Жеребятьев И.В. Потерпевший - участник уголовного судопроизводства, осуществляющий функцию уголовного преследования // Личность потерпевшего в современном уголовном судопроизводстве России:


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

 

Жеребятьев И.В.
Личность потерпевшего в современном уголовном судопроизводстве России:
Монография. - Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2004. - 220 с.

К оглавлению

1.3 Потерпевший - участник уголовного судопроизводства, осуществляющий функцию уголовного преследования

Прежде чем перейти к характеристике процессуального положения личности потерпевшего, в первую очередь необходимо определить род деятельности, осуществляемой потерпевшим в рамках производства по конкретному уголовному делу. Всякая выполняемая деятельность всегда направлена на достижение определенных задач (целей). Достижение определенных задач (целей) участниками уголовного судопроизводства достигается посредством выполнения той или иной уголовно-процессуальной функции. В общеупотребительном смысле под функцией понимается роль, значение чего-нибудь; обязанность, круг деятельности1. Как отмечал А.М. Ларин, "Функции и статус в уголовном судопроизводстве - понятия одного уровня... Статус участника процесса реализуется в тех или иных функциях. Степень участия данного субъекта в осуществлении процессуальных функций ограничена его статусом"2. Следовательно, выяснить природу процессуального положения личности потерпевшего мы можем путем выяснения функции, выполняемой потерпевшим при производстве по уголовному делу.

Современная наука уголовного процесса, стремясь создать условия, при которых участники уголовного судопроизводства как можно более полно могли бы осуществлять свои права при производстве по каждому уголовному делу, одновременно ищет пути гарантирования осуществления данных прав, способы и средства охраны прав, свобод и законных интересов личности. "Если фундамент всего уголовного судопроизводства - это его назначение, задачи, то стержень, который объединяет все стадии уголовного процесса, уголовно-процессуальную деятельность и уголовно-процессуальные отношения всех участников уголовного судопроизводства - это принци-

1 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка / 4-е изд., до полненное. М.: Азбуковник, 1999. С. 858.

2 Ларин А.М. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. М.: Госюриздат, 1986. С. 14.

51

пы (основные начала) уголовного процесса", - пишет З.В. Макарова1. В продолжение этого сошлемся на мнение А.П. Гусько-вой, которая считает, что УПК РФ, перенеся идею концепции уголовно-процессуального законодательства о том, что первоочередной задачей является защита личности, сформулировал это в положениях ст. 6 УПК, в которой отразил защиту прав и законных интересов лиц как потерпевших от преступления, так и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения и осуждения, ограничения ее прав и свобод. По ее мнению, в ст. 6 УПК заложена основа такого принципа уголовного судопроизводства, как сочетание диспозитивного и публичного права2. Таким образом, от того какова принципиальная сущность уголовного процесса (как справедливо отмечали древние, Quidquid est in externo est etiam in interno3), - напрямую зависит процессуальное положение (совокупность прав и обязанностей) любой личности, вовлеченной в уголовный процесс, и личность потерпевшего не будет являться исключением из данного правила. Как справедливо отметил С.А. Насонов, "Принципы характеризуют уровень защиты прав и свобод человека в уголовном судопроизводстве"4.

Сегодня проблема принципов уголовного судопроизводства продолжает оставаться одной из самых значимых в науке российского уголовного процесса. Это и понятно, поскольку понятие принципов уголовного процесса и их содержание изучало значительное количество ученых, рассматривающих разные аспекты этих вопросов5. Тем не менее, несмотря на обилие литературы, посвященной принципам уголовного процесса, ученые так и не смогли выработать единого понимания того, что же считать принципом уголовного судопроизводства.

1 Макарова З.В. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: ин формация к размышлению // Правоведение. 2003. № 1. С. 134.

2 Гуськова А.П. Нужна ли стадия возбуждения уголовного дела российскому уголовному судопроизводству? // Проблемы противодействия преступности в современных условиях. Материалы международной научно-практической конференции (16- 17 октября 2003 г.). Ч. 1. Уфа: Изд-во БашГУ, 2003. С. 62.

3 Что снаружи, то и внутри (лат.).

4 Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2003. С. 174.

5 Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. М., 1968; Нажимов В.П. О системе

52

Мы со своей стороны предпримем попытку скромно выразить свою позицию по этому вопросу.

Принципами в общем понимании называют исходные, основные, руководящие положения какой-либо науки, учения, деятельности. М.С. Строгович под принципами уголовного процесса понимал такие важнейшие и определяющие правовые положения, на которых построен уголовный процесс, которые характеризуют уголовный процесс как действенное средство активной борьбы с преступными посягательствами и которые выражают осуществление в уголовном процессе демократизма и законности1.

Принципы уголовного процесса - это закрепленные в правовых нормах общие руководящие положения, выражающие природу, основные черты уголовного процесса, его последовательный демократизм, - считал В.П. Радьков2. И.Ф. Демидов принципами уголовного процесса считает прежде всего исходные, руководящие идеи о наиболее существенных свойствах и закономерностях процесса3.

Тем не менее, несмотря на обилие точек зрения на понятие принципов уголовного процесса, можно отметить то общее, что их характеризует. Принципы уголовного процесса - это тот "скелет", то общее, что аккумулирует в себе наиболее характерные черты процесса, определяют его юридическую природу, пронизывают все уголовно-процессуальные нормы и институты. В этом и заключается их определяющее значение для регулирования уголовно-процессуальных отношений. Стро-

принципов организации и деятельности советского уголовного суда // Воплощение ленинских идей в советском праве. Калининград, 1970; Он же: Развитие системы демократических принципов советского уголовного процесса в свете новой Конституции СССР // Вопросы осуществления правосудия в СССР. Калининград, 1979; Якуб М.Л. Демократические основы советского уголовно-процессуального права. М, 1960; Ривлин А.Л. Понятие и система принципов социалистического правосудия: Учен. зап. / Харьк. юр. ин-т, 1962. Вып. 16; Давыдов П.М. Принципы советского уголовного процесса. Свердловск, 1970; Добровольская Т.H. Принципы советского уголовного процесса. М., 1971; Мотовиловкер Я.О. О принципах объективной истины, презумпции невиновности и состязательности процесса. Ярославль, 1978 и др.

1 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. С. 124.

2 Уголовный процесс / Под ред. проф. М.А. Чельцова. М., Юрид. лит., 1969. С. 40.

3 Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М.: Юридическая литература, 1989. С. 136.

53

roe и четкое соблюдение норм уголовно-процессуального права означает одновременно и воплощение в жизнь заложенных в нем принципов. Как справедливо отмечают ученые, какова принципиальная основа процесса - такова и его сущность1. Поэтому законодатель не случайно поместил главу о принципах уголовного судопроизводства одной из первых в кодексе, подчеркивая тем самым их безусловную значимость для всей уголовно-процессуальной деятельности, осуществляемой всеми участниками уголовного судопроизводства.

Статья шестая УПК на первое место ставит именно охранительное назначение уголовного процесса, закрепляет приоритет именно личностных, а не общественных или государственных интересов. В этой связи верным будет являться утверждение о том, что именно расширение участия личности в уголовном судопроизводстве будет являться гарантом справедливости отечественного правосудия. Но такое расширение участия личности не может проявить себя без реализации на практике начал состязательности и диспозитивности. Кроме того, учитывая, что преступления очень часто затрагивают общественные и государственные интересы и то, что судопроизводство и осуществление правосудия по уголовным делам до настоящего времени является прерогативой государственных органов и должностных лиц, представляется, что лишь органическое сочетание принципа состязательности с публичными и диспозитивными началами в пол-ной мере позволит реализовать на практике назначение уголовного судопроизводства.

Наиболее сложным, как представляется, является вопрос о принципе состязательности. Отметим, что в науке уголовного процесса состязательность рассматривается не только как принцип процесса, но и как его модель (тип, форма)2. Взгляд на со-

1 Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М.: Юридическая литература, 1989. С. 140.

2 Из наиболее поздних работ, посвященных данному вопросу см.: Смирнов А.В. Модели уголовного процесса. СПб, 2000; Он же: Состязательный процесс. СПб., 2001; Калиновский К.Б. Законность и типы уголовного процесса: Дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 1999; Шестакова С.Д. Проблемы состязательнос ти в российском уголовном процессе: Дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 1998 // http://www.kalinovsky-k.boom. ru/b/Sh-diss3.htm; Макаркин А.И. Состя зательность на предварительном следствии: Дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2001 // http://www.kalinovsky-k.boom.ru/b/makar-d2.htm.

54

стязательность как на модель процесса предполагает, что модель уголовного процесса представляет собой способ организации уголовно-процессуальной деятельности, а принцип уголовного процесса - общее правило, являющееся основой всей уголовно-процессуальной деятельности и подчиняющее себе все остальные правила. К тому же исторически форма процесса, как отмечают ученые, отдающие предпочтение первой точке зрения, возникла раньше, чем были сформулированы какие бы то ни было принципы процесса1. Кроме того, в пользу состязательности как модели процесса ими выдвигается следующий аргумент. Принцип состязательности не содержит признаков принципа процесса и сам является источником процессуальных принципов. Таким образом, уголовно-процессуальные принципы - это проявления типа уголовного судопроизводства, с учетом которого складывается система его принципов, то есть тип является источником принципов2. Значит, состязательность является не отдельным принципом, а типом процесса3. Под типом же судопроизводства необходимо понимать организацию уголовно-процессуальной деятельности, предопределяющую источник движения производства по уголовному делу и основы процессуального положения его участников4.

Тем не менее, определение природы различий между этими двумя пониманиями состязательности и дача предпочтения каком-либо из них, не составляет предмет нашего исследования. Отметим лишь, что в рамках настоящей монографии достаточным будет понимание состязательности именно как принципа процесса, и именно в таком ракурсе состязательность будет нами рассмотрена далее.

В соответствии с широко распространенным мнением состязательность является одним из основных принципов уголовного процесса, предполагающий такое его построение, при

1 Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. СПб., 1995. С. 51, 77, 93, 149 и др.

2 Даев В.Г. Процессуальные функции и принцип состязательности в советс ком уголовном процессе // Правоведение. 1974. № 1. С. 71; Шестакова С.Д. Указ. соч. С. 53.

3 Смирнов А.В. Модели уголовного процесса. СПб., 2000. С. 7.

4 Вандышев В.В., Дербенев А.П., Смирнов А.В. Уголовный процесс: Учебно- методическое пособие. Ч.1. СПб., 1996. С. 15 - 23.

55

котором функция обвинения отделена от функции разрешения дела по существу и обвиняемому принадлежит право оспаривать обвинение перед судом. Суть состязательного процесса, по мнению сторонников данного принципа, состоит в разделении функций обвинения, защиты и разрешения дела между судом и сторонами; при этом функцию обвинения выполняет обвинитель (прокурор, следователь, потерпевший, частный обвинитель, гражданский истец и др.), функцию защиты - сам обвиняемый, его защитник и др., а разрешение дела осуществляется независимым и беспристрастным судом1. Иногда сущность состязательности усматривают не в разделении полномочий суда, обвинения и защиты, а в порядке исследования доказательств2 или в предоставлении обвиняемому права на защиту3.

В теории советского уголовного процесса принцип состязательности неоднократно подвергался критике. При этом указывалось на искусственность состязательной конструкции процесса4, на неправильность противопоставления сторон5, наконец, на буржуазный характер рассматриваемого принципа, исходящего из предоставления сторонам формального равенства в качестве средства осуществления правосудия6.

Принцип состязательности подвергается критике и в теории зарубежных стран. В науке уголовного процесса зарубежных государств широко распространено выделение наряду с принципом состязательности или вместо него принципов равноправия сторон и разделения процессуальных функций. В частности, венгерские юристы рассматривают разделение

1 См.: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. С. 151; Мо- товиловкер Я.О. Основные уголовно-процессуальные функции. Ярославль, 1976. С. 5-8.

2 Якуб М.Л. Демократические основы советского уголовно-процессуального права. М., 1960. С. 158.

3 Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств. М., 1960 С. 139.

4 Советский уголовный процесс / Под ред. Д.С. Карева. М., 1956. С. 225 - 229.

5 Алексеев Н.С., Крылов И.Ф., Лукашевич В.3., Максутов И.X., Цветков П П. Рец. на кн.: Якуб М.Л. Демократические основы советского уголовно-про цессуального права. М., 1960. Вестн. Ленингр. ун-та, 1962. № 17. Сер. эконо мики, философии и права. Вып. 3. С. 135 - 138.

6 Чельцов М.А. О недопустимости перенесения буржуазных конструкций в советскую уголовно-процессуальную теорию: Учен. зап. ВЮЗИ, 1958. Вып. 6. С. 48 - 97; Малькевич Т.В. К вопросу о состязательности. Там же. С. 263- 293.

56

процессуальных функций в качестве нового принципа уголовного процесса, провозглашенного Уголовно-процессуальным кодексом 1973 г. Как отмечают в этой связи Н.С. Алексеев, В.Г. Даев и Л.Д. Кокорев, "Видимо, если и есть необходимость определять разделение функций участников уголовно-процессуальной деятельности в качестве самостоятельного принципа советского уголовного процесса, то дальнейшей разработки требует вопрос о наименовании этого принципа и его содержании"1.

Тем не менее, несмотря на все перипетии, этот вопрос нашел свое положительное решение в нормах Основного Закона России - в Конституции (ч. 3 ст. 123), и был конкретизирован в положениях ст. 15 УПК РФ2. Расширению действия принципа состязательности в УПК РФ активно способствовала и роль Конституционного Суда РФ, который рядом своих Постановлений признал несоответствующими Конституции РФ множество положений ранее действовавшего УПК РСФСР3.

Обратим внимание еще на один принцип - публичности. В теории уголовного процесса публичность традиционно рассматривается в качестве принципа уголовного судопроизводства4. О публичности процесса писали и видные дореволюционные про-

1 Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Очерк развития науки советского уго ловного процесса. Воронеж: Изд-во Воронежского университета, 1980. С. 42.

2 Вместе с тем, принцип состязательности сторон в том виде, в котором в на стоящее время он закреплен в уголовно-процессуальном законе, понимает ся теорией и практикой, не так давно был подвергнут резкой критике. См.: Орлов Ю. Принцип состязательности в уголовном процессе: значение и пре делы действия // Российская юстиция. 2004. № 2. С. 52 - 53.

3 См., например: Постановление Конституционного Суда РФ от 28.11.1996 г. № 19 -П // СЗ РФ. 1996. № 50. Ст. 5679; Постановление Конституционного Суда РФ от 20.04.1999 г. № 7-П // ВКС РФ. 1999. № 4; Постановление Кон ституционного Суда РФ от 14.01.2000 г. № 1 -П // ВКС РФ. 2000. № 2 и др.

4 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.I. С. 136-141; Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойко- ва и И.И. Карпеца. М.: "Юридическая литература", 1989. С. 151 - 153; Уго ловно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М., 1999. С. 150-153; Громов Н.А. Уголовный процесс России: Учебник / Н.А. Громов, В.А. Пономаренков, Ю.В. Франциферов. М., 2001. С. 64 - 65; Юсубов А.М. Принцип публичности в советском уголовном про цессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1988; Шамардин А.А. Проблемы развития частных начал обвинения в российском уголовном процессе. Орен бург: Изд. центр ОГАУ, 2002. С. 26-28.

57

цессуалисты - И.Я. Фойницкий1, В.К. Случевский2, С.И. Виктор-ский3 и др.

Принцип публичности, так же как, и принцип состязательности, не сразу был воспринят доктриной советской уголовно-процессуальной науки. Так, в свое время имела место дискуссия между М.А. Чельцовым и М.С. Строговичем по поводу принципов социалистической законности и публичности. В ходе данной дискуссии М.А. Чельцов и сторонники его точки зрения утверждали, что принцип публичности не имеет в советском уголовном процессе самостоятельного значения, поскольку его содержание охватывается более общим принципом социалистической законности4. В свою очередь, М.С. Строгович, не рассматривая социалистическую законность в качестве отдельного принципа уголовного процесса, относит ее к общеправовому принципу, объединяющему все принципы процесса в их взаимосвязи5. Последнюю точку зрения поддерживали и иные ученые6, в том числе, как было показано выше, и в дальнейшем развитии науки уголовного процесса.

В свете проводимой в России судебно-правовой реформы данный принцип был вновь подвергнут критике, что повлекло за собой отказ от его закрепления в нормах нового УПК РФ и в учебной литературе7. Тем не менее, как считают многие ученые, отсутствие нормативного закрепления принципа публичности не означает того, что данный принцип полностью прекратил свое существование в российском уголовном судопроизводстве. Монографическое исследование, посвященное принципу публич-

1 Фойницкий И.Я. Указ. соч. Т.I. С. 11 - 13.

2 Случевский В.К. Учебник русского уголовного процесса. СПб. 1913. С. 49 - 50.

3 Викторский С.И. Уголовный процесс: Учебное пособие. М., 1997. С. 14.

4 Чельцов М. А. Советский уголовный процесс. М., 1962. С. 48; Радьков В.П. (в учебнике: Уголовный процесс / Под ред. проф. М.А. Чельцова. М., 1969. С. 43).

5 Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. С. 139, 175.

6 Гальперин И.М. О принципе публичности (официальности) в советском уго ловном процессе // Правоведение. 1960. № 2. С. 106; Курс советского уголов ного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М.: Юридическая литература, 1989. С. 151 - 153 и др.

1 См., например: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2003.

58

ности, убедительно показывающее его существование в современном российском уголовном судопроизводстве, не так давно было проведено А.В. Федуловым1. О наличии принципа публичности в современном российском уголовном судопроизводстве пишут и иные авторы2.

Принцип - это объективное свойство права. Принципы отражают закономерности общественного развития, потребности конкретного исторического общества. Принципы права - не результат субъективного усмотрения законодателей или ученых. Наука лишь выявляет, обосновывает, изучает и систематизирует их. Она не придумывает, а открывает заложенные в праве принципы, показывает их роль, значение, содержание и функционирование. Принципы права могут специально закрепляться в общих юридических нормах (нормах-принципах) или же составлять саму материю права, проникая во внутренне содержание правовых норм. В этой связи позволим не согласиться с мнением тех ученых, которые считают, что все принципы уголовного судопроизводства должны быть закреплены в законе и не будут считаться таковыми, пока не получат нормативную форму3. Подтверждением нашей точки зрения является указание ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и ч. 3 ст. 1 УПК на то, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются частью уголовно-процессуального законодательства. Как известно, не все общепринятые международные принципы закреплены в Конституции и УПК РФ. Более того, ни, к примеру, принцип публичности, ни принцип состязательности сторон не находили своего выражения в нормах УПК РСФСР, хотя в научной и учебной литературе они осве-

1 Федулов А.В. Реализация принципа публичности (официальности) в совре менном уголовном судопроизводстве России: Дис. ... канд. юрид. наук. Ниж ний Новгород, 2002.

2 Шамардин А.А. Принцип публичности и его роль в уголовном процессе // Ре гиональная научно-практическая конференция молодых ученых и специа листов Оренбургской области / Сборник материалов. Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2003. С. 30-31.

3 Шестакова С.Д. Указ. соч.; Калиновский К.Б. Указ. соч.; Уголовно-процессу альное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2003. С. 175-176 и др.

59

щались в должной мере1. Как справедливо отмечает в этой связи С.А. Александров: "Правовой принцип не форма отражения правового бытия, а наше представление о должном правовом бытии, формирующее это бытие. Конвенциональная природа правовых принципов означает, что, раз возникнув, они продолжают существовать в виде идей как часть правового опыта человечества и данной нации"2.

Несмотря на разнообразие определений принципа публичности, суть его в общих чертах можно выразить следующим образом: отечественный уголовный процесс вплоть до настоящего времени является государственной деятельностью и имеет ярко выраженный публичный характер. Во всех правоотношениях, где одной из сторон выступает государство (а именно таковыми являются уголовно-процессуальные отношения), мы имеем дело с публичным правом. Данное утверждение полностью подтверждается конституционными положениями о том, что соблюдение и защита прав и свобода человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2 Конституции РФ), а также (применительно непосредственно к теме исследования) тем, что государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции РФ).

Однако А.В. Смирновым сформулировано иное, довольно интересное положение о том, что публичность по своей сути принципом процесса не является и должна рассматриваться лишь как типологическая характеристика вида процесса, то есть как "совокупный результат действия всех принципов публичного состязательного судопроизводства"3. Публичность, понимаемая А.В. Смирновым как гражданственность и открытость, заставляет относиться к состязательности как к общественному дискурсу с целью решения вопроса об уголовной ответственности. Это значит, что публичной по своему содержанию

1 Сторонниками данной точки зрения являются многие другие ученые. См.: Кудрявцева А.В., Лившиц Ю.Д. О понятии принципа в уголовном процессе // Правоведение. 2001. № 4; Гриненко А.В. Источники уголовно-процессу альных принципов // Журнал российского права. 2001. № 5 и др.

2 Александров С.А. Принципы уголовного судопроизводства // Правоведение. 2003. № 5. С. 164.

3 Смирнов А.В. Модели уголовного процесса. СПб., 2000. С. 85- 86.

60

является деятельность не только органов уголовного преследования и суда, но и стороны защиты, поскольку она направлена на защиту гражданских прав лица, привлеченного к производству, что позволяет относиться к защитнику как к правозаступ-нику (правозащитнику)1. Таким образом, отстаивая свою позицию, эта сторона способствует решению задач публично-состязательного судопроизводства.

Наличие в уголовном судопроизводстве диспозитивных начал - вопрос, которому ученые-процессуалисты в настоящее время посвящают все больше и больше своих исследований2. Тем не менее, нельзя говорить о том, что диспозитивность в уголовном процессе России - "дитя" реформ последнего десятилетия. О диспозитивности в целом и о наличии диспозитивных начал применительно к уголовному судопроизводству в частности пи-

1 Смирнов А.В. Модели уголовного процесса. СПб., 2000. С. 48 - 49.

2 Петрухин И.Л. Публичность и диспозитивность в уголовном процессе // Российская юстиция. 1999. № 3. С. 24 - 25; Гуськова А.П. Публичное и част ное в уголовном судопроизводстве // Механизм реализации норм Уголов но-процессуального кодекса Российской Федерации: проблемы и пути их разрешения: Межвуз. сб. Ижевск: Детектив-информ, 2003. С. 9-14; Мака рова З.В. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: инфор мация к размышлению // Правоведение. 2003. № 1. С. 141 - 142; Багаутдинов Ф. Расширение частных начал в уголовном процессе // Российская юсти ция. 2002. № 2. С 32 - 34; Тарнавский О.А. Взаимодействие частных и пуб личных начал при рассмотрении гражданского иска в уголовном процессе // Защита прав и законных интересов граждан, участвующих в уголовном процессе, как приоритетное направление в судопроизводстве / Отв. ред. И.Ф. Демидов. Москва -Оренбург: Изд. центр ОГАУ, 1999. С. 65 - 69; Шамар дин А.А. Принцип диспозитивности в уголовном судопроизводстве и его со отношение с принципом публичности // Защита прав и законных интересов граждан, участвующих в уголовном процессе, как приоритетное направле ние в судопроизводстве / Отв. ред. И.Ф. Демидов. Москва - Оренбург: Изд. центр ОГАУ, 1999. С. 34 - 38; Он же: Некоторые аспекты закрепления эле ментов принципа диспозитивности в УПК РФ // Роль университетской науки в региональном сообществе: Материалы международной научно- практической конференции (Москва -Оренбург, 1-3 сентября 2003 г.). В 2-х частях. Ч. 2. Москва-Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2003. С. 297-301; Он же: Проблемы развития частных начал обвинения в российском уголовном процессе. Оренбург: Изд. центр ОГАУ, 2002; Пономаренко С.С. Диспози- тивные начала в российском уголовном судопроизводстве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Оренбург, 2001; Шестакова С.Д. Указ. соч.; Макаркин А.И. Указ. соч. и др.

61

сали и в советское время1, касательно, правда, в основном дел частного обвинения.

В чем же выражается диспозитивность в уголовном процессе?

М.С. Строгович определял диспозитивность как свободу сторон распоряжаться своими правами и считал ее одним из средств осуществления состязательности2.

В.В. Дорошко считает, что под принципом диспозитивнос-ти следует понимать свободу личности распоряжаться процессуальными правами, предопределяющими возникновение, движение и окончание процесса3.

А.А. Шамардин вкладывает в понятие диспозитивности возможность сторон распоряжаться процессуальными правами, предопределяющими возникновение, движение и окончание процесса, совершать распорядительные действия, от которых зависит юридическая судьба дела4.

О.И. Рогова предложила рассматривать диспозитивность как "ограниченную рамками уголовно-процессуального закона свободу в распоряжении предметом уголовного процесса, правами и обязанностями в ходе процесса его участниками". При этом распоряжение предметом процесса предполагает, что начало, дальнейшее движение, исход процесса зависят от волеизъявления участников5.

С более широких социальных позиций определение принципу диспозитивности дается В.С. Анохиным, подразумеваю-

1 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. С. 154- 156; По лянский Н.Н., Строгович М.С., Савицкий В.М., Мельников А.А. Проблемы судебного права. М., 1983. С. 179; Савицкий В.М. Государственное обвине ние в суде. М.: "Наука", 1971. С. 336; Мельников А.А. Публичность и диспо зитивность в правосудии. В сб.: Суд и применение закона. М., 1981. С. 44; Цыпкин А.Л. О диспозитивности в советском уголовном процессе // Совет ское государство и право. 1958. №3. С. 132- 135; Бояринцев В.Н. Соотноше ние публичности и диспозитивности в советском судебном праве: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 1987 и др.

2 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. С. 154, 156.

3 Дорошко В. Судопроизводство по делам частного обвинения // Российская юстиция. 1995. № 9. С. 23.

4 Шамардин А.А. Проблемы развития частных начал обвинения в российском уголовном процессе. Оренбург: Изд. центр ОГАУ, 2002. С. 29.

5 Рогова О.И. Пределы проявления диспозитивности в уголовном судопроиз водстве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1994. С. 9- 12.

62

щим под названным принципом зависимость возникновения, развития, определения предмета процесса не только от заявления стороны, но и от инициативы прокурора, юридических лиц, выступающих с целью защиты интересов сторон, государства и общества1.

Представляется возможным еще больше расширить понимание диспозитивности в уголовном процессе, включив в него возможность распоряжаться процессуальными правами абсолютно всеми участниками производства по делу (в т.ч. и судом). Анализируя нормы Уголовно-процессуального кодекса РФ, касающиеся деятельности суда, можно заметить, что закон в ряде случаев дает суду право выбора поступать так или иначе, в зависимости от конкретных обстоятельств. Так, суд вправе прекратить уголовное дело по основаниям, предусмотренным ст. 25, ч. 1 ст. 28 УПК РФ, вправе вынести частное определение или постановление (ч. 4 ст. 29 УПК). Суд вправе избрать меру пресечения (ч. 1 ст. 97 УПК), суд может избрать меру пресечения для обеспечения исполнения приговора (ч. 2 ст. 97 УПК), судьей может быть продлен срок содержания под стражей (ст. 109 УПК). Суд вправе применить любую иную меру процессуального принуждения (ч. 1 ст. 111 УПК), судом может быть наложено денежное взыскание в порядке, установленном ст.ст. 117-118 УПК. Суд вправе взыскать процессуальные издержки в порядке ст. 132 УПК, вправе вынести постановление о принятии мер в порядке ст. 230 УПК, вправе допросить свидетеля (ч. 3 ст. 235 УПК), вправе рассмотреть гражданский иск в отсутствие гражданского истца в определенных случаях (ч. 2 ст. 250), вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в ходе судебного разбирательства (ч. 1 ст. 255 УПК). Имеются и иные положения (ч. 7_1 ст. 108, ч. 6 ст. 241, ч. 1 ст. 280, ч. 2 ст. 285, ст. 294 УПК и др.), допускающие при принятии судом решений и совершении каких-либо действий право выбора, что, соответственно, свидетельствует о наличии диспозитивных начал в деятельности суда.

В отечественной науке уголовного процесса по вопросу о соотношении публичных и диспозитивных начал существуют

1 Анохин В.С. Арбитражное процессуальное право России. М.: "Владос", 1999. С. 55. (Цит. по: Мурадьян Э.М. Истина как проблема судебного права. М.: "Былина", 2002 С. 29).

63

две диаметрально противоположные точки зрения. Сторонники первой из них утверждают, что публичность соответствует розыску, а диспозитивность - состязательности. По этой причине публичность и диспозитивность противопоставляются ими как прямо противоположные категории. В отечественной уголовно-процессуальной науке традиционно превалирующим является именно такой взгляд на соотношение публичности и диспозитивности1. Основу данного взгляда составляет давно укоренившееся в сознании мнение о том, что императивность - исключительный метод регулирования уголовного судопроизводства розыскного типа. В свою очередь диспозитивность определяется как исключительный метод состязательного процесса. Эта позиция объясняется и тем, что в ходе исторического процесса розыскная форма уголовного судопроизводства сменила состязательную именно потому, что усилилось публичное начало. Другие авторы полагают, что форма уголовного процесса индифферентна к его публичным или диспозитивным началам2.

Как представляется нам, это, по сути, есть неверное противопоставление публичности и диспозитивности. "Если нет развития частного права, то рассчитывать на эффективное общественное развитие не приходится. Нет развития публичного права, соответственно частное право окажется бездейственным" - совершенно справедливо отмечает в этой связи А.П. Гуськова3. Частное право не может существовать без публичного, т.к. публичное призвано охранять и защищать частное. Частное право опирается на публичное, поэтому они тесно взаимосвязаны и их разграничение довольно условно. Вследствие этого, как думается, лишь условно диспозитивность преобладает над другими принципами уголовного судопроизводства при

1 Головко Л.В. Принципы неотвратимости наказания и публичности в совре менном российском уголовном праве и процессе // Государство и право. 1999. № 3. С. 66; Петрухин И. Публичность и диспозитивность в уголовном про цессе // Российская юстиция. 1999. № 3. С. 24 - 25.

2 См.: Шестакова С.Д. Указ. соч.

3 Гуськова А.П. Публичное и частное в уголовном судопроизводстве // Ме ханизм реализации норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: проблемы и пути их разрешения: Межвуз. сб. Ижевск: Детек- тив-информ, 2003. С. 10.

64

отправлении правосудия по делам частного и частно-публичного производства. Также условно по делам публичного обвинения, как представляется, необходимо преобладание именно публичных начал судопроизводства. Но данное преобладание, повторим, носит условный характер, т.к. вся система принципов образует своеобразную "связку", в которой нет несовместимости или противопоставления, а должно присутствовать лишь их взаимосочетание. А.В. Федулов считает, что в данном случае следует вести речь о бинарности принципов1. "Это типичная парная категория принципов", - отмечает Э.М. Мура-дьян2. "Было бы правильно считать принципом уголовного судопроизводства... сочетание публичных и частных начал" - дополняет А.П. Гуськова3.

С этих позиций позволим себе не согласиться с мнением З.В. Макаровой, которая считает, что публичность и диспози-тивность правильнее считать условиями уголовного судопроизводства, а не его принципами4. Приведенный ею аргумент о том, что диспозитивность не может быть принципом уголовного процесса по причине того, что "...в нем расследуются, рассматриваются и разрешаются дела о преступлениях - виновно совершенных общественно опасных деяниях, т.е. деяниях, опасных для всего общества... Поэтому ставить возбуждение и ход производства в зависимость от желания одного человека недопустимо"5. Думается, что это не так. Во-первых, принятие любого процессуального решения дознавателем, следователем, прокурором и единолично судьей - также волеизъявление одного человека, несмотря на их официальность. Во-вторых, дис-

1 Федулов А.В. Указ. соч. С. 36.

2 Мурадьян Э.М. Указ. соч. С. 39

3 Гуськова А.П. Публичное и частное в уголовном судопроизводстве // Ме ханизм реализации норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: проблемы и пути их разрешения: Межвуз. сб. Ижевск: Детек- тив-информ, 2003. С. 13.

4 Макарова З.В. Уголовно-процессуальный кодекс РФ: информация к раз мышлению // Правоведение. 2003. № 1. С. 141; Она же: Публичность (официальность) и диспозитивность уголовного судопроизводства // Вест ник Южно-Уральского государственного университета. Серия "Право", вы пуск 4. 2003. № 12. С. 13 - 16.

5 Макарова З.В. Уголовно-процессуальный кодекс РФ: информация к размыш лению // Правоведение. 2003. № 1. С. 141.

65

позитивность - свобода распоряжаться своими процессуальными правами, а не зависимость возбуждения и движения дела от желания одного человека. Так, потерпевший имеет право заявлять ходатайства, имеет право поддерживать обвинение; обвиняемый имеет право отказаться от дачи показаний, имеет право представлять доказательства и т.д. От воли лица зависит, реализовывать ли ему свое законом данное право или не реали-зовывать. В-третьих, данная свобода распоряжения своими правами строго ограничена рамками уголовно-процессуального закона.

Возвращаясь к проблемам положительного взаимодействия (т.е. не исключающего друг друга) публичности и диспозитив-ности1, публичности и состязательности2, диспозитивности и состязательности3, отметим, что в процессуальной литературе в настоящее время все больший интерес привлекает именно данный вопрос. Из этого можно заключить, что представляется возможным прийти к выводу, что взаимодействие всех трех указанных категорий между собой - есть проявление наиболее передовых идей науки уголовного процесса.

Несомненно, развитие диспозитивных начал должно вести к усилению процессуальных позиций любых участников (в том числе и прокурора, и следователя, и суда и т.д.) уголовного судопроизводства, при этом не подрывая идеи существования и действия принципа публичности. Но при этом и сама публичность процесса не должна быть избыточной, о чем нас предостерегал еще И.Я. Фойницкий4. Но и состязательность в уголовном процессе, по его мнению, не уничтожает публичных проявлений. "Обвинитель действует не по частному своему усмотрению и не во имя частного интереса, а определяемый государственной волей и в общегосударственных интересах. Его

1 Макаркин А.И. Указ. соч.; Лянго Л.Н. Проблемы прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим: Дис. ... канд. юрид. наук. Волгог рад, 2000. С.41-48 и др.

2 Шестакова С.Д. Указ. соч.

3 Мурадьян Э.М. Указ. соч. С. 23 - 63; Шамардин А.А. Некоторые аспекты зак репления элементов принципа диспозитивности в УПК РФ // Роль универ ситетской науки в региональном сообществе: Материалы международной научно-практической конференции (Москва - Оренбург, 1 - 3 сентября 2003 г.). В 2-х частях. Ч. 2. Москва-Оренбург: РИК ГОУ ОГУ, 2003. С. 299.

4 Фойницкий И.Я. Указ. соч. Т. I. С. 11, 17.

66

деятельность носит публичный характер по долгу службы, и за свои неправильные действия в этом отношении он подлежит ответственности. Состязательный порядок отнюдь не колеблет официального начала, и принимаемое им отделение сторон от суда имеет задачей лишь лучшее обеспечение успеха правосудия"1.

Что касается соотношения диспозитивности и состязательности, то по данному поводу замечательно выразился еще в начале прошлого века Е.В. Васьковский: "Принцип состязательности является дальнейшим развитием принципа диспозитивности"2. О взаимодействии указанных принципов пишет и А.А. Шамардин: "Заинтересованность сторон в исходе дела обуславливает и то, что в состязательном процессе суду предоставляется сторонами богатый, всесторонний доказательственный материал... В этом аспекте принцип диспозитивности тесно переплетается с принципом состязательности уголовного судопроизводства. Обеспечение состязательности процесса выступает одновременно главным условием реализации принципа диспозитивности. И частный, и публичный обвинитель должны обладать диспозитивными правами в процессе..."3.

Таким образом, принимая за основу положение о том, что все три указанные категории - состязательность, публичность и диспозитивность вполне мирно могут сочетаться друг с другом в различных комбинациях, составляя некую "триаду" регулирования уголовно-процессуальных отношений, можно прийти к выводу о существовании бинарности (т.е. своеобразной "двойственности") отечественного уголовного судопроизводства. Истоки такой двойственности мы находим в положениях ст. 6 УПК4, о чем было сказано выше.

1 Фойницкий И.Я. Указ. соч. Т. I. С. 64.

2 Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. Т. I. М., 1913. С. 381. (Цит. по: Мурадьян Э.М. Указ. соч. С. 29 - 30.).

3 Шамардин А.А. Некоторые аспекты закрепления элементов принципа дис позитивности в УПК РФ // Роль университетской науки в региональном со обществе: Материалы международной научно-практической конференции (Москва - Оренбург, 1 - 3 сентября 2003 г.). В 2-х частях. Ч. 2. Москва -Орен бург: РИК ГОУ ОГУ, 2003. - С. 299.

4 Позволим себе отметить, что положения, закрепленные в ст. 6 УПК РФ авто ру настоящих строк напоминают больше всего сказку о копье, способном пробить любой щит и о щите, способном выдержать удар любого копья.

67

Таким образом, бинарность уголовного процесса в самом общем понимании нами определяется как двойственная задача уголовного судопроизводства посредством принципа состязательности в полной мере гарантировать его участникам возможность, путем реализации своих уголовно-процессуальных прав (на основе различного сочетания принципов публичности и диспозитивности), защиты собственных или представляемых интересов.

Так, в случае превалирования в указанной "триаде" публичных начал над диспозитивными, несомненной будет направленность процесса на защиту государственных и общественных интересов. Если же "во главе угла" стоят диспозитивные начала, то процесс призван на защиту частных интересов личности. Состязательность в бинарном процессе будет выступать средством достижения целей участников судопроизводства, способом существования и построения процесса.

В доктрине отечественного уголовного процесса вопрос о критерии классификации, количестве и наименовании функций уголовного судопроизводства постоянно оставался одним из самых дискуссионных1, не потерял он актуальности и с принятием нового Уголовно-процессуального кодекса России2. Исходя из наиболее распространенного взгляда о разделении уголовно-процессуальных функций на функцию защиты, обвинения и разрешения дела, определяющие отдельные виды и направления уголовно-процессуальной деятельности ее участников, российский законодатель, по меткому выражению, "...взял на себя роль своеобразного арбитра в давнем научном споре"3.

Главный недостаток концепции трех основных функций заключается в том, что она не отражает всей полноты уголовно-процессуальной деятельности, оставляя в стороне деятельность

1 Строгович М.С. Избранные труды. Т. 2. Гарантии прав личности в уголовном судопроизводстве. М., 1992. С. 163; Нажимов В.П. Об уголовно-процессуаль ных функциях // Правоведение. 1973. № 5; Мотовиловкер Я.О. Основные уголовно-процессуальные функции. Ярославль, 1976; Якуб М.Л. О понятии процессуальной функции в советском уголовном судопроизводстве // Пра воведение. 1973. № 5; Ларин А.М. Указ. соч. М., 1986 и др.

2 Зинатуллин З.З., Зинатуллин Т.З. Уголовно-процессуальные функции: Учеб. пособие. Ижевск: Детектив-информ, 2002.

3 Головко Л.В. Новый УПК Российской Федерации в контексте сравнительно го уголовно-процессуального права // Государство и право. 2002. № 5. С. 52.

68

значительного числа участников процесса1. Спорен поэтому вопрос и о носителях процессуальных функций. В науке существует мнение, что не только одна и та же функция может выполняться различными участниками процесса, но и один участник процесса может быть одновременно носителем нескольких различных функций2. В.П. Нажимов допускает выбор самим участником процесса с учетом конкретных обстоятельств дела той функции, которую он будет осуществлять в ходе судопроизводства3.

В.Г. Даев предложил иную конструкцию функций, вытекающую из характера процессуальных интересов отдельных участников процесса. По его мнению, можно выделить следующие процессуальные функции: расследование уголовного дела, судебное рассмотрение и разрешение уголовного дела, прокурорский надзор за соблюдением законности в ходе уголовного судопроизводства, защита личных процессуальных интересов, оказание юридической помощи, общественное представительство, оказание содействия в ходе уголовного судопроизводства. При этом отрицается наличие функции обвинения по тем мотивам, что ни один из участников процесса не наделен обязанностью или назначением осуществлять только обвинительную деятельность, а функция защиты распределяется между обвиняемым (защита личного интереса), защитником (оказание юридической помощи) и общественным защитником (общественное представительство). Поддержание прокурором обвинения рассматривается не как функция обвинения, а как одна из форм осуществления прокурорского надзора4.

Рассматривая вопрос о выполняемой потерпевшим функции в уголовном судопроизводстве в условиях взаимодействия состязательности, публичности и диспозитивности, отметим, что сегодняшняя процессуальная наука полностью не осмыслила уголовно-процессуальную функцию, выполняемую потерпевшим в настоящий период. Как справедливо отмечают ученые, общее

1 Рахунов Р.Д. Указ.соч. С. 47; Шпилев В.М. Участники уголовного процесса. Минск, 1970. С. 16.

2 Фаткуллин Ф.Н., 3инатуллин 3.3., Аврах Я.С. Обвинение и защита по уголов ным делам. Казань, 1976. С. 114.

3 Нажимов В.П. Об уголовно-процессуальных функциях // Правоведение. 1973. № 5. С. 76-78.

4 Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Указ. соч. С. 54.

69

правило о недопустимости совмещения одним участником процесса различных по природе функций теряет силу по отношению к потерпевшему, который может проявлять необходимую активность как раз при условии выполнения функции обвинения (уголовного преследования), гражданского истца и свидетеля1.

В связи с этим проблеме определения функции потерпевшего в уголовном судопроизводстве в последние годы было посвящено множество работ2. Указание законодателя на то, что потерпевший является участником уголовного судопроизводства со стороны обвинения (п. 47 ст. 5, гл. 6 УПК) и, следовательно, выполняет функцию обвинения, при более подробном исследовании может вызывать определенные возражения. Кроме того, само существование функции обвинения, как уже было упомянуто, в отечественной процессуальной науке длительное время отвергалось3. Тем не менее, идея разделения процессуальных функций на основе принципа состязательности сторон нашла свое закрепление в теории уголовного процесса, а функция обвинения - практическое выражение в нормах УПК РФ. Во многом это является заслугой М.С. Строговича, который последовательно отстаивал в своих работах наличие в советском уголовном процессе принципа состязательности сторон, а в 1951 г. обосновал наличие в уголовном процессе трех основных функций: уголовного преследования, защиты и судебного разрешения дела4. Несколько позже "в защиту" функции обвинения высказались и иные ученые5.

1 Галкин Б., Ружек А. Потерпевший как субъект уголовно-процессуальной де ятельности (теория и практика СССР и ЧССР) // Вестник Московского уни верситета. Серия 11. Право. 1987. № 2. С. 27.

2 Волосова Н.Ю. Указ. соч. С. 55 - 72; Танцерев М.В. Потерпевший и его функ ция в уголовном процессе России: Дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1999; Пет рова Н.Е. Частное и субсидиарное обвинение: Дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 1999. С. 91 - 145; Юношев С.В. Указ соч. С. 13 -64 и др.

3 См., например: Уголовный процесс / Под ред. проф. М.А. Чельцова. М., Юрид. лит., 1969. С. 11 - 12; Шпилев В.Н. Указ. соч. С. 62; Даев В.Г. К понятию обви нения в советском уголовном процессе // Правоведение. 1970. № 1. С. 84 - 85; Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Указ. соч. С. 54; Джатиев В. Обвинение и защита // Российская юстиция. 1995. № 3. С. 17 и др.

4 Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М.: Изд-во Академии Наук СССР, 1951. С. 58.

5 Ларин А.М. Указ. соч. С. 24; Мотовиловкер Я.О. Основные уголовно-процес суальные функции. Ярославль: Изд-во Ярославского ун-та, 1976. С. 26 и след., и др.

70

Существенную проблему представляет собой соотношение понятий "уголовное преследование" и "обвинение", используемые действующим УПК РФ. В теории уголовного процесса на данный счет существует довольно большой разброс мнений - от отождествления указанных понятий1 до включения первого понятия во второе2 и наоборот3.

Раскрывая понятие сторон, уголовно-процессуальный закон определяет их как участников уголовного судопроизводства, выполняющих на основе состязательности функцию обвинения (уголовного преследования) или защиты от обвинения (п. 45 ст. 5). Как видим, законодатель определяет понятия "обвинение" и "уголовное преследование" как тождественные, вместе с тем такое отождествление представляется сомнительным по следующим основаниям:

1) п. 55 ст. 5 УПК определяет уголовное преследование как процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обви нения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в со вершении преступления;

2) согласно п. 22 ст. 5 УПК, обвинение - утверждение о со вершении определенным лицом деяния, запрещенного уголов ным законом, выдвинутое в порядке, установленном настоящим Кодексом.

1 Познанский В. Возбуждение уголовного дела // Социалистическая закон ность. 1951. № 7. С. 29; Строгович М.С. Курс советского уголовного процес са. Т. I. С. 189- 194; Он же: Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 15; Квачевский А.А. Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений по Судебным Уставам 1864 года. СПб., 1866. С. 13,47; Бозров В.М. Современные проблемы российского производства по уголовным делам в деятельности военных судов. Екатеринбург, 1999. С. 128; Фойницкий И.Я. Указ. соч. Т. II. С. 3 - 8 и др.

2 Петрова Н.Е. Указ. соч. С. 37; Уголовно-процессуальное право РФ / Под ред. П.А. Лупинской. М., 2001. С. 75 и др.

3 Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и его изменение в суде. Казань: Изд-во Казан ского ун-та, 1963. С. 31; Ларин А.М. Указ. соч. С. 24 - 25,38 - 39; Ларин А.М., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс России: Лекции-очер ки. М.: Изд-во БЕК, 1997. С. 156-160: Федулов А.В. Указ. соч. С. 82-83; Зина- туллин З.З., Зинатуллин Т.З. Указ. соч. С. 20,28 - 29,47; Ковтун Н.Н., Кузнецов А.П. Сущность и содержание функции уголовного преследования в уголов ном процессе России // Российский судья. 2004. № 6. С. 29 - 31; Ильин С.И. О формировании понятия уголовного преступления. Там же. С. 36 -42 и др.

71

Как видим, отождествлять уголовное преследование и обвинение невозможно, т.к., во-первых, исходя из определения обвинения, о его наличии можно говорить только после того, когда собраны доказательства, изобличающие вину лица и эти доказательства достаточны для однозначного утверждения о его виновности. Русский язык под обвинением понимает признание виновным в чем-нибудь, приписывание кому-нибудь какой-нибудь вины; вменение в вину. Юридические действия, направленные на доказательство виновности того, кто привлекается к уголовной ответственности1. Под обвинителем понимается тот, кто обвинил, обвиняет кого-то2. Утверждать - настойчиво доказывать что-то. Утвердить - окончательно установить, принять, убедить, официально оформить3.

Во-вторых, не во всех случаях сразу же после возбуждения уголовного дела можно утверждать о том, что преступление совершило конкретное лицо. Более того, говоря об обвинении как об утверждении, УПК связывает его с принятием конкретного процессуального решения, оформленного соответствующим постановлением о привлечении лица в качестве обвиняемого (ст. 171 УПК) или с вынесением обвинительного акта (ст. 225 УПК), т.е. когда появляются достаточные данные для утверждения о совершении определенным лицом преступного деяния.

В-третьих, как уже упоминалось, под уголовным преследованием понимается процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. Цель - предмет стремления, то, что надо, желательно осуществить4. Изобличать - обнаруживать, показывать, выявлять5. Поэтому уголовное преследование, начинаясь в момент возбуждения уголовного дела, проявляется во множестве процессуальных действий, в том числе принудительного характера, направленных на выявление лица, которое можно было бы привлечь в качестве подозреваемого или обвиняемого.

1 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. работа. С. 425.

2 Там же. С. 425.

3 Там же. С. 842.

4 Там же. С. 873.

5 Там же. С. 242.

72

В-четвертых, уголовное преследование характеризуется более широким кругом субъектов, в отношении которых оно осуществляется. Это не только обвиняемый, но и подозреваемый, а также лица, которые не имеют какого-либо процессуального статуса. Обвинение в свою очередь характеризуется четкой персонифи-цированностью субъекта, в отношении которого оно выдвигается и поддерживается, это - обвиняемый. Как отмечает в этой связи И.Я. Фойницкий, "В силу индивидуального характера обвинение направляется на определенное лицо, относительно которого суду предъявляется требование установить его виновность и определить заслуженное наказание... Отсюда же вытекает, что каждое обвинение ограничивается данной личностью, имеет строго субъективный характер и немыслимо безотносительно к определенному физическому лицу... Всякое обвинение предполагает прямое или, по крайней мере, подразумеваемое указание на определенное физическое лицо и определенное вменяемое ему деяние..."1.

Следовательно, представляется возможным с полной уверенностью утверждать о том, что понятие уголовного преследования как уголовно-процессуальной функции шире по объему, нежели понятие обвинения, включает его в себя2. Об этом свидетельствует и ч. 1 ст. 20 УПК РФ, в которой закреплено, что уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

О том, что потерпевший выполняет не функцию обвинения, а функцию защиты прав и законных интересов, нарушенных преступлением, отмечали многие ученые-процессуалисты3. До принятия Основ уголовного судопроизводства 1958 г. данной точки зрения придерживался и М.С. Строгович4. В тот период

1 Фойницкий И.Я. Указ соч. Т. II. С. 7.

2 Гуськова А.П. Проблемные вопросы функции уголовного преследования // Унификация законодательства, борьба с преступностью в условиях союзно го государства. Материалы международной научно-практической конферен ции (19 октября 2001 г.). М.: РАЮН, ЮИ МВД России, Смоленск: Универсум, Мн.: Академия МВД Республики Беларусь, 2001. С. 130-135.

3 Танцерев М.В. Указ. соч. С. 92 - 99; Ларин А.М. Указ. соч. С. 44 - 54; Зеленин С.Р. Значение мнения потерпевшего при отказе прокурора от обвинения // Журнал российского права. 2002. № 5. С. 97 - 103 и др.

4 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М.: Изд-во АН СССР, 1958. С. 138; Он же: Уголовное преследование в советском уголовном про цессе. М.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 17-18 и след.

73

это было совершенно естественным, т.к. в тоталитарном режиме признать наличие обвинительной функции у частного лица, за исключением дел частного обвинения, не представлялось возможным, что, собственно, и закрепил в своих положениях УПК РСФСР 1923 г.

Однако уже с введением в действие Основ уголовного судопроизводства СССР и УПК РСФСР 1960 г., многие процессуалисты стали склоняться к мнению о наличии у потерпевшего функции обвинения по всем категориям уголовных дел. "...деятельность такого участника процесса направлена на изобличение лиц, виновных в причинении ему вреда, т.е. в выполнении функции обвинителя", - отмечал В.А. Дубривный1. Более подробно обвинительную деятельность потерпевшего характеризуют В.М. Савицкий и И.И. Потеружа: "Таким образом, по всем уголовным делам потерпевший, если только он принимает участие в деле, выступает, как правило, в качестве обвинителя, он преследует, обвиняет лицо, причинившее ему вред. Наиболее наглядным внешним проявлением обвинительной деятельности потерпевшего является его участие в судебных прениях, когда он получает возможность высказать свое отношение к рассматриваемому преступлению и сформулировать свои требования. Но разумеется, что и в тех случаях, когда потерпевший по закону не допускается к участию в прениях, его деятельность по своей сущности продолжает оставаться обвинительной. Вместе с тем нужно иметь ввиду, что осуществление потерпевшим своих прав не является его процессуальной обязанностью"2. Изменил прежнюю точку зрения и М.С. Строгович: "То положение, которое потерпевший-гражданин занимает в производстве по уголовному делу, те права, которые предоставлены, позволяют сделать вывод о характере осуществляемой потерпевшим процессуальной функции: это обвинение, обвинительная деятельность. Потерпевший-гражданин в уголовном процессе является обвинителем не только по делам частного обвинения, как это было по прежнему законодательству, но по всем делам, по которым он участвует в качестве потерпевшего"3.

1 Дубривный В.А. Указ. соч. С. 47.

2 Савицкий В.М., Потеружа И.И. Указ. соч. С. 24.

з

Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. С. 255.

74

Полагаем, что с введением в действие УПК РФ следует еще более расширить границы процессуальной деятельности потерпевшего. Согласно норме ст. 22 УПК, потерпевший, его законный представитель и (или) представитель вправе участвовать в уголовном преследовании обвиняемого. Как мы выяснили, обвинение входит в уголовное преследование в качестве одного из его проявлений. Следовательно, процессуальной функцией потерпевшего будет являться функция не обвинения, но уголовного преследования. Что касается осуществления потерпевшим обвинительной деятельности, то она, как представляется, будет выступать лишь одной из форм уголовного преследования. Кроме того, в качестве одной из форм осуществления потерпевшим функции уголовного преследования будет выступать и деятельность по предъявлению и поддержанию гражданского иска.

Признание за потерпевшим выполнения функции уголовного преследования позволяет разрешить ряд теоретических вопросов, касающихся процессуального положения потерпевшего.

Как уже отмечалось ранее, многие процессуалисты считают функцией потерпевшего защиту прав и законных интересов, нарушенных преступлением. Доводы, приводимые ими, в основном сводятся к тому, что деятельность потерпевшего по уголовному делу часто является не обвинительной: когда потерпевший отказывается реализовывать предоставленные ему права обвинителя; когда потерпевший, наоборот, вместо обвинения лица защищает его; когда потерпевший безразлично относится к судьбе обвиняемого; когда потерпевший просит смягчить наказание или просит вообще не наказывать лицо и т.д.

Думается, что если принять верной точку зрения о наличии у потерпевшего функции обвинения, то данные доводы будут верными - в подобных ситуациях у потерпевшего действительно отсутствует обвинительная направленность в его действиях. Но если считать, что функцией потерпевшего является уголовное преследование, то его действия, даже не имеющие обвинительной направленности, равным образом укладываются в уголовное преследование. Преследовать - следовать, гнаться за кем-нибудь с целью поимки, неотступно следовать за кем-нибудь, стремиться к чему-нибудь1. Но не всякое преследование должно

1 Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. работа. С. 585.

75

оканчиваться обвинением: по различным причинам лицо может быть не привлечено в качестве обвиняемого.

Сегодня большинством процессуалистов признано, что уголовное преследование началом своим имеет момент вынесения постановления о возбуждении уголовного дела. В этой связи к точке зрения М.С. Строговича, отождествлявшего уголовное преследование и обвинение и считавшего, что уголовное преследование начинается с момента привлечения лица в качестве обвиняемого, следует подойти с довольно критических позиций1. Как отмечал в связи с этим И.Я. Фойницкий, "Возбуждение уголовного преследования имеет важное значение в процессе; им... создается для лица, против которого оно направлено, положение обвиняемого. Ввиду этого весьма важно установить момент, с которого преследование должно быть признано начавшимся. Момент этот можно видеть... в обращении к судебной власти управомоченных на то лиц... с ходатайством о начатии дела... (выделено нами - И.Ж.)"2.

В наши дни границы уголовного преследования отодвигаются некоторыми учеными еще дальше. Так, З.З. Зинатуллин и Т.З. Зинатуллин полагают, что уголовное преследование проявляет себя также на стадии исполнения приговора, и включает в себя фактическое отбытие назначенного судом уголовного наказания или иные принудительные меры воспитательного или медицинского характера3. Данной позиции придерживаются и многие другие процессуалисты4. Полагаем, что столь расширительное понимание функции уголовного преследования вполне обосновано, т.к. и в таком положении лицо подвергается определенным стеснениям в осуществлении своих прав.

Таким образом, рассматривая современное состояние взглядов на определение уголовного преследования, следует отметить

1 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I. С. 190-194; Он же: Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 60-66.

2 Фойницкий И.Я. Указ. соч. Т. II. С. 25.

3 Зинатуллин З.З., Зинатуллин Т.З. Указ. соч. С. 27 - 28.

4 Ворончихин М.А. Субъекты уголовного преследования (понятие, виды, пра вовая культура): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ижевск, 2002. С. 18; Ени- кеев З.Д. Уголовное преследование: Учебное пособие. Уфа: Изд-во БашГУ, 2000 и др.

76

постоянное включение в него все новых и новых видов деятельности. Следовательно, нам думается возможным сделать следующий вывод: любая уголовно-процессуальная деятельность потерпевшего в ходе производства по уголовному делу охватывается осуществлением функции уголовного преследования. Даже несмотря на то, что такая деятельность и будет направлена на смягчение участи обвиняемого или иным образом улучшать его положение, это не будет говорить об отсутствии именно уголовного преследования. Преследование как деятельность, что уже отмечалось, означает следование за кем-нибудь с целью поимки, неотступно следовать за кем-нибудь, стремиться к чему-нибудь. Но в ходе преследования, осуществляемого в рамках уголовного дела, не обязательно осуществлять исключительно обвинительные действия. Конечно, итогом уголовного преследования в качестве одного из возможных вариантов будет являться именно обвинение, но возможен и иной ход событий.

Так, А.М. Ларин, Э.Б. Мельникова, В.М. Савицкий считают, что уголовное преследование осуществляется либо в форме обвинения, либо в форме обоснования необходимости применения принудительных мер медицинского характера к лицу, совершившему общественно опасное деяние в состоянии невменяемости. Совершенно очевидно отсутствие в этих случаях обвинения, т.к. отсутствует вина как необходимый элемент состава преступления. Тем не менее деятельность, направленная на выявление данного лица и направление дела в суд для принятия соответствующих мер, носит характер уголовного преследования1.

Действительно, если мы осуществляем деятельность, направленную на выпечку хлеба, но по каким-то причинам положительного результата мы не достигли поставленной цели (слабая квалификация, испорченные ингредиенты, слишком высокая температура и т.д.), это еще не значит, что выполнялась какая-либо иная деятельность, кроме как направленная на достижение конечной цели - получение хлеба. Также и с любой функцией уголовного процесса - не достижение в результате той или иной деятельности (по обвинению, защите) поставленной цели еще не означает, что участник судопроизводства, вы-

1 Ларин А.М., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Указ. соч. С. 156- 160.

77

полнявший данную деятельность, не выполнял ее. Поэтому, например, неустановление лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, не будет означать неосуществление функции уголовного преследования. Равным образом любая деятельность потерпевшего будет укладываться в рамки осуществления им именно уголовного преследования, в том числе и без осуществления обвинения. В связи с тем, что преследовать можно с различными целями, уголовное преследование, осуществляемое потерпевшим, будет иметь лишь различные цели: обвинение, защиту прав и законных интересов, нарушенных преступлением, возмещение (посредством гражданского иска) причиненного преступлением ущерба, смягчение положения обвиняемого. Потерпевший может также иметь и цель оправдания подсудимого, тем не менее и данная деятельность будет охватываться осуществлением функции уголовного преследования, т.к. невозможно оправдать лицо, не обвинив его прежде в чем-нибудь, а обвинение, как мы уже выяснили - лишь одна из форм реализации функции уголовного преследования.

С этих позиций вызывает интерес норма ст. 22 УПК, не предусматривающая возможности осуществления потерпевшим уголовного преследования в отношении подозреваемого. Думается, приведенные выше соображения однозначно дают нам право сделать вывод, что и в отношении подозреваемого потерпевший должен быть наделен правом осуществления уголовного преследования. Обратное будет противоречить назначению уголовного судопроизводства, т.к. потерпевший, ограниченный в осуществлении уголовного преследования, не сможет в ряде случаев обеспечить защиту своих прав, свобод и законных интересов. В частности, может сложиться ситуация, при которой публичные органы предварительного расследования сочтут, что лицо, имеющее процессуальный статус подозреваемого в совершении преступления, не подлежит привлечению в качестве обвиняемого, следовательно, не понесет какой-либо ответственности. Но на данный счет у потерпевшего может сложиться иное мнение, отличное от мнения органов расследования. Следовательно, ограничения, закрепленные в норме ст. 22 УПК, не позволят потерпевшему доказать свою точку зрения.

Кроме того, исходя из сравнительного анализа ст. 22 УПК и других статей Кодекса, мы видим, что налицо их противоречие

78

друг другу. Так, п.55 ст. 5 Кодекса гласит, что уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. Потерпевший, согласно п. 47 ст. 5 и гл. 6 УПК - участник уголовного судопроизводства со стороны обвинения. Получается парадоксальная ситуация: потерпевший вправе участвовать в уголовном преследовании подозреваемого, но не вправе этого делать.

Думается, законодателю необходимо устранить данный недостаток и предоставить потерпевшему право осуществления уголовного преследования в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления.

Таким образом, в результате исследования уголовно-процессуальной функции, осуществляемой потерпевшим, можно прийти к выводу, что это функция уголовного преследования. Как справедливо отмечал М.С. Строгович, уголовное преследование является движущей силой уголовного процесса, оно приводит в движение весь процесс по конкретному уголовному делу, оно определяет содержание и направление производства по нему1, поэтому наделение потерпевшего именно функцией уголовного преследования как нельзя лучше будет отвечать всему назначению отечественного уголовного судопроизводства.

В связи с этим можно сделать ряд следующих замечаний.

1. Аналогичным образом все иные участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения выполняют функцию уголовного преследования. В этой связи следует изменить соответствующие нормы УПК, и закрепить в них положение, согласно которому они будут называться не "участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения", а "участники уголовного судопроизводства, осуществляющие функцию уголовного преследования"2.

1 Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М.: Изд-во АН СССР, 1951. С. 16.

2 У данной точки зрения, высказываемой нами и ранее (Жеребятьев И.В. Про цессуально-правовое положение личности потерпевшего в современном уго ловном судопроизводстве России: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск. С. 7, 15- 16.), в настоящее время появляется все больше и больше сторонни ков. Например, Н.Н. Ковтун и А.П. Кузнецов предлагают именовать гл. 6 УПК РФ "Участники уголовного судопроизводства на стороне уголовного пресле дования". См.: Ковтун Н.Н., Кузнецов А.П. Указ. работа. С. 29.

79

2. З.З. Зинатуллин и Т.З. Зинатуллин называют функцию уголовного преследования "генерирующей"1. Действуя с момента возбуждения уголовного дела до фактического отбытия назначенного судом уголовного наказания или принудительных мер воспитательного или медицинского характера (включая производство в суде второй и надзорной инстанции), она действительно генерирует, т.е. собирает в себе множество разнообразных форм ее осуществления. К таковым, полагаем, можно отнести:

o вынесение постановления о возбуждении уголовного дела как процессуального документа, знаменующего собой на чальный этап уголовного преследования.

  • раскрытие преступлений, установление подозреваемых и обвиняемых и их изобличение в инкриминируемом пре ступлении.
  • обвинение как основную форму осуществления уголовно го преследования.
  • обоснования необходимости применения принудитель ных мер медицинского характера к лицу, совершившему общественно опасное деяние в состоянии невменяемос ти.
  • применение мер процессуального принуждения (Раздел 4 УПК РФ).
  • возмещение причиненного преступлением ущерба и ком пенсации морального вреда посредством предъявления и поддержания гражданского иска как потерпевшим, так и прокурором в защиту интересов государства или в защи ту интересов несовершеннолетних, лиц, признанных не дееспособными либо ограниченно дееспособными, а также лиц, которые по иным причинам не могут сами за щищать свои права и законные интересы.
  • защиту потерпевшим своих прав, свобод и законных ин тересов, нарушенных преступлением.

1 Зинатуллин З.З., Зинатуллин Т.З. Указ. соч. С. 21, 23, 29 и след.

80


Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz