Глава 5 Типичные судебные ситуации по делам об убийствах, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ, и пути их решения // Кириллова А.А., Гармаев Ю.П.


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Кириллова А.А., Гармаев Ю.П. Краткое руководство по судебному разбирательству уголовных дел об убийствах, предусмотренных частью первой статьи 105 УК РФ: практическое пособие / А. А. Кириллова, Ю. П. Гармаев. М.: издательский дом Шумиловой И. И., 2015. — 64 с.


К оглавлению

Глава 5 Типичные судебные ситуации по делам об убийствах, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ, и пути их решения

  • 5.1. Классификация типичных судебных ситуаций
  • 5.2. Судебная ситуация, когда подсудимый признает себя виновным полностью
  • 5.3. Судебные ситуации, связанные с феноменом коррекционализации
  • 5.4. Судебная ситуация, когда подсудимый признает себя виновным частично
  • 5.5. Судебная ситуация, когда подсудимый меняет свои показания на протяжении всего судебного следствия
  • 5.6. Судебные ситуации, когда подсудимый не признает себя виновным

 

5.1. Классификация типичных судебных ситуаций

Перед судьей, в том числе, стоит задача на основе проведенного анализа всей имеющейся информации смоделировать варианты судебно-следственных ситуаций, возникновение которых возможно в процессе судебного разбирательства, и определить содержание судебных действий, проведение которых необходимо для их разрешения [1] .

Опуская анализ многочисленных фундаментальных и прикладных работ, рассматривающих типичные следственные ситуации по уголовным делам, перейдем к краткому анализу некоторых типичных судебных ситуаций, выделенных по ряду оснований.

1. По отношению к предъявленному обвинению известны ситуации, когда подсудимый:

а) признает себя виновным полностью;

б) признает себя виновным частично;

в) меняет свои показания на протяжении всего судебного следствия;

г) не признает себя виновным и полностью отрицает свою причастность к совершенному преступлению.

2. По наличию доказательственной базы обвинения:

а) имеются достаточные доказательства;

б) доказательства обвинения проблематичные, «шаткие»;

в) доказательств достаточно по одним эпизодам обвинения и недостаточно по другим.

3. По результатам судебного разбирательства:

а) отдельные доказательства обвинения исключены или опровергнуты;

б) доказательства предварительного следствия в суде подкрепляются новыми доказательствами; и др.

4. По прогнозу развития ситуаций судебного разбирательства:

а) простые;

б) нейтральные;

в) сложные;

г) проблематичные.

Однако проведенное анкетирование, личный опыт авторов показывают, что по убийствам, квалифицируемым по ч. 1 ст. 105 УК РФ, наиболее востребованным судьи считают анализ первой перечисленной группы судебных ситуаций, выделенных на основании позиции, занимаемой подсудимым.

Указанные типы ситуаций предлагается разрешать в суде так, как описано ниже.

5.2. Судебная ситуация, когда подсудимый признает себя виновным полностью

Эта ситуация встречается примерно по 38% всех дел об убийствах и по 53% дел об убийствах, квалифицируемых по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Данная бесконфликтная ситуация вряд ли нуждается в подробном исследовании, так как не представляет особых трудностей в практике. Однако необходимо напомнить судьям и государственным обвинителям об опасности такой успокаивающей, расслабляющей установки по делам об основном составе убийств, поскольку распространены несколько неблагоприятных вариантов данного типа судебной ситуации:

1) подсудимый плохо помнит события, входящие в предмет доказывания. Признавая себя виновными, многие подсудимые могут ограничиваться сообщением о том, сколько они выпили спиртного, а о дальнейших своих действиях не помнят. Часто и свидетели, на следствии дававшие подробные показания, меняют их или забывают сказанное, а также не являются в суд.

Основные пути решения данного типа судебных ситуаций связаны с применением широко известных тактических приемов, стимулирующих припоминание забытого, детализации в допросах и т.п.;

2) есть признаки, указывающие на самооговор со стороны подсудимого. Это судебная ситуация, характеризующаяся скрытым конфликтом. Самооговор может быть последствием неблагоприятных следственных ситуаций, в том числе, связанных с нарушениями закона на предварительном следствии, ошибок криминалистического характера, допущенных следователем. Формированию мотивов самооговора допрашиваемым могут способствовать состояние безнадежности, своеобразной безысходности, обусловленное утратой человеком веры в справедливость, гуманность правоохранительных органов, законность их деятельности, под влиянием заключения его под стражу в качестве меры пресечения (по делам об убийствах чаще всего), ареста в связи с задержанием по подозрению в совершении преступления, а также под воздействием той негативной социальной среды, в которой он сразу же оказывается, будучи арестованным.

Однако, оговаривая себя, допрашиваемый может преследовать и сугубо эгоистические, корыстные цели, например:

а) признав себя виновным в менее тяжком преступлении, быстрее получить за него наказание и таким способом уйти из поля зрения органов предварительного следствия, ведущих расследование более тяжкого преступления, которое совершил допрашиваемый;

б) приняв на себя всю вину за совершение группового преступления, добиться освобождения от ответственности других соучастников, в конечном итоге и самому получить менее строгое наказание.

Основные средства разрешения данного типа судебных ситуаций связаны с применением тактических приемов допроса подсудимого: детализация показаний, проверка в рамках судебного следствия следующих обстоятельств:

3) сообщил ли он такие обстоятельства, которые не были известны органам следствия и которые должны быть известны лицу, действительно совершившему преступление;

4) удалось ли подтвердить факты, сообщенные на допросах, другими доказательствами по делу, сопоставление полученных признательных показаний с другими добытыми по делу данными.

Суду следует внимательно изучать личностные особенности подсудимого, его связи, и не спешить с исключением версии о совершении преступления другими лицами. Проверка судебной версии о самооговоре может включать проведение следственного эксперимента, проверки показаний на месте и другие судебные действия. При анализе показаний нужно обязательно обращать внимание и на использование допрашиваемым несвойственных ему выражений, формулировок, что может свидетельствовать о формировании показаний под воздействием заинтересованных лиц. Диагностировать ложное признание помогают повторные допросы. О ложном признании может косвенно информировать буквально дословное повторение допрашиваемым первоначальных показаний, а также обратное явление, когда подозреваемый (обвиняемый) в силу естественного процесса забывания вносит на последующих допросах в свои показания все новые и новые подробности, нередко противоречащие тем сведениям, которые были изложены им вначале.

Следует исходить из того, что квалифицированный судья, государственный обвинитель должны знать типичные ошибки и нарушения закона, допускаемые на предварительном следствии в целом (по всем видам уголовных дел) и по делам определенных категорий, в частности. Обладая этими знаниями, он может в типичных судебных ситуациях применять разнообразные криминалистические, процессуальные, иные средства и методы их решения.

Приведем еще один из типичных примеров судебной практики. Гр-н П., осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы в ИК строгого режима. П. признан виновным в том, что в один из дней (здесь и далее курсив наш. — Авт.) с 16 по 18 сентября 2005 года около 17 часов на окраине лесного массива совершил убийство гр. Б. путем нанесения последнему палкой длинной не менее 1 метра и диаметром 5 см . не менее 3 ударов в височную область головы.

Хотелось бы отметить, что по настоящему делу судом, вслед за органами предварительного расследования, недостаточно точно были установлены время, место, орудие преступления, иные важные обстоятельства, которые характерны для криминалистических критериев, в том числе, проверки материалов уголовного дела (см. гл. 1 настоящего пособия). Изучение материалов дела указывает на признаки ненадлежаще проведенного осмотра места происшествия, непроведения некоторых необходимых следственных действий, не достаточной проверки всех выдвинутых и подлежавших выдвижению версий.

Распространен целый комплекс ошибок и нарушений закона в следующей типичной следственной, а затем судебной ситуации, когда преступление совершено в условиях очевидности: лицо сразу после задержания признается в совершении убийства, кратко поясняет обстоятельства совершенного преступления, вероятно даже выдает орудие и т.д. В такого рода ситуации следователи зачастую поверхностно проводят осмотр места происшествия, не выполняют все неотложные следственные действия, не тщательно допрашивают подозреваемого, не поручают проведение необходимых оперативно-розыскных мероприятий. То есть отдельные следователи порой лишь формально относятся к сбору имеющихся доказательств, а также характеризующих данных, ограничиваясь в основном получением характеристики с места работы или места жительства. Следственная, а затем судебная ситуация зачастую развивается в том русле, что вошедший в уголовное дело защитник вырабатывает линию защиты, направленную на отрицание вины, опровержение, порой весьма эффективное, всех доводов стороны обвинения [2] .

5.3. Судебные ситуации, связанные с феноменом коррекционализации

Особо отметим, что по делам об убийствах, именно в любой из судебных ситуаций, когда подсудимый признает себя виновным полностью, характерен рассмотренный в пар. 1.3 Монографии феномен коррекционализации [3] . Например, следствие сознательно нарушая закон, квалифицирует убийство, которое по тем или иным квалифицирующим признакам должно быть оценено по соответствующим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ, как причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ).

Так, по одному из дел подсудимый — гр-н С. в суде дал признательные показания о том, что он в частном доме после распития спиртного с соседом — гр. М. в ходе возникшей ссоры между ним и М. в результате внезапно возникшей сильной неприязни к нему, нанес множество ударов кулаками в область лица, а затем несколько ударов металлической кочергой по голове, в результате чего М. скончался на месте.

Органами предварительного следствия действия С. были квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ, что явно не соответствовало закону и приведенным обстоятельствам преступления (феномен коррекционализации).

В судебном заседании С. вину признал полностью, но суд в данной, казалось бы, простой и бесконфликтной судебной ситуации обратил внимание на неточности в показаниях, их поверхностность, схематичность, а также на то, что С. на допросе говорил специфическими фразами, характерными для протоколов допросов, составляемых следователями, но не типичных для сельского жителя, животновода. Его фразы на судебном допросе выглядели заученными. Детализация судом показаний, их сопоставление с другими доказательствами по делу, выявление множества противоречий, позволили суду выдвинуть версию о самооговоре. Поскольку противоречия не могли быть устранены в рамках судебного разбирательства, уголовное дело было возвращено для дополнительного расследования (в порядке ст. 237 УПК РФ, если применять действующее законодательство), прокурору было направлено соответствующее частное постановление.

В дальнейшем выяснилось, что убийство совершила жена гр. С. — гр-ка Л., которую тот как близкого человека пытался спасти от судимости. Гр-ка Л. позднее была осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ. В суде создалась уже другая — конфликтная судебная ситуация, поскольку подсудимая отрицала свою вину, а гр. С. давал ложные показания, угрожал свидетелям, приносил вместе с защитником гр-ки Л. жалобы, и т.д. Тем не менее, указанные акты противодействия уголовному преследованию не помешали суду принять законное и обоснованное решение. Налицо одновременно две описанные выше типичные судебные ситуации признания вины подсудимым: самооговор и коррекционализация.

Необходимо вновь отметить, что в настоящее время на основании постановления Конституционного суда РФ от 2 июля 2013 г . № 16-П суд вправе разрешить последнюю из упомянутых судебных ситуаций путем применения ст. 237 УПК РФ, то есть устранить нарушения закона, допущенные органами уголовного преследования, если из содержания обвинительного заключения с очевидностью следуют неправильность квалификации описанного в них деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, что не может быть осуществлено в судебном разбирательстве.

5.4. Судебная ситуация, когда подсудимый признает себя виновным частично

Данная ситуация встречается по 37% всех дел об убийствах и по 28% дел об убийствах, квалифицируемых по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Частичное признание может выражаться, например, в признании вины в убийстве потерпевшего, но отрицания совершения сопутствующего преступления, таких как, изнасилования, насильственных действий сексуального характера, кражи, причинения вреда здоровью различной степени тяжести, незаконного оборота наркотиков, оружия и боеприпасов и т.п. Данную судебную ситуацию следует разделить на две:

1) когда квалифицирующие признаки преступления, несмотря на отрицание их подсудимым, находят свое подтверждение в материалах дела;

2) когда квалифицирующие признаки, который отрицает подсудимый, не находят своего подтверждения.

Разрешать подобные судебные ситуации (с отрицанием квалифицирующих признаков) следует путем тщательного исследования материалов уголовного дела, а также допросом, как самого подсудимого, так и свидетелей. В рамках, в частности, допросов предлагается выяснять детали занятой подсудимым позиции, выявлять противоречия с ранее данными показаниями, инициировать оглашение этих показаний, выяснять причины их изменений и т.д.

Государственный обвинитель при прочих необходимых условиях может проявить инициативный и наступательный характер своей позиции — позиции стороны обвинения. В ситуации частичного признания подсудимым своей вины, равно как и полного отрицания причастности к совершенному преступлению, обвинитель может представить суду убедительную систему доказательств и аргументов, свидетельствующих о совершении подсудимым преступления. Если в имеющейся доказательственной информации обнаружены пробелы и противоречия, необходимо получить новые данные, подтверждающие виновность либо невиновность подсудимого.

Здесь вновь отметим, что такого рода наступательный характер в рамках реализации своей правовой позиции можно рекомендовать государственным обвинителям, но не судьям. Не лишним будет напомнить и то, что реализация функции обвинения и обвинительный уклон — вещи совершенно различные.

Обвинительная позиция — это всегда позиция, основанная на законе, пусть даже использующая его диспозитивность, неопределенность, пробелы. Она включает и обязанность органа расследования собирать и исследовать все доказательства, опровергающие версию обвинения (ч. 2 ст. 14 УПК РФ). Обвинительный же уклон — это игнорирование сведений, свидетельствующих о невиновности либо о меньшей степени виновности обвиняемого, неадекватная оценка собранных доказательств и т.п. Другими словами, обвинительный уклон является проявлением ненадлежащего выполнения функции обвинения соответствующими участниками процесса.

5.5. Судебная ситуация, когда подсудимый меняет свои показания на протяжении всего судебного следствия

Обозначенная ситуация вместе с ситуациями полного отрицания вины встречается по 19% дел об убийствах, квалифицируемых по ч. 1 ст. 105 УК РФ. В некоторых случаях подсудимые в ходе судебного следствия дают противоречивые показания, то есть, например, первоначально признают вину полностью, затем частично и, наконец, отрицают полностью, причем даже порой вразрез с позицией защитника. Эти изменения могут зависеть от иных судебных ситуаций, от того, какие обстоятельства находят подтверждение, а какие нет, например, подсудимый меняет показания после допроса свидетелей, которые в свою очередь также могут менять либо отказываться от ранее данных показаний. Такие ситуации следует разрешать путем: максимальной детализации показаний подсудимого, сопоставления их с другими материалами дела, устранения противоречий путем допроса свидетелей и др.

В подобных судебных ситуациях также применимы такие тактические приемы и методы: последовательное рассмотрение, сравнение и анализ прежних и новых показаний; сопоставление тех и других с другими доказательствами, как имеющимися в деле, так и вновь истребованными; проверка объяснений допрашиваемого о причинах изменения показаний.

5.6. Судебные ситуации, когда подсудимый не признает себя виновным

Ситуация с непризнанием вины и полным отрицанием своей причастности к совершенному преступлению встречается по 25% всех дел об убийствах. Разрешение такой, равно как и других, судебных ситуаций должно включать выяснение сути позиции, а не только ее формы.

В литературе упоминается несколько разновидностей, классификаций данной судебной ситуации. Не вдаваясь в их общий анализ, приведем те разновидности, которые выделены опрошенными нами респондентами — судьями, их помощниками и государственными обвинителями как те, что нуждаются в криминалистических рекомендациях по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Так, респондентами выделены следующие способы противодействия, актуальные для судебных стадий, которые используют обвиняемые (подсудимые), с тем, чтобы ввести в заблуждение не только следствие, но и суд и уйти от ответственности за убийство:

– дача ложных показаний. Этот способ противодействия был указан 75% судей и 72% работников прокуратуры;

– выдвижение алиби. На этот способ указали 83% судей и 68% прокурорских работников;

– сокрытие вещественных доказательств. Оно имеет место, по мнению 42% судей и 38% государственных обвинителей;

– сокрытие свидетелей, оказание на них незаконного воздействия. На это указали 53% судей, 39% работников прокуратуры;

– сокрытие свидетелей, оказание на них незаконного воздействия встречалось респондентам в 52% и 40% случаев соответственно.  - убрать

Рассмотрим кратко некоторые из этих судебных ситуаций.

Алиби. Судебную ситуацию с такой позицией подсудимого следует прогнозировать в случае, если убийство совершено без свидетелей, а так же, как правило, если на следствии обвиняемый отказывался от дачи показаний, либо версия защиты об алиби не тщательно проверена следователем.

В рамках судебного следствия необходима максимальная детализация на вопросах о месте пребывания подсудимого во время совершения убийства; тактический прием «допущения легенды», выражающийся в периодической поддержке рассказчика словами: «ясно», продолжайте», «хорошо», теперь понятно» и т.п., успокаивающими допрашиваемого и стимулирующими его продолжать рассказ. Эти же тактические приемы применимы и в отношении некоторых свидетелей, которые, с высокой долей вероятности, поддержат позицию защиты, будут вызваны по ее ходатайству. Далее идет сопоставление полученных данных и выявление противоречий, если они имеются.

Отрицание причастности к убийству. Подсудимый отрицает совершение убийства, признавая, что был на месте преступления. Судебную ситуацию с такой позицией подсудимого следует прогнозировать в широко распространенных по делам исследуемой категории криминальных ситуациях, когда убийство совершено, например, в групповой драке, при совместном распитии спиртного в компании и т.п.

Средства разрешения такой судебной ситуации, во-первых, те же, что и по предыдущей. Во-вторых, в ходе допросов участников происшествия (групповой драки, совместного распития спиртного в бытовых условиях, семейной ссоры и т.п.) необходимо у каждого детально выяснять:

– кто с кем дрался, спорил, ругался;

– кто и где (относительно чего) находился и как взаимодействовал;

– кто был очевидцем, и что предположительно он должен был видеть и знать о происходящем;

– кто и как из очевидцев наблюдал происходящее, что видел и слышал, и т.п.

Вероятно, в деле имеются составленные следователем схемы происшедшего криминального события, фототаблицы. В этом случае они будут представлены государственным обвинителем с подробным обоснованием доказательственного материала, легшего в основу обвинения. Если этого нет, суду придется самостоятельно составлять эти схемы или направлять дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

В целом суду часто приходится делать выбор: провести самостоятельно те или иные судебные действия или возвратить дело (как по ходатайству стороны, так и по собственной инициативе на основании, например, п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, когда обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления).

Так, в практике одного из авторов многократно имели место типовые судебные ситуации, связанные с отсутствием в деле важного вещественного доказательства — орудия убийства (холодного, огнестрельного оружия, пули, стреляных гильз, иного предмета или вещества) и не проведения в рамках предварительного следствия соответствующих криминалистических экспертиз. Государственный обвинитель в подобных ситуациях в рамках судебного следствия может ходатайствовать, а суд может поддержать ходатайство о назначении: криминалистических экспертиз одежды подсудимого, потерпевшего, пятен крови на различных предметах, следов обуви, различных веществ, и т.п.

В рамках допросов свидетелей, очевидцев следует задавать вышеперечисленные вопросы, связанные с поведением участников криминальных событий. В случае их отсутствия (неочевидное убийство) доказывание вины либо невиновности подсудимого будет реализовываться с помощью косвенных доказательств: улики постпреступного поведения, сведения о его личности (судимости, характеристика и т.п.), следственного эксперимента и т.п. Как уже упоминалось, важную роль будут далее играть тактические приемы, основанные на выявлении и использовании противоречий (если имеются) в деталях показаний перечисленных лиц; между этими показаниями и иными доказательствами.

Следует вновь отметить внутри анализируемой судебной ситуации еще две типичных: 1) когда подсудимый полностью отрицает вину, и в суде данные предварительного следствия не подтверждаются; 2) когда при том же поведении подсудимого данные предварительного следствия находят свое подтверждение в зале суда в ходе рассмотрения дела. Данную позицию (отрицание причастности к убийству) сторона защиты занимает в тех случаях, когда она уверена в том, что в материалах дела нет достаточных изобличающих доказательств, либо в ходе расследования были допущены существенные нарушения закона, наличие которых повлечет признание их недопустимыми и, как следствие, вынесение оправдательного приговора.

Второй тип ситуации в практике не вызывает особых затруднений, поскольку необходимые средства ее разрешения очевидны — сопоставление доказательств и выявление противоречий. Некую специфику имеет разновидность этой ситуации, связанная с жалобами подсудимого на то, что в ходе следствия применялись незаконные методы, давление на обвиняемого и свидетелей, угрозы, физическое и психическое принуждение. Традиционные средства решения далеко не всегда эффективны: вызов и допрос в суде оперативных сотрудников и следователей, который чаще всего проводится лишь формально, оставляя имеющиеся противоречия. Здесь также уместным будет тщательная детализация показаний, запросы о материалах, характеризующих такого свидетеля и методы его работы, о жалобах на него по другим делам и материалам, о проведении служебных проверок, и т.д. В то же время недопустимо идти на поводу ни у стороны защиты, ни у стороны обвинения. Исследование всех обстоятельств должно проходить в атмосфере строгости, принципиальности и независимости суда (ч. 3 ст. 15 УПК РФ).

Первый тип судебной ситуации — когда подсудимый полностью отрицает вину, и в суде данные предварительного следствия не подтверждаются, в практике вызывает особые трудности. (Пути их решения отчасти рассмотрены в следующей главе пособия.)

В практике нередки судебные ситуации изменения квалификации убийства на иное преступление против жизни и здоровья:

– на ст. 107 УК РФ, в результате установления судом (как правило, путем проведения соответствующей экспертизы) состояния аффекта;

– на ч. 1, реже — ч. 2 ст. 108 УК РФ, в результате установления судом (как правило, путем проведения допросов, криминалистических экспертиз) признаков превышения пределов необходимой обороны, либо превышения мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

Судье, в отличие от государственного обвинителя, необходимо не просто слышать, помнить, но и внимательно прислушиваться к представителям стороны защиты, которые вправе и даже обязаны (адвокаты-защитники) использовать все особенности, сложности квалификации, неоднозначные толкования признаков составов преступлений в интересах своего подзащитного (п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 31 мая 2002 г . № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

В то же время, как уже отмечалось, судья не должен «идти на поводу» ни у одной из сторон состязательного процесса. Так, следует учитывать, что позиция о неосторожном причинении смерти часто занимается стороной защиты в ситуациях с двумя условиями: 1) неочевидность преступления (без очевидцев); 2) совершенное деяние, причинившее смерть, как правило, было единственным (единственный выстрел из ружья, один удар по голове, одномоментное сталкивание человека с высокой крыши и т.п.).

В подобных судебных ситуациях суду надлежит:

– детально исследовать реальный механизм соответствующего действия и последующего за ним причинения смерти: направление и сила удара, локализация повреждений и т.п. Эти обстоятельства устанавливаются прежде всего в ходе допросов и в рамках криминалистических экспертиз;

– исследовать особенности взаимоотношений между подсудимым и потерпевшим, их личностных особенностей и соотнести их с соответствующими показаниями, иными обстоятельствами;

– детализировать показания;

– применять тактические приемы «ограничения диапазона возможных ложных показаний» и «сжигания мостов» [4] .

Описанные судебные ситуации по делам об убийствах, рассмотренных вне судов присяжных и квалифицированных по ч. 1 ст. 105 УК РФ и смежным составам преступлений, разумеется, далеко не все, которые встречаются в практической деятельности судов общей юрисдикции. Здесь проанализированы только наиболее распространенные, на наш взгляд, и проблемные, поскольку на них указали респонденты.



[1] В данной главе использованы работы таких авторов, как: А.Ю. Корчагин, В.К. Гавло, Л.Я. Драпкин, О.Я. Баев, Е.П. Ищенко, С.Л. Кисленко, В.И. Комиссаров, М.С. Строгович, О.А. Соя-Серко, А.Р. Ратинов, Т.А. Скотникова, Е.Е. Цветков, И.Л. Кисленко, И.Б. Михайловская, М.О. Вакорин, Л.Я. Зашляпин и др., а также рекомендации из публикации под редакцией О.Н. Коршуновой (см.: Руководство для государственного обвинителя: учеб. пособие / под ред. О.Н. Коршуновой. 2-е изд., испр. и доп. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2011).

Поскольку пособие в этой части является кратким изложением ранее упомянутой Монографии, то подробные ссылки на авторов имеются в ее пар. 3.4 (Гармаев, Ю.П. Указ. соч. С. 132—144).

[2] Примеры такой линии защиты приведены в пар. 2.2 Монографии (Гармаев, Ю.П. Указ. соч. С. 86—102).

[3] Там же. С. 5—57.

[4] Например, см.: Руководство для государственного обвинителя: учеб. пособие / под ред. О.Н. Коршуновой. 2-е изд., испр. и доп. СПб.: Юрид. центр Пресс, 2011. С. 222—223.

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz