Поляков М.П. РЕВИЗИЯ ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ПРИМЕНЕНИИ РЕЗУЛЬТАТОВ ОРД В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ// Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности. Н. Новгород, 2001.


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Поляков М.П.
Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности:
Монография / Под научн. ред. проф. В.Т. Томина. - Нижний Новгород: Нижегородская правовая академия, 2001.


СодержаниеАвторефератСправка об авторе

 

Глава 2.
РЕВИЗИЯ ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ПРИМЕНЕНИИ РЕЗУЛЬТАТОВ ОРД В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

2.4. Эволюция понятийного аппарата

"Как вы яхту назовете, так она и поплывет ..."

Из песни

Исследование истории проблемы уголовно-процессуального использования результатов ОРД было бы не полным без рассмотрения становления ее терминологического окружения. В.И. Елинский, изучавший проблемы языка ОРД, пришел к выводу, что "терминологический фонд оперативно-розыскной деятельности, как и язык в целом, создавался как продукт и средство общения в оперативно-розыскной практике. Происхождение слов позволяет проследить развитие закономерностей, складывающихся в сфере оперативно-розыскной деятельности"1. Развитие проблемы использования результатов ОРД в УСП также сопровождает своя специфическая терминология, позволяющая судить об определенных закономерностях, присущих сфере пересечения информационных интересов названных видов деятельности.

Однако прежде, чем перейти к непосредственному анализу терминологического окружения проблемы, автор позволит себе несколько квазифилософских замечаний о ценности терминов вообще. В научном мире можно встретить суждение о бесполезности, а то и вредности споров о словах. Автор и сам высказывался о никчемности терминологических перепалок, что, вероятно, было следствием недостатка опыта: последний, как выяснилось, дается не иначе как взамен на прожитые годы2. Сегодня наша позиция относительно операциональной ценности научных терминов вообще, и новых - в особенности - иная. Правильно подысканное слово может стать отличным инструментом для удачной постановки проблемы и успешного ее разрешения. "Умело подобранное слово, - замечает Г.С. Батыгин, - может более точно и адекватно объяснить суть дела, нежели многие страницы казенно-канцелярского текста"3.

Подобно именам, определяющим судьбы людей, понятия порой предрешают судьбы функциональных процессов. Однако поиск заветного слова (в этом наука засвечивает свое давнее родство с магией) часто приводит к терминологическому плюрализму. Не миновала "чаша сия" и учение об использовании результатов ОРД в УСП, которое до сегодняшнего дня не обрело единой (универсальной) терминологии. В настоящее время здесь имеют хождение несколько словесных формул - "документирование", "легализация", "трансформация" и просто "использование".

Нижегородская школа процессуалистов активно пытается внедрить еще один конструкт - "уголовно-процессуальная интерпретация". Другие научные школы, насколько нам известно, достаточно сдержано относятся к терминологическим изысканиям. После принятия законов об ОРД исследователи вообще успокоились и взяли за основу, то что предложил им законодатель, а именно обычное слово без оттенка специфики - "использование" - результатов ОРД в (для) ...".

В своих предыдущих работах автор критиковал обилие терминологии, как бы исходя из того, что разные термины обозначают один и тот же процесс4. Критика эта имела под собой некоторые основания. Дело в том, что широкое понимание пограничных терминов непременно приводит к нарушению границы соседней терминологической вотчины. Так, "документирование" в широком смысле, естественно, пересекается с широким пониманием "легализации". В узком же смысле эти понятия (при условии игнорирования нюансов) обозначают либо разные этапы юридически значимой работы с оперативно-розыскной информацией, либо технологические оттенки процедурной стороны этой деятельности, либо и то и другое одновременно.

Но действительно ли речь идет о терминологическом плюрализме. Если да, то следует согласиться с учеными, призывающими к необходимости унификации терминологии5. Однако нас терзают сомнения, навеянные философской установкой, что в этом мире нет ничего случайного и ненужного, что всякое разнообразие оправдано. Для того, чтобы утвердиться в этом или, напротив, разувериться, рассмотрим наиболее популярные трактовки приведенных выше терминов.

2.4.1. Документирование

Каждый новый термин в науку приводит человек. Но не всякий человек "приватизирует" его использование в новой сфере. Инициаторы применения терминов "легализация" и "документирование" в контексте учения об использовании результатов ОРД в УСП автору, увы, не известны. Можем лишь предположить, что "отцом" первого был - процессуально ориентированный ученый, второго - оперативно озабоченный.

Термин "документирование" - один из ключевых в теории оперативно-розыскной деятельности - толкуется А.Р. Белкиным, как выявление, фиксация и сохранение оперативной информации и ее источников6. Нетрудно заметить, что приведенное понимание документирования пригодно в основном для внутреннего использования в науке и практике ОРД, поскольку оно опускает вопрос о дальнейшем применении этой информации. Из этого определения не вытекает возможность и целесообразность вхождения информации в уголовный процесс. В таком виде оно представляет собой оперативно-розыскное документирование7.

Однако было бы неверным говорить о том, что теорию ОРД не заботит последующее использование плодов этой деятельности. Подтверждение тому находим в определении документирования, данном проф. А.Г. Маркушиным. Он полагает необходимым включение в понятие документирования, кроме "выявления", еще одного существенного признака-направления - обеспечения возможности использовать оперативно-розыскную информацию для предупреждения, пресечения или раскрытия преступления, розыска преступников, пропавших без вести, а также принятия к лицам мер, предусмотренных законом (профилактических, административных, уголовно-правовых)8.

Как видим, А.Г. Маркушин закладывает в своем определении практически и теоретически значимый межотраслевой мостик. В определениях других авторов идея смычки также присутствует. Это следует непосредственно из применяемой ими терминологии. Так, в понимании В.Г. Самойлова, документирование есть ни что иное, как - оперативно-розыскное доказывание причастности определенных лиц к совершению преступления.

Анализ приведенных определений, отражающих наиболее распространенные подходы, приводит к выводу, что документирование включает в себя: во-первых - процесс добывания информации, необходимой для решения задач, поставленных законодателем перед ОРД; во-вторых - "материализацию" этой информации, придание ей формы, пригодной для последующего использования в других антикриминальных технологиях. Наиболее распространенная форма материализации информации - "документ". Эта форма и определила название всего цикла. Эволюция законодательного понимания "документа" определяет и прогресс результативности документирования. В настоящее время "документ" понимается весьма широко, в том числе и уголовно-процессуальным законодательством. В проекте УПК РФ, принятом в первом чтении (ст. 80) говорится о том, что "документы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К документам могут относиться, в том числе, материалы фото- и киносъемки, звуко- и видеозаписи, средств технического, электронного контроля, магнитных, оптических и других электронно-технических носителей информации ..."9.

В третьих - понятие документирования должно включать в себя процедуру подготовки "материализованной" информации для последующего, в том числе и уголовно-процессуального использования. Участники документирования должны иметь представление о направлениях применения добываемой информации. Иными словами, процесс уголовно-процессуального использования результатов ОРД в широком понимании должен начинаться задолго до представления оперативно-розыскных материалов органам, ведущим судопроизводство. В этом смысле размышления субъекта ОРД о документировании и о возможных способах легализации должны соседствовать.

В связи с этим термин "легализация" включается в развернутые определениях документирования. "По своей правовой природе документирование преступных действий объектов оперативно-розыскной деятельности, - пишет В.А. Лукашов, - это система оперативных мероприятий, осуществляемых по программе уголовно-процессуального доказывания и состоящих в собирании и оперативном закреплении таких фактических данных, которые при условии их процессуальной легализации могут стать доказательствами по уголовному делу. В процессе негласного документирования оперативно-розыскными средствами и методами обеспечиваются все элементы процессуального доказывания, предусмотренные ст. 68 УПК РСФСР: устанавливаются факты, подлежащие доказыванию, источники информации о них, создаются благоприятные условия для использования их в уголовном процессе. Иными словами, осуществляется процесс установления истины по раскрываемому преступлению в пределах, гарантирующих уверенность в достоверности всех основных деталей события преступления и причастности к его совершению проверяемых лиц".10

В этом определении находим подтверждение одной из своих догадок о том, что плюрализм терминологии возник в проблемных сферах использования данных ОРД. В первую очередь это относится к использованию результатов ОРД в доказывании. Термин "легализация" живет именно в этой сфере и отражает один из способов разрешения проблемной ситуации. Там же можно столкнуться и с другим словом -"трансформация".

2.4.2. Легализация и трансформация

В науке уголовного процесса к определению понятия легализация имеется два подхода - узкий и широкий. Узкий - рассматривает легализацию, как процесс превращения данных, полученных оперативно-розыскным путем, в доказательства11. При широком подходе рассматриваемым термином обозначают любые процессы преобразования оперативно-розыскной информации в уголовно-процессуальную12.

В настоящее время словом "легализация" оперируют достаточно редко. Вероятно, это следствие давней неудовлетворенности термином. Так, В.Т. Томин и В.А. Дубровин более двадцати лет назад указывали на его условность, подчеркивая, что своим применением в науке он обязан не своим семантическим качествам, а скорее сложившейся традиции.

Однако в силу этой же традиции рассматриваемая терминология не хочет окончательно покидать научную сцену и после законодательного признания (иначе - легализации) оперативно-розыскной деятельности13. К термину "легализация" обращается В.Г. Баяхчев, понимая ее как "обеспечение легальности источника происхождения тех или иных сведений, добытых оперативно-розыскным путем"14. Легализация, по его мнению, лишь этап, предшествующий процессу вовлечения сведений, полученных оперативно-розыскным путем, в уголовный процесс и их использованию в доказывании по уголовным делам15.

Говоря об информации, истинный источник которой не может быть рассекречен, он говорит о том, что "необходимо проведение оперативной комбинации, направленной на то, чтобы источником поступления информации явился гласный сотрудник (возможно даже с представителями общественности). Поэтому легализация проводится еще до передачи материалов следователю, а ее способы во многом зависят от возможности последующего выступления на предварительном следствии и в суде лиц, непосредственно осуществляющих оперативно-розыскное мероприятие в качестве свидетелей"16.

В.Г. Баяхчев называет несколько способов легализации: "1) если негласный сотрудник обнаруживает какой-либо предмет, способный стать вещественным доказательством по уголовному делу, он должен поставить об этом в известность гласного сотрудника, который вместе с представителями общественности произведет его изъятие. В противном случае будет невозможно легализовать данный носитель информации; 2) если негласные сотрудники зафиксировали какое-либо событие, очевидцами которого явились другие граждане, принимаются меры для их установления, чтобы в последующем следователь мог допросить их по интересующим фактам; 3) случайная фиксация каких-либо фактов сотрудником в нерабочее время. Данный способ может применяться только в том случае, если есть возможность последующего его выступления в суде без расшифровки подлинной причины нахождения в указанном месте.

Следует отметить, что такой распространенный способ легализации оперативной информации, как случайная фиксация тех или иных фактов лицами, которые в действительности не проводили указанных действий, по существу является фальсификацией доказательств и поэтому не должен применяться"17.

Последнее замечание весьма любопытно. Из него можно сделать вывод, что самый распространенный способ легализации18, как не парадоксально, является и самым незаконным. Отсюда еще одно предположение, что граница между легализацией и фальсификацией порой не есть высокая стена.

Очевидно многие авторы полагают, что термин "легализация" -порождение принципа конспирации, "царствующего" на территории ОРД. В чем то это утверждение правильно. В период, предшествующий принятию законов об ОРД, процедура легализации заключалась не только в замене источника информации, а в затушевывании факта применения средств ОРД вообще. Вспомним хотя бы общественное документирование. Таким образом, термин "легализация" был навеян нелегальностью ОРД, свойственной ей до законодательного закрепления19.

Нам представляется, что "легализация" несет в себе и другой смысл. Он вытекает не из семантики слова, а из содержания, вкладываемого в него другими научными отраслями. "Легализация" в юридической теории может означать - придание юридической силы, юридического значения какому-либо акту, действию20.

Если абстрагироваться от нюансов и предположить, что закономерным выходом документирования будет - документ (в самом широком понимании), то легализация будет означать процедуру преобразования этого документа, как единства содержания и формы, до состояния, когда документ будет способен порождать юридически значимую уголовно-процессуальную реакцию - принятие соответствующего решения.

"Результаты оперативно-розыскной деятельности, - как полагает В.П. Хомколов, - не имеют прямых юридических последствий"21. Легализация устраняет этот недостаток и придает им необходимую юридическую силу. В контексте использования результатов ОРД в УСП речь идет о придании данным ОРД уголовно-процессуальной силы. Эта сила определяется несколькими моментами - содержанием информации и формой, посредством которой эта информация будет постигаться и передаваться.

Так или иначе приходится вести речь об изменениях оперативно-розыскной информации. Иными словами, о ее трансформации. Именно так в последние годы предлагают именовать процесс преобразования оперативно-розыскной информации в доказательственную некоторые ученые22. О трансформации, в частности, пишет профессор В. И. Басков: "В зависимости от относимости полученных сведений (оперативно-розыскных - М.П.) и их процессуального значения следователь или прокурор трансформирует эти сведения в виде доказательства по уголовному делу (ст. 69 УПК РСФСР), остальные сведения остаются нереализованными"23.

Однако сразу подчеркнем, что трансформация - это не легализация. Трансформация это содержание легализации, один из способов ее осуществления: легализация - конечный пункт, в некотором роде - цель; трансформация - средство достижения цели. Термин "трансформация" скорее технический, чем юридический. Его появление - следствие недовольства термином "легализация". Никаких новых подходов к оперированию результатами ОРД термин "трансформация", на наш взгляд, не несет. Трансформация - это терминология метаний, свойственная периоду поиска нового подхода к проблеме. Новый подход требует новой терминологии. Полагаем, что появление термина "уголовно-процессуальная интерпретация" и есть знамение иного подхода к использованию результатов ОРД в УСП.

2.4.3. Уголовно-процессуальная интерпретация

Термин уголовно-процессуальная интерпретация результатов ОРД был предложен проф. В.Т. Томиным в 1996 г. Он вложил в него следующий смысл - истолкование полученных оперативно-розыскным путем результатов как в отношении их содержания, так и формы, с позиций целесообразности и возможности использования их при производстве по уголовному делу. Тогда же Валентин Тимофеевич предложил автору заняться поиском сущности, стоящей за нетрадиционной терминологией.

Впервые на суд широкой общественности этот термин (и соответствующее ему понятие) был вынесен автором в 1998 г. в журнале "Профессионал" (№ 5-6)24. Спустя год, на страницах этого же журнала обнаружилась поддержка новой терминологии со стороны представителей Саратовской школы процессуалистов. Н.А. Громов и А.Н. Гущин написали, что по их мнению, термин "уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности" наиболее полно и точно характеризует процесс информационного взаимодействия ОРД и УСП, хотя само определение нуждается в редакционном уточнении. Правда, уточнение это свелось лишь к добавлению к нашей конструкции всего двух уточняющих слов. В результате получилась следующая дефиниция: "истолкование полученных при осуществлении оперативно-розыскным путем (гласно и негласно) результатов в отношении как их содержания, так и формы с позиции их возможности и целесообразности использования при расследовании уголовных дел"25.

Однако широкого распространения термин "уголовно-процессуальная интерпретация" до сих пор не получил. Это, по нашему мнению, объясняется тем, что научная общественность пока не может уловить идею, которая закодирована в самом слове интерпретация. По сути, речь идет о принципиально новом подходе к использованию результатов ОРД в уголовно-процессуальных целях. Акцент в оценке оперативно-розыскной информации переносится с формы на содержание26. Понятие это, если вникнуть в него поглубже, не только процедурно, но и во многом психологично. По сути, это новое направление, в какой-то степени даже новая методология, определяющая иной подход к рассмотрению и само собой разрешению проблемы. Разъяснить сущность уголовно-процессуальной интерпретации результатов ОРД автор попытается в последующих разделах работы.

P.S. Проблемы терминологического обозначения информационного взаимодействия ОРД и УСП автор попытался обсудить в рамках "незримого колледжа"27. Результаты этого обсуждения вряд ли можно назвать грандиозными. Вместе с тем, удалось выяснить, что поиски "заветного" слова все еще продолжаются. Так, молодой ученый из г. Челябинска С.В. Зуйков предлагает обратиться к термину "привлечение". Основанием для этого, по его мнению, может служить буквальное значение слова "привлечь" - примкнуть к чему-нибудь; взять, использовать для какой-либо цели28. Именно в этом смысле, полагает он, в полной мере проявляется необходимость использования результатов ОРД, когда иными средствами невозможно обеспечить осуществление правосудия".

Представляется, однако, что термин "привлечение" или, скажем, "вовлечение"29 вряд ли найдет широкое применение в юридической науке. И тем не менее, говорить о бесполезности их использования автор не станет. Всякое новое слово позволяет увидеть неразличимые ранее оттенки идеи, лежащей в основе уголовно-процессуального использования результатов ОРД.

Термин "уголовно-процессуальная интерпретация" автор тоже вводит в научный оборот не для того, чтобы вытолкать из него все другие словесные обозначения проблемы. Задача терминологического обновления видится в другом, а, именно, в отыскании через слово "интерпретация" функциональной специфики реализации идеи информационного взаимодействия уголовного процесса и оперативно-розыскной деятельности.


1 Елинский В.И. Этимология некоторых терминов оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел // Проблемы формирования уголовно-розыскного права (трибуна молодого ученого). Вып. 2. - М., 1999. - С. 21.

2На стр. 14 своей кандидатской диссертации (Поляков М.П. Налоговая полиция как орган дознания. - Н. Новгород, 1995) автор заявлял: "умеренность в терминологических баталиях "спасла бы не один гектар леса от вырубки" (подразумевалась экономия бумаги). Поэтому автор склоняется к тому, чтобы без необходимости не "производить на свет" новых терминов и без нужды не спорить о семантике отдельных слов". Это однако не помешало автору выдать через два абзаца термин - "субъектно-процедурное обеспечение досудебной подготовки". Вообще диалектика жизни такова, что мы часто становимся сторонниками того, что еще вчера усиленно отрицали и противниками того, что накануне чрезмерно обожали.

3 Батыгин Г.С. Обоснование интерпретационных схем // Социологические исследования. - 1984. - № 2. - С. 28.

4 См., например: Поляков М.П. О понятии уголовно-процессуальной интерпретации результатов оперативно-розыскной деятельности // Профессионал. - 1998. - № 5-6. - С. 31.

5 Розенцвайг В.Е. К вопросу об использовании возможностей ОРД в расследовании преступлений // Методика расследования преступлений. - М., 1976. - С. 163; Белкин А.Р. Указ. работа. - С. 111.

6 Белкин А.Р. Указ. работа. - С. 111.

7 Именно так его в свое время предлагал именовать Д. И. Бедняков. См.: Его. Указ. работа. - С. 81.

8 Маркушин А.Г. Указ. работа. - С. 144.

9 Второе чтение проекта УПК РФ несколько изменило редакцию, не задев сути. Согласно ч. 2 ст. 84 указанного проекта: "Документы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К ним в том числе могут относиться: материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи, и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, предусмотренном статьей 86 настоящего Кодекса".

10 Лукашов В.А. О некоторых морально-этических аспектах оперативно-розыскной деятельности. // Законность, оперативно-розыскная деятельность и уголовный процесс. - СПб., 1998. - С. 7-8.

11 Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России. Курс лекций. - М., 1998. - С. 118.

12 Мешков В.М., Попов В.Л. Указ. работа. - С. 46-47.

13 К указанному термину все еще прибегают и наши украинские коллеги. См.: Бандурка А.М. Горбачев А.В. Оперативно-розыскная деятельность: правовой анализ. - Киев, 1994. - С. 86.

14 Баяхчев В.Г. Проблемы использования в доказывании по уголовным делам материалов, собранных оперативно-розыскными подразделениями органов внутренних дел // Законность, оперативно-розыскная деятельность и уголовный процесс. Материалы международной научно-практической конференции. Часть 2. - СПб., 1998. - С. 82.

15 Баяхчев В.Г. Указ. работа. - С. 82.

16 Там же. - С. 83.

17 Там же. - С. 83-84.

18 Подобный вариант легализации, как выяснилось, знаком судьям. В случае убежденности в достоверности данных, полученных оперативно-розыскным путем, на такие "театральные" рокировки судьи, заинтересованные в установлении истины, готовы закрывать глаза. Отдельные судьи, по их словам, даже сами подсказывали оперативным работникам похожий способ легализации. Правда, лицо, получавшее информацию, оставалось неизменным. Изменялась лишь истинная причина его нахождения в определенном месте, в определенное время.

19 По мнению В.И. Зажицкого, при наличии оперативно-розыскного законодательства называть процесс использования результатов ОРД в УСП легализацией не вполне корректно. См.: Зажицкий В.И. Понятие использования результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. - С. 65.

20 Российская юридическая энциклопедия. - М., 1999. - С. 484; Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х томах. Т. 2. - М., 1998. - С. 376.

21 Исключение, по его мнению, составляет лишь деятельность органов дознания по уголовным делам, по которым предварительное следствие не обязательно. Хомколов В.П. Указ. работа. - С. 66.

22 Попов Н.М. Указ. работа. - С. 18.

23 Басков В.И. Оперативно-розыскная деятельность. - М., 1997. - С. 53.

24 Поляков М.П. О понятии уголовно-процессуальной интерпретации результатов оперативно-розыскной деятельности. - С. 30-33.

25 Громов Н.А., Гущин А.Н. Проблемы интерпретации оперативно-розыскных данных в качестве доказательств // Профессионал. - 1999. - № 2-3.

26 Весь предыдущий терминологический плюрализм крутился исключительно вокруг формы: документирование подчеркивало необходимость овеществления информации, перевода в форму, на которую реагирует уголовный процесс; легализация означала придание документированным источникам юридической силы, вписывание их в систему уголовно-процессуальных средств.

27 "Незримым колледжем" иногда называют круг ученых, обсуждающих ту или иную проблему не только через публикации, но и при непосредственном общении друг с другом, например, путем переписки, обмена еще неопубликованными работами и т.п. Возможности электронной почты в значительной мере повышают продуктивность и оперативность "незримых колледжей".

28 Большой толковый словарь русского языка. / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. - СПб., 1998. - С. 972.

29 Были и такие предложения. См.: Щербаков В.Ф., Рыжаков А.П. Иные, помимо следственных действий, способы собирания доказательств в уголовном процессе // Законность, оперативно-розыскная деятельность и уголовный процесс. - Часть 1. - С. 374.


Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz