерпевший и т.д.), не отражает специфику последней.

Кроме того, данное Л.П. Побежимовой определение не учитывает специфику определения потерпевшего, данное ч. 1 ст. 42 УПК РФ, которое, по мнению абсолютного большинства процессуалистов, на настоящий момент является в большей степени уголовно-правовым, нежели уголовно-процессуальным. Отталкиваясь от причиненного преступлением вреда, как одного из условий признания лица потерпевшим, мы "ставим телегу поперед кобылы", т.к. только вступившим в силу законным приговором суда можно констатировать факт совершенного преступления и, следовательно, причиненного им вреда. Ко всему прочему, российский законодатель прямо не предусматривает в положениях ст. 42 УПК РФ признания лица потерпевшим в случае причинения вреда общественно опасным деянием, совершенным лицом в состоянии невменяемости. Тем не менее, и в таком случае есть условия для признания лица потерпевшим, в связи с чем УПК все же оговаривается в положениях ст. 444 о том, что вынесенное постановление может быть обжаловано потерпевшим и (или) его представителем (законным представителем) . Но здесь видна некоторая несогласованность норм УПК между собой, т.к. положение ч. 1 ст. 42 УПК РФ гласит, что потерпевшим является лицо, которому преступлением причинен вред, а деяние, совершенное невменяемым, согласно уголовному законодательству РФ, не может признаваться преступлением. Поэтому мы полагаем, что законодателю следует непосредственно закрепить в норме ст. 42 УПК РФ положение, согласно которому потерпевший должен появляться при производстве по уголовному делу и в тех случаях, когда вред был причинен общественно опасным деянием, совершенным лицом в состоянии невменяемости.

49

Еще один момент, связанный с определением личности потерпевшего Л.П. Побежимовой - необходимость вынесения постановления (определения) о признании его таковым, независимо от волеизъявления лица. Исходя из данной посылки, получается, что по делам частного и частно-публичного обвинения, возбуждаемым не иначе как по жалобе потерпевшего (т.е. налицо проявление воли лица, в таких делах именно волеизъявление потерпевшего является движущей силой всего процесса), личность потерпевшего будет отсутствовать, что, естественно, нельзя признать верным.

Кроме того, выше нами уже было сказано о вынесении специального постановления о признании потерпевшим (по аналогии с вынесением постановления о привлечении в качестве обвиняемого). Несмотря на дискуссионность утверждения, все же полагаем, что вынесение подобного постановления лишь оформляет факт реального участия личности потерпевшего в производстве по уголовному делу. Поэтому приведенное выше определение личности потерпевшего не охватывает случаи, когда ущерб причинен одному лицу, а потерпевшим вынесенным постановлением (определением) признается другое (законный представитель малолетнего или душевнобольного потерпевшего и др.).

Таким образом, под личностью потерпевшего, как представляется, в самом общем виде необходимо понимать человеческого индивида, рассматриваемого в системе таких взаимосвязанных характеристик, которые социально обусловлены, проявляются в общественно-правовых связях и отношениях, являющихся следствием совершенного общественно опасного деяния; являются устойчивыми, определяют его уголовно-процессуальные права и обязанности, имеющие существенное значение для него самого, окружающих, а также восстановления социальной справедливости посредством осуществления правосудия.

Конечно, данное определение не претендует на исключительность и, несомненно, будет подвержено критике, т.к. затронутая проблема является весьма сложной и малоизученной и требует своего дальнейшего исследования.

50


Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz