Еникеев З.Д. Правовые средства уголовного преследования // Механизм уголовного преследования


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта


Еникеев З.Д.
Механизм уголовного преследования: Учебное пособие / Изд-е Башкирск. ун-та. - Уфа, 2002. - 116 с.

К оглавлению | Напишите письмо автору

Глава 2. ОСНОВНЫЕ ЗВЕНЬЯ МЕХАНИЗМА УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ

§ 1. Правовые средства уголовного преследования

Ввиду того что уголовное преследование представляет собой способ (форму) борьбы с преступными посягательствами по конкретным уголовным делам, основными правовыми средствами данной деятельности выступают законы о борьбе с преступностью. Непосредственно регламентирующими эту сферу в России являются уголовное, уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное и оперативно-розыскное законодательство1.

Отправным, стартовым в этой системе законом служит Уголовный кодекс Российской Федерации, так как цель уголовного преследования - установление преступления и совершившего его лица, виновности последнего в совершении преступления, а также обеспечение применения к такому лицу наказания или других принудительных мер (это по МУПК - п. 23 ст. 10), а по УПК РК - иных мер уголовно-правового воздействия (п.13 ст. 7), по УПК же РБ - иных мер уголовной ответственности или принудительных мер безопасности и лечения (п. 48 ст. 6). Поскольку понятия: "преступление", "лицо, его совершившее", "вина, виновность", "уголовная ответственность", "наказание", "иные меры уголовно-правового характера", "принудительные меры воспитательного воздействия", "принудительные меры медицинского характера" - уголовно-правовые категории (ст. 2-9, 14, 19, 24-28, 43, 60, 90, 97 и др. статьи УК РФ), уголовное право является побудительным началом, первоосновой для действия институтов уголовного преследования. Не может быть обвинения, осуждения и применения наказания, если нет преступления.

Истоком уголовного преследования уголовное право выступает и потому, что данная деятельность связана со многими другими положениями УК РФ. В частности, к факторам, которые должны учитываться в этой деятельности, или от которых она зависит, относятся: принципы законности, вины, справедливости, гуманизма, равенства граждан перед законом; основания и общие условия уголовной ответственности; действие уголовного закона во времени и в пространстве; тяжесть преступлений; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; обстоятельства, исключающие преступность деяния; освобождение от уголовной ответственности и наказания; особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних; основания применения принудительных мер медицинского характера; конкретные виды преступлений и их особенности.

Все эти обстоятельства определяют, что уголовное преследование - явление, производное от материального уголовного закона, занимающего по отношению к нему первичное, лидирующее положение. Они имеют регулятивное, охранительное, информационное, организующее, ориентирующее, направляющее и мобилизующее значение.

В этом можно убедиться, рассматривая даже положения, касающиеся принципов неотвратимости и индивидуализации уголовной ответственности (наказания).

Уголовный закон, определяя, какие деяния являются преступными, устанавливает их наказуемость, неотвратимость ответственности за содеянное. Об этом свидетельствуют нормы УК, установившие, что лицо, совершившее преступление, подлежит уголовной ответственности (ст. 4,5, 11, 12, 19, 20, 22, 23) и что наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления (ст. 43, 60).

Насколько важно значение указанного принципа, можно выразить словами В.И. Ленина: "Давно уже сказано, что предупредительное значение наказания обусловливается вовсе не его жестокостью, а его неотвратимостью. Важно не то, чтобы за преступление было назначено тяжкое наказание, а то, чтобы н и о д и н случай преступления не проходил нераскрытым"2. В таком понимании принцип неотвратимости наказания (ответственности) диктует необходимость такого уголовного преследования, которое обеспечивало бы своевременное возбуждение уголовного дела, быстрое и полное раскрытие каждого преступления, изобличение и привлечение к уголовной ответственности лиц, его совершивших, применение к ним справедливых мер наказания.

Необходимость обеспечения правильного и справедливого применения уголовно-правовых мер воздействия в отношении лиц, виновных в совершении преступления, детерминируется и принципом индивидуализации ответственности, тесно переплетающейся с принципом неотвратимости ответственности. Это объясняется тем, что в реальной действительности нет одинаковых преступлений и одинаковых личностей, которые совершают преступления. Поэтому уголовная ответственность всегда должна быть конкретной и индивидуальной.

Данное утверждение опирается на следующие социально-правовые факторы: 1) индивидуальность личности - неповторимое своеобразие человека, то, что "нет двух лиц, которые были бы равны в моральном отношении";3 2) своеобразие каждого совершенного преступления, т.е. то, что, по словам Ф.М. Достоевского, "преступление нельзя сравнивать одно с другим даже приблизительно… вариаций в одном и том же преступлении - бесчисленное множество",4 ибо "закон дает обобщающую характеристику преступления, а в реальной жизни акт преступного поведения наполняется конкретным содержанием и может выражаться в приготовлении, покушении, оконченном преступлении, в соучастии, а также в различии целей, мотивов, форм вины и т.д.5; 3) то, что "в делах уголовных каждый несет ответственность только сам за себя"6 и лишь при установлении вины (ст. 5, 43 УК РФ); 4) основанная на принципе справедливости допустимость применения мер уголовно-правового характера к лицу, совершившему преступление, только с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного (ст. 6 УК), в том числе обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание (ст. 60-63 УК).

Отметим в этом ключе, что в целом ряде постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР (РФ) говорится о том, что при определении степени общественной опасности совершенного преступления следует исходить из совокупности всех обстоятельств, при которых было совершено конкретное преступное деяние (форма вины, мотивы, способ, обстановка и стадия совершения преступления, тяжесть наступивших последствий, степень и характер участия каждого из соучастников в преступлении, наличие смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и др.)7.

Приведенные факторы обусловливают индивидуализацию уголовной ответственности и наказания, требующую дифференцированного подхода не только при определении уголовно-правовых мер воздействия на виновное в совершении преступления лицо, но и в самом процессе уголовного преследования. В ином смысле указанный уголовно-правовой принцип обладает свойством, генерирующим принцип индивидуализации уголовного преследования.8 Генетически с ним связан и принцип индивидуализации применения мер пресечения в уголовном процессе.9

Действие принципов неотвратимости и индивидуализации ответственности за преступление в сфере уголовного преследования сказанным не ограничивается. Оно распространяется на все стадии уголовного процесса, начиная от возбуждения уголовного дела (касается неотвратимости, поскольку дело возбуждается во имя реализации этого принципа) и кончая отбытием наказания. Принцип индивидуализации исполнения наказаний прямо записан в ст. 8 УИК РФ. Требования названных принципов служат как раздражителем, возбудителем, так и маяком деятельности по воплощению в жизнь норм уголовного, уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного права.10

В условиях нынешнего тревожного состояния борьбы с преступностью в стране очень важно акцентированное осмысление означенных принципов и других положений УК РФ с точки зрения значения реализации их требований для институтов уголовного процесса, относящихся к раскрытию преступлений, изобличению и привлечению к ответственности виновных в их совершении лиц. В этом плане следует прежде всего подчеркнуть, что неотвратимость уголовной ответственности предполагает неотвратимость в первоочередном порядке установления и раскрытия преступления, вслед за этим и изобличения и привлечения его виновников к законной и справедливой ответственности. Причем уголовно-процессуальный закон требует быстрого и полного выполнения данных задач (ст. 4 УПК КР, ст. 2 УПК РУ, ст. 8 УПК РК, ст. 7 УПК РБ). Это значит, быстрота и полнота являются условиями реализации неотвратимости ответственности.

Значение быстроты в части реального наступления ответственности еще в 1766 году прогрессивный итальянский юрист и великий гуманист Чезара Беккариа сформулировал так: "Чем скорее следует наказание за преступлением, чем ближе к нему, тем оно справедливее, тем оно полезнее…".11 Соблюдение этого требования - во многих случаях решающий фактор в раскрытии преступления и установлении истины по делу. А "время, просроченное, затянутое, упущенное для раскрытия преступления и изобличения виновного, работает на последнего… из-за потери информации и ее источников",12 т.е. является антиподом принципа неотвратимости ответственности. Не случайно в Рекомендации Комитета Министров Совета Европы от 17 сентября 1987 г. относительно упрощения правосудия указывается: "задержка в раскрытии преступления ведет к дискредитации уголовного права и сказывается на надлежащем отправлении правосудия".13

Быстрота (своевременность) имеет отношение ко всем этапам уголовного преследования, и нами она считается одним из его принципов.14

Под полнотой реализации неотвратимости ответственности подразумевается неукоснительное соблюдение следующих положений: 1) обязанность органов уголовного преследования принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств, необходимых и достаточных для правильного разрешения дела (ст. 18 УПК РБ, ст. 24 УПК РК, ст. 22 УПК РУ, ст. 19 УПК КР); 2) обязанность этих органов выявлять весь круг характеризующих полноту раскрытия преступления обстоятельств, подлежащих установлению по делу: событие и признаки состава преступления; кто совершил запрещенное уголовным законом деяние; виновность лица в совершении этого деяния, форма его вины, мотивы совершенного деяния, юридическая и фактическая ошибки; обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого; обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; последствия совершенного преступления; характер и размер вреда, причиненного преступлением; обстоятельства, влекущие освобождение от уголовной ответственности и наказания; обстоятельства, способствовавшие совершению преступления. Здесь имеются в виду и обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность и наказание обвиняемого (ст. 73 УПК РФ, ст. 89 УПК РБ, ст. 117 УПК РК); 3) проверка и разрешение всех заявлений и сообщений о совершенных или готовящихся преступлениях (ст. 144 УПК РФ, ст. 225-226 МУПК, ст. 183-185 УПК РК, ст. 172-174 УПК РБ); 4) вменение в вину обвиняемому всех законно доказанных фактов и эпизодов преступления и принятие мер воздействия в отношении всех участников преступления (ст. 31 МУПК, ст. 21 УПК РФ); 5) полнота изложения фабулы обвинения, полнота и правильность квалификации преступления в актах обвинения (ст. 243, 312 МУПК, ст. 171, 220 УПК РФ, ст. 207, 278 УПК РК); 6) использование всей совокупности предусмотренных законом мер воздействия на осужденного в целях его исправления (ст. 9, 43, 54-56, 70, 71, 82, 103, 109, 110 и др. УИК РФ).

Принцип индивидуализации ответственности за преступление также имеет отношение к полноте раскрытия преступления. Он указывает на то, что при осуществлении уголовного преследования должны быть выяснены все обстоятельства, составляющие предмет доказывания по уголовному делу. Без установления их, особенно касающихся тяжести преступления, личности обвиняемого, обстоятельств, уменьшающих и усиливающих наказание, немыслимо обеспечить полноценную реализацию данного принципа.

Как известно, раскрытие преступлений, изобличение преступников сопряжено с доказыванием, являющимся уголовно-процессуальной категорией. Между тем в этом деле существенна и роль уголовного права. Нет сомнения, что его нормы о смягчении уголовной ответственности и наказания, об освобождении от уголовной ответственности и наказания стимулируют раскрытие преступлений. Поскольку об этом уже написана книга (хотя она и издана в 1980 году),15 в нашу задачу входит анализ норм УК РФ, представляющих интерес лишь в аспекте уголовно-процессуального доказывания.

В Общей части УК РФ доказательственное значение имеют такие положения: явка с повинной; активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления; деятельное раскаяние (п. "и" ч. 1 ст. 61, ч. 1 ст. 64, ч. 1 ст. 75). Все они содержат возможности оказания помощи органам уголовной юстиции в выявлении преступлений и разоблачении преступников, так как нормы, предусматривающие их, носят поощрительный характер, обладают свойством побудить виновных к позитивному поведению, полезному для установления обстоятельств дела и правильного его разрешения.

Побудительное свойство в том смысле, что преступник понимает, что закон менее строг к лицам, помогающим органам государства раскрывать преступления, и благодаря такому активному своему поведению он может освободиться от уголовной ответственности или смягчить свое наказание.

Каждый из названных уголовно-правовых факторов имеет свою специфику, но общая их цель - способствовать успешному решению задач уголовного судопроизводства по раскрытию преступлений и изобличению преступников. Так, явка с повинной - добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, оформляемое письменно им самим в виде заявления о повинной или должностным лицам соответствующего органа в виде протокола (ст. 221 МУПК, ст. 142 УПК РФ, ст. 179 УПК РК). Явка с повинной означает признание вины в совершении преступления. Само слово "повинная" означает "признание в вине".16

Активное способствование раскрытию преступления заключается в инициативных действиях виновного, направленных на содействие следствию в полном установлении всех обстоятельств преступления, в изобличении всех его соучастников, в выявлении причин и условий преступления. Оно может выражаться в даче признательных показаний, указывающих не только на свою вину, но и на участие других лиц, в представлении вещественных и иных доказательств или указании места их нахождения, в помощи в организации и проведении следственных действий и т.д. Документами, подтверждающими активность виновного, могут послужить его объяснения, заявления, протокол его допроса, протоколы иных следственных действий, проводимых с его участием.

Деятельное раскаяние - это открытое, искреннее признание вины в совершении преступления, осуждение своего поведения, фиксируемое следственными органами в протоколе допроса. Оно может быть выражено виновным лицом в форме его заявлений и объяснений. По смыслу ст. 75 УК деятельное раскаяние включает в себя добровольную явку с повинной, способствование раскрытию преступления, возмещение причиненного ущерба или иное заглаживание вреда, причиненного в результате преступления.17Основанием освобождения от уголовной ответственности оно признается лишь в случаях, когда лицо впервые совершает преступление небольшой тяжести. При совершении преступлений иной категории оно может считаться таким основанием в случаях, когда это специально предусмотрено соответствующими статьями Особенной части УК РФ.

В частности, наличие подобных обстоятельств влечет освобождение от уголовной ответственности при совершении преступлений, предусмотренных статьями 126, 204, 205, 206, 208, 222, 223, 228, 275, 276, 278, 291, 307 УК РФ. В порядке иллюстрации, какое значение они имеют в плане доказывания и раскрытия преступлений, можно привести содержание примечания к ст. 228, согласно которому от уголовной ответственности за незаконный оборот наркотических средств или психотропных веществ лицо освобождается, если оно: 1) добровольно сдает наркотические средства или психотропные вещества; 2) активно способствует раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ; 3) активно способствует обнаружению имущества, добытого преступным путем.

Анализ перечисленных статей УК РФ показывает, что они играют регулятивную и охранительную роль. Закрепленные в них "льготные" положения следует рассматривать как способы предотвращения, пресечения и раскрытия преступлений. Но они проявляют себя лишь тогда, когда сами работники органов уголовного преследования активны, умело и целеустремленно доводят до надлежащих адресатов существо призывов уголовного закона к активному позитивному поведению, предпринимают усилия побудить их к даче правдивых показаний и иным полезным действиям, помогающим расследованию дела. Стало быть, для этого нужно использовать весь правовой, нравственно-психологический арсенал вызова адекватной реакции подозреваемого, обвиняемого на призывы закона.

Для обеспечения законности и нормальной деятельности органов уголовной юстиции, в том числе касательно доказывания, весьма ценны нормы, сконструированные в 31-й главе УК РФ "Преступления против правосудия". Предусмотрена ответственность за воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования (ст. 294), посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295), угрозу убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования (ст. 296), неуважение к суду (ст. 297), клевету в отношении судьи, присяжного заседателя, прокурора, следователя, дознавателя, судебного пристава, судебного исполнителя (ст. 298), провокацию взятки либо коммерческого подкупа (ст. 304). Эти уголовно-правовые нормы "заряжены" способностью быть преградой возможным отрицательным действиям, мешающим установлению истины по делу, со стороны заинтересованных лиц.

Трудно переоценить значение установления ответственности за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299), за заведомо незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей (ст. 301), за незаконное освобождение от уголовной ответственности лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, прокурором, следователем, дознавателем (ст. 300), принуждение к даче показаний со стороны следователя или дознавателя (ст. 302), фальсификацию доказательств (ст. 303). Они гарантируют законное и обоснованное осуществление уголовного преследования.

Целью обеспечения правильного сбора достоверных доказательств, необходимых для раскрытия преступлений и разоблачения преступников, проникнуты также статьи УК РФ, предусматривающие уголовную ответственность за заведомо ложный донос (ст. 306), заведомо ложное показание, заключение эксперта или неправильный перевод (ст. 307), за отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний (ст. 308), подкуп или принуждение к даче показаний или уклонению от дачи показаний либо к неправильному переводу (ст. 309), разглашение данных предварительного расследования (ст. 310), разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовного процесса (ст. 311).

Содержание материального уголовного права во многом определяет форму уголовного преследования, ибо реализация уголовной ответственности и наказания не может быть хаотичной. Она обеспечивается надлежащим порядком производства по уголовным делам, определяемым уголовно-процессуальным законодательством и облекаемым в процессуальные формы, создающие режим законности, процессуальной дисциплины и защиты прав и законных интересов всех участников уголовного процесса. Соответственно с этим все этапы уголовного преследования облечены в предусмотренные законом формы. К примеру, уголовное преследование начинается в форме возбуждения уголовного дела, центральная его часть выражается в форме обвинения, разрешаемого в форме приговора или решения о прекращении дела и т.д.

В порядке подтверждения генерирующего значения уголовного права по отношению к уголовно-процессуальной форме уместно привести слова К. Маркса. Подчеркивая неразрывную связь процессуальной формы и материального закона, он писал: "Один и тот же дух должен одушевлять судебный процесс и законы, ибо процесс есть только форма жизни закона, следовательно, проявление его внутренней жизни".18 Более ярко эта связь и значение соблюдения процессуальной формы выражены во французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г. В ее 7-й статье сказано: "…никто не может подвергаться обвинению, задержанию или заключению, иначе как в случаях, предусмотренных законом и в предписанных им формах".19

Понятно, кого и за что можно привлекать к уголовной ответственности, обвинить его, устанавливает и подсказывает уголовный закон. А законными формами обвинения являются постановление о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительное заключение, обвинительная речь прокурора, частного обвинителя и обвинительный приговор суда.

Согласно уголовно-процессуальному законодательству задержание, а также арест и домашний арест в качестве меры пресечения допускаются только в отношении подозреваемого и обвиняемого в совершении преступления, караемого лишением свободы (ст. 107, 108 УПК РФ, ст. 159, 167 МУПК, ст. 87, 103, 104, 132, 149, 150 УПК РК). А за какие преступления предусматривается наказание в виде лишения свободы, определяет уголовный закон.

Уголовно-правовые нормы имеют значение при применении иных мер уголовно-процессуального принуждения. Так, при применении в качестве мер пресечения личного поручительства, залога, наблюдения командования воинской части разъясняется сущность обвинения лица (существо дела), при избрании отдачи несовершеннолетнего под присмотр лица, давшего подписку о принятии под присмотр, ставятся в известность о характере преступления, в котором подозревается или обвиняется несовершеннолетний (ст. 99-102, 145-148 УПК РК). Сущность обвинения, существо дела - понятия, производные от уголовного права, а характер преступления - сугубо уголовно-правовое понятие.

Более того, при решении вопроса о необходимости применения меры пресечения и выборе конкретного ее вида должна учитываться тяжесть предъявленного обвинения (тяжесть и характер приписываемого деяния - по МУПК), а в постановлении о применении меры пресечения указывается преступление, в котором подозревается или обвиняется лицо (ст. 167, 168 МУПК, ст. 99, 101 УПК РФ, ст. 141, 143 УПК РК). При решении вопроса о наложении ареста на имущество лица в целях обеспечения возможной его конфискации определяющим фактором является норма УК РФ, предусматривающая конфискацию имущества.

Обобщая вышеизложенное, можно констатировать, что уголовно-правовые нормы, возникающие и развивающиеся на их основе уголовно-правовые отношения служат предпосылкой появления и развития многих отношений уголовного преследования, являются обязательным предварительным условием их реальной жизни.

Однако это не означает, что в деле уголовного преследования уголовно-процессуальное право играет второстепенную роль. Уголовное право и уголовно-процессуальное право - взаимосвязанные, взаимодействующие, взаимозависимые правовые категории.20 Будучи фундаментальными отраслями права в правовой системе, они немыслимы друг без друга. Уголовное право полнокровно функционирует благодаря уголовному процессу. Ведь основное назначение уголовно-процессуального права состоит в том, чтобы посредством установления оптимального порядка уголовного судопроизводства обеспечить правильное применение норм материального уголовного права.21

Уголовное судопроизводство - единственно возможная форма реализации уголовно-правовых норм.22 Никакая иная форма не может служить обеспечению применения норм об уголовной ответственности и наказании, ради жизни которых ведется уголовное преследование. Ибо процессуальная форма "есть всегда форма совершения предусмотренных уголовно-процессуальным законом действий и принятия предусмотренных этим законом решений и вместе с тем форма закрепления этих действий и решений (протокол, постановление, определение, приговор)"23, есть форма осуществления органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры, а также другими субъектами своих функций в области уголовного преследования. Поэтому уголовно-процессуальному законодательству принадлежит ведущая роль в самом производстве уголовного преследования, осуществляемого путем уголовно-процессуальной деятельности. В ст. 3 МУПК прямо подчеркивается: "Уголовно-процессуальный закон принимается для закрепления надлежащей правовой процедуры осуществления правосудия, а также уголовного преследования (подчеркнуто нами - З.Е.) и защиты лиц, которым приписывается совершение запрещенных уголовным законом деяний".

Уголовное преследование - это процессуальная деятельность (п. 55 ст. 5 УПК РФ, п. 23 ст. 10 МУПК, п. 13 ст. 7 УПК РК, п. 48 ст. 6 УПК РБ), деятельность, осуществляемая прокурором, следователем, органом дознания, дознавателем. Оно автономно регулируется уголовно-процессуальным законодательством и должно проводиться на его основе, в строгом соответствии с той процедурой, которая им предписана. Уголовно-процессуальный закон, включающий в себя прежде всего УПК, другие законы процессуального толка (например, Закон о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления), а также соответствующие положения Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ, является единственным источником уголовно-процессуального права, регламентирующего порядок уголовного судопроизводства. В самом законе сказано, что порядок производства по уголовным делам регулируется законами (ст. 4 МУПК, ст. 1 УПК РФ). Следовательно, уголовно-процессуальные нормы конструируются законами и выражаются только законами. Иными нормативными актами (например, Указами Президента РФ) эти нормы не могут устанавливаться.24

В УПК РСФСР термин "уголовное преследование", хотя и отсутствовал, но в нем содержались нормы, даже целые институты (например, институт привлечения в качестве обвиняемого, институт мер пресечения), фактически регулирующие саму эту деятельность и элементы ее механизма. В Модельном УПК, УПК РФ, РБ, РК не только используется данный термин, но и предусматривается целая глава, именуемая "Уголовное преследование". В ней закреплены следующие положения: дела публичного, частно-публичного, частного уголовного преследования; обязанность осуществления уголовного преследования; право граждан на осуществление или участие в уголовном преследовании; привлечение к уголовной ответственности по заявлению коммерческой или иной организации; обстоятельства, исключающие производство по уголовному делу; прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим и изменением обстановки (ст. 20-28 УПК РФ). Кроме названных положений, в данной главе (главе 3) УПК РК предусмотрены еще общие условия осуществления уголовного преследования и обстоятельства, позволяющие не осуществлять уголовное преследование (ст. 32-38). В главе 5 МУПК "уголовное преследование, осуждение и оправдание" сосредоточены нормы: об основаниях уголовного преследования, осуждения и оправдания; об обстоятельствах, исключающих уголовное преследование; об отказе от уголовного преследования; об обстоятельствах, позволяющих не осуществлять уголовного преследования; об основаниях прекращения уголовного дела судом первой инстанции в ходе главного судебного разбирательства (ст. 35-41).

Разделы под названием "Государственные органы и должностные лица, осуществляющие функции уголовного преследования" выделены в УПК РБ (глава 5) и УПК РК (глава 8). В них определены полномочия прокурора, следователя, органа дознания, начальника следственного подразделения, начальника органа дознания в сфере уголовного преследования. В главе 11 МУПК "Сторона обвинения" определены полномочия по уголовному преследованию этих же должностных лиц, а также пострадавшего, потерпевшего, частного обвинителя, гражданского истца. В МУПК РФ, УПК РБ и РК полномочия потерпевшего, частного обвинителя, гражданского истца и их представителей даются в главе "Участники процесса, защищающие свои или представляемые права и интересы".

Показательно, что в МУПК (ст. 83) и УПК РК (ст. 62) прокурор представлен как должностное лицо, осуществляющее в пределах своей компетенции уголовное преследование на всех стадиях уголовного процесса.

Нормы, непосредственно касающиеся уголовного преследования, содержатся также в других разделах этих УПК. Так, в ст. 10 МУПК, ст. 5 УПК РФ, ст. 6 УПК РБ, ст. 7 УПК РК дается разъяснение понятий "уголовное преследование", "уголовное дело". "Уголовное дело" раскрывается как обособленное производство, ведущееся органом уголовного преследования и судом по поводу одного или нескольких предположительно совершенных деяний, запрещенных законом. "Обвинение" - сделанное в предусмотренном УПК порядке утверждение о совершении определенным лицом конкретного деяния, запрещенного уголовным законом". "Сторона обвинения" - органы уголовного преследования, а также потерпевший (частный обвинитель), и их законные представители. "Органы уголовного преследования" - прокурор (государственный обвинитель), следователь, орган дознания, дознаватель.

В названных УПК понятие "уголовное преследование" интерпретируется по-разному. Как уже отмечалось выше, согласно п. 23 ст. 10 МУПК, п. 13 ст. 7 УПК РК это - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях установления деяния, запрещенного уголовным законом, и совершившего его лица, виновности последнего в совершении преступления, а также для обеспечения применения к такому лицу наказания или других принудительных мер (а по УПК РК "для обеспечения наказания или иных мер уголовно-правового воздействия"). По УПК же РФ это - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (п. 55 ст. 5). УПК РБ (п. 48 ст. 6), это понятие разъясняет как процессуальную деятельность, осуществляемую органом дознания, дознавателем, следователем, прокурором, частным обвинителем в целях установления факта и обстоятельств совершения преступления, и совершившего его лица, а также для обеспечения применения к такому лицу наказания либо иных мер уголовной ответственности или принудительных мер безопасности и лечения.

Представляется более верным и полным понятие уголовного преследования, даваемое в МУПК, УПК РБ и РК, так как оно отражает истинную суть этого феномена, соединяет преступление с наказанием, тем самым подтверждает единство уголовного и уголовно-процессуального права в деле уголовного преследования. Тем не менее и интерпретация, данная в УПК РФ, имеет значение для нашего исследования.

Из этих дефиниций следует, что содержащиеся в формуле задач уголовного судопроизводства понятия: "раскрытие преступления", "изобличение и привлечение к уголовной ответственности лиц, их совершивших", "правильное применение закона" являются исключительно категориями уголовного преследования, характеризующими не только динамику, динамические структурные элементы, но и его целевое назначение.

Примечательно, что термин "уголовное преследование" или его элементы употребляются в нормах, устанавливающих такие принципы, как законность, публичность уголовного процесса, равенство всех перед законом, уважение прав, свобод и достоинства личности, обеспечение права на юридическую помощь, неприкосновенность личности, всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела, право на справедливое рассмотрение дела, презумпция невиновности, свобода от самоизобличения, недопустимость повторного осуждения и уголовного преследования, обеспечение прав пострадавших от преступлений, злоупотреблений властью или судебных ошибок, состязательность уголовного судопроизводства (ст. 12-28 МУПК, ст. 10-15 УПК РФ, ст. 8-20, 24 УПК РБ, ст. 10, 14, 18, 19, 20, 21, 23, 24 УПК РК). Это важно для правильного понимания того, что принципы уголовного процесса имеют основополагающее, руководящее значение при ведении уголовного судопроизводства.

Исключительно целям уголовного преследования служат зафиксированные в УПК меры пресечения и иные меры процессуального принуждения (ст. 159-190 МУПК, ст. 91-118 УПК РФ, ст. 132-161 УПК РК, ст. 107-134 УПК РБ).

Из вышеизложенного нетрудно заметить, что уголовное преследование регулируется множеством различных уголовно-процессуальных норм. Среди них можно выделить нормы, образующие собственные институты уголовного преследования, обслуживающие только эту сферу. Сюда относятся: институт разъяснения понятий уголовного преследования и его элементов, институты принципов и субъектов уголовного преследования, институт возбуждения уголовного преследования, институт подозрения и обвинения, институты подследственности и общих условий уголовного преследования, институт отказа в уголовном преследовании, институты приостановления, окончания уголовного преследования и возмещения ущерба, причиненного преступлением, институты мер процессуального принуждения, доказывания, предупреждения и пресечения преступлений.

Институтами они называются ввиду того, что нормы, составляющие их, вследствие их общности регулируют какой-то участок уголовного преследования. По мнению С.С. Алексеева, "с точки зрения регулятивных свойств каждый правовой институт обеспечивает самостоятельное регулятивное воздействие на определенный участок отношений. Данный признак - главный, обособляющий те или иные общности норм в институты права".25 Этому признаку анализируемая группа норм полностью соответствует. Все они обладают функциональной и логической связью, выражающей целостность их системы. Благодаря этой целостности и сочетанию регулятивных и охранительных их свойств обеспечивается в целом уголовное преследование, т.е. решение общей задачи. Этих институтов столько, что их совокупность может быть признана подотраслью уголовно-процессуального права.

Кроме собственных институтов уголовного преследования, существуют общности норм, непосредственно не регламентирующих вопросы уголовного преследования, но имеющих отношение ко всему уголовному процессу, в том числе к данной деятельности. Это, например, нормы о правовом положении подозреваемого, обвиняемого. Не может быть полноправного уголовного преследования без обеспечения защиты их прав и законных интересов. Общепроцессуальные принципы, процессуальные сроки, обеспечение безопасности лиц, участвующих в уголовном процессе, ходатайства, жалобы и многое другое касаются всего уголовного судопроизводства, но они значимы и для уголовного преследования. Значимы в той степени, в какой все уголовно-процессуальные нормы есть общие и общеобязательные правила поведения субъектов уголовного процесса. Они указывают на то, как может и должен вести себя участник уголовного процесса в определенной процессуальной ситуации.

Уголовно-процессуальное законодательство регулирует все вопросы уголовного преследования, начиная со стадии возбуждения уголовного дела и кончая стадией возобновления производства по делу ввиду вновь открывшихся обстоятельств. Поэтому оно выступает главным правовым средством, "маховиком" и "двигателем" надлежащего уголовного преследования в границах уголовного процесса.

К уголовно-процессуальному законодательству тесно примыкает оперативно-розыскное законодательство. Но оно касается не только уголовно-процессуальной деятельности, но и некоторых других видов деятельности правоохранительных органов и спецслужб России. Поэтому Федеральный закон от 12 августа 1995 г. "Об оперативно-розыскной деятельности" (в редакции Федерального закона от 18 июля 1997 г.) считается комплексным нормативным правовым актом.26 Его значение в уголовном преследовании очень велико, прежде всего потому, что в статье 2 данного закона задачами оперативно-розыскной деятельности определены: выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших; осуществление розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от уголовного наказания. Данные, полученные оперативно-розыскным путем, могут иметь информационное и доказательственное значение.

В этом законе содержится статья 11, регламентирующая использование результатов оперативно-розыскной деятельности. В частности, согласно названной статье эти результаты могут быть использованы для подготовки и осуществления следственных и судебных действий, проведения оперативно-розыскных мероприятий по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, выявлению и установлению лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, а также для розыска лиц, скрывшихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от исполнения наказания; они могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, представляться в орган дознания, следствия или в суд, в производстве которого находится уголовное дело, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств.

Источниками уголовно-процессуального права, имеющими отношение к уголовному преследованию, являются также законы о прокуратуре, милиции, налоговой полиции, ФСБ.27 Однако вопросы уголовного процесса представлены в них лишь частично, они фрагментарны в отличие от УПК, все статьи которого регулируют уголовное судопроизводство. Так, в Федеральном законе "О прокуратуре Российской Федерации" в числе направлений деятельности прокуратуры зафиксированы: уголовное преследование в соответствии с полномочиями, установленными уголовно-процессуальным законодательством РФ; координация деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью (ст. 1); как полномочия прокурора закреплены возбуждение уголовного дела и принятие мер к тому, чтобы лица, совершившие преступление, были подвергнуты уголовному преследованию в соответствии с законом (ст. 27); расследование преступлений и участие прокурора в рассмотрении дел судами представлены в плане осуществления уголовного преследования (ст. 31, 35).

В законах о других правоохранительных органах также содержатся лишь отдельные статьи, касающиеся выявления, предупреждения, пресечения, раскрытия преступлений, розыска скрывшихся лиц, возбуждения уголовного дела, производства дознания и предварительного следствия ст. 2, 8-11 Закона о милиции; ст. 10, 12, 13 Закона о ФСБ; ст. 2,10, 11 Закона о федеральных органах налоговой полиции).

Что касается вопросов обеспечения исполнения наказания (имеется в виду до полного отбытия назначенного судом наказания), то они являются предметом регулирования уголовно-исполнительного права. Оно также находится в неразрывной связи с уголовным и уголовно-процессуальным правом, обеспечивает как бы продолжение уголовного преследования, но уже не в процессуальной форме. Эта связь прослеживается непосредственно в самих нормах УИК РФ. Во 2-й части 2-й его статьи говорится, например: "Уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации; порядок и условия исполнения и отбывания наказаний". В 7-й статье записано: "Основаниями исполнения наказаний и применения иных мер уголовно-правового характера являются приговор либо изменяющие его определение или постановление суда, вступившие в законную силу, а также акт помилования или акт об амнистии". Это значит, что нормы уголовно-исполнительного права приводятся в действие лишь постольку, поскольку применены соответствующие положения УК и УПК РФ.

Из международных актов, значимых для уголовного преследования, можно назвать: Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, принятые в 1985 году; Европейские конвенции о выдаче от 13 декабря 1957 г., о взаимной правовой помощи по уголовным делам от 20 апреля 1954 г., о передаче производства по уголовным делам от 15 мая 1972 г., о пресечении терроризма от 27 января 1977 г.; Декларацию о полиции от 8 мая 1979 г., Рекомендации Комитета Министров Совета Европы от 17 сентября 1987 г. относительно упрощения уголовного правосудия, от 28 июня 1985 г. о положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса; Конвенция СНГ от 22 января 1993 г. "О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам" и др.28

В правовую часть механизма уголовного преследования входят также законы о защите участников уголовного процесса. Таким законом является Федеральный закон РФ от 22 марта 1995 г. "О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов", имеющий своей целью создание надлежащих условий для отправления правосудия, борьбы с преступностью и другими правонарушениями.29 Однако в правовых средствах защиты нуждаются не только работники органов, осуществляющих уголовное преследование, но и граждане, участвующие в данном процессе. Поэтому Межпарламентская Ассамблея государств-участников СНГ правильно поступила, приняв 6 декабря 1997 г. модельный закон "О государственной защите потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству"30. К сожалению, принятие такого закона в России задерживается, хотя проект его был разработан еще в 1994 году. Он необходим для обеспечения безопасности потерпевших, свидетелей и других лиц, участвующих в обнаружении, предупреждении, пресечении, расследовании и раскрытии преступлений, судебном рассмотрении уголовных дел.

Надо обеспечивать также безопасность подозреваемых и обвиняемых. В УПК РК 12-я глава (ст. 98-101) предусматривает меры безопасности как судей, прокуроров, следователей, дознавателей, защитников, экспертов, специалистов, так и потерпевших, свидетелей, подозреваемых, обвиняемых и других лиц, участвующих в уголовном процессе, но нет аналогичной главы в УПК РФ (они предусмотрены в ст. 11, 166, 186, 193, 241, 278 только как их часть).

Подводя итог характеристике значения трех отраслей права для уголовного преследования, следует особо подчеркнуть, что уголовное, уголовно-процессуальное и уголовно-исполнительное законодательство составляют его правовую основу. Данная деятельность полностью подчиняется требованиям этого трехотраслевого правового комплекса, но единого для целей уголовного преследования. Это единство заключается в том, что "только уголовное право определяет, что именно является преступлением, ради установления которого ведется уголовный процесс. Уголовное право без уголовного процесса было бы бессильным, так как только уголовный процесс определяет тот порядок, в котором производится установление совершенных преступлений и лиц, несущих за них ответственность"31. Уголовный процесс, являясь беспредметным без уголовного права, формируется и действует во имя его реализации, но при этом выполняет особую роль - роль обеспечения жизни установленного уголовным правом института уголовной ответственности с применением сложных процессуальных форм, роль создания условий для вступления в действие норм уголовно-исполнительного права, обеспечивающих исполнение и отбывание уголовного наказания. Словом, уголовный процесс, находясь между уголовным правом и уголовно-исполнительным правом, опосредствует их задачи через уголовно-процессуальные нормы. Если УК РФ регулирует вопросы установления уголовной ответственности, то УПК и УИК РФ - вопросы ее осуществления. При этом уголовный процесс требования уголовной ответственности и наказания как бы "перекидывает" в сферу действия норм УИК.

В этой связи возникает вопрос - какова же роль других правовых средств, имеется в виду, политико-правовых документов, подзаконных и ведомственных актов. Разумеется, они не могут иметь статуса законов. Правда, в ст. 1 УПК РК нормативные постановления Конституционного Совета и Верховного Суда Республики Казахстан отнесены к законодательству, регулирующему порядок уголовного судопроизводства, и признаны составной частью уголовно-процессуального права. Вряд ли с этим можно согласиться. Но в любом случае подобного рода акты имеют большое значение для уголовного преследования.

Если исходить из сформулированного в общеправовой литературе понятия "юридическая политика"32, то политико-правовые документы - это акты программного, директивного характера, отражающие стратегическую линию государства в правовой сфере и практические пути ее осуществления. Они определяют основные направления правовой деятельности, формулируют задачи по усилению борьбы с преступностью, укреплению законности и правопорядка, намечают пути улучшения работы юрисдикционных органов и т.д.33 Им присуще организационное, мобилизующее, направляющее, созидательное начало. Поэтому в их содержание могут быть включены не только правовые, но и экономические, социальные, организационные, идеологические и иные мероприятия, обязательные для выполнения.

К таким документам относятся, например: постановление Съезда народных депутатов РФ от 14 декабря 1992 г. "О состоянии законности, борьбы с преступностью и коррупцией"; Заключение по парламентским слушаниям "Борьба с преступностью и укрепление правопорядка в Российской Федерации", одобренное постановлением Совета Федерации Федерального Собрания РФ от 8 апреля 1994 г.; постановление Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 22 июня 1994 г. "О защите конституционных прав и свобод граждан при осуществлении мер по борьбе с преступностью"; Заключение по результатам парламентских слушаний "О состоянии борьбы с преступностью и об укреплении правопорядка в Российской Федерации в современных условиях" от 24 сентября 1997 г.; постановление Совета Федерации от 4 сентября 1998 г. по вопросу укрепления законности, пресечения фактов коррупции и проникновения криминальных элементов в органы государственной власти; Указы Президента РФ от 6 июля 1995 г. "О разработке концепции правовой реформы в Российской Федерации" и от 10 июля 1996 г. "О неотложных мерах по укреплению правопорядка и усилению борьбы с преступностью в г. Москве и Московской области"; постановления Правительства РФ от 27 июня 1996 г. "О мерах по обеспечению условий содержания лиц, находящихся в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы МВД РФ" и от 5 апреля 1997 г. "О дополнительных мерах по укреплению общественного порядка и профилактике правонарушений в Российской Федерации"; Концепция национальной безопасности Российской Федерации, утвержденная Указом Президента РФ от 17 декабря 1997 г. (в редакции его Указа от 10 января 2000 г., и многие другие.34 Все они имеют прямое отношение к уголовному преследованию, так как определяют политику в области борьбы с преступностью, в том числе уголовную, охватывающую уголовно-правовую, уголовно-процессуальную и уголовно-исполнительную.35

В этих документах предусматривается система мер, направленных не только на решительное усиление борьбы с преступностью, укрепление законности и правопорядка, но и на повышение эффективности деятельности правоохранительных органов, на обеспечение в их работе строжайшего соблюдения законов и надежной охраны прав личности. Как правило, в них указываются состояние преступности, причины недостатков в деле борьбы с нею и пути их устранения.

Так, в Федеральной целевой программе по усилению борьбы с преступностью на 1999-2000 годы, утвержденной постановлением Правительства РФ от 10 марта 1999 г., были намечены мероприятия по следующим приоритетным направлениям борьбы с преступностью: преодоление криминализации экономики, защита всех форм собственности, борьба с коррупцией; противодействие организованной преступности; меры по борьбе с терроризмом; повышение эффективности раскрытия и расследования тяжких преступлений; обеспечение общественного порядка, профилактика и предотвращение правонарушений; реформирование уголовно-исполнительной системы; реформирование правоохранительной системы, развитие международного сотрудничества в борьбе с преступностью; совершенствование правовой базы правоохранительной деятельности в сфере борьбы с преступностью; ресурсное обеспечение. К сожалению, такие программы никогда не выполнялись в полном объеме.

Подзаконные акты (Указы Президента РФ, постановления Правительства РФ, утверждаемые ими Положения), хотя непосредственно и не регулируют уголовное преследование, осуществляемое в процессуальной форме, но играют важную роль в социальном, информационном, материально-техническом, финансовом, кадровом, организационном его обеспечении. Среди них есть такие, которые носят сугубо нормативный характер, регламентируют определенные области деятельности правоохранительных органов. К примеру, Положение о Министерстве внутренних дел, утвержденное Указом Президента РФ от 18 июля 1996 г., определяет структуру, основные задачи и функции МВД РФ.36 Положение о координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью, утвержденное Указом Президента РФ от 18 апреля 1996 г., устанавливает общие положения, основные направления координационной деятельности, полномочия участников координационной деятельности, формы взаимодействия с судами и органами юстиции.37 Положение об органах предварительного следствия в системе МВД РФ, утвержденное Указом Президента РФ от 23 ноября 1998г., определяет структуру, правовые основы, принципы, основные задачи, функции и другие вопросы деятельности означенных органов. 38 Утвержденное постановлением Правительства РФ от 16 июня 1997 г. Положение об уголовно-исполнительных инспекциях также имеет регулятивное значение, так как в нем обозначены основные задачи, обязанности и права инспекций.39

Ведомственными нормативными актами являются постановления и определения Конституционного Суда РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ, приказы, указания, инструкции Генерального прокурора РФ, МВД, ФСБ, ВСНП РФ по вопросам уголовного процесса. Среди них решения Конституционного Суда РФ занимают особое место.

Как известно, согласно Конституционному Закону РФ от 24 июня 1994 г. "О Конституционном Суде Российской Федерации" этот суд проверяет соответствие закона, в том числе положений УПК Конституции РФ. Его решения о признании тех или иных положений УПК не соответствующими Конституции РФ, утрачивающими силу и подлежащими отмене, обязательны для законодателя, органов предварительного расследования, прокуратуры и суда. Законодатель должен внести надлежащие коррективы в УПК, а органы, правомочные вести уголовный процесс, не могут применять нормы УПК в той части, в какой они признаны подлежащими отмене или изменению. Если по конкретному уголовному делу уже состоялось применение такой нормы, признание ее неконституционным даже после этого служит основанием для пересмотра этого дела в обычном порядке (ч.2. ст.100 Закона о Конституционном Суде РФ).

На основании решений Конституционного Суда РФ было внесено много изменений в УПК РСФСР, в том числе в направлении освобождения суда от рудиментов обвинения.40 Примечательно, что в целом ряде его постановлений и определений употребляется термин "уголовное преследование" и сущностно рассматриваются вопросы этого феномена. Такими решениями являются: постановление от 28 ноября 1996 г. по делу о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР, его определение по этому же вопросу от 7 октября 1997 г., определение от 26 января 1999 г. по запросу Ваннинского районного суда Хабаровского края; постановление от 20 апреля 1999 г. по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой ст. 232, части четвертой ст. 248 и части первой ст. 258 УПК РСФСР; постановление от 14 января 2000 г. по делу о проверке конституционности отдельных положений УПК РСФСР, регулирующих полномочия суда по возбуждению уголовного дела; постановление от 14 февраля 2000 г. по делу о проверке конституционности частей третьей, четвертой и пятой ст. 377 УПК РСФСР; и др.41

В этих решениях говорится о субъектах уголовного преследования, о возбуждении уголовного дела как начале уголовного преследования, что очень важно для практики уголовного преследования. Но подобные решения Конституционного Суда РФ не регулируют и не могут регулировать саму процедуру уголовного преследования, а лишь информируют органы уголовной юстиции, какие нормы не подлежат применению и исключаются из УПК. Они оказывают прямое (можно сказать, регулирующее) влияние на законодательный процесс, корректируют соответствующие положения уголовно-процессуального законодательства, способствуют созданию новых норм уголовно-процессуального права.

В отличие от постановлений и определений Конституционного Суда РФ нормативные акты иных центральных вышеупомянутых ведомств не корректируют уголовно-процессуальное законодательство, не исключают из него каких-либо норм, но имеют большое значение в обеспечении правильного и эффективного применения актов в деятельности органов уголовной юстиции. Суть его в том, что эти акты конкретизируют, раскрывают смысл и содержание существующих уголовно-процессуальных норм, способствуют правильному их пониманию, обращают внимание на необходимость их неукоснительного соблюдения, отражают недостатки, их причины, указывают пути и средства их устранения, мобилизуют усилия практиков на решительные действия и создают организационные предпосылки для эффективной реализации законов.

В качестве примера можно привести приказ Генерального прокурора РФ от 26 июня 1997 г. № 34 "Об организации работы органов прокуратуры по борьбе с преступностью", требующий повышать эффективность прокурорского надзора за исполнением законов, направленных на защиту прав человека и гражданина, охраняемых интересов общества и государства от преступных посягательств, за расследованием и раскрытием преступлений, а также бескомпромиссно реализовать полномочия по уголовному преследованию. В нем же пресечение и предупреждение организованной преступности считаются основным направлением деятельности органов прокуратуры по борьбе с преступностью.

В приказе Генерального прокурора РФ от 18 июня 1997 г. "Об организации прокурорского надзора за предварительным следствием и дознанием" речь идет в основном об обеспечении законности при расследовании уголовных дел.

Из многих актов МВД РФ, касающихся организации применения норм уголовно-процессуального права в специфических условиях деятельности органов внутренних дел, можно назвать: Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МВД РФ (утвержденные 26 января 1996 г.); Инструкцию "О порядке исполнения постановлений прокуроров, следователей, органов дознания и определений судов о приводе свидетелей, обвиняемых и подсудимых (утверждена 7 августа 1972 г.), Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел (утверждены 3 января 1996 г.).42

Указания, разъяснения и рекомендации, содержащиеся в актах МВД РФ, ФСБ, ФСНП РФ, действуют в границах этих ведомств. В соответствии со ст. 30 Федерального закона РФ "О прокуратуре Российской Федерации" приказы и указания Генерального прокурора РФ по вопросам следствия обязательны для исполнения следственными органами всех этих ведомств.

Постановления Пленума Верховного Суда РФ, разъясняющие вопросы применения законов, распространяются не только на суды России, но и на другие правоприменяющие органы. Для правильного и единообразного понимания и применения законов при осуществлении уголовного преследования особенно ценны разъяснения Верховного Суда РФ по вопросам применения уголовного и уголовно-процессуального законодательства. К примеру, это такие разъяснения, которые даются в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 17 сентября 1975 г. "О соблюдении судами РСФСР процессуального законодательства при судебном разбирательстве уголовных дел", от 21 апреля 1987 г. "Об обеспечении всесторонности, полноты и объективности рассмотрения судами уголовных дел", от 31 октября 1995 г. "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", от 29 апреля 1996 г. "О судебном приговоре", от 8 декабря 1999 г. "О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования", от 14 февраля 2000 г. "О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних" и во всех остальных, действующих в настоящее время по уголовным делам.43  


Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz