ОСОБЕННОСТИ ДОПРОСА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО ПОДОЗРЕВАЕМОГО И ОБВИНЯЕМОГО С ПСИХИЧЕСКИМИ АНОМАЛИЯМИ


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта


Проблемы противодействия преступности в современных условиях:
Материалы международной научно-практической конференции 16-17 октября 2003г. Часть III.- Уфа: РИО БашГУ, 2004.

Гатауллина Г.И. - ассистент кафедры уголовного права и процесса Института права БашГУ г. Уфа

ОСОБЕННОСТИ ДОПРОСА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО ПОДОЗРЕВАЕМОГО И ОБВИНЯЕМОГО С ПСИХИЧЕСКИМИ АНОМАЛИЯМИ

Одним из важных и возможно наиболее сложных следственных действий, по нашему мнению, является допрос несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого. Суть допроса заключается в получении от допрашиваемого лица сведений (показаний), т.е. устной речевой информации об обстоятельствах и фактах, имеющих значение для уголовного дела.1

Среди следователей распространено мнение о том, что допрос несовершеннолетних не создает каких-либо трудностей, относится к разряду "легких" следственных действий. Такое убеждение связано с тем, что подростки, как правило, сознаются в совершенном, их попытки скрыть происшедшее или дать ложные показания обычно непродуманны. Тем не менее, как правильно замечают криминалисты, абсолютно бесконфликтных ситуаций не бывает, и, признаваясь в совершении преступления в целом, обвиняемые могут преуменьшать или преувеличивать свою роль в совершенном преступлении, скрывать соучастников преступления, не рассказывать про отрицательно их характеризующие эпизоды в процессе совершения преступления и т.п.

Особую специфику имеет тактика проведения допроса подозреваемых и обвиняемых подростков с психическими отклонениями.

Поскольку в юридической литературе достаточно подробно освещаются правила, особенности проведения допроса несовершеннолетних, требования, предъявляемые к содержанию их показаний, мы сочли целесообразным не останавливаться на общих рекомендациях допроса подростков.

Изучив материалы следственно-судебной практики, мы вынуждены констатировать, что ни по одному из изученных уголовных дел следователем не были учтены личностные особенности несовершеннолетнего, связанные с его психическим заболеванием, даже в тех случаях, когда наличие психических недостатков было очевидно для следователя (в силу наличия медицинской документации, неадекватного поведения подростка и т.п.). Разумеется, следователь не всегда обладает специальными познаниями в области психиатрии, которые он мог бы использовать для построения тактики допроса в целом, с учетом специфических черт личности, присущих подростку с психическими аномалиями. Поэтому для этих целей информацию можно получить из заключения психиатрической экспертизы, а также из консультаций со специалистом.

В соответствии с требованиями ст. 425 УПК РФ, в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, не достигшего возраста шестнадцати лет либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, участие педагога или психолога обязательно. Педагог или психолог вправе с разрешения прокурора, следователя, дознавателя задавать вопросы несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому, а по окончании допроса знакомиться с протоколом допроса и делать письменные замечания о правильности и полноте сделанных в нем записей. В некоторых случаях без приглашения специалиста следователь не сможет выбрать правильную тактику проведения допроса. Неверно выбранный в зависимости от типа личности подростка жесткий или благодушный тон могут оказать негативное воздействие на весь процесс расследования в будущем, поскольку первый контакт зачастую является основой будущего взаимодействия с подростком.

Так, при проявлении признаков органического расстройства личности следователь должен очень внимательно следить за психическим состоянием допрашиваемого, чтобы не вызвать у него возбудимых состояний психики, которые могут спровоцировать неадекватное поведение и способствовать даче неконтролируемых показаний, исправить допущенную ошибку часто бывает невозможно. Несовершеннолетний начинает давать противоречивые показания, нервничает, что оценивается как желание скрыть происшедшее. В последующем часто данные в таком состоянии признательные показания расцениваются как правдивые, те, на которые можно опираться в ходе дальнейшего расследования.

Нередко следователь, допрашивая по одному преступлению, пытается проверить причастность допрашиваемого и к другим преступлениям, что в целом не противоречит закону и не нарушает права несовершеннолетнего. Обида в связи с обвинением в том, чего подросток не совершал, также может вызвать негативные реакции. Психически неполноценный несовершеннолетний, не умея сдерживать свои эмоции, раздражение, может совершить действия, которые неправильно будут истолкованы как свидетельство о признании.

Аналогичная ситуация может складываться, когда подросток берет всю вину на себя за преступление, которое на самом деле было совершено в соучастии. Страдая от необходимости отвечать за всех и в то же время не в состоянии рассказать о вине соучастников, несовершеннолетний с аномалиями срывается, грубит, готов взять на себя вину за все, стремясь лишь только к тому, чтобы прекратить стрессовую ситуацию допроса.

В связи с этим мы рассмотрим некоторые особенности, присущие подросткам в зависимости от вида психического расстройства, которым они страдают.

А.Е. Личко в своих исследованиях указывает на особенности оказания психиатрической помощи подросткам с психическими расстройствами.2 Отельные его рекомендации могут быть также использованы при подготовке и проведении допроса и иных следственных действий в отношении несовершеннолетнего с аномалиями психики.

В первую очередь необходимо постоянно учитывать психологические особенности подросткового возраста. Реакция эмансипации может легко переключаться с родителей, учителей на следователя, который в глазах подростка будет выглядеть как ограничитель свободы, контролер его поступков, навязывающий свои решения. Подросток с первого дня должен чувствовать, что следователь видит в нем равноправного человека, ищет черты взрослого, относится к нему как к личности с правом на определенную самостоятельность. При выраженной реакции эмансипации необходимо избегать директивного тона.

Реакция группирования предполагает определение наиболее значимых приятелей несовершеннолетнего и либо исключить их влияние, либо использовать его. Реакция увлечения может стать ключом для установления контакта.

Первый контакт с подростком является важным как в психотерапии, так и в расследовании преступления. Так, гипертимный3 подросток, благодаря своей неизбирательной общительности, не представляет трудностей для первого контакта. Доверие обычно легко устанавливается, если подросток чувствует к себе доброжелательное отношение, искренний интерес к его проблемам, желание вместе с ним искать выход из трудной ситуации. Надо избегать чрезмерной директивности, проявление безапелляционной власти над подростком, что легко пробуждает реакцию эмансипации. И наоборот, следует особенно опасаться утраты дистанции, фамильярности. Не нужно демонстрировать равенство отношений. Гипертимный подросток скорее почувствует расположение к следователю, если увидит в нем независимую самостоятельную личность.

Отношение к циклоидным4 подросткам зависит от фазы. В период подъема они не отличаются от гипертимов. В период спада они нуждаются в ободрении, в них необходимо вселить уверенность.

Психологический контакт с лабильными5 подростками устанавливается легко, если они с первой встречи чувствуют искреннее расположение к себе.

Сенситивные6 подростки нелегки для установления контакта, им свойственна убежденность в своей неполноценности и мнительная тревожность о неблагоприятном отношении окружающих Они не раскрывают информацию особенно о мотивах совершенного, о распределении ролей, влиянии других соучастников. Разубеждению они поддаются медленно, обнаруживая недоверчивую осторожность.

Эгоцентричность истероида7 облегчает первый контакт, если дать почувствовать интерес к нему, как к личности. Здесь бывает труднее сохранить контакт в дальнейшем. Им свойственна претенциозная демонстративность. Они не любят рассказывать о других, предпочитая рассказы о себе. Болезненные проявления, в частности, могут способствовать преувеличению собственной роли в преступлении, открытая демонстрация свойственных негативных качеств, таких как грубость, неуважение, иллюзия значительного преступного опыта и т.п.

С эпилептоидным8 подростком контакт лучше устанавливать вне периодов аффективного напряжения. Необходимо учитывать преувеличенное внимание эпилептоидного подростка к своему здоровью, собственному благополучию. Беседы должны быть обстоятельными и неторопливыми. Подростка надо побуждать "выговориться" - это снимает напряжение. Рекомендуется начинать с нейтральных моментов, стимулировать подростка, чтобы в первую очередь он рассказал о своих положительных качествах. В качестве негативных черт эпилептоида отмечают взрывчатость, гневливость, несдержанность в состоянии аффекта, склонность к приступам мрачно-раздраженного настроения. В состоянии алкогольного опьянения они практически неуправляемы, алкоголь вызывает бурные несдерживаемые аффекты.

Необходимый для допроса контакт при шизоидной9 акцентуации достигается чрезвычайно трудно. Обычно предлагается больше говорить самому следователю. Признаком преодоления психологического барьера служит момент, когда шизоидный подросток начинает говорить сам, иногда на тему далекую и неожиданную. Останавливать его не следует: чем дальше, тем раскрытие может быть все более полным. Нужно лишь учитывать еще одно свойство шизоида - истощаем ость в контакте. Тогда бывает полезно неожиданно направить беседу на новую тему.

Разумеется, для следователя представляет определенную трудность определение типа акцентуации, которая присуща данному подростку или установить, какая из подростковых реакций доминирует, оказывая влияние на поведение подростка, в том числе и на следствии. Для диагностики таких качеств следователю необходимо обращаться к помощи специалиста в области подростковой психологии и (или) психиатрии.

Необходимо отметить также особенности ведения допроса аномальных подростков в зависимости от вида психического заболевания.

При поведенческих нарушениях (психопатопатизация при органическом поражении головного мозга, эмоционально-волевые нарушения, патологическое формирование характера) подросткам свойственны раздражительность, агрессивность, пренебрежение к морально-этическим нормам, патология процессов возбуждения и торможения. В этой связи следователю необходимо заранее четко спланировать ход проводимого следственного действия, а также возможные способы подавления проявления раздражения, агрессивности, демонстративности и т.п. У каждого подростка имеется свое "слабое звено", которое вызывает патохарактерологические реакции, поэтому желательно знать заранее, что может вызвать неадекватное поведение подростка. В качестве рекомендации можно предложить опираться в ходе допроса на сильные, хорошие стороны личности, смягчить общее воздействие неблагоприятной ситуации, исключить отрицательное влияние сверстников и взрослых. В случае если в ходе допроса развивается аффектоподобная реакция следует прекратить допрос и перенести его на более позднее время.

Что касается когнитивных нарушений психики (олигофрении, а также умственной отсталости, вызванной органическим поражением головного мозга и т.п.), то подросткам свойственны заторможенные реакции, замедленное восприятие информации и ее обработка в сознании. Подросток привык к тому, что он хуже, чем другие понимает сказанное, зачастую боясь в очередной раз быть названным "глупым", "дебилом", "зпр ", не переспрашивает, не просит объяснить непонятные слова, вопросы, не вдумываясь в содержание, подписывает протокол допроса и т.п.. Особенно осторожно необходимо беседовать с данными лицами при получении информации, т.к. они, легко попадая под влияние более сильной личности, могут давать показания под воздействием последних, даже не осознавая их неправильного содержания. Постановка вопроса данным лицам должна быть предельно четкой и ясной, нельзя использовать незнакомые слова и выражения, недопустимо пользоваться сложными фразами и наводящими предложениями. В этой связи необходимо отметить еще одно выявленное нами нарушение. Следователи при проведении допросов не записывают показания подследственных дословно или хотя бы близко к сказанному допрашиваемым. В итоге получается, что лицо с умственной отсталостью в степени умеренно выраженной дебильности на допросе дает следующие показания: "В ходе разговора Лена предложила совершить мне кражу кошелька…Я была задержана работниками милиции, а кошелек у меня изъяли… Ранее я краж не совершала, в содеянном раскаиваюсь". При этом из акта судебно-психиатрической экспертизы следует: "…Речь косноязычна, бедна по содержанию, обследуемая не выговаривает отдельные слова, звуки. Ответы малоинформативны, суждения незрелые, запас знаний мал…"10

На примере данного уголовного дела следует отметить также, что следователи намеренно в протоколе допроса дают словами допрашиваемого юридическую оценку, квалификацию совершенного: "Предложил совершить грабеж Юра" или "Изначально мы планировали не угнать, а совершить кражу автомобиля с целью разобрать его на запчасти с последующей их реализацией на рынке". Несовершеннолетние вообще, и умственно неполноценные в частности, вряд ли знают разницу между кражей и угоном автомобиля, грабежом и разбоем; а кроме того, в беседах с психиатром, психологом несовершеннолетний преступник обычно использует более мягкие, обтекаемые формулировки, типа "взял", "забрал", "вытащил", а не "украл" или "похитил".

Подобные нарушения при проведении допросов способствуют тому, что, выдвигая в судебном заседании версию об имевшем место в ходе предварительного расследования значительном давлении на обвиняемого, адвокаты находят ей подтверждение, демонстрируя суду явную неспособность лица, страдающего, скажем, олигофренией, давать последовательные показания, его затруднения в подборе слов для выражения собственных мыслей и сравнивают данные в суде показания с показаниями данными в ходе следствия типа "Украденная нами аптечка была полностью укомплектована" или "Я неоднократно требовал прекратить нанесение побоев Жене".

Как мы уже отмечали, первая встреча со следователем, создание правильной атмосферы взаимоотношений с подростком очень важны.

Поэтому, необходимо, в первую очередь, принять меры к установлению психологического контакта с ним. У подростков симпатии и антипатии возникают с первой встречи, а с ними доверие или настороженность, расположение или активное противодействие.11 Невозможно начинать беседу с незначимых тем или с разговора о хобби. Подросток, представший перед следователем в связи с совершением преступления, не почувствует доверия к следователю, если тот начнет разговор с таких тем, а заподозрит какой-то подвох.

Как указывает Л.Л. Каневский, условием достижения психологического контакта является создание у допрашиваемого благожелательного и откровенного к себе отношения, что достигается безукоризненной вежливостью и мягкостью обращения. Вместе с тем нельзя в полной мере снимать напряжения с подростка. Основа контакта - правдивая характеристика положения, показ того ущерба, который причинен общественно опасными действиями подростка, и предложение подумать вместе, как исправить причиненное зло, порвать с прошлым, облегчить совесть.12

Поскольку на этот момент данные о личности минимальные необходимо пробовать установить их и в ходе допроса несовершеннолетнего подозреваемого. Наблюдение за подростком необходимо осуществлять и до того как допрос непосредственно начался. Каковы отношения с законным представителем, как подросток ведет себя в незнакомой ситуации, как настроен по отношению к следователю и окружающим. Наблюдения такого рода уже дают некоторую информацию о психологической характеристике подростка. Поскольку целенаправленное наблюдение в ходе допроса со стороны следователя не всегда возможно, целесообразно приглашать на допрос специалиста. Ч. 4 ст. 80 УПК РФ предусматривает в качестве источника доказательств показания специалиста, которые могут быть получены оформлением отдельного протокола, в том числе, после допроса подростка о результатах наблюдения, осуществленного специалистом.

Изученные нами протоколы допроса несовершеннолетних с психическими аномалиями показывают, что первый допрос проводится непродуманно, второпях, поскольку освещаются в нем только основные моменты совершенного преступления. Тем не менее этот допрос должен проводиться максимально детально, так как на этом этапе предварительного расследования в качестве доказательств фигурируют только протокол осмотра места происшествия (и то не во всех случаях) и некоторые другие недостаточные для уяснения сути происшедшего доказательства. Детальность допроса предполагает: 1)

получение информации о действиях до совершения преступления: чем занимался (занимались) подростки, как возник умысел на совершение преступления, имело ли место планирование, как распределялись роли, кто присутствовал при обсуждении (в том числе кроме действительных соучастников преступления), как был выбран объект для посягательства, чем предполагалось завладеть, сколько времени прошло с момента возникновения умысла до его реализации; 2)

характеристика события преступления: в какое время, где конкретно было совершено преступление, что из себя представляло место хищения, как было осуществлено проникновение или каким было воздействие на потерпевшего, какие использовались орудия, откуда они появились у подростков, какое имущество имелось там (или при себе у потерпевшего); как действовал допрашиваемый и каждый из соучастников; что было похищено в результате преступления, совершались ли на месте преступления, какие-либо иные действия помимо хищения; 3)

данные о постпреступном поведении: что делали после совершенного преступления, как было распределено и сокрыто похищенное, что предполагалось делать с украденным имуществом или вырученными от его реализации средствами, какой была договоренность относительно действий в случае задержания, каким в целом было отношение к совершенному (сожаление, раскаяние, одобрение и т.п.).

Начать допрос рекомендуется с получения данных о личности несовершеннолетнего, условиях его жизни и воспитания. Поскольку получение этих данных предполагает психологически менее неприятную для несовершеннолетнего процедуру: подросток рассказывает о своей жизни, и в том числе, имеет возможность рассказать о своих положительных качествах или негативных условиях, которые, так или иначе, способствуют совершению преступлению. Встретив искреннее внимание и интерес к себе самому, подросток охотнее и спокойнее расскажет о совершенном преступлении и своей роли в нем.

При получении данных о личности подростка (даже если на этом этапе нет оснований предполагать психическую неполноценность допрашиваемого) должны быть зафиксированы следующие факты: 1)

анкетные данные: фамилия, имя, отчество; дата рождения, место рождения, место жительства и (или) регистрации, гражданство, образование, семейное положение, состав семьи, место работы или учебы, наличие судимости. Предлагается не задавать вопросы и фиксировать данные в том порядке, в котором они предусмотрены в протоколе допроса, рассматривать информацию по блокам - семья, учеба, свободное время и т.п., а затем зафиксировать все это в анкетную часть протокола допроса; 2)

учеба: где подросток учится, как давно, менял ли школы, если учится в техникуме, ПТУ, то каким образом был осуществлен выбор, его отношение к учебе в целом и к отдельным учебным дисциплинам в частности, его объяснение причин неудач в учебе, отношение с учителями и одноклассниками, поведение (дисциплина) в школе, участие в жизни школы, планы на будущее (продолжение учебы), имеется ли возможность для полноценных занятий дома, пропуски уроков, их причины. Если на данном этапе прозвучит вариант относительно болезни как причины пропусков, целесообразно перейти к здоровью, а затем при необходимости можно вновь вернуться к расспросу об учебе; 3)

здоровье: как часто подросток болеет, какими заболеваниями, как долго, как он относится к наличию у него таких заболеваний, болел ли в детстве, какие серьезные заболевания перенес, не получал ли травм жизненно важных органов (в том числе головы), состоит ли на учете у какого-либо врача (невропатолога, эндокринолога, психиатра), пьет ли регулярно какие-либо лекарства, занимается ли спортом, употребляет ли алкоголь, наркотики, курит. Если подросток начинает нервничать и все отрицать в агрессивной форме: я не больной, я не псих, я в детстве не падал, необходимо разъяснить ему, что такие вопросы задаются не только ему, и его никто не подозревает в нездоровье, в том числе и психическом, просто это стандартный набор вопросов, ответы на которые должны быть получены следователем в ходе допроса; 4)

семейные отношения: состав семьи, наиболее близкий член семьи, кто занимается с подростком, осуществляет его воспитание, занимается ли он сам с младшими членами семьи, помогает ли старшим, общее отношение к семье, по возможности характеристика отдельных членов семьи, в особенности родителей, наличие (отсутствие) потребности в ней, наличие конфликтов в семье с участием или без участия подростка (между родителями, родителями и пожилыми членами семьи и т.п.), отношение к этим конфликтам; 5)

ближайшее окружение, занятия в свободное время: наличие близкого друга или группы приятелей, отношение к нему окружающих в целом и постоянных приятелей, причина предпочтения одних приятелей другим, наличие увлечений, причина выбора увлечений, успехи подростка, нарушения поведения в прошлом (мелкие хищения, хулиганство, побеги из дома, попытки суицида и т.п.).

Допрос должен проходить в спокойной обстановке, переход от одной темы к другой должен быть естественным и плавным. Например, говоря об учебе, можно спросить о том, как относились родители (в семье) к результатам его учебы, а говоря о поведении в свободное время, коснуться вопроса о группе лиц, вместе с которыми подросток совершил преступление. При затрудненном контакте можно использовать прием, при котором следователь сам сообщает подростку сведения, которыми он располагает (полученные из ПДН, школы, от родителей или других соучастников), и предложить подростку исправить неточности, объяснить противоречия, дополнить, прокомментировать. Здесь сразу же обнаруживаются темы, о которых подросток говорит легко и свободно, и темы, которые он старается обойти, а также становится видно, на что он особенно эмоционально реагирует.13

Вопросы относительно здоровья, и психического здоровья в частности, должны быть заданы корректно, осторожно, даже если наличие психического расстройства доподлинно известно, поскольку подросток переживает наличие у него болезни, часто осознает собственную неполноценность, и всякие сомнения в его нормальности могут порождать в нем негативную реакцию в отношении допрашивающего его лица.

Что касается фиксации показаний, то не рекомендуется заносить сразу в протокол сказанное подростком, поскольку это будет рассеивать внимание не только следователя, но и подростка. Кроме того, в силу этого может быть утрачен психологический контакт, т.к. подросток может почувствовать формальное к себе отношение, а не искренний интерес к его жизни и поведению. Возможно использование в ходе допроса средств звукозаписи, для того, чтобы впоследствии зафиксировать свойственные подростку обороты речи, или напротив, если это невозможно, записать показаний близко к сказанному, а в случае необходимости использовать аудиозапись допроса для проверки доказательств. Кроме того, эта аудиозапись может быть предложена для ознакомления психиатру, который будет проводить экспертизу. Целесообразна также и видеозапись, поскольку в этом случае эксперту на исследование также будут представлены характерная мимика, жесты, вариации поведения подростка в различных ситуациях.

Очная ставка проводилась по каждому четвертому изученному нами уголовному делу, несмотря на многочисленные рекомендации криминалистов о крайне осторожном отношении к производству данного следственного действия и возможных негативных последствиях в результате его производства. Нами констатировано, что в 11,5% случаях в проведении очной ставки вовсе не было необходимости, поскольку противоречий в показаниях участников очной ставки не было, а во всех остальных случаях не были исчерпаны другие возможности устранения этих противоречий (путем проведения допроса с предъявлением доказательств, путем проверки показаний на месте и т.п.). В 40% случаев очная ставка проводилась между несовершеннолетними обвиняемыми, в 15% - между несовершеннолетними и взрослым обвиняемым, и в равных долях (22%) - между свидетелем и несовершеннолетним обвиняемым и потерпевшим и несовершеннолетним обвиняемым. Результаты проведения очной ставки по изученным уголовным делам трудно назвать положительными, имеющими доказательственное значение. В 85% случаях участники очной ставки не изменили показания, т.е. противоречия не были устранены, а в почти 8% случаев несовершеннолетний с психическими аномалиями, ранее дававший правдивые, изобличающие себя и других соучастников показания, изменил их и подтвердив показания другого участника очной ставки, указал, что плохо помнил происходившее, давал показания под давлением и т.п.

В качестве примера можно привести следующий случай: очная ставка проводилась с целью доказать факт участия в совершении кражи мотоцикла одного из соучастников - Игнатьева. При этом проводится очная ставка с Уватьевым, утверждавшим, что роль Игнатьева при совершении кражи была наблюдать за окружающей обстановкой с целью предупредить о возможной опасности. В заключении экспертизы, которое было получено уже после проведения следственного действия, Уватьев оценивался как слабовольный и внушаемый. В ходе очной ставки, выслушав версию Игнатьева., который показал, что он не стоял "на страже", а находился в соседнем гараже и слушал музыку, Уватьева изменил свои показания и сказал, что "Игнатьев находился в другом гараже, пока его не позвал Равиль, т.е. получается, что он "на шухере" не стоял". В данном случае, отсутствие у следователя должного отношения к изучению личности обвиняемого привело к исчезновению чуть ли не единственного доказательства виновности в совершении преступления одного из соучастников.14

Таким образом, решение о проведении очной ставки по делам несовершеннолетних в целом и несовершеннолетних с психическими недостатками в частности, должно приниматься только в случаях, когда исчерпаны все другие возможности устранения противоречий в показаниях.

До проведения очной ставки необходима предварительная консультация со специалистом в области подростковой психиатрии, или при отсутствии такой возможности с педагогом и психологом, совместное планирование следственного действия, прогнозирование возможного поведения подростка и исхода очной ставки в целом. Участие педагога и психолога при производстве данного следственного действия в соответствии со ст. 425 УПК участие педагога или психолога обязательно.

Причинами, по которым, по нашему мнению, следует избегать проведения очной ставки, являются: -

возможность отрицательного влияния другого участника очной ставки на подростка с психическими аномалиями, и отсюда опасность необоснованного изменения несовершеннолетним обвиняемым своих показаний под влиянием другого участника очной ставки; -

нарушение психологического контакта между следователем и несовершеннолетним, поскольку непосредственно сам следователем лицом к лицу сталкивает подростка с лицом, угроз которого он боится; -

до проведения очной ставки возможна, хотя и не обязательна ситуация, что участники встретятся перед дверью следователя и соответствующее воздействие (причем совсем необязательно запугивание и угрозы) на подростка может быть оказано еще до начала следственного действия.

На основании изложенного модно сделать вывод, что проведение допроса и очной ставки будет успешным только тогда, когда следователь будет учитывать присущие аномальным подросткам патологические черты, прогнозировать их возможное поведение и создавать благоприятную атмосферу в ходе производства этих следственных действий. В противном случае, эффективность, доказательственное значение этих действий будут снижены, будет мала вероятность получения новых объективных данных, имеющих значение для дела, сведется на нет воспитательное значение предварительного расследования.

Литература и примечания

1. Яблоков Н.П. Криминалистика. - М., 2000. С.246. 2.

Личко А.Е. Подростковая психиатрия. Руководство для врачей. - Л., 1979. - С.136, 153-155. 3.

Характеризуются большой общительностью, чрезмерной самостоятельностью, неусидчивостью, склонностью к шалостям и т.п. 4.

Похожи на гипертимов, но в их поведении хорошее настроение чередуется с фазой депрессии, неосознанной тревоги, самоуничижения и т.п. 5.

Характерна частая беспричинная смена настроения, от которого зависит и самочувствие, и работоспособность, и общительность. 6.

Подросткам свойственна боязливость, застенчивость, чрезмерная впечатлительность, чувство собственной неполноценности 7.

Главной чертой является эгоцентризм, потребность вызывать восхищение, жалость или сочувствие к себе. 8.

Имеется склонность к периодам злобно-тоскливого настроения с накипающим раздражением, аффективная взрывчатость, а также вязкость мышления, мелочная скрупулезность и др. качества. 9.

Характерны эмоциональная холодность, замкнутость, необщительность, скрытность. 10.

Уголовное дело №1-562/98 (Архив Советского районного суда г.Уфы). 11.

Личко А.Е. Подростковая психиатрия. - Л., 1985. С.153. 12.

Каневский Л.Л. Тактика следственных действий по делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними. Уфа, 2001. С.51. 13.

Личко А.Е., Богдановская Л.Б., Эйдемиллер Э.Г. Некоторые особенности психотерапевтического подхода в подростковой психотерапевтической клинике. - В кн. Психотерапия при нервных и психических заболеваниях. - Л., 1973. С.59-66.

Уголовное дело №1-90 // Архив Калининского районного суда.  


Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru









Rambler's Top100
Hosted by uCoz