Степаненко Д.А., Днепровская М.А. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением. Иркутск, 2011 – 120 с.


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Степаненко Днепровская особый порядок

Степаненко Д.А., Днепровская М.А. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением. Иркутск, 2011 – 120 с.


  К оглавлению


1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ОСОБОГО ПОРЯДКА СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ ИНОСТРАННЫХ ГОСУДАРСТВ

Реформирование уголовного судопроизводства Российской Федерации обусловило необходимость изучения опыта уголовного судопроизводства зарубежных государств. Результатом такого изучения является появление в национальном уголовно-процессуальном праве различных новых институтов, базирующихся на нормах иностранного уголовно-процессуального права, к числу которых относится и «особый порядок».

«Особый порядок» в уголовно-процессуальной литературе рассматривают как «своего рода тест, позволяющий дать оценку эволюции российского уголовного судопроизводства»[2], «классический вариант упрощенных производств»,[3] имеющих место в уголовно-процессуальном праве иностранных государств, например, таких как, США, Франция, Германия, Италия, Испания, Англия, поскольку придание важного значения волеизъявлению обвиняемого является фактором, который существенно отличает упрощенное судопроизводство от судопроизводства в общем порядке[4]. В этой связи представляют интерес вопросы о том, какие характерные черты упрощенных судопроизводств указанных государств содержит в себе «особый порядок», какие имелись предпосылки для его появления, что отличает его от общего порядка разрешения уголовного дела, какие процессуальные последствия наступают в результате его применения в сравнении с аналогичными институтами зарубежных государств.

Отталкиваясь оттого, что ключевым моментом применения «особого порядка» является согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением, небезынтересно рассмотреть формы (модели) уголовного судопроизводства зарубежных государств, в которых судья выносит приговор, основываясь на признании (согласии) подсудимым своей вины.

США. Уголовное судопроизводство США относится к состязательной (исковой) модели уголовного судопроизводства, где обвинение понимается как предъявляемый обвинительной властью «иск», поэтому «спор» между обвинением и обвиняемым может быть устранен признанием вины[5]. Процессуалисты, отмечая особенности уголовного судопроизводства США и отвечая на вопрос, почему обвиняемые признают себя виновными, считают, что «… в подавляющем большинстве признание вины является частью «сделки» - составной частью практики, именуемой «признанием по договоренности». Прокурор соглашается настаивать на более легком наказании, или опустить некоторые обвинения, или дать послабление каким-либо другим способом; все это в обмен на признание вины»[6]. Виновный может и не соглашаться с первоначально предъявленным обвинением, но может впоследствии признать свою вину в результате достигнутого соглашения, когда, например, ему инкриминируют не вооруженный грабеж, а грабеж без применения оружия[7]. Такая практика именуется или «сделкой о признании вины», или «признанием по договоренности», или договорным признанием», или «соглашением о признании вины»[8].

Признание вины не обязательно во всех случаях является результатом «сделки о признании вины», оно может быть заявлено и вне соглашения, как заявление о своей виновности, сделанное «из чувства стыда, безнадежности, раскаяния»[9], но в любом случае признание вины в уголовном процессе США рассматривается как одно из доказательств по уголовному делу; и тогда судебное следствие не проводится, другие доказательства не исследуются, что в итоге упрощает судебную процедуру и влечет вынесение обвинительного приговора единолично судьей.[10]

Заключение «сделок о признании вины» полностью легализовано решениями Верховного Суда США. Юридическую регламентацию «сделка о признании вины» получила в Правиле 11 Федеральных правил уголовного процесса в окружных судах США (в дальнейшем сокращенно - Правила)[11]. Эти Правила обязывают суд убедиться, что заявление о виновности подкреплено фактами по делу, а не просто удостовериться в том, что оно сделано добровольно и не является следствием насилия, угроз или обещаний, отличных от соглашения по ходатайству. Суд также должен исследовать, является ли желание обвиняемого заявить ходатайство о виновности результатом предыдущих обсуждений между прокурором и обвиняемым или адвокатом обвиняемого. Правила содержат типовую процедуру принятия заявления, которая детально и последовательно закрепляет перечень адресованных подсудимому вопросов судьи, которые касаются существа обвинения, меры наказания и направлены на выяснение того, сделано ли заявление о признании вины свободно и добровольно, с полным пониманием обвинения и последствий заявления. Судье необходимо выяснить, что подсудимый утверждает о фактах преступления, достаточно свидетельствующих о его виновности, иначе суд не утверждает «сделку о признании вины», и дело подлежит рассмотрению в общем порядке.

Характеризуя практику применения «сделок о признании вины», процессуалисты обращают внимание на то, что «суд имеет право назначить любое законное наказание, несмотря на существование соглашения о наказании; однако, если суд сочтет нужным назначить более суровое наказание, обвиняемому должна быть предоставлена возможность снять свое заявление о признании вины. Если же суд решит назначить менее суровое наказание, то прокурору должно быть разрешено снять свое согласие на сделку о признании вины»[12]. Факт признания вины оказывает влияние на практику назначения наказания, поскольку признание вины учитывается, например, при определении величины штрафа, продолжительности лишения свободы и т.п., а также на объем прав осужденных при обжаловании приговора. Так, «осужденный, признавая свою вину в совершении преступления, автоматически лишается возможности обжаловать вывод суда о его виновности»[13], однако, даже после вступления «сделки о признании вины» в силу судья может разрешить обвиняемому отказаться от нее в случае «явной несправедливости»[14].

В таком порядке, с применением «сделок о признании вины» правосудие в США осуществляется уже свыше 150 лет,[15] в течение которых судебной практике стали известны многочисленные разновидности «сделок о признании вины»: переквалифицирующие на менее тяжкий состав; изменяющие формы соучастия; исключающие ссылки на отягчающие обстоятельства и др.[16]

Среди причин появления «сделок о признании вины» иностранные авторы называют возможность избежать проведения громоздкого судебного следствия перед судом присяжных. В этой связи С. Тейман пишет, что и для обвинения, и для защиты выгодно решать дела неформальной «сделкой о признании вины», поскольку в классическом состязательном процессе им предстоит готовить судебное следствие: вызывать свидетелей, допрашивать их в суде, выдерживать напряженное ожидание перед непредсказуемой коллегией присяжных[17].

Другой причиной появления «сделок о признании вины» послужило огромное число подлежащих судебному рассмотрению уголовных дел, то есть «сделки о признании вины» явились своеобразным ответом на сложившиеся условия перегрузки органов судебной власти.[18] Рассматривая преимущества «сделок о признании вины», У. Бернам отмечает, «что соглашение о такой сделке экономит время и ресурсы государства, поскольку если обвиняемый признает себя виновным, то отпадает необходимость в полном судебном разбирательстве»[19].

Следующей причиной появления «сделок» является тот факт, что американская система правосудия особое значение придает признанию обвиняемым вины: «признание вины принимается как абсолютная правда»[20]. Вся процедура полного и детального судебного разбирательства становится ненужной, если имеется признание вины, которое является достаточным для установления виновности лица, совершившего преступление, обстоятельств преступления и назначения наказания.

Испания. В Испании с середины ХΙХ в. известна практика, когда обвиняемый мог согласиться с предлагаемыми обвинителями квалификацией преступления и наказанием. После выражения подсудимым или обвиняемым его согласия («конформидад») с обвинением, суд, не проводя судебного заседания, выносит приговор, которым утверждает меру наказания, согласованную сторонами[21]. По УПК Испании обвиняемый может выразить свое согласие лишь при условии, если обвинитель требует наказания в виде лишения свободы на срок не более шести лет, причем приговор выносится лишь на основании проверки председательствующим судьей доказательств обвинения, судья также не лишен права вынести и оправдательный приговор при отсутствии «убеждающих доказательств». Обвиняемый может выразить свое согласие или при окончании предварительного следствия, или в подготовительной части судебного заседания, или даже после исследования доказательств в делах с участием присяжных заседателей. При этом от 15 до 30 % всех уголовных дел решаются путем «конформидада»[22].

Италия. В Италии применяется «заявление сторон об обозначении наказания» («паттеджаменто»), которое позволяет отказаться от судебного следствия при рассмотрении уголовного дела. По окончании предварительного следствия обвиняемый по согласованию с прокурором ходатайствует о сокращенном рассмотрении дела в суде уже на этапе предварительного слушания, которое проводится по письменным материалам предварительного следствия.[23] В рамках рассматриваемой процедуры обвиняемый получает немало выгод: наказание автоматически снижается на одну треть; с обвиняемого не взыскиваются судебные издержки; не подлежат применению дополнительные виды наказаний; утвержденное судом соглашение о наказании не имеет преюдициальной силы для гражданского и административного судопроизводства и др.[24].

Германия. Уголовное судопроизводство в упрощенном порядке в Германии носит название «приказа о наказании», которое осуществляется участковым судьей по малозначительным преступлениям (уголовным правонарушениям), наказание за которые не превышает трех месяцев лишения свободы. Прокурор на основе данных дознания либо полиция обращается к участковому судье с проектом приказа о наказании[25].

Судья в порядке письменного производства в отсутствие обвиняемого принимает одно из следующих решений: отклоняет ходатайство в связи с неподтверждением достаточного подозрения, назначает судебное разбирательство или немедленно издает «приказ о наказании». Последний вступает в законную силу и приобретает значение приговора, если обвиняемый в течение семи дней после ознакомления с ним не принесет своих возражений. В противном случае назначается судебное разбирательство по общим правилам. Таким образом, производство в порядке «приказа о наказании» приближается к наложению административного взыскания. Однако предоставление обвиняемому права согласиться или не согласиться с приказом вносит в процесс состязательное начало, уравнивая обвинителя и обвиняемого. «Приказ о наказании» по сравнению с другими формами упрощенного производства имеет три достоинства: 1)обвиняемому в незначительном деянии более выгодно подчиниться по месту своего жительства требованию о легком взыскании, чем подвергаться судебному разбирательству, связанному с необходимостью явки в суд; 2)значительная дешевизна и быстрота производства; 3)экономия судебных ресурсов для более важных и сложных уголовных дел.[26]

В последние годы в ФРГ складывается институт соглашения, представляющий собой переговоры между участниками судопроизводства, содержанием которых является заявление обвиняемого о согласии пренебречь определенными процессуальными правами, заявить о полном или частичном признании, отказаться от ходатайств, от обжалования решения суда, в свою очередь, от суда ожидается более мягкое наказание или условное осуждение.[27] Некоторые процессуалисты отмечают, что «признание вины имеет такую большую доказательственную силу, что позволяет отказаться от других доказательств»[28], однако, если суд установит, что соглашение сторон (оценка фактов, квалификация, требуемая мера наказания и т.д.) противоречит обстоятельствам дела, какое-либо соглашение сторон не имеет для него никакого значения[29].

Франция. Во Франции сложились два вида упрощенного производства: в порядке уголовного приказа, применяемого по делам обо всех правонарушениях, и уплаты штрафа в твердо установленной сумме, применяемого по делам об определенных законом правонарушениях. В первом случае, рассмотрев требование прокурора об издании уголовного приказа, суд вправе принять решение по существу (оправдать или назначить наказание) или при наличии процессуальных препятствий возвратить дело прокурору. Во втором случае наказание исполняется виновным на основании полицейского протокола о правонарушении, что не предполагает судебной деятельности вообще[30]. Такая процедура получила название «штраф по соглашению». Уплата штрафа не освобождает от уголовной ответственности, но может исчерпать наказание. Юридически уплата штрафа означает признание стороной факта правонарушения[31].

Англия. Признанию обвиняемым своей вины в английском уголовном судопроизводстве отводится особая роль. «Как только обвиняемый признал себя виновным, - пишет Л. Фридмэн, - процесс закончен».[32] Вслед за таким признанием судья заслушивает изложение обвинителем основных фактов и заявления обвиняемого и его защитника (если последние пожелают сделать их), рассматривает доказательства, характеризующие личность обвиняемого и имеющие значение для меры наказания, и сразу же выносит приговор.

Признание обвиняемым вины поощряется английскими судьями, поскольку это значительно ускоряет и упрощает уголовное судопроизводство. Суду нет необходимости в исследовании доказательств, подтверждающих факт совершения преступления обвиняемым. Однако такое признание вины следует отличать от договорного признания вины, когда в обмен на обязательство обвиняемого признать свою вину сторона обвинения идет стороне защите на определенные уступки, исключая отдельные пункты обвинения, смягчая квалификацию и т.п. Такие соглашения между стороной обвинения и защиты похожи на американские «сделки о признании вины», однако в Англии они не столь распространены, как в США[33].

Оценивая упрощенные уголовные судопроизводства, а именно: уголовный приказ (Франция), паттеджаменто (Италия), конформидад (Испания), процессуалисты приходят к обоснованному выводу о том, что они не являются американскими «сделками о признании вины».[34]

Вместе с тем, проведенный анализ указанных судопроизводств позволяет выделить признаки, характерные для всех упрощенных уголовных судопроизводств:

Согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением или признание им самого факта правонарушения является обязательным.

Признание обвиняемого считается неким определяющим фактом в доказанности совершенного преступления и исключает необходимость проведения судебного следствия в полном объеме.

Применение сокращенной формы уголовного судопроизводства возможно только по определенным категориям правонарушений.

Рассмотрение уголовного дела в общем порядке судебного разбирательства допускается по инициативе суда, несмотря на желание сторон о рассмотрении уголовного дела в упрощенном порядке.

Вынесение обвинительного приговора на основе признания обвиняемым своей вины и тех данных, которые закреплены в обвинительном акте.

Сравнивая «особый порядок» с проанализированными моделями упрощенных судопроизводств, процессуалисты преимущественно отмечают, что «особый порядок» есть ничто иное, как «российский вариант» американской «сделки о признании вины»,[35] является «новеллой, узаконившей в определенной степени известные в мировой практике сделки о признании вины»[36].

Но ближе к истине, представляется, мнение И.Л. Петрухина о том, что считать «особый порядок» американской «сделкой о признании вины» – это ошибка.[37]

Если в названных формах уголовного судопроизводства и усматривается какое-либо сходство, то оно столь незначительно и несущественно, что отождествлять их не следует. Названные институты объединяет лишь то обстоятельство, что они основываются на признании (согласии) вины обвиняемым. «Особый порядок» и «сделка о признании вины» служат легальными формами сокращения судебного разбирательства.

Отличаются же данные модели упрощенных судопроизводств содержанием и процедурой реализации.

«Особый порядок» не подразумевает какие-либо неформальные и досудебные переговоры между стороной обвинения и стороной защиты относительно квалификации преступления, меры наказания и других вопросов, как это имеет место в «сделке о признании вины».

В литературе отмечается, что «особый порядок» применяется только по ходатайству обвиняемого, а сторона обвинения лишь дает согласие на рассмотрение дела в таком порядке, не принимая участия в выработке его условий, поскольку они прямо указаны в самом законе, и поэтому лишена возможности оказывать влияние на обвиняемого с целью более активного его сотрудничества со следствием[38].

Следующим отличием рассматриваемых институтов служит то обстоятельство, что интересы потерпевшего в американской «сделке о признании вины» вообще остаются за рамками судебной защиты, его мнением суд не интересуется.[39] В то время как при «особом порядке» выясняется отношение потерпевшего к ходатайству обвиняемого о постановлении приговора без судебного разбирательства в общем порядке, причем потерпевший вправе или согласиться, или отказаться от такого порядка разрешения дела. Если потерпевший не согласен на «особый порядок», то дело подлежит рассмотрению по общим правилам.

Н. Бирюков обоснованно приходит к выводу о том, что «в отличие от сделки о признании вины, когда судья фактически утверждает состоявшиеся между сторонами обвинения и защиты договоренности, при рассмотрении дела в особом порядке судья несет полную ответственность за принимаемое им решение и вправе в любой момент передать дело на рассмотрение в общем порядке»[40].

При назначении наказания по «сделке о признании вины» судья, хотя и придерживается достигнутой договоренности между обвинением и защитой, вправе назначить любое наказание. В российском варианте судья не связан мнением прокурора; законом установлено, что наказание не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Кроме того, судья «может по своему усмотрению поломать соглашение сторон, если посчитает, что обвинение не обоснованно»[41].

Отмеченные признаки, а также основания и условия применения сокращенных уголовных судопроизводств, известных зарубежному уголовно-процессуальному законодательству, несколько модифицированные и измененные, нашли свое отражение в нормах УПК РФ, регламентирующих «особый порядок» судебного разбирательства.

«Особый порядок» появился в результате заимствования (аккумулирования в своем содержании) определенных черт и признаков упрощенных уголовных судопроизводств, известных зарубежному законодательству в области уголовного судопроизводства.

 

Вопросы для самоконтроля

Какие причины оказали влияние на появление «особого порядка» в уголовном судопроизводстве?

Какое основание является обязательным для применения «особого порядка»?

Какие обстоятельства влияют на применение упрощенной формы уголовного судопроизводства?

Какие признаки отличают «особый порядок» от аналогичных уголовных судопроизводств иностранных государств?

Какие признаки объединяют «особый порядок» и аналогичные уголовные судопроизводства иностранных государств?


2. ПОЯВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ОСОБОГО ПОРЯДКА СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

 

Появление особого порядка судебного разбирательства в российском уголовном судопроизводстве обусловлено реформированием уголовного судопроизводства[42]. По справедливому утверждению И.Л. Петрухина, к концептуальным основам реформы уголовного судопроизводства относятся усвоение старорусского и иностранного опыта, внедрение начал состязательности, расширение диспозитивных начал и упрощение уголовного судопроизводства[43].

В этой связи процессуалисты вполне обоснованно приходят к выводу о том, что появление «особого порядка» в российском уголовном судопроизводстве «является результатом более последовательной реализации принципа состязательности (нет спора – нет и «состязания»), а также расширения элементов диспозитивности (свободного распоряжения сторонами своими материальными и процессуальными правами)»[44].

Появление «особого порядка» в российском уголовном судопроизводстве обусловлено также тем, что правоохранительные органы и суды перестали справляться с огромным количеством находящихся в их производстве дел, уголовное судопроизводство необходимо было упрощать и ускорять, чтобы государство успешнее справлялось с обязанностью по охране общества от проявлений преступности[45].

Таким образом, появление «особого порядка» в российском уголовном судопроизводстве означает «начало большой работы, связанной с упрощением судопроизводства»,[46] в результате судебно-правовой реформы.

Реформирование уголовного судопроизводства, которое началось 24 октября 1991 г. с утверждения Верховным Советом РСФСР Концепции судебной реформы[47], было направлено на обеспечение прав и законных интересов личности в уголовном судопроизводстве, что не могло повлиять на становление и развитие «особого порядка» в российском уголовном судопроизводстве. Нельзя не отметить, что УПК РФ смягчил публичное начало и расширил рамки диспозитивности в уголовном процессе, при этом личность стала рассматриваться как активный субъект социальных отношений, способный активно действовать в защиту своего интереса, в свою очередь, обвиняемый получил право на выбор форм судебного разбирательства[48]. В этой связи, думается, становление и развитие «особого порядка» в российском уголовном судопроизводстве обусловлено особым отношением законодателя к волеизъявлению обвиняемого, усилением роли обвиняемого как субъекта, способного повлиять на характер судопроизводства, определять объем совершаемых процессуальных действий. Волеизъявление обвиняемого, облеченное как признание обвиняемым своей вины или как согласие с предъявленным ему обвинением, означает свободное распоряжение обвиняемым (подсудимым) своими процессуальными правами. Обвиняемый добровольно отказывается от своего права на судебное разбирательство в общем порядке, а также прав подробно давать пояснения, задавать вопросы участникам судопроизводства, участвовать в исследовании доказательств, выбирая взамен рассмотрение дела в упрощенном порядке.

Наряду с «признанием вины» в УПК РФ появилась «новая» правовая категория: «согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением», поэтому вопрос о содержании и соотношении эти правовых категорий становится актуальным.

Думается, следует рассмотреть указанные вопросы через призму истории науки уголовного судопроизводства. Необходимо раскрыть значение признания обвиняемым своей вины по уголовно-процессуальному законодательству в дореволюционный, советский и современный периоды.

Дореволюционный период развития уголовно-процессуального законодательства знаменателен такими ключевыми правовыми документами, как Судебник 1497 г.[49], Судебник 1550 г.[50], Соборное Уложение 1649 г.[51], Краткое изображение процессов или тяжеб 1715 г.[52], Свод законов Российской империи 1832 г.,[53] Устав уголовного судопроизводства 1864 г.[54].

Характеризуя правовые нормы Судебника 1497 г., Судебника 1550 г., Соборного Уложения 1649 г., исследователи отмечали, что «собственное признание считалось совершенным доказательством ... все доказательства сосредоточивались в пытке, которая производилась с целью вынудить собственное признание … Без признания преступник не мог быть приговорен к полному законами постановленному наказанию, но на основании других доказательств приговаривался к меньшему»[55]. Следовательно, можно предположить, что суд был не вправе назначить большее наказание, если отсутствовало признание подсудимого о своей вине.

По Соборному Уложению 1649 г. (далее сокращенно - Уложение) «сознание обвиняемого», вынуждаемого пыткой, являлось доказательством, имеющим «полную силу»[56]. Согласно ст.ст. 100 – 104 главы Х Уложения возбужденное дело могло быть решено признанием иска ответчиком в самом начале судебного рассмотрения, для этого достаточным было отсутствие возражений против иска с его стороны.[57] Кроме того, согласно ст. 101 гл. Х Уложения молчание ответчика рассматривалось как признание иска. Небезынтересно отметить ст. 136 главы Х Уложения, согласно которой допускается частичное удовлетворение иска или применение наказания за часть обвинений, которые доказаны, при этом основным доказательством являлось собственное признание ответчика. Следует учесть, что стиль изложения правовых норм первых законодательных актов отличался от современного, поэтому более привычное и характерное для современного русского языка понятие «признание» не было закреплено.

Впервые понятие «собственное признание» упоминается в Кратком изображении процессов и тяжеб 1715 г.: «Когда кто признает, чем он винен есть, тогда далняго доказу не требует, понеже собственное признание есть лутчее свидетельство всего света»[58]. Обращают на себя внимание указанные законодателем условия, при которых признание могло быть положено в основу приговора: полнота, безоговорочность и добровольность признания, которое следовало сделать перед судьей, при этом обвиняемый не только признавал факты, но и в какой-то мере доказывал признаваемые им положения. Комментаторы Краткого изображения процессов и тяжеб 1715 г. отмечали, что при соблюдении указанных условий достигалась истина, и поэтому законом разрешалось прекратить судебное следствие и перейти к вынесению приговора.[59] Однако законодатель, а тем более практика допускали очень широкое применение пытки для получения «добровольного» сознания, что ставило под сомнение ценность признания обвиняемого.[60]

По Своду законов Российской Империи 1832 г. (далее сокращенно – Свод законов) собственное признание обвиняемого также считалось «лучшим доказательством всего света» (ст. 316), но бывали случаи добывания признания истязаниями и приемами замаскированной пытки, хотя закон запрещал применять пристрастные допросы, истязания и мучения обвиняемого. Во время судебного разбирательства суд должен был опросить обвиняемого о том, не было ли во время предварительного следствия пристрастных допросов и других неправильных действий. В случае необходимости суд подвергал обвиняемого новому допросу, склоняя его к признанию вины[61]. Решение суда не было основано на убеждении в доказанности того или иного факта, а определялось по правилам «сложения значений удельного веса письменных доказательств»[62].

Комментируя законодательство, регламентирующее уголовное судопроизводство до принятия Устава уголовного судопроизводства 1864 г. (далее сокращенно - УУС), И.Я. Фойницкий отмечал, что причинами особого отношения к признанию подсудимого являлось то обстоятельство, «что было бы неестественно, чтобы человек вопреки правде делал невыгодные для себя разоблачения» и, кроме того, «если же подсудимый сознавался, то не было спора, не нужно было, следовательно, и судебной оценки»[63].

В результате судебной реформы 1864 г. и принятия УУС отношение законодателя к признанию подсудимого, а также к показаниям подсудимого вообще, несколько изменилось.

И.Я. Фойницкий отмечал в это связи, что «как ни веским представляется в ряду других доказательств собственное признание подсудимого, к нему надо относиться осторожно. ... Низведя признание подсудимого с той высокой степени, на которой оно стояло в прежнее время, законодательство может обойтись и без тех мер принуждения, которые прежде были необходимы. Наш устав запрещает применение каких бы то ни было мер вымогательства сознания подсудимого как на предварительном, так и на судебном следствии (ст. 404, 406, 679, 680, 685 УУС)»[64].

Комментируя УУС, Л.Е. Владимиров подчеркивал, что «собственное признание должно быть дано пред надлежащим органом власти, чтобы быть допущенным на суде доказательством ... собственное признание должно быть подтверждено обстоятельствами дела, как всякое вообще доказательство в деле»[65].

Прямого указания о том, чтобы следователь на предварительном следствии выяснил, признает ли обвиняемый себя виновным или нет, в УУС не содержалось, но закон обязывал выяснить это на судебном заседании, дальнейший порядок которого зависел от ответа подсудимого.

В ст. 681 УУС предусматривалось, «если признание подсудимого не возбуждает никакого сомнения, то суд не производя дальнейшего исследования, может перейти к заключительным прениям».

Процессуалисты, комментируя данную статью указывали на то, что «продолжение судебного следствия, несмотря на сделанное подсудимым признание согласно с указаниями обвинительного акта, было бы в большей части случаев, напрасною потерею времени и бесполезным отягощением положения подсудимого … Исследовать то, чего не оспаривает подсудимый, повинившийся в своем преступлении позволительно только тогда, когда есть какое-либо сомнение на счет искренности или полноты признания»[66].

В этой связи, ст. 682 УУС допускала возможность проведения судебного исследования по инициативе суда или иных участвующих в деле лиц, несмотря на сделанное подсудимым признание.

На основании изложенного, следует сделать вывод о том, что УУС предусматривал своеобразный, сокращенный порядок принятия решения в случае признания вины. Однако в этом случае требовалось такое условие: согласие подсудимого с предъявленным обвинением не вызывало сомнения у суда. Но такую процедуру нельзя назвать соглашением между обвиняемым и обвинением, поскольку вопрос об объеме исследования собранных доказательств решался судом, и обвиняемый не получал какое-либо снисхождение при назначении наказания. В случае признания подсудимым своей вины судебное разбирательство проводилось в сокращенном порядке. Процессуальное значение признания вины в уголовно-процессуальном законодательстве дореволюционного периода заключалось в том, что оно (признание) являлось основным доказательством по делу.

УУС 1864 г. оставался действующим уголовно-процессуальным законом вплоть до Октябрьской революции 1917 г., которая изменитла форму правления и форму государственного устройства, поэтому принятие новых законов, в том числе регламентирующих уголовное судопроизводство, было обусловлено.

Первый советский уголовно-процессуальный закон, УПК РСФСР[67], был утвержден постановлением ВЦИК РСФСР от 25 мая 1922 г., а менее чем через год, 15 февраля 1923 г., был принят второй УПК РСФСР[68].

Анализируя нормы УПК РСФСР 1922 г. и УПК РСФСР 1923 г., следует отметить, что структура и подавляющее большинство норм указанных кодексов идентичны. Допускающие сокращение судебного следствия ст. 286 УПК РСФСР 1922 г. и ст. 282 УПК РСФСР 1923 г. являются одинаковыми по своему содержанию, поэтому представляется возможным остановиться на второй из них.

Согласно ст. 282 УПК РСФСР 1923 г. «если подсудимый согласился с обстоятельствами, изложенными в обвинительном заключении, признал правильным предъявленное ему обвинение и дал показания, суд может не производить дальнейшего судебного следствия и перейти к выслушиванию прений сторон». Буквальное толкование указанной нормы позволяет сделать вывод о том, что законодатель, не используя понятие «признание вины», в качестве условий проведения сокращенного судебного разбирательства определял признание обвинения. В этой связи трудно согласиться с теми исследователями, которые указывали на то, что условием сокращения судебного следствия являлось признание подсудимым своей вины[69].

Принятый 27 октября 1960 г. УПК РСФСР[70] отказался от использования сокращения судебного следствия. Лишь с введением в 1993 г. в УПК РСФСР 1960 г. раздела Х «Производство в суде присяжных»[71] допускалась упрощенная процедура судебного разбирательства.

В соответствии с ч. 2 ст. 446 УПК РСФСР 1960 г. (в редакции закона от 16 июля 1993 г.) если все подсудимые полностью признали себя виновными и эти признания не оспариваются какой-либо из сторон и не вызывают сомнения у председательствующего судьи, то допускалось сокращение судебного следствия. При этом законом разрешалось ограничиться исследованием тех доказательств, на которые указывали участники процесса, или окончить судебное следствие и перейти к прениям сторон. При этом окончательное решение вопроса о сокращении судебного следствия оставалось за судом, поскольку, как отметил Пленум Верховного Суда РФ, «... суд не связан мнением сторон о пределах исследования доказательств в случаях, когда сделанные подсудимым признания о полной виновности вызывают у судьи сомнения (ч. 2 ст. 226 УПК РСФСР)»[72].

В.Я. Лившиц отмечал, что «в советском праве сознание обвиняемого не исключает судебного следствия, а лишь может повлиять на объем рассматриваемого на суде доказательственного материала»,[73] кроме того, признание обвиняемым своей вины является одним из оснований сокращения судебного следствия, наряду с «достаточной, по мнению суда или сторон, выясненностью обстоятельств дела»[74].

В УПК РСФСР 1960 г. появляется следующее, ценное требование закона о том, что «признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении признания совокупностью имеющихся доказательств по делу» (ч. 2 ст. 77 УПК РСФСР). Указанное положение ориентировало следователей на поиск доказательств, подтверждавших вину обвиняемого, независимо от наличия признательных показаний.

Анализируя уголовно-процессуальное законодательство советского периода, следует отметить, что признание вины не утратило своего процессуального значения как основного доказательства по делу, которое, по справедливому замечанию некоторых процессуалистов, определяло истинность приговора[75]. Вместе с тем, в целях ограничения злоупотреблений со стороны лиц, способных оказать давление на обвиняемого, вынуждая его дать признательные показания, закон предусматривал императивное требование о том, что признание вины должно подтверждаться совокупностью иных доказательств по делу.

Из этого следует, что для отечественного уголовного судопроизводства не безразличен факт признания обвиняемым вины (согласия обвиняемого с предъявленным ему обвинением), при установлении которого в проведении судебного разбирательства в общем порядке не было необходимости.

В УПК РФ возможность не проводить в полном объеме судебное разбирательство поставлена в зависимость от согласия обвиняемого с предъявленным ему обвинением, которое рассматривается в качестве основания применения «особого порядка» (ст. 314 УПК РФ).

В научной литературе нет единого подхода к пониманию категорий «признание вины» и «согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением».

Так, Л.Е. Владимиров отмечал, что «собственным признанием подсудимого называется сделанное им сознание в совершении преступления, составляющего предмет обвинения»; «под собственным признанием обвиняемого мы разумеем сделанное сознание в совершении преступления, хотя бы это сознание было обставлено…различными ограничениями, видоизменяющими субъективный или объективный состав преступления, дающими всему преступному событию совсем другой характер и приписывающими ему совсем другие мотивы, чем это утверждает обвинение»; «…собственное признание обвиняемого есть … признание обвинения без ограничений или с ограничениями»[76].

М.С. Строгович в свое время «признание вины» отождествлял с понятием «признание обвинения»[77]; И.Л. Петрухин ставит знак равенства между согласием с предъявленным обвинением и «полным признанием обвиняемым своей вины» [78].

Если «признать» означает «согласиться, считать законным, существующим, действительным что-либо»[79], то, на мой взгляд, правовые термины «признание обвинения» и «согласие с предъявленным обвинением» правомерно употреблять как равнозначные.

Оценивая ситуацию, почему происходит смешение понятий «признание обвинения» и «признание вины», Е.В. Богданов обоснованно пришел к выводу что, когда обвиняемого спрашивают, признает ли он свою вину, его ответ о виновности понимается в двух значениях: во-первых, как позиция, занимаемая обвиняемым по отношению к предъявленному обвинению, а, во-вторых, как психическое отношение обвиняемого к содеянному (элемент субъективной стороны)[80].

В науке уголовного права вина определяется как «психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом, и его общественно-опасным последствиям»[81], то есть для квалификации преступления необходимо установить психическое отношение лица в целях установления формы вины и мотивов совершенного преступления.

Согласно п. 22 ст. 5 УПК РФ «обвинение - утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном настоящим Кодексом».

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 5 декабря 2006 г. № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» разъяснил, что «по смыслу пункта 22 статьи 5, пунктов 4, 5 части 2 статьи 171 и части 1 статьи 220 УПК РФ применительно к особому порядку судебного разбирательства под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, заявляя ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер вреда, причиненного деянием обвиняемого» [82] (п. 5).

Анализируя указанные определения, можно предположить о том, что «признание вины» необходимо рассматривать как психическое отношение лица к совершенному деянию, а, следовательно, признать вину означает признать, что преступление совершено умышленно или по неосторожности (согласиться с субъективной стороной состава преступления). Вина в таком значении является обязательным элементом обвинения и подлежит доказыванию. Следовательно, понятие «согласие с предъявленным обвинением» является более широким понятием, чем «признание вины», а признание вины в «составе» согласия с обвинением означает признание той или иной формы вины, то есть умышленной или неосторожной.

Думается, в данном вопросе следует согласиться с А.А. Шамардиным, который справедливо отмечает, что смысл вопроса, адресованного обвиняемому о том, признает ли он свою вину, позволяет выяснить не форму или вид вины как таковой, а лишь его отношение к предъявленному обвинению[83], то есть, на мой взгляд, как раскаяние в содеянном. Следовательно, признание обвиняемым своей вины в таком значении не означает его согласие с предъявленным ему обвинением. Положительный ответ обвиняемого о согласии с предъявленным ему обвинением необязательно во всех случаях означает признание вины, то есть совершение преступления умышленно или по неосторожности.

Следует признать обоснованным замечание В.Г. Даева о том, что «если вина является материально-правовой категорией, выражает отношение субъекта преступления к преступному деянию и существует объективно (независимо от ее познания), то виновность выступает всегда в качестве результата общественно-правовой оценки поведения лица и, будучи процессуальной категорией, может быть определена лишь в результате познавательной деятельности»[84].

Иными словами, «признание вины имеет материально-правовое значение, а согласие с предъявленным обвинением - процессуальное»[85].

«Согласие с предъявленным обвинением» следует рассматривать как отношение обвиняемого к фиксированной в обвинительном заключении (обвинительном акте) версии его виновности.

Виновное лицо фактически может признавать свою вину относительно того или иного совершенного им деяния, но не во всех случаях обвиняемый может осознавать (понимать) юридическую сторону (квалификацию) преступления. В соответствии с нормами американского права различают два вида признаний. Одно из них – это заявление, которое имеет отношение к какому-либо обстоятельству, связанному с преступлением, но не является признанием виновности. Так, обвиняемый может признать, что находился за рулем краденой автомашины, но при этом отрицать свою причастность к краже и даже осведомленность о том, что автомашина была украдена. Другой вид признания представляет собой заявление, которым обвиняемый признает преступное нарушение им закона. Практически такое признание оказывается признанием каждого из элементов состава преступления[86].

Следовательно, «признание подсудимым какого-либо факта, для него невыгодного, не может быть рассматриваемо как собственное признание виновности»[87]. Если обвиняемый признается, например, в нанесении удара, в результате которого наступила смерть потерпевшего, то это не всегда означает, что он совершил убийство, поскольку данное действие может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности или же вообще случайно.[88]

На основании изложенного, необходимо обратить внимание на то, что понятия «признание вины» и «согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением» являются различными понятиями.

В соответствии со ст. 314 УПК РФ возможность рассмотрения уголовного дела в «особом порядке» поставлена в зависимость от согласия обвиняемого (подсудимого) с предъявленным ему обвинением, а не от факта признания им вины.

Процессуалисты справедливо отмечают, что «более широкий термин «согласие с обвинением» включает не только согласие обвиняемого с системой обвинительных доказательств, но и согласие с тем, что он виновен в совершении преступления, то есть признает свою вину»[89]. Согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением означает понимание существа обвинения, согласие с квалификацией преступного деяния[90].

Поэтому следует сделать вывод о том, что при рассмотрении дела в «особом порядке» согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением включает в себя признание обвиняемым вины, согласие с квалификацией содеянного и согласие с доказательствами, собранными по делу.

А.К. Аверченко обоснованно в понятие «согласие с предъявленным обвинением» включает следующие элементы: согласие с объективными признаками события вменяемого деяния; согласие с характером и размером инкриминируемого вреда; согласие с изложенными в соответствующем документе формой вины, целью и мотивом деяния; согласие с изложенными признаками субъекта преступления; согласие с юридической квалификацией инкриминируемого; согласие с вытекающими из формулы обвинения гражданским иском[91].

Таким образом, согласие с предъявленным обвинением, в отличие от признания вины как отношения к обвинению, предполагает понимание существа обвинения, квалификации преступного деяния и формы вины. В свою очередь, чтобы понимать существо обвинения, необходимо обладать специальными (юридическими) знаниями. Следует учесть то, что обвиняемый, признавая свою вину относительно совершенного им деяния, как правило, не обладает юридическими знаниями и не во всех случаях может осознавать (понимать) юридическую сторону (квалификацию) преступления, поэтому вряд ли правильно возлагать на него бремя принятия юридических решений. Поэтому заслуживает внимания предложение В.С. Шепель о том, что рациональнее считать основанием рассмотрения дела в «особом порядке» наличие согласия обвиняемого с фактическими обстоятельствами предъявленного ему обвинения[92].

Учитывая вышеизложенное, следует заключить, что появление «особого порядка» в российском уголовном судопроизводстве обусловлено реформированием последнего в сторону упрощения, при этом «особый порядок» мог появиться в условиях состязательного типа уголовного судопроизводства.

Кроме того, следует сделать вывод о том, что в истории российского уголовно-процессуального права огромное значение придавалось признанию обвиняемого (подсудимого) своей вины. Признание вины рассматривалось как одно из доказательств по уголовному делу, однако какие-либо «привилегии» и уступки обвиняемому (подсудимому), признавшему свою вину, не предусматривались; признание вины не рассматривалось как результат соглашения (договоренности) между обвинением и защитой. Признание обвиняемым вины могло повлечь лишь сокращение судебного следствия. В дореволюционный и советский периоды развития уголовного судопроизводства проведение сокращенного судебного разбирательства было поставлено в зависимость от признания подсудимым вины.

Развитию «особого порядка» способствовала идея приоритета личных интересов обвиняемого как участника уголовно-процессуальных отношений, способного влиять на выбор формы судебного разбирательства и ходатайствовать о постановлении приговора по правилам упрощенного производства. На современном этапе развития уголовно-процессуального законодательства при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением судебное следствие в общем порядке не проводится. Действующий уголовно-процессуальный закон рассматривает согласие обвиняемого с предъявленным обвинением в качестве основания применения «особого порядка», в чем и заключается его процессуальное значение, а признание вины следует рассматривать как необходимый элемент согласия обвиняемого с предъявленным ему обвинением.

Вопросы для самоконтроля

Какие процессуальные последствия наступали в случае признания подсудимым своей вины по уголовно-процессуальному праву дореволюционного периода?

Какие процессуальные последствия наступали в случае признания подсудимым своей вины по уголовно-процессуальному праву советского периода?

Как соотносятся между собой понятия «признание обвиняемым вины» и «согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением»?

В каких значениях применяется понятие «признание вины» в практической деятельности?

Какие признаки включены в содержание понятия «согласие с предъявленным обвинением»?


3. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА И ЗНАЧЕНИЕ ОСОБОГО ПОРЯДКА СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Включение в УПК РФ нового раздела Х «Особый порядок судебного разбирательства» и главы 40 «Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением» создало предпосылки для формирования «новой формы уголовного судопроизводства»[93], имеющей признаки качественно иного, самостоятельного уголовно-процессуального производства.

В этой связи автор полагает возможным согласиться с Т.В. Трубниковой, определившей следующие признаки самостоятельного уголовно-процессуального производства: «наличие у данного производства определенной материально-правовой базы, объективно требующей отличий в законодательном регулировании; комплексность производства, то есть наличие определенных особенностей в деятельности правоохранительных органов на всех (или хотя бы на нескольких) стадиях уголовного процесса; наличие существенных различий по сравнению с обычным порядком производства, которые в конечном итоге приводили бы к изменению форм деятельности по этим делам»[94].

Действительно, в «особом порядке» судебное решение принимается при наличии согласия обвиняемого с предъявленным ему обвинением, согласия государственного (частного) обвинителя и (или) потерпевшего на постановление приговора без судебного разбирательства в общем порядке. Определены категории преступлений, по которым возможно применить такой порядок разрешения уголовного дела: преступления, за которые наказание не превышает 10 лет лишения свободы. Указанные характеристики образуют первый из названных признаков, позволяющих выделить «особый порядок» в качестве самостоятельного уголовно-процессуального производства, а именно: той материально-правовой базой, которая объективно требует отличий в правовом регулировании.

Второй признак самостоятельности «особого порядка» как формы уголовного судопроизводства подтверждается наличием особенностей в уголовно-процессуальной деятельности на различных стадиях уголовного судопроизводства. Правила «особого порядка» требуют внесения некоторых изменений не только в правила проведения досудебного производства, но и производства суда первой и второй инстанций.

Так, ходатайство обвиняемого должно быть заявлено на определенных этапах уголовного судопроизводства: в момент ознакомления с материалами уголовного дела или на предварительном слушании (ч. 2 ст. 315 УПК РФ)[95].

Приговор при «особом порядке» может быть вынесен без исследования и оценки в общем порядке доказательств, собранных по уголовному делу, за исключением обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, и обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание (ч. 5 ст. 316 УПК РФ). Приговор, постановленный в «особом порядке», не может быть обжалован в апелляционном и кассационном порядке по такому основанию, как несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции (ст. 317; п. 1 ст. 379 УПК РФ).

Следовательно, «особый порядок» не только упрощает и сокращает саму судебную процедуру, но и вносит ряд особенностей в производство на других стадиях уголовного судопроизводства.

В качестве третьего признака самостоятельности «особого порядка» как формы уголовного судопроизводства следует назвать действия должностных лиц правоохранительных органов и суда, способствующие реализации права обвиняемого на рассмотрение его дела в «особом порядке». В частности, к числу последних следует отнести такие действия, как разъяснение следователем обвиняемому его права на рассмотрение дела в «особом порядке», о чем в протоколе ознакомления с материалами делается соответствующая отметка; обеспечение обязательного участия защитника; установление судом сознательности выбора подсудимого на разрешение дела в «особом порядке», разъяснение процессуальных последствий постановления приговора в «особом порядке».

Указанные требования существенно отличают уголовное судопроизводство при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением от уголовного судопроизводства в общем порядке и позволяют признать «особый порядок» не только самостоятельной формой уголовного судопроизводства, но и, по справедливому замечанию некоторых ученых-процессуалистов, «одной из сокращенных форм уголовного судопроизводства»[96], «упрощенной формой судопроизводства»[97], «упрощенным производством»[98].

Таким образом, «особый порядок» представляет собой «ускоренное и упрощенное судопроизводство при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением (раздел Х)»[99].

Наряду с «особым порядком» как упрощенной формой уголовного судопроизводства, ученые-процессуалисты обоснованно приходят к выводу о наличии в едином уголовном судопроизводстве иных различных видов производств, которые отличаются между собой степенью сложности уголовно-процессуальной формы[100], что, в свою очередь, свидетельствует о ее дифференциации[101].

Особенности уголовно-процессуальной формы, в которой осуществляется производство по уголовному делу, следует рассматривать в качестве основания дифференциации уголовного судопроизводства, поскольку, как справедливо указывает А.П. Гуськова, уголовно-процессуальная форма включает в себя: «1) нормы, устанавливающие условия и последовательность производства отдельных процессуальных действий и принятия решений; 2) нормы, устанавливающие порядок уголовного судопроизводства по делам в целом»[102].

Идеи дифференциации уголовного судопроизводства имеют давние правовые традиции. В 70-х годах прошлого столетия некоторыми учеными были высказаны предложения об упрощении порядка судопроизводства по делам о преступлениях, представляющих сравнительно небольшую общественную опасность[103], обсуждались вопросы совершенствования уголовного судопроизводства, пути повышения эффективности правосудия по уголовным делам в целях экономии процессуальных средств, в том числе в сторону его дифференциации[104], то есть введения различных более гибких и совершенных процессуальных форм, в зависимости от сложности и общественной опасности конкретного преступления[105].

Так, Ю.К. Якимович отмечает, что «современное уголовное судопроизводство является в достаточной степени дифференцированным», однако «споры идут о пределах такой дифференциации, о соответствии типу и основным началам современного российского процесса отдельных видов производств по уголовным делам»[106]. При этом, пишет он, «многие авторы ... критикуют как не до конца продуманное в плане уголовно-процессуального регулирования предусмотренное гл. 40 УПК РФ упрощенное судебное производство»[107].

Критика, думается, справедлива, поскольку «никакая форма упрощенного судопроизводства не может быть безболезненно интегрирована в отечественный уголовный процесс»[108]. Развитие уголовного судопроизводства способствовало появлению не только новых форм судопроизводства, но и новых правовых терминов (категорий). Появление в УПК РФ новой правовой категории «согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением» создало предпосылки для оформления в российском уголовно-процессуальном праве нового правового института.

Глава 40 УПК РФ установила новые правила ведения уголовного судопроизводства, согласно которым судья не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу, и постановляет обвинительный приговор, назначая наказание не более двух третей от максимального срока (размера) наказания, предусмотренного за данное преступление.

Специфика уголовно-процессуальных правоотношений, участником которых становится обвиняемый при согласии с предъявленным ему обвинением, требует особой регламентации нормами уголовно-процессуального права, которые бы регулировали только данный вид правоотношений. Правовое регулирование «особого порядка», которое отличается от общего порядка судебного разбирательства, предопределило выделение некоторой совокупности уголовно-процессуальных норм. В свою очередь, совокупность правовых норм, образующая обособленную часть отрасли права[109] и призванная регулировать в рамках определенное, обладающее относительной самостоятельностью общественное отношение образует правовой институт[110].

Юридическими критериями обособления той или иной совокупности норм в конкретный правовой институт служат следующие признаки:

- юридическое единство правовых норм. Как целостное образование юридический институт характеризуется единством содержания, которое выражается в общих положениях, правовых принципах или совокупности используемых правовых понятий, единстве правового режима регулируемых отношений либо иным способом;

- полнота регулирования определенной совокупности общественных отношений. Правовой институт включает в себя различные виды правовых норм. Это могут быть дефинитивные, управомочивающие, обязывающие, запрещающие и иные нормы права, которые в комплексе содержат все аспекты правового регулирования соответствующей группы общественных отношений. Вследствие этого правовой институт является уникальным, выполняющим только ему присущие функции и не дублируется другими структурными компонентами системы права;

- обособление норм, образующих правовой институт, в главах, разделах, частях и иных структурных единицах законов[111].

Правовой институт – это «совокупность обособленных относительно небольших групп взаимосвязанных правовых норм, регулирующих свой узкий круг однородных общественных отношений, являющихся составной частью предмета правового регулирования»[112]. Если отрасль права регулирует всю совокупность данного рода (типа) отношений, то институт права - определенную часть.[113]

Следовательно, если уголовно-процессуальное право как отрасль права регулирует в целом общий порядок уголовного судопроизводства, то нормы гл. 40 УПК РФ – лишь особый порядок судебного разбирательства. Таким образом, нормы, регламентирующие особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, образуют часть отрасли уголовно-процессуального права и функционально направлены на регулирование узкого круга общественных отношений. Данные общественные отношения складываются в том случае, когда обвиняемый согласен с предъявленным ему обвинением и ходатайствует о постановлении приговора без судебного разбирательства в общем порядке. Обеспечить полное законченное упорядочение своего круга общественных отношений – это главное назначение института права.[114]

Таким образом, «особый порядок» как совокупность уголовно-процессуальных норм, регулирующих определенные общественные отношения, представляет собой новый институт уголовно-процессуального права Российской Федерации, регламентирующий новую форму уголовного судопроизводства.

В научной литературе некоторые ученые-процессуалисты рассматривает институт «особого порядка» как составную часть (элемент или субинститут) комплексного межотраслевого правового института, объединяющего нормы, допускающие компромисс с лицом, совершившим преступление[115]. Трудно согласиться с подобным мнением, поскольку, во-первых, в литературе по теории государства и права указывается, что «все институты права подразделяются на простые и сложные (включающие в свой состав другие институты)»[116], следовательно, наличие института в содержании другого института допускается; во-вторых, компромисс подразумевает соглашение (договоренность). В этой связи, трудно поддержать позицию, согласно которой «особый порядок» представляет собой какое-либо соглашение между стороной обвинения и стороной защиты.

«Особый порядок», являясь самостоятельным уголовным судопроизводством, имеет ряд особенностей, которые охватывают досудебное производство, судопроизводство в первой и во второй инстанциях, позволяющих отличить его от общей формы уголовного судопроизводства. Данному институту «тесно» в рамках части третьей УПК РФ (Судебное производство), поскольку указанная часть регламентирует производство только судебных стадий. Кроме того, представляется нелогичным расположение раздела Х УПК РФ (Особый порядок) перед разделом XI УПК РФ (Особенности производства у мирового судьи), поскольку «особый порядок» может быть применен в судопроизводстве мировыми судьями. Нельзя не отметить также и то, что, осуществляя классификацию дифференцированных порядков уголовного судопроизводства, некоторые процессуалисты относят «особый порядок» к одной группе судопроизводств наряду с такими, как производство по уголовным по делам в отношении несовершеннолетних (гл. 50 УПК РФ), производство о применении принудительных мер медицинского характера (гл. 51 УПК РФ)[117], то есть среди производств, закрепленных в части четвертой УПК РФ.

Следовательно, представляется возможным и даже необходимым выделить «особый порядок» из части третьей УПК РФ «Судебное производство» и поместить в часть четвертую «Особый порядок уголовного судопроизводства».

Кроме того, необходимо определиться с наименованием нового раздела и главы части четвертой УПК РФ, причем сохранить прежние названия не представляется возможным, поскольку с существующими наименованиями раздел и глава не будут органично вписываться в структуру УПК РФ. Вопрос о существенном различии в названиях раздела Х «Особый порядок судебного разбирательства» и главы 40 «Особый порядок принятия судебного решения» обсуждался в научной литературе.[118]

Следует отметить, что в рабочих документах при разработке УПК РФ предлагалось наименование анализируемой главы как «Сокращенный порядок судебного следствия»[119]. Однако данное наименование недостаточно полно характеризует сущность «особого порядка» как самостоятельной формы уголовного судопроизводства, поскольку указывает лишь на особенности исключительно судебного следствия, поэтому является не совсем удачным.

В окончательном варианте раздел X УПК РФ получил название «Особый порядок судебного разбирательства», а глава 40 - «Особый порядок принятия судебного решения». Процессуалисты выражают сомнения относительно удачности таких названий, учитывая, что глава 40 в разделе Х УПК РФ единственная, поэтому расхождения в названиях главы и раздела не могут быть ничем оправданы.[120]

Некоторые процессуалисты предлагают решить проблему следующим образом: «раздел Х УПК целесообразнее именовать «Сокращенное судебное производство», а не «Особый порядок судебного разбирательства», поскольку термин «особый порядок» многозначен, в УПК присутствует Часть четвертая «Особый порядок уголовного судопроизводства», охватывающая несколько самостоятельных процессуальных производств по уголовному делу, и, кроме того, по своему содержанию этот термин выходит за рамки судебного разбирательства»[121].

Следует согласиться с данным предложением в той части, что наименование раздела как «Особый порядок судебного разбирательства» неприемлемо, поскольку оно не полностью отражает сущность и значение рассматриваемой формы уголовного судопроизводства и указывает на особенности именно судебного разбирательства как судебного заседания, а не формы уголовного судопроизводства, включающей досудебное производство, производство в суде первой и второй инстанции.

Раздел с наименованием «Сокращенное судебное производство» не может быть включен в часть четвертую УПК РФ, поскольку его название не будет соответствовать наименованиям разделов, расположенных в указанной части УПК РФ. Часть четвертая УПК РФ в настоящее время состоит из двух разделов и трех глав. Разделы названной части УПК РФ имеют следующие наименования: раздел ХVI «Особенности производства по отдельным категориям уголовных дел»[122]; раздел XVII «Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц». Главы 50, 51 раздела ХVI, соответственно называются как «Производство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних», «Производство о применении принудительных мер медицинского характера», глава 52 раздела XVII «Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц». По аналогии следовало бы определить наименование обсуждаемого раздела, как «Особенности производства по уголовным делам при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением» и главы, как «Производство по уголовным делам при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением».

Нельзя не отметить, что законодатель был крайне непоследователен, называя «особый порядок» совершенно по-разному при указании на его применение в тех или иных статьях УПК РФ. Так, в п. 7 ч. 1 ст. 51 УПК РФ указано на то, что участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если «обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке, установленном главой 40 настоящего Кодекса» (выделено нами – Д.С., М.Д. далее также). Согласно п. 2 ч. 5 ст. 217 УПК РФ следователь разъясняет обвиняемому его право ходатайствовать «о применении особого порядка судебного разбирательства - в случаях, предусмотренных статьей 314 настоящего Кодекса». В соответствии с ч. 1 ст. 240 УПК РФ «в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, за исключением случаев, предусмотренных разделом Х настоящего Кодекса». В этой связи, в целях соблюдения такого требования юридической техники, как обозначение одного явления только одним термином (названия «особого порядка») при изложении тех или иных статей УПК РФ предлагается внести соответствующие изменения в УПК РФ и указывать о применении «особого порядка» как на рассмотрение уголовного дела в порядке, установленном главой 40 УПК РФ.

Подводя итог вышеизложенному, следует заключить, что «особый порядок» является новым институтом уголовно-процессуального права и представляет собой сокращенную форму уголовного судопроизводства.

Учитывая, что «особый порядок» является самостоятельным институтом уголовно-процессуального права, регулирующим сокращенную форму уголовного судопроизводства, необходимо поместить его в отдельный раздел части четвертой УПК РФ.

Вопросы для самоконтроля

Какие признаки позволяют отнести «особый порядок» к правовому институту уголовно-процессуального права?

Какие признаки являются характерными для упрощенных форм уголовного судопроизводства?

Какие признаки характеризуют «особый порядок» как одну из форм уголовного судопроизводства?

Какие особенности уголовно-процессуальной формы следует рассматривать в качестве основания дифференциации уголовного судопроизводства?

Какие изменения требуется внести в УПК РФ в связи с признанием «особого порядка» самостоятельной формой уголовного судопроизводства?


4. ОСНОВАНИЯ И УСЛОВИЯ ПРИМЕНЕНИЯ ОСОБОГО ПОРЯДКА СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

Для реализации «особого порядка» УПК РФ содержит основания и условия, выполнение которых позволит постановить приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Такие требования определены в ст. 314 УПК РФ (Основания применения особого порядка принятия судебного решения), согласно которой обвиняемый вправе при наличии согласия государственного или частного обвинителя и потерпевшего заявить о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайствовать о постановлении приговора в «особом порядке» по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые, предусмотренное УК РФ, не превышает десяти лет лишения свободы. Рассмотрение дела в «»особом порядке» возможно, если суд удостоверится, что обвиняемый осознает характер и последствия заявленного им ходатайства и ходатайство было заявлено добровольно и после проведения консультаций с защитником.

Представляется необходимым рассмотреть указанные основания и условия применения «особого порядка» подробнее.

Согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением и ходатайство обвиняемого о рассмотрении дела в «особом порядке». Согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением является правом обвиняемого. Обвиняемый вправе сделать выбор: или его дело будет рассмотрено по общим правилам, или же по правилам «особого порядка». Не допускается принуждение обвиняемого к согласию с предъявленным ему обвинением и постановлению приговора в «особом порядке». Инициатором такой формы судебного разбирательства выступает только обвиняемый, и лишь в этом случае его согласие следует считать добровольным. Если такое решение принимает не обвиняемый, то нарушается требование закона о добровольности заявления ходатайства. Обвинение и защита не должны подталкивать обвиняемого к выбору данного порядка, чтобы не допустить «торга», которые имеют место в американском судопроизводстве.

Обвиняемому следует заявить о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайство о постановлении приговора в «особом порядке», что может служить основанием применения сокращенной процедуры рассмотрения дела со всеми дальнейшими процессуальными последствиями.

Уголовно-процессуальный закон не конкретизирует возраст обвиняемого (подсудимого), который вправе требовать рассмотрение уголовного дела в «особом порядке», поэтому следует разрешить вопрос о возможности рассмотрения уголовного дела в таком порядке по ходатайству несовершеннолетнего.

В научной литературе нет единого мнения о возможности применения «особого порядка» к несовершеннолетним обвиняемым (подсудимым). Ряд процессуалистов занимает позицию о невозможности и недопустимости применения указанного порядка судебного разбирательства к несовершеннолетним[123].

Кроме того, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ» указано на то, что закон не предусматривает возможности применения особого порядка судебного разбирательства в отношении несовершеннолетних (абз. 4 п. 28)[124].

Вместе с тем, некоторые ученые не разделяют указанную позицию и полагают необходимым распространить «особый порядок» на несовершеннолетних обвиняемых (подсудимых)[125].

Представляется, что доводы о необходимости распространения «особого порядка» на такую категорию лиц, как несовершеннолетние, вполне обоснованны и должны найти поддержку законодателя.

При рассмотрении уголовного дела в «особом порядке» по ходатайству несовершеннолетнего обвиняемого (подсудимого) какие-либо нарушения его прав и законных интересов отсутствуют, поскольку ему в обязательном порядке предоставляется защитник (п. 2 ч. 1 ст. 51 УПК РФ), в процессе участвуют законные представители (ст.ст. 426, 428 УПК РФ), а при допросе - педагог или психолог (ст.ст. 191, 425 УПК РФ).

Требования ст. 421 УПК РФ об установлении дополнительных обстоятельств (условия жизни и воспитания, уровень психического развития несовершеннолетнего, влияние на него старших по возрасту лиц), выполнимы даже при рассмотрении уголовного дела в «особом порядке». Указанные обстоятельства выясняются в процессе предварительного расследования и, кроме того, суд может их установить по материалам уголовного дела, изучая их на этапе подготовки к судебному заседанию (гл. 33 УПК РФ).

В случае распространения «особого порядка» на несовершеннолетних обвиняемых (подсудимых), представляется необходимым дополнительно выяснить позицию их законных представителей на рассмотрение дела в «особом порядке».

Не считая приоритетным мнение законного представителя несовершеннолетнего, В.В. Дорошков отмечает, что его возражения по поводу ходатайства несовершеннолетнего о постановлении приговора в «особом порядке» не имеют юридического значения, поскольку статьи 48, 426, 428 УПК РФ не предусматривают прав законных представителей несовершеннолетних обвиняемых, подсудимых на инициирование или воспрепятствование подобной процедуре рассмотрения дела[126].

Трудно согласиться с такой позицией, учитывая, что законный представитель – это лицо, которое восполняет дееспособность несовершеннолетнего. Участие законного представителя несовершеннолетнего в производстве по уголовному делу служит гарантией соблюдения прав и законных интересов несовершеннолетних. Требование о своевременном обеспечении несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого, подсудимого) помощью законного представителя является «важной составляющей принципа повышенной защиты прав и законных интересов несовершеннолетних в уголовном производстве»[127].

Необходимо заметить, что «действия законного представителя не связаны с волей обвиняемого и осуществляются как в его интересах, так и в интересах самого представителя»[128]. Законный представитель, защищая интересы несовершеннолетнего, защищает также и свои личные интересы.

Таким образом, применение «особого порядка» по ходатайству несовершеннолетнего целесообразней поставить в зависимость от позиции его законного представителя и в случае, согласия несовершеннолетнего на «особый порядок» и возражения на него со стороны законного представителя, «приоритет» следует отдать мнению его законного представителя.

Согласие государственного обвинителя на применение «особого порядка». Необходимость согласия государственного обвинителя на рассмотрение уголовного дела в «особом порядке» разделяется не всеми учеными.

Так, А. Гричаниченко предлагает вообще исключить из ч. 1 ст. 314 УПК РФ согласие государственного обвинителя на применение «особого порядка», а ст. 226 УПК РФ дополнить указанием на обязанность прокурора при направлении уголовного дела в суд выразить мнение о применении «особого порядка»[129].

В уголовно-процессуальной литературе встречается предложение о том, что «…при наличии ходатайства обвиняемого (о рассмотрении дела в «особом порядке» - М.Д.) прокурор, который утверждает обвинительное заключение, должен проверить наличие в материалах уголовного дела оснований и условий, позволяющих судье удовлетворить такое ходатайство и постановить по его делу приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Убедившись, что в деле имеются все основания и условия для удовлетворения судом ходатайства, прокурор назначает (если, конечно, он сам не собирается поддерживать обвинение лично) по данному делу государственного обвинителя, с которым должен обсудить вопрос относительно поддержания им данного ходатайства обвиняемого. Но в любом случае последнее слово остается за государственным обвинителем, который свою позицию по данному вопросу должен довести до сведения суда…»[130].

Думается, предложение о том, что прокурор в обязательном порядке должен указать свое мнение о применении «особого порядка», заслуживает внимания, поскольку прокурор, проверяя наличие оснований и условий применения «особого порядка» осуществляет свои полномочия по надзору за предварительным расследованием, и запретить ему сообщить свое согласие (несогласие) нельзя.

Однако ближе к истине, думается, мнение В. Осина о том, что мнение прокурора, выраженное в сопроводительном письме при направлении уголовного дела в суд, не требует исполнения и не влияет на постановление приговора в «особом порядке»[131].

Нельзя не отметить и то, что закон требует согласия государственного обвинителя, который как процессуальная фигура вступает в дело на стадии судебного разбирательства, в связи с чем «последнее слово» о применении или неприменении «особого порядка» остается за ним. Процессуальное значение будет иметь выраженное согласие государственного обвинителя именно в судебном заседании, занесенное в протокол данного судебного заседания (так обеспечивается состязательность процесса). После ознакомления с уголовным делом государственный обвинитель самостоятельно определяет свою позицию относительно ходатайства обвиняемого.

Государственный обвинитель по определению п. 6 ст. 5 УПК РФ – «поддерживающее от имени государства обвинение в суде по уголовному делу должностное лицо органа прокуратуры». Очевидно, что помощник прокурора также вправе поддерживать государственное обвинение.[132]

Согласие потерпевшего и частного обвинителя на применение «особого порядка». Частный обвинитель как процессуальная фигура появляется в результате возбуждения уголовного дела частного обвинения. По уголовным делам частного обвинения обвинение в судебном разбирательстве поддерживает потерпевший (ч. 3 ст. 246 УПК РФ). Думается, нет каких-либо существенных различий в порядке выражения мнения о применении «особого порядка» потерпевшим и частным обвинителем, поэтому следует рассмотреть, как реализует данное право потерпевший.

В уголовно-процессуальной науке остался ряд дискуссионных вопросов о роли потерпевшего при «особом порядке», а именно: о целесообразности выяснения позиции потерпевшего о применении «особого порядка»; отсутствии должных механизмов извещения потерпевшего о заявленном обвиняемым ходатайстве; обязательности явки потерпевшего в судебное заседание.

Указанные вопросы оправданы, поскольку законодатель не дал на них ответы, а практика только пытается их найти, в теории они носят спорный характер.

Законодатель в качестве условия применения «особого порядка» в ч. 1 ст. 314 УПК РФ указывает на наличие согласия потерпевшего с ходатайством обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Некоторые процессуалисты предлагают исключить такое согласие потерпевшего из перечня условий применения «особого порядка»[133].

Не разделяя такую позицию, И. Жеребятьев указывает на то, что процессуальные права потерпевшего в практике применения гл. 40 УПК РФ не всегда находят должной защиты.[134]

Думается, решение вопроса о рассмотрении уголовного дела без учета позиции потерпевшего будет противоречить ст. 52 Конституции РФ, в которой закреплено, что права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.[135] Требование уголовно-процессуального закона об установлении согласия потерпевшего послужит гарантией защиты его прав, будет способствовать активному участию потерпевшего в уголовном судопроизводстве, не позволит обвинителю и обвиняемому с защитником вступить в неформальные переговоры, например, относительно признания только части обвинения или иного преступления со смягчающими обстоятельствами в обмен на «скидку» в наказании, как это имеет место в практике американских «сделок о признании вины»[136].

Следовательно, применение «особого порядка» должно быть поставлено в зависимость от усмотрения потерпевшего, и если потерпевший не согласен на применение «особого порядка», уголовное дело должно подлежать рассмотрению в общем порядке.

К сожалению, законодатель не уделил должного внимания вопросу о том, каким образом потерпевший может реализовать свое право возразить или согласиться с ходатайством обвиняемого.

Справедливо отмечают некоторые процессуалисты о том, что в ст. 42 УПК РФ не упомянуто право потерпевшего давать согласие на рассмотрение дела в «особом порядке», ни о его обязанности сообщить суду о согласии или несогласии рассматривать дело в таком порядке[137]. В этой связи следует согласиться с мнением о том, что «прокурор, следователь и дознаватель могут способствовать тому, чтобы к моменту поступления уголовного дела в суд в материалах дела было отражено мнение потерпевшего относительно упрощенной процедуры рассмотрения дела»[138].

К.А. Рыбалов предлагает позицию потерпевшего в отношении ходатайства обвиняемого об «особом порядке» выяснять на первом допросе потерпевшего[139], поскольку «закон не запрещает, чтобы в протоколе допроса потерпевшего было зафиксировано его мнение относительно возможного ходатайства обвиняемого о рассмотрении дела в порядке гл. 40 УПК РФ»[140].

Думается, подобное мнение о закреплении в протоколе допроса позиции потерпевшего о возможном ходатайстве обвиняемого об «особом порядке» представляется спорным. Во-первых, согласие потерпевшего на «особый порядок», выраженное им на первом допросе, потеряет свое процессуальное значение, если потерпевший впоследствии откажется от него, и такой отказ вполне допустим. Во-вторых, обвинительное заключение (обвинительный акт) может отличаться от тех ожиданий, на которые рассчитывает потерпевший, например, в части фактических обстоятельств предъявленного обвинения, размера ущерба. В-третьих, обвиняемый, будучи уверенным в применении «особого порядка» и гарантированном снижении наказания, потеряет стимул для совершения определенных действий, направленных на примирение с потерпевшим, сглаживание конфликтной ситуации, возмещения вреда и т.п.

Более обоснованной представляется позиция ряда процессуалистов, которые полагают, что при ознакомлении потерпевшего с материалами дела в порядке ст. 216 УПК РФ следователь обязан разъяснить потерпевшему процессуальные последствия применения «особого порядка» и выяснить мнение потерпевшего по данному вопросу[141].

В таком случае потерпевший будет осведомлен о своей роли в рассмотрении дела в «особом порядке» и знать о своих правах. Однако, как правило, потерпевший знакомится с материалами дела до того, как с ними будет знакомиться обвиняемый, позиция которого о рассмотрении дела в общем или «особом» порядке на тот момент еще не известна. В ряде случаев потерпевшие вообще не желают знакомиться с материалами уголовного дела, поэтому справедливо возникает вопрос о том, как в таких ситуациях потерпевший сможет реализовать свое право согласиться или возразить против рассмотрения дела в «особом порядке»?

Думается, в этом случае следует руководствоваться ч. 3 ст. 222 УПК РФ, в которой содержится положение о том, что «о направлении уголовного дела в суд прокурор уведомляет потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и (или) их представителей. При этом указанным лицам разъясняется право заявлять ходатайства о проведении предварительного слушания в порядке, установленного главой 15 настоящего Кодекса». В данном уведомлении следует указать на наличие ходатайства обвиняемого о рассмотрении дела в «особом порядке», разъяснить право потерпевшего согласиться или возразить против заявленного ходатайства, правовые последствия «особого порядка», а также отметить, что о своем решении потерпевший должен сообщить суду[142]. Именно такой порядок постановки в известность потерпевшего и выяснения его мнения представляется оптимальным, он будет служить дополнительной гарантией его прав и интересов. Прокурор вполне может оказать содействие в том, чтобы потерпевший, выступающий на стороне обвинения, был надлежаще извещен о наличии ходатайства обвиняемого на «особый порядок» и смог принять собственное решение.

Представляется, что для разрешения рассматриваемой проблемы необходимо внести в УПК РФ соответствующие дополнения.

Сообщение потерпевшим своего мнения о рассмотрении дела в «особом порядке» посредством письменного заявления является оптимальным. Однако потерпевший не лишается права непосредственно в судебном заседании заявить о согласии на «особый порядок», которое будет занесено в протокол судебного заседания. Вместе с тем, закон не обязывает потерпевшего участвовать при рассмотрении дела в «особом порядке», поскольку в ч. 2 ст. 316 УПК РФ отмечается о необходимости участия в судебном заседании подсудимого и его защитника.

В научной литературе также нет единой позиции относительно обязательного участия потерпевшего в судебном заседании.

Д.П. Великий, ссылаясь на положения ч. 2 ст. 249 УПК РФ о праве суда признать явку потерпевшего обязательной и рассмотреть любое дело с его участием, считает, что «для юридически точной реализации положений ч. 6 ст. 316 УПК судья должен во всяком случае производства в особом порядке признавать явку потерпевшего обязательной»[143].

А. Халиков отмечает, что проводить судебное заседание в отсутствие потерпевшего возможно в случаях, когда он заранее письменно дал суду свое согласие на «особый порядок»[144].

Позиции указанных процессуалистов следует признать справедливыми, поскольку при неявке потерпевшего суду необходимо отложить рассмотрение дела, что не будет способствовать его разрешению в более быстрые сроки, принимая во внимание, что «особый порядок» направлен на ускорение судебной процедуры. Учитывая письменное согласие потерпевшего, имеющееся в материалах дела, в обязательном участии потерпевшего в судебном заседании нет необходимости.

Не случайно Пленум Верховного Суда РФ в своем Постановлении от 5 декабря 2006 г. № 60 исходит из того, что «в судебном заседании следует удостовериться в отсутствии у потерпевшего, надлежащим образом извещенного о месте и времени судебного заседания, возражений против заявленного обвиняемым ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке»[145] (п. 11). Однако законодателю следовало бы урегулировать данный вопрос и внести соответствующие дополнения в УПК РФ.

Остался нерешенным и вопрос о необходимости учета позиции законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего о возможности рассмотрения уголовного дела в «особом порядке».

Учет мнения законного представителя позволит разрешить спорную ситуацию, когда несовершеннолетний потерпевший согласен с ходатайством обвиняемого на рассмотрение дела в «особом порядке», а его законный представитель – не согласен. Поскольку законный представитель – это лицо, которое восполняет дееспособность несовершеннолетнего, и, следовательно, правомочно принимать подобные решения, думается, в данном случае «приоритет» следует отдать мнению законного представителя.

Категория преступлений, по которым возможно применение «особого порядка». Вопрос категории преступлений, по которым возможно применение «особого порядка», является не менее важным, чем другие, поскольку законодатель неоднократно менял свою позицию в решении обозначенного вопроса.

Так, при подготовке УПК РФ первоначально было предложено предусмотреть судебное разбирательство в «особом порядке» по преступлениям, наказание за которые составляет до семи лет лишения свободы[146]. Однако при принятии УПК РФ в редакции Федерального закона от 18 декабря 2001 г. «особый порядок» применялся по уголовным делам за деяния, наказание за которые в виде лишения свободы не должно было превышать пяти лет. Затем Федеральным законом от 4 июля 2003 г. № 92 – ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации»[147] в УПК РФ были внесены изменения, согласно которым «особый порядок» стало возможным применять по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые, предусмотренное УК РФ, не превышает десяти лет лишения свободы.

Кроме того, Пленумом Верховного Суда РФ предложен проект Федерального закона «О внесении изменений в статьи 314 и 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»[148], согласно которому предлагается ограничить применение «особого порядка» уголовными делами о преступлениях, за совершение которых максимальное наказание не превышает пяти лет лишения свободы.

В научной литературе также нет единого мнения по вопросу категории преступлений, по которым следует применять «особый порядок». Ряд авторов поддерживает позицию распространения «особого порядка» на преступления небольшой и средней тяжести[149], другие считают возможным применить его в отношении тяжких преступлений[150], в том числе особо тяжких[151].

Доводы процессуалистов, считающих возможным применение «особого порядка» только по делам о преступлениях, по которым наказание не превышает пяти лет лишения свободы, трудно назвать состоятельными.

В частности, Л. Татьянина полагает, что ходатайство об «особом порядке» по делам о тяжких преступлениях вызвано не раскаянием лица в содеянном, а стремлением получить менее строгое наказание[152].

Думается, что такое неверие в способность лиц, совершивших тяжкие преступления, раскаяться и искренне признать свою вину, не должно иметь место. Цель правосудия заключается не только в том, чтобы назначить самое строгое наказание; наказание в любом случае должно быть справедливым и стимулировать виновного к надлежащему поведению.

Некоторые процессуалисты полагают, что рассмотрение дела о тяжких преступлениях, в числе которых такие, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью по найму, с особой жестокостью, по мотиву национальной, расовой или религиозной ненависти или вражды, захват заложника, содействие в террористической деятельности и другие, требует особого внимания, «вызывает, как правило, общественный резонанс, затрагивают интересы многих лиц, а потому без исследования в суде доказательств, допроса в суде потерпевших и свидетелей зачастую нельзя вынести по ним справедливое решение, выявить причины и условия, способствовавшие совершению преступлений»[153].

Думается, что тревоги в связи с изложенным нет, поскольку рассмотрение дела в «особом порядке» зависит не столько от категории преступлений, но и от воли и желания заинтересованных лиц, а именно: согласия государственного обвинителя и потерпевшего, и соблюдения иных условий. Кроме того, суд по собственной инициативе вправе рассмотреть уголовное дело в общем порядке (ч. 6 ст. 316 УПК РФ), в случае так называемого общественного интереса.

Обосновывая позицию о применении «особого порядка» по делам о преступлениях, наказание за которые в виде лишения свободы не превышает десяти лет В.И. Полудняков отмечает, что «преступления с санкцией до пяти лет лишения свободы – это дела о преступлениях небольшой и средней тяжести, по которым обвиняемые, или подсудимые, как правило, почти всегда признают свою вину, а суды почти всегда назначают наказания, удовлетворяющие подсудимых. Обжалование приговоров по таким делам встречается редко»[154].

«Ускорение рассмотрения в судах несложных уголовных дел, какими часто являются даже дела о тяжких и особо тяжких преступлениях, – пишет В. Лазарева, – разгрузит суды первой инстанции и создаст возможность сосредоточить усилия на спорных в доказательственном отношении случаях»[155].

К такому же выводу приходит Д.Е. Любишкин, считая возможным законодательно закрепить рассмотрение дел о преступлениях, наказание за которые превышает десять лет лишения свободы[156].

Учитывая, что «в судебной практике уголовные дела, по которым наказание не превышает десяти лет, являются самыми распространенными»[157], большинство дел названной категории, где преступление очевидно, следует рассматривать в сокращенном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 314 УПК РФ применение «особого порядка» допускается по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые, предусмотренное УК РФ, не превышает десяти лет лишения свободы, т.е. критерием применения «особого порядка» является максимальная мера наказания, которая связывается с максимальным сроком наказания в виде лишения свободы за то или иное преступление[158].

В этой связи в уголовно-процессуальной науке обсуждался вопрос о том, относится или нет указанное требование закона только к санкции или наказание не может быть назначено более этого срока при наличии обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 62, 64 – 66, 69, 70, 88 УК РФ[159].

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 5 декабря 2006 г. № 60 разъяснил, что необходимо исходить из наказания, предусмотренного санкцией статьи, вмененной обвиняемому, а не из наказания, которое может быть назначено ему с учетом обстоятельств, предусмотренных статьями 62, 64, 66, 69, 70 УК РФ (абз. 2 п. 6).

Вместе с тем, следует согласиться с мнением Е.В. Благова о том, что законодателю следовало бы применение «особого порядка» поставить в зависимость от категорий преступлений, предусмотренных ст. 15 УК РФ, а именно: преступлений небольшой, средней тяжести и тяжких преступлений[160].

Следующим условием применения «особого порядка» является требование о том, что обвиняемый осознает характер и последствия заявленного им ходатайства (п. 1 ч. 2 ст. 314 УПК РФ). Под характером заявленного ходатайства необходимо понимать «осознание обвиняемым сущности своего решения»[161]. Обвиняемый должен четко себе представлять, в чем состоит специфика «особого порядка» и с какими правовыми последствиями связано такое распоряжение им своими процессуальными правами.

Обвиняемый должен ясно понимать и осознавать, что он отказывается от судебного следствия в полном объеме; не вправе обжаловать приговор вследствие несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела и что ему будет назначено наказание не свыше двух третей максимального срока (размера) наиболее строгого вида наказания, а также с него не будут взысканы процессуальные издержки. Причем для подсудимого «положительными» из названных последствий являются гарантированное снижение наказания до двух третей максимального срока или размера наиболее строго вида наказания (ч. 7 ст. 316 УПК РФ) и невозможность взыскания с него процессуальных издержек (ч. 10 ст. 316 УПК РФ).

Обеспечению осознания и понимания названных последствий служит заранее проведенная консультация обвиняемого (подсудимого) с защитником. Ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке должно быть заявлено обвиняемым добровольно и после проведения консультаций с защитником (п. 2 ч. 2 ст. 314 УПК РФ), что является следующим условием применения «особого порядка».

Защитник в силу своих полномочий и обязанностей, взятых на себя перед обвиняемым, обязан разъяснить ему сущность «особого порядка» и процессуальные последствия такой формы уголовного судопроизводства, иные вопросы, возникающие в связи с защитой прав обвиняемого. Защитник обязан также разъяснить вопросы квалификации совершенного обвиняемым преступления и в целом предъявленного обвинения. Обвиняемому следует добровольно сделать свой выбор на применение «особого порядка»; совершенно свободно, без всякого принуждения извне, в силу им самим осознанных причин, правильно оценивая свои действия, он может заявить о согласии с предъявленным обвинением. Думается, только такое решение обвиняемого может считаться добровольным.

Подводя итог вышеизложенному, следует заключить, что основаниями и условиями применения рассматриваемой формы уголовного судопроизводства являются наличие согласия обвиняемого с предъявленным ему обвинением и наличие ходатайства о применении «особого порядка»; категория преступлений, наказание за которые не превышает десяти лет лишения свободы; согласие государственного обвинителя и потерпевшего на применение «особого порядка» (отсутствие возражений с их стороны); добровольность заявленного ходатайства обвиняемым; осознание обвиняемым характера и последствий заявленного им ходатайства.

Вопросы для самоконтроля

Какие обстоятельства, указанные законом, являются основаниями и условиями применения «особого порядка»?

На какие возрастные категории лиц распространяется «особый порядок»?

Какие категории преступлений позволяют применить «особый порядок»?

В каких случаях возможно рассмотрение уголовного дела в «особом порядке» в отсутствие потерпевшего?

Какие процессуальные последствия наступают в случае рассмотрения дела в «особом порядке»?


5. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК ЗАЯВЛЕНИЯ ХОДАТАЙСТВА О ПОСТАНОВЛЕНИИ ПРИГОВОРА В ОСОБОМ ПОРЯДКЕ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

Процессуальный порядок заявления обвиняемым ходатайства о постановлении приговора в «особом порядке» подчиняется определенным требованиям уголовно-процессуального закона. Установленная законом процедура заявления данного ходатайства обвиняемым позволит реализовать ему право на рассмотрение уголовного дела по сокращенной форме уголовного судопроизводства и закрепить надлежащим образом сделанное волеизъявление обвиняемого.

Порядок заявления ходатайства содержится в ст. 315 УПК РФ (Порядок заявления ходатайства), согласно которой ходатайство о рассмотрении уголовного дела в «особом порядке» должно быть сделано в присутствии защитника в момент ознакомления с материалами уголовного дела или на предварительном слушании, когда оно является обязательным в соответствии со статьей 229 УПК РФ.

Прежде чем приступить к подробному исследованию процессуального порядка заявления обвиняемым ходатайства, представляется необходимым разрешение вопроса о том, следует дознавателю или нет разъяснять обвиняемому его право ходатайствовать о применении «особого порядка», имея в виду, что глава 32 УПК РФ «Дознание» не возлагает на него такую обязанность? При решении рассматриваемого вопроса следует согласиться с мнением большинства ученых, которые отмечают, что дознаватель также обязан разъяснить обвиняемому его право ходатайствовать о рассмотрении дела в «особом порядке»[162].

Учитывая, что определенная категория преступлений, уголовные дела по которым могут быть рассмотрены в «особом порядке», относится к компетенции органов дознания, реализация права обвиняемого на рассмотрение дела в порядке гл. 40 УПК РФ не может быть поставлена в зависимость от формы предварительного расследования.

Конституционный Суд РФ в своем Определении справедливо отметил следующее: «Статья 225 УПК Российской Федерации регламентирует содержание обвинительного акта, составляемого по окончании дознания, а также предусматривает право обвиняемого и его защитника, потерпевшего и его представителя знакомиться с обвинительным актом и материалами уголовного дела. ... Обязанность разъяснять участникам уголовного судопроизводства их права закреплена, в частности, статьей 11 УПК Российской Федерации, согласно которой суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав. ... В силу единства процессуального статуса обвиняемого, не зависящего от того, в какой форме осуществляется предварительное расследование по уголовному делу, последствия неразъяснения обвиняемому при ознакомлении с материалами уголовного дела его прав должны быть одинаковыми как в случае завершения предварительного расследования в форме предварительного следствия, так и в случае окончания его в форме дознания» [163].

По окончании дознания составляется обвинительный акт, который является процессуальным документом, завершающим производство предварительного расследования в форме дознания. В обвинительном акте дознаватель формулирует обвинение и приводит доказательства, изобличающие лицо в совершении преступления, которые должны быть исследованы судом.

В соответствии с ч. 2 ст. 225 УПК РФ обвиняемый, его защитник должны быть ознакомлены с обвинительным актом и материалами уголовного дела, о чем делается отметка в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела. Принимая во внимание, что на момент окончания дознания также составляется протокол ознакомления с материалами уголовного дела, дознаватель обязан разъяснить обвиняемому его права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, в том числе право заявить ходатайство о рассмотрении дела в порядке гл. 40 УПК РФ.

Однако, содержащаяся в п. 2 ч. 2 ст. 315 УПК РФ ссылка на возможность обвиняемому заявить ходатайство в момент ознакомления с материалами уголовного дела, о чем делается соответствующая запись в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела в соответствии с ч. 2 ст. 218 УПК РФ, имеющая отношение к предварительному следствию, ограничивает возможность заявить ходатайство после окончания дознания. Представляется, что для разрешения рассматриваемой проблемы необходимо внести в УПК РФ соответствующие изменения.

Анализируя процедуру «особого порядка», можно сделать вывод, что обвиняемый фактически дважды заявляет свое ходатайство о постановлении приговора в «особом порядке». Согласно ч. 2 ст. 315 УПК РФ в первый раз обвиняемый делает свое заявление или на момент ознакомления с материалами уголовного дела, или на предварительном слушании («предварительное» ходатайство); во второй раз - непосредственно в судебном заседании, перед судьей, подтверждая ранее заявленное ходатайство (ч. 4 ст. 316 УПК РФ).

Если обвиняемый заявляет ходатайство о рассмотрении дела в «особом порядке» в момент ознакомления с материалами уголовного дела или в судебном заседании, то, соответственно, данное ходатайство должно быть занесено в протокол ознакомления с материалами дела или в протокол судебного заседания.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 5 декабря 2006 г. № 60, учитывая требования ч. 2 ст. 315 УПК РФ, обвиняемый вправе заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в момент ознакомления с материалами уголовного дела и на предварительном слушании, когда оно является обязательным в соответствии со статьей 229 УПК РФ, поэтому ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства может быть удовлетворено лишь в том случае, если оно заявлено до назначения судебного заседания (абз. 3 п. 4).

Изложенную позицию Верховного Суда РФ подтвердил Конституционный Суд РФ, указывая на то, что «предоставляя лицам, обвиняемым в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание, не превышающее десяти лет лишения свободы, право в случае согласия с предъявленным обвинением ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, федеральный законодатель, в частности, предусмотрел, что соответствующее ходатайство может быть заявлено в присутствии защитника в момент ознакомления с материалами уголовного дела либо на предварительном слушании. Только при таких условиях заявление ходатайства об использовании особого порядка постановления приговора может обеспечить в максимальной степени достижение тех целей, с которыми связано закрепление этого порядка в уголовно-процессуальном законодательстве, в том числе ограничение временных и иных затрат на проведение судебного разбирательства и обеспечение рассмотрения уголовного дела в разумный срок»[164].

Оценивая процессуальный порядок заявления обвиняемым ходатайства, ученые обоснованно приходят к выводу о том, что, если судебное разбирательство было начато в общем порядке, изменить его форму становится невозможным в силу того, что обвиняемый в досудебных стадиях не использовал предоставленную ему процессуальную возможность на заявление ходатайства о применении «особого порядка»[165]. Следовательно, если обвиняемый на этапе окончания предварительного расследования и проведения предварительного слушания не заявил о своем желании на рассмотрение уголовного дела в упрощенном порядке, то в дальнейшем он лишается предоставленного ему права.

В этой связи, думается, что действующий УПК РФ неоправданно ограничивает право обвиняемого на заявление ходатайства о применении «особого порядка» моментом ознакомления с материалами уголовного дела и предварительным слушанием. Не исключена ситуация, когда обвиняемому не были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, в том числе и право на рассмотрение дела в «особом порядке», или, когда обвиняемый, не воспользовавшийся своим правом на «особый порядок» на стадии предварительного расследования, заявил ходатайство о рассмотрении дела в таком порядке непосредственно в судебном заседании. Следовательно, ни в том, ни в другом случае применить «особый порядок» не представляется возможным.

Процессуалисты по-разному предлагали разрешить сложившуюся проблему: или суд обязан возвратить дело прокурору на основании п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ в случае, если при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела ему не были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, в том числе о применении «особого порядка»[166]; или возвратить на стадию подготовки к судебному заседанию в целях устранения нарушения уголовно-процессуального закона и предоставления обвиняемому права выразить свою волю о проведении судебного заседания в «особом порядке»[167].

Обосновывая позицию отсутствия необходимости возвращения в подобном случае дела прокурору, В.Т. Цогоева справедливо пишет, что возвращение дела прокурору для устранения отмеченного нарушения и последующая передача дела в суд не будут способствовать рассмотрению уголовного дела в разумные сроки и, кроме того, нет гарантий, что после разъяснений такого права лицу по возвращенному прокурору делу обвиняемый заявит ходатайство об «особом порядке»[168].

Таким образом, представляется, что суд в подготовительной части судебного разбирательства вправе обеспечить реализацию права подсудимого ходатайствовать о рассмотрении дела в «особом порядке», поскольку подсудимый не может быть лишен права на «особый порядок» вследствие несоблюдения следователем (дознавателем) требований закона. Указанное нарушение может быть устранено в стадии судебного разбирательства при условии участия в судебном заседании лиц, от волеизъявления которых зависит решение вопроса об «особом порядке». После разъяснения подсудимому права ходатайствовать об «особом порядке» и выяснения отношения к такому ходатайству обвинителя и потерпевшего суд может принять решение по существу заявленного подсудимым ходатайства[169].

В этой связи заслуживает одобрения позиция ученых, которые полагают возможным предоставить подсудимому право заявить ходатайство о применении «особого порядка» в подготовительной части судебного заседания[170].

Не менее важным представляется разрешение вопроса о необходимости присутствия защитника в момент заявления обвиняемым ходатайства о рассмотрении дела в «особом порядке». Вызывает сомнение в своей обоснованности требование уголовно-процессуального закона о заявлении ходатайства о постановлении приговора по правилам «особого порядка» в присутствии защитника (ч. 1 ст. 315 УПК РФ). В буквальном смысле, «присутствие защитника» означает его физическое присутствие, наличие в момент заявления ходатайства.

Согласно ч. 5 ст. 217 УПК РФ при ознакомлении с материалами дела следователь разъясняет обвиняемому право ходатайствовать о применении «особого порядка», а, следовательно, именно в этот момент обвиняемый вправе заявить свое ходатайство[171], поэтому, выполняя требование ч. 1 ст. 315 УПК РФ, необходимо обеспечить присутствие защитника.

Однако обеспечение его присутствия в ряде случаев невозможно, поскольку следователь заранее не может знать о ходатайствах, которые заявит обвиняемый после ознакомления с материалами уголовного дела[172]. Кроме того, не исключены ситуации, когда на стадии предварительного расследования обвиняемый отказался от услуг защитника, и такой отказ был принят следователем (дознавателем), при этом не было иных оснований для обязательного участия защитника в соответствии со ст. 51 УПК РФ, или когда защитник не смог явиться для ознакомления с материалами дела, и не было возможности отложить ознакомление. Как поступить в таком случае следователю (дознавателю), если обвиняемый заявит о согласии с предъявленным обвинением и желании рассматривать его дело в «особом порядке»?

Думается, присутствие защитника в таких случаях не требуется, поэтому следует принять ходатайство в отсутствие защитника. В данном вопросе, думается, следует согласиться с Л.А. Курочкиной, которая отмечает, что обязанность обеспечения защитника установлена ч. 1 ст. 315 УПК РФ в отношении суда, а не следователя (дознавателя), в связи с чем на этапе ознакомления с материалами дела обвиняемый вправе заявить ходатайство об «особом порядке в отсутствие защитника[173].

Анализ ст.ст. 122, 217, 225, 315 УПК РФ позволяет сделать вывод о том, что ходатайство обвиняемого о рассмотрении дела в «особом порядке» не разрешается следователем в порядке, предусмотренном ст. 122 УПК РФ, поскольку такое ходатайство адресовано суду. Защитник может появиться непосредственно в судебном заседании, учитывая требования ч. 1 ст. 315 УПК РФ о том, что если защитник не приглашен самим подсудимым, его законным представителем или по их поручению другими лицами, то участие защитника в данном случае должен обеспечить суд. Анализ указанной статьи позволяет сделать вывод, что именно суд самостоятельно обеспечивает участие защитника.

Тот факт, что защитник обязан участвовать в судебном заседании при рассмотрении дела в «особом порядке» (ч. 2 ст. 316 УПК РФ), является достаточным. Кроме того, для удовлетворения ходатайства обвиняемого (подсудимого) процессуальное значение имеет факт консультации защитника и обвиняемого (подсудимого) по вопросам применения «особого порядка» и его последствиям, что будет служить важнейшей гарантией обеспечения права на юридическую помощь, а не формальное наличие защитника в момент заявления ходатайства.

Учитывая изложенное, можно предположить, что при ознакомлении с материалами дела обвиняемый может заявить ходатайство и в отсутствие защитника, однако в судебном заседании следует обеспечить участие защитника, поскольку постановление приговора в «особом порядке» обусловлено необходимостью проведения обязательной предварительной консультации обвиняемого (подсудимого) с защитником (п. 2 ч. 2 ст. 314 УПК РФ) и участием защитника в судебном заседании (ч. 2 ст. 316 УПК РФ).

В этой связи некоторые процессуалисты полагают, что «целесообразно предусмотреть процессуальную форму оформления и закрепления в материалах уголовного дела проведенных обвиняемым консультаций со своим защитником по поводу выдвижения им ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в процессе ознакомления с материалами уголовного дела»[174].

Думается, в подобной «процессуальной форме закрепления» необходимости нет, поскольку она будет всего лишь формальной отметкой (отпиской) о том, что консультация проведена, и усложнит процедуру применения «особого порядка» в целом, нагружая ее дополнительным процессуальным документом. Выполнение требований закона об участии защитника в судебном заседании предполагает, что консультация проведена.

Суд в начале судебного заседания, решая вопрос о применении «особого порядка», обязан удостовериться, что обвиняемый получил исчерпывающую консультацию по вопросам заявления этого ходатайства, а также выяснить, проводились или нет консультации относительно процедуры «особого порядка» и его процессуальных последствиях. В частности, представляется возможным задать следующие вопросы обвиняемому: обсуждали или нет размер наказания; осознает или нет обвиняемый, что наказание, вынесенное судом может быть отличным от того, на которое он с защитником могли рассчитывать, понимает ли он потере права подать апелляционную (кассационную) жалобу на вынесенное решение в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и др.[175]

Если защитник вступает в уголовный процесс на стадии судебного разбирательства, суд должен объявить перерыв в судебном заседании, чтобы подсудимый и его защитник могли конфиденциально обсудить целесообразность заявления ходатайства об «особом порядке»[176].

Подводя итог вышеизложенному, следует заключить о возможности принять ходатайство о рассмотрении уголовного дела в «особом порядке» при ознакомлении обвиняемого с материалами дела в отсутствие защитника, что не будет являться процессуальным нарушением его прав. Кроме того, представляется возможным принять ходатайство о рассмотрении уголовного дела в «особом порядке» непосредственно в подготовительной части судебного заседания. Согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением и соответствующее ходатайство, сделанное именно в судебном заседании, имеет значение для решения вопроса о рассмотрении уголовного дела в «особом порядке». Ходатайство обвиняемого, заявленное на стадии ознакомления с материалами уголовного дела или на предварительном слушании, может служить лишь основанием для назначения уголовного дела к рассмотрению в «особом порядке». Реализация права обвиняемого на «особый порядок» не может быть поставлена в зависимость от формы предварительного расследования (предварительного следствия или дознания).

Вопросы для самоконтроля

Каков порядок заявления ходатайства о применении «особого порядка»?

Кто и в каком порядке разъясняет обвиняемому его право заявить ходатайство о применении «особого порядка»?

Каким образом процессуально закрепляется сделанное обвиняемым ходатайство о применении «особого порядка»?

Какая обязанность возложена на защитника в целях соблюдения порядка заявления обвиняемым ходатайства о применении «особого порядка»?

Какие недостатки имеются в действующем порядке заявления ходатайства о применении «особого порядка»?


6. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК ПРОВЕДЕНИЯ СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ И ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПРИГОВОРА В ОСОБОМ ПОРЯДКЕ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

«Особый порядок» ассоциируется именно с определенными правилами проведения судебного разбирательства, когда данные правила устанавливают качественно новый характер ведения судебного заседания. Однако процессуальный порядок рассмотрения уголовного дела в «особом порядке» регламентирован несколько противоречиво: законодательные формулировки позволяют сделать вывод, что проводить судебное разбирательство нет необходимости. Так, в ч. 1 ст. 314 УПК РФ указано, что «обвиняемый вправе ... ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства…» (выделено нами – Д.С., М.Д., далее также); ч. 2 ст. 314 УПК РФ - «…суд вправе постановить приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке…»; ч. 1 ст. 315 УПК РФ - «ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием с предъявленным обвинением…»; ч. 1 ст. 316 УПК РФ - «судебное заседание по ходатайству подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства…»; ч. 8 ст. 316 УПК РФ - «описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать…выводы суда о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства».

Таким образом, учитывая положения закона, некоторые процессуалисты приходят к выводу о том, что «само судебное заседание следует проводить, но без разбирательства»[177]. Указанная позиция представляется спорной. Думается, следует поддержать мнение ученых о том, что судебное разбирательство должно иметь место[178].

Для решения вопроса о необходимости проведении судебного разбирательства при рассмотрении уголовного дела в «особом порядке» следует обратиться к п. 51 ст. 5 УПК РФ, согласно которому судебное разбирательство означает «судебное заседание судов первой, второй и надзорной инстанций». В соответствии с п. 50 ст. 5 УПК РФ судебное заседание - «процессуальная форма осуществления правосудия в ходе досудебного и судебного производства по уголовному делу». Следовательно, законодатель определил понятие «судебное разбирательство» через понятие «судебное заседание».

Указание ч. 1 ст. 316 УПК РФ на проведение судебного заседания при соблюдении гл. 35 (Общие условия судебного разбирательства) позволяет сделать вывод о необходимости проведения судебного разбирательства. Следует признать несколько некорректным употребление словосочетания «постановление приговора без проведения судебного разбирательства», предложенное законодателем, поскольку судебное разбирательство при рассмотрении уголовного дела в «особом порядке» проводится, но с учетом специфики данной процедуры. Представляется необходимым внести в УПК РФ соответствующие изменения в части регламентации порядка проведения судебного заседания и постановления приговора по правилам рассматриваемой формы уголовного судопроизводства.

В целом, процессуальный порядок проведения судебного заседания и постановления приговора в «особом порядке» регламентирован ст. 316 УПК РФ (Порядок проведения судебного заседания и постановления приговора), согласно которой судебное заседание по ходатайству подсудимого о постановлении приговора в «особом порядке» проводится с соблюдением правил, установленных главами 35 УПК РФ (Общие условия судебного разбирательства), 36 УПК РФ (Подготовительная часть судебного заседания), 38 УПК РФ (Прения сторон и последнее слово подсудимого) и 39 УПК РФ (Постановление приговора).

Из общих правил производства в суде первой инстанции «выпала» гл. 37 УПК РФ «Судебное следствие». Отсутствие судебного следствия как такового и является одним из существенных отличий «особого порядка» от судебного разбирательства в общем порядке. Думается, отсутствие указания в ст. 316 УПК РФ на гл. 37 УПК РФ (Судебное следствие) является необоснованным, поскольку в силу ч. 5 ст. 316 УПК РФ судом могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Кроме того, в письме Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ на вопрос о том, каким образом должно проводиться судебное заседание в особом порядке, судам рекомендовано применять общий порядок судопроизводства, предусмотренный главами 35 – 39 УПК РФ[179], то есть, включая гл. 37 УПК РФ.

Законодателем также необоснованно исключена из правил рассмотрения уголовного дела в «особом порядке» гл. 33 УПК РФ (Общий порядок подготовки к судебному заседанию), которая содержит требования о полномочиях судьи по поступившему в суд уголовному делу, вопросах, подлежащих выяснению по поступившему в суд уголовному делу, мерах по обеспечению гражданского иска и возможной конфискации имущества, назначении судебного заседания, вызовах в судебное заседание, сроке начала разбирательства в судебном заседании. Положения указанной главы также могут быть применимы к рассмотрению уголовного дела в «особом порядке».

Таким образом, учитывая специфику «особого порядка», на подготовку к судебному заседанию и проведение судебного заседания в «особом порядке» распространяются требования глав 33, 35, 36, 37, 38, 39 УПК РФ с «изъятиями» (особенностями), характерными именно для этой формы уголовного судопроизводства.

Учитывая особенности проведения судебного заседания, судья обязательно должен выяснить позицию подсудимого о том, поддерживает ли он свое ходатайство о рассмотрении дела в «особом порядке», а также его позицию о предъявленном ему обвинении. Поэтому рассмотрение ходатайства подсудимого начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения, а по уголовным делам частного обвинения - с изложения обвинения частным обвинителем (ч. 3 ст. 316 УПК РФ).

После изложения обвинения суду необходимо установить соблюдение оснований и условий применения «особого порядка», поэтому в силу ч. 4 ст. 316 УПК РФ суд обязательно должен получить ответы на следующие вопросы:

понятно ли подсудимому обвинение?

согласен ли он с обвинением и поддерживает ли свое ходатайство о постановлении приговора в «особом порядке»?

заявлено ли это ходатайство добровольно и после консультации с защитником?

осознает ли он последствия постановления приговора в «особом порядке»?

Утвердительный ответ на каждый из вопросов означает, что условия применения «особого порядка» соблюдены.

Получить ответ на указанные «главные» вопросы возможно посредством детальных вопросов. В частности, вопросы о возрасте, образовании, наличии или отсутствии психических расстройств, наркотической зависимости, нахождении под влиянием лекарственных средств позволят установить факт того, что подсудимый понимает существо обвинения. Вопросы о качестве предоставленных услуг защитником, об отсутствии принуждения выступить с ходатайством о согласии с предъявленным обвинением, позволят убедиться в том, что ходатайство на «особый порядок» заявлено добровольно и после консультаций с защитником и т.п. Перечень таких детальных вопросов не может быть ограничен, учитывая, что судья является независимым, самостоятельным участником уголовного судопроизводства и вправе задавать любые вопросы. Однако, выясняя позицию подсудимого на «главные» вопросы посредством множества детальных, необходимо соблюсти разумность, поэтому достаточно задать лишь те вопросы, которые помогут сформировать суду собственные представления относительно выполнения условий применения «особого порядка».

Затем судья обязан выяснить отношение государственного обвинителя или частного обвинителя и потерпевшего к рассматриваемому ходатайству подсудимого. При отрицательном ответе государственного (частного) обвинителя или потерпевшего против постановления приговора в «особом порядке» судья принимает решение о рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Кроме того, судья вправе по собственной инициативе отказать в удовлетворении ходатайства подсудимого. Данные требования содержатся в ч. 6 ст. 316 УПК РФ и подчеркивают, что при малейшем сомнении в соблюдении оснований и условий применения «особого порядка» в рассмотрении дела по правилам упрощенного производства должно быть отказано.

При положительном ответе участников судебного заседания, при убеждении, что подсудимый добровольно и после консультаций с защитником заявил свое ходатайство об «особом порядке», осознает последствия такого порядка, судья принимает решение удовлетворить ходатайство подсудимого о постановлении приговора в «особом порядке»[180] и продолжает дальнейшее судебное следствие с учетом особенностей упрощенного производства.

При рассмотрении дела в «особом порядке» могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и в этой связи заслуживает одобрения предложенный А.П. Гуськовой перечень данных о личности подсудимого, который можно учитывать судом при индивидуализации наказания[181]. Указанный перечень включает данные о личности виновного лица, раскрывающие: «1) социальную характеристику обвиняемого (деятельность обвиняемого как члена общества (общественно-политическая, производственная, культурно-бытовая), свидетельствующую об отношении личности к наиболее важным сторонам общественной жизни); 2) психологическую характеристику (имеется в виду идейный уровень обвиняемого, его круг интересов, моральные и правовые взгляды, жизненные интересы, устремления, мировоззрение (направленность)); 3) медико-биологическую характеристику, включающую данные о состоянии здоровья, инвалидности и др.»[182].

Ученые-процессуалисты отмечают, что с целью установления обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, смягчающих и отягчающих его ответственность, могут быть допрошены свидетели, исследованы документы[183].

Другие придерживаются позиции дополнительного представления материалов (например, характеристик на подсудимого и потерпевшего, различных справок, имеющих значение для дела и т.д.) непосредственно в судебное заседание[184].

О возможности допроса свидетелей по обстоятельствам, характеризующим личность подсудимого, обстоятельствам, смягчающим и отягчающим наказание, и представлении дополнительных материалов по этим обстоятельствам указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 60: «поскольку порядок такого исследования главой 40 УПК РФ не ограничен, оно может проводиться всеми предусмотренными уголовно-процессуальным законом способами, в том числе путем исследования дополнительно представленных материалов, а также допросов свидетелей по этим обстоятельствам»[185] (абз. 2 п. 10). Представляется возможным считать указанную судебную практику обоснованной, поскольку «на основе ... обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, суд может установить, является ли совершенное преступление случайным в жизни человека или оно стало логическим завершением его отношения к своей жизненной позиции, нравственным идеалам, или оно совершено на основе психологического взрыва»[186], что позволит обосновать выбор наказания с учетом индивидуального подхода[187].

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 5 марта 2004 г. № 1 отметил, что поскольку судья исследует лишь обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, он не вправе отказать сторонам в возможности участвовать в прениях, а подсудимому в последнем слове высказаться по этим вопросам в порядке, предусмотренном ст.ст. 292, 293 УПК РФ (п. 28).

Однако ряд процессуалистов считает, что проведение прений сторон может привести к тому, что сама идея скорейшего разрешения дела, заложенная законодателем в гл. 40 УПК, окажется несостоятельной.[188] Напротив, другие ученые обосновывают необходимость судебных прений при «особом порядке».[189]

Думается, прения сторон при рассмотрении дела в «особом порядке» должны иметь место. Иначе как обосновать требование ч. 1 ст. 316 УПК РФ о том, что судебное заседание проводится с соблюдением гл. 38 УПК РФ (Прения сторон и последнее слово подсудимого). В этой связи следует согласиться с мнением Л. Татьяниной о том, что сторонам в судебных прениях следует высказать свое мнение о возможном наказании[190] и, кроме того, уделить внимание мотивации при выборе того или иного вида и размера наказания, в обоснование которого указать на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. В противном случае, целесообразность проведенного исследования материала, характеризующего личность подсудимого, может быть поставлена под сомнение.

В силу ч. 6 ст. 292 УПК РФ после произнесения речей всеми участниками прений сторон каждый из них может выступить еще один раз с репликой. Право последней реплики принадлежит подсудимому или его защитнику.

После окончания прений сторон председательствующий предоставляет подсудимому последнее слово (ч. 1 ст. 293 УПК РФ). Непредставление подсудимому последнего слова может служить основанием отмены (или) изменения приговора (п. 7 ч. 2 ст. 381 УПК РФ).

В последнем слове подсудимого может быть выражена просьба к суду о снисхождении, о неприменении к нему того или иного вида либо размера наказания, например, о назначении наказания, не связанного с лишением свободы либо о назначении наказания с отсрочкой его исполнения и т.д., также подсудимый может выразить свое раскаяние, привести какие-либо дополнительные смягчающие вину обстоятельства.

Заслушав последнее слово подсудимого, суд удаляется в совещательную комнату для постановления приговора, о чем председательствующий объявляет присутствующим в зале судебного заседания (ч. 1 ст. 295 УПК РФ).

Процессуальный порядок постановления приговора подчиняется требованиям ст.ст. 296 – 313 главы 39 УПК РФ (Постановление приговора), а также требованиям ст. 316 УПК РФ.

Согласно ч. 7 ст. 316 УПК РФ если судья придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, то он постановляет обвинительный приговор.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора определена положениями ч. 8 ст. 316 УПК РФ, согласно которой указанная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, с обвинением, в совершении которого согласился подсудимый, а также выводы суда о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства; анализ доказательств и их оценка судьей в приговоре не отражаются. При вынесении приговора вопросы доказанности события преступления, причастности подсудимого к преступлению и его виновности не требуют разрешения, поскольку предполагаются уже доказанными.

Учитывая требования ч. 5 ст. 316 УПК РФ о том, что судья не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу, он принимает те доказательства, которые представлены в материалы уголовного дела. При постановлении приговора суд должен принять во внимание всю совокупность доказательств, руководствуясь законом и совестью. Внутреннее убеждение судьи в том, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, формируется на основе изучения материалов уголовного дела. В приговоре, постановленном в «особом порядке», воспроизводится описание преступного деяния, содержащегося в обвинительном заключении (обвинительном акте), с которым соглашается подсудимый, приводятся основания и условия применения «особого порядка».

Суд обязан изложить в приговоре мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия, то есть обосновывается вывод о назначении наказания подсудимому с применением ст.ст. 61, 62, 63, 64 УК РФ.

В этой связи Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 5 марта 2004 г. № 1 указал на то, что назначение подсудимому наказания должно быть мотивировано в приговоре (п. 28), несмотря на то, что судье необходимо назначить наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление (п. 7 ст. 316 УПК РФ).

При постановлении приговора нет необходимости разрешать вопрос, на кого и в каком размере должны быть возложены процессуальные издержки, поскольку он «разрешен» законодателем, принимая во внимание ч. 10 ст. 316 УПК РФ, согласно которой процессуальные издержки, предусмотренные ст. 131 УПК РФ, взысканию с подсудимого не подлежат (в данном случае процессуальные издержки несет Российская Федерация).

Следует отметить о том, что несмотря на то, что вопросы доказанности события преступления, причастности подсудимого к преступлению и его виновности в связи с согласием подсудимого с предъявленным ему обвинением предполагаются доказанными, суд обязан прийти к выводу о том, что обвинение обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по делу. В противном случае, суд обязан принять решение о прекращении «особого порядка» и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Учитывая вышеизложенное, следует заключить, что подготовка к судебному заседанию, проведение судебного заседания и постановление приговора в «особом порядке» подчиняется требованиям ст. 316 УПК РФ и положениям глав 33, 35, 36, 37, 38, 39 УПК РФ с «изъятиями» (особенностями), характерными именно для этой формы уголовного судопроизводства.

Вопросы для самоконтроля

В соответствии с какими требованиями УПК РФ осуществляется проведение судебного заседания в «особом порядке»?

Какие участники уголовного судопроизводства должны присутствовать при проведении судебного заседания в «особом порядке»?

Какие особенности характерны для судебного следствия в «особом порядке»?

Какое наказание может быть назначено подсудимому при вынесении приговора по правилам «особого порядка»?

Каким образом разрешается вопрос о процессуальных издержках при вынесении приговора по правилам «особого порядка»?

 


7. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК

ОБЖАЛОВАНИЯ ПРИГОВОРА

Право обжалования приговора является неотъемлемым средством защиты и восстановления нарушенных прав и интересов участников уголовного судопроизводства. Поэтому не случайно данное правомочие закреплено в ч. 3 ст. 50 Конституции РФ: «Каждый осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом, а также право просить о помиловании или смягчении наказания»[191].

Право обжалования приговора, не вступившего в законную силу, принадлежит сторонам: осужденному, его защитнику, законному представителю, государственному обвинителю, потерпевшему и его представителю, а в части, относящейся к гражданскому иску – гражданскому истцу, гражданским ответчику и их представителям (ч.ч. 4, 5 ст. 354 УПК РФ).

Не вступивший в законную силу приговор, вынесенный в условиях «особого порядка» может быть обжалован в апелляционном порядке, поскольку данный порядок предполагает возможность рассмотрения уголовных дел, подсудных мировому судье (ч. 2 ст. 354 УПК РФ). Не вступивший в законную силу приговор, постановленный в «особом порядке» по уголовным делам, подсудным федеральному суду общей юрисдикции, обжалуется в кассационном порядке (ч. 3 ст. 354 УПК РФ). При этом УПК РФ предусмотрены общие основания отмены или изменения приговора в апелляционном и кассационном порядке (ст. ст. 369, 379 УПК РФ).

Однако известно, что «особый порядок» исключает необходимость и возможность исследования доказательств в судебном заседании. Такой порядок принятия судебного решения только на основе доказательств, собранных по уголовному делу в ходе предварительного расследования, не позволяет обсуждать вопрос о результатах проверки доказательств в судебном разбирательстве и выводах о них в приговоре. Учитывая специфику постановления обвинительного приговора в «особом порядке», УПК РФ указывает на пределы обжалования данного приговора.

В ст. 317 УПК РФ (Пределы обжалования приговора) установлено, что «приговор, постановленный в соответствии со статьей 316 настоящего Кодекса, не может быть обжалован в апелляционном и кассационном порядке по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 379 настоящего Кодекса».

Следует отметить, что ст. 379 УПК РФ (Основания отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке) состоит из двух частей, одна из которых содержит четыре пункта. Нетрудно заметить, что при конструировании ст. 317 УПК РФ не соблюдены правила юридической техники, так как ст. 379 УПК РФ содержит две части, поэтому указание на пункт 1 ст. 379 УПК РФ (выделено нами - Д.С., М.Д.) без указания номера части неверно.

Нельзя не отметить, что ст. 379 УПК РФ в первоначальной редакции не содержала частей, но они были введены п. 64 ст. 1 Федерального закона от 29 мая 2002 г. № 58 – ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации»[192]. В этой связи справедливо замечание М.Л. Позднякова о том, что ст. 317 УПК РФ была «забыта» и осталась изложенной со ссылкой на ст. 379 УПК РФ в прежней редакции, которая не содержала указания на части.[193] Следовательно, ст. 317 УПК РФ нуждается в изменении.

С точки зрения юридической техники, представляется правильным изложение данной статьи, содержащей указание на то, что приговор, постановленный в условиях «особого порядка», не может быть обжалован по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, то есть ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции, поскольку данные обстоятельства судом не исследовались. Особенность обжалования приговора, вынесенного в «особом порядке» заключается в том, что исключается его обжалование по мотивам доказанности или недоказанности вины подсудимого. Обвиняемый, заявляя ходатайство о постановлении приговора в «особом порядке», а также государственный (частный) обвинитель и потерпевший, которые согласились с заявленным ходатайством, должны осознавать, что применение указанного порядка судебного разбирательства приводит к сужению оснований обжалования постановленного приговора.

По мнению ряда ученых, недопустимо ограничивать права участников процесса на обжалование приговора по мотиву несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку основания для отмены приговора являются едиными, поэтому нельзя в зависимости от порядка судебного разбирательства изменять их. Указанный мотив может иметь место в случаях, когда судья в приговоре описывает события не в соответствии с доказательствами, находящимися в уголовном деле.[194]

Думается, ограничения прав участников процесса на обжалование приговора в данной ситуации не усматриваются.

Во-первых, нельзя не учитывать, что «особый порядок» - специфичная форма уголовного судопроизводства, отличная от общего порядка. Стороны дали свое согласие на постановление приговора в «особом порядке», были уведомлены о его правовых последствиях, в том числе о невозможности обжаловать приговор по причине несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Справедливо отмечает И.Б. Михайловская, что приговоры, постановленные в результате различных процедур, обладают равной юридической силой, но особенности порядка, в котором рассматривалось дело, влияют на характер установленных законом оснований их отмены и изменения[195].

Конституционный Суд РФ указал в Определении от 15 ноября 2007 г. № 820-О-О на то, что «федеральный законодатель, реализуя предусмотренные статьей 71 (пункт "о") Конституции Российской Федерации полномочия в сфере уголовного и уголовно-процессуального законодательства, закрепил в главе 40 УПК Российской Федерации особый порядок судебного разбирательства. При этом он определил, что проведение судебного разбирательства в особом порядке возможно лишь по ходатайству обвиняемого, заявленному добровольно при наличии его согласия с предъявленным обвинением и после проведения консультаций с защитником; суд же, принимая решение об особом порядке рассмотрения уголовного дела, во всяком случае должен удостовериться, что обвиняемый осознает характер и последствия заявленного им ходатайства и добровольно принимает на себя все его последствия, включая как невозможность назначения наказания, превышающего две трети максимального срока, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, так и недопущение обжалования постановленного по уголовному делу приговора по мотиву несоответствия содержащихся в нем выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Как видно из представленных материалов, в ходе производства по уголовному делу В.В. Алин заявил о своем согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайствовал о рассмотрении его уголовного дела без проведения судебного разбирательства в полном объеме, а суд, удовлетворив ходатайство, признал В.В. Алина виновным и назначил ему наказание в пределах двух третей максимального срока наказания, предусмотренного уголовным законом за инкриминируемые ему преступления.

Таким образом, статьи 314 – 317 УПК Российской Федерации не воспрепятствовали рассмотрению уголовного дела В.В. Алина тем судом и в том порядке, которые установлены федеральным законом и были избраны самим обвиняемым. Тем фактом, что заявителю, который осознанно и добровольно согласился с предъявленным обвинением и сам ходатайствовал об использовании особого порядка принятия решения по его делу, не предоставляется право обжаловать вынесенный в отношении него приговор по мотиву несоответствия содержащихся в нем выводов фактическим обстоятельствам дела, его конституционные права не нарушаются»[196].

Во-вторых, вызывает сомнения довод о том, что судья будет указывать обстоятельства преступления не в соответствии с доказательствами по уголовному делу. Поскольку анализ доказательств и их оценка судьей в обвинительном приговоре не отражаются (ч. 8 ст. 316 УПК РФ), то в приговоре приводится описание преступного деяния, обвинение, в совершении которого согласился подсудимый, а также выводы суда о соблюдении условий постановления приговора в «особом порядке»[197]. У судьи, фактически нет иного выбора, как ссылаться на письменные материалы уголовного дела, в том числе на обвинительное заключение (обвинительный акт), на основании которого государственный (частный) обвинитель предъявляет обвинение и излагает его в судебном заседании. Главная цель судьи – осуществить «проверку» письменных материалов на доказанность вины; на отсутствие нарушений уголовно-процессуального закона; осуществить «проверку» правильности применения уголовного закона; назначить справедливое наказание.

В-третьих, в приговоре акцент делается на обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность подсудимого, поскольку они исследуются судом и необходимы для назначения наказания. Если судья, описывая названные обстоятельства в приговоре, не учитывает их при назначении наказания, то в жалобе или представлении может ставиться вопрос с позиции несправедливости приговора (ст. 383 УПК РФ), поскольку УПК РФ не исключает возможность обжалования постановленного в «особом порядке» приговора по этому основанию.

В целях исключения судебной ошибки, приговоры по делам, где состоялось соглашение обвиняемого с предъявленным ему обвинением, могут быть обжалованы в апелляционном и кассационном порядке, если нарушен уголовно-процессуальный закон, неправильно применен уголовный закон и если постановлен несправедливый приговор (ст.ст. 381, 382, 383 УПК РФ).

В целях защиты интересов осужденных Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 5 декабря 2006 г. № 60 разъяснил, что «вступившие в законную силу приговор, определение, постановление суда по делу, рассмотренному в особом порядке, могут быть обжалованы в надзорном порядке без каких-либо ограничений, поскольку уголовно-процессуальный закон (статья 317 УПК РФ) такого запрета не содержит»[198] (п. 17).

Думается, авторы указанного постановления полагали, что возможность обжалования приговора в порядке надзора должна стать гарантией исправления ошибки, допущенной при рассмотрении уголовного дела в «особом порядке».

Однако некоторыми учеными-процессуалистами подобная позиция не была принята.

А.П. Коротков, А.В. Тимофеев пишут о том, что приговор, постановленный в «особом порядке», исходя из положений ч. 1 ст. 409 и ч. 7 ст. 410 УПК РФ, не может быть обжалован по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, поскольку выводы суда первой инстанции относительно фактических обстоятельств уголовного дела отсутствуют, соответственно, данные обстоятельства не могут быть предметом проверки судом надзорной инстанции[199]. Разделяя указанную позицию, В.В. Дорошков отмечает, что «суд надзорной инстанции не имеет реальной возможности проверить обоснованность выводов суда, которые касаются фактических обстоятельств дела»[200].

Таким образом, жалобы либо представления с указанием о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, поступившие в суд апелляционной, кассационной или надзорной инстанции, подлежат возвращению заявителям без рассмотрения с указанием на допущенное ими нарушение требований ст. 317 УПК РФ[201].

Учитывая изложенное, следует заключить о невозможности обжалования приговора, вынесенного в «особом порядке», в силу несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела не только в апелляционной и кассационной инстанциях, но и в надзорной инстанции.

Вместе с тем, указанные споры должны прекратиться в связи с тем что, п. 17 Постановлении от 5 декабря 2006 г. № 60 отменен. В указанное постановление введен 17.1 Постановлением Пленума Верховного Суда РФ «Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам» от 23 декабря 2010 г. № 31, согласно которому «вступившие в законную силу приговор, определение и Постановление суда по делу, рассмотренному в особом порядке, не могут быть пересмотрены в порядке, предусмотренном главой 48 УПК РФ, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции (пункт 1 части 1 статьи 379, статья 380 УПК РФ), а определения и Постановления суда - ввиду их необоснованности (пункты 1, 2 части 2 статьи 409 УПК РФ)»[202].

Возвращаясь к содержанию ст. 317 УПК РФ, следует отметить, что в ней нет ссылки на невозможность обжалования приговора мирового судьи по основанию, указанному в п. 1 ч. 1 ст. 369 УПК РФ, а лишь отмечается ссылка на п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, которая относится к обжалованию приговоров, вынесенных судом общей юрисдикции по первой и апелляционной инстанции. В апелляционном порядке дело не может быть пересмотрено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 369 УПК РФ, а в кассационном – по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, при этом содержание указанных норм является одинаковым. Если приговор мирового судьи не может быть обжалован ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, то по аналогии ст. 317 УПК РФ логичнее было бы изложить со ссылкой на п. 1 ч. 1 ст. 369 УПК РФ наряду с п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ. Кроме того, в п. 1 ч. 1 ст. 369 УПК РФ сделана ссылка не на п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ, а на ст. 380 УПК РФ, что гораздо правильней. Неточное «разбрасывание» от статьи к статье для уголовного судопроизводства вряд ли оправданно, поскольку именно в ст. 380 УПК РФ определены случаи признания приговора не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Таким образом, ст. 317 УПК РФ необходимо изложить в ином варианте, который более удобен в практическом применении, четко и ясно отражает пределы обжалования приговора, постановленного по правилам «особого порядка».

Подводя итог вышеизложенному, следует сделать вывод о том, что приговор, постановленный по правилам гл. 40 УПК РФ, не может быть обжалован в апелляционном и кассационном порядке, а также в порядке надзора ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленных судом первой и апелляционной инстанции.

Пределы обжалования приговора, постановленного по правилам гл. 40 УПК РФ, соответствуют специфике «особого порядка» как сокращенной формы уголовного судопроизводства.

Вопросы для самоконтроля

В каком порядке обжалуются приговоры мирового судьи?

Каким образом законодателем определены пределы обжалования приговора, вынесенного по правилам «особого порядка»?

Какая ошибка юридической техники допущена законодателем при определении пределов обжалования приговора, вынесенного по правилам «особого порядка»?

Каким образом Пленумом Верховного Суда РФ определены пределы обжалования приговора, вынесенного по правилам «особого порядка»?

По каким основаниям может быть обжалован приговор, вынесенный по правилам «особого порядка»?

 


СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

I. НОРМАТИВНЫЕ АКТЫ

 

Законодательство Государства Российского и
Российской Империи

Судебник 1497 г. // Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М.: Юрид. лит., 1985. – С. 54 – 63.

Судебник 1550 г. // Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М.: Юрид. лит., 1985. – С. 97 – 129.

Соборное Уложение 1649 г. // Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т.3. Акты земских соборов / отв. ред. тома док. ист. наук А.Г. Маньков / под общ. ред. д.ю.н., проф. О.И. Чистякова. – М.: Юрид. лит., 1985. – 512 с.

Краткое изображение процессов или тяжеб 1715 г. // Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т.4. Законодательство периода становления абсолютизма / отв. ред. тома док. ист. наук А.Г. Маньков / под общ. ред. д.ю.н., проф. О.И. Чистякова. – М.: Юрид. лит., 1986. – 512 с.

Свод законов Российской империи 1832г. / Свод законов Российской империи, повелением Государя Императора Николая Павловича составленный. Т. 15. Законы уголовные. – Издание 1842 года. – СПб.: Изд-во Гос. Канц. – 1842. – 507 с.

Устав уголовного судопроизводства // Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т. 8. Судебная реформа / отв. ред. тома д.ю.н., проф. Б.В. Виленский / под общ. ред. д.ю.н., проф. О.И. Чистякова. – М.: Юрид. лит., 1991. – 496 с.

Устав уголовного судопроизводства. Основные положения. – СПб.: Изд-во Гос. Канц., 1866. – 522 с.

 

Законодательство РСФСР

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР: утв. Постановлением III сессии ВЦИК IX созыва от 25 мая 1922 г. // Собрание узаконений и распоряжений РКП РСФСР. – 1922. – № 20 – 21. – Ст. 230.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР: утв. Постановлением ВЦИК от 15 февраля 1923 г. // Собрание узаконений и распоряжений РКП РСФСР. – 1923. – № 7. – Ст. 106.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР: утв. Законом РСФСР от 27 октября 1960 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. – 1960. – № 40. – Ст. 592.

О концепции судебной реформы в РСФСР: Постановление Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. № 1801-1 // Ведомости Верховного Совета РСФСР. – 1991. – № 44. – Ст. 1435.

 

Законодательство Российской Федерации

и иные официальные документы

Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. // Российская газета. – 1993. – 25 декабря. – № 237.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 18 декабря 2001 г. № 174 – ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2001. – № 52. – Ст. 4921.

О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях: Закон РФ от 16 июля 1993 г. № 5451-I // Российская газета. – 1993. – 25 августа.

О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 29 мая 2002 г. № 58 – ФЗ // Российская газета. – 2002. – 1 июня. – № 98.

О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 4 июля 2003 г. № 92 – ФЗ РФ // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2003. – № 27. – Ст. 2706 (ч. 1).

О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации: Федеральный закон от 29 декабря 2010 № 433-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации . – 2011. – № 1. – ст. 45.

Об отказе в принятии к рассмотрению запроса мирового судьи судебного участка № 29 Карымского района Читинской области о проверке конституционности положений статей 217, 225 и 476 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: Определение Конституционного Суда РФ от 8 апреля 2004 г. № 152-О [Электронный ресурс] // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. – 2004. – № 6.

Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Сосновского районного суда Челябинской области о проверке конституционности части второй статьи 315 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: Определение Конституционного Суда РФ от 17 июля 2007 г. № 621-О-О [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Гарант». – Электрон. поисковая прогр. – М.: Центр информационных технологий МГУ, ООО «НПП ГАРАНТ-СЕРВИС», 2007. – Систем. требования Р-II-500; 128 Мб ОЗУ; Microsoft Windows 2000/ХР. – Загл. с экрана.

Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Алина Виктора Вячеславовича на нарушение его конституционных прав статьями 314, 315, 316 и 317 Уголовно-процессуального кодекса РФ: Определение Конституционного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. № 820-О-О [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Гарант». – Электрон. поисковая прогр. – М.: Центр информационных технологий МГУ, ООО «НПП ГАРАНТ-СЕРВИС», 2007. – Систем. требования Р-II-500; 128 Мб ОЗУ; Microsoft Windows 2000/ХР. – Загл. с экрана.

О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 9 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 1995. – № 3. – С. 2 – 8.

О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. № 1 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2004. – № 5. – С. 2 – 7.

О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального закона «О внесении изменений в статьи 314 и 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 56 [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // www/supcourt.ru/ vscourt_denale.php?id=4644. – Загл. с экрана.

О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 60 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2007. – № 2. – С. 2 – 4.

О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел»: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2010 г. № 4 // Российская газета. – 2010. – 2 марта – № 5121.

Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 31 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2011. – № 2.

О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2011. – № 4.

 

II. ЛИТЕРАТУРА

 

Монографии, учебники, учебные пособия,

комментарии УПК

Бернам, У. Правовая система США / У. Бернам. – М.: Новая юстиция, 2007. – 1216 с.

Бойльке, В. Уголовно-процессуальное право ФРГ: Учебник / В. Бойльке / Пер. с нем. Я.М. Плошкиной; Под ред. Л.В. Майоровой. – 6-е изд., с доп. и изм. – Красноярск: РУМЦ ЮО, 2004. – 352 с.

Булатов, Б.Б., Уголовный процесс зарубежных стран: Лекция / Б.Б. Булатов, В.В. Николюк. – Омск: Юрид. ин-т МВД России, 1999. – 52 с.

Владимиров, Л.Е. Учение об уголовных доказательствах / Л.Е. Владимиров. – Тула: Автограф, 2000. – 464с.

Власихин, В. Служба обвинения в США: закон и политика / В. Власихин. – М.: Юрид. лит., 1981. – 176 с.

Головко, Л.В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве / Л.В. Головко. – СПб: Изд-во «Юрид. центр Пресс», 2002. – 544 с.

Гуськова, А.П. Теоретические и практические аспекты установления данных о личности обвиняемого в российском уголовном судопроизводстве. Учебное пособие / А.П. Гуськова. – Изд. второе, перераб. и доп. – ИГ «Юрист», 2002. – 160 с.

Гуценко, К.Ф. Уголовный процесс западных государств / К.Ф. Гуценко, Л.В. Головко, Б.А. Филимонов. – изд. 2-е, доп. и испр. – М.: Изд-во «Зерцало М», 2002. – 528 с.

Даев, В. Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса / В. Г. Даев. – Л.: Ленингр. гос. ун-т, 1982. – 112 с.

Днепровская, М.А. Особый порядок судебного разбирательства уголовных дел: монография / М.А. Днепровская. – М.: РАП, 2010. – 130 с.

Жалинский, А. Введение в немецкое право / А. Жалинский, А. Рерихт. – М.: Спарк, 2001. – 767 с.

Калугин, А.Г Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением: Монография / А.Г. Калугин, М.В. Монид. – Красноярск: Сиб. юрид. ин-т МВД России, 2006. – 188 с.

Киримова, Е.А. Правовой институт: понятие и виды: Учебное пособие / под ред. проф. И.Н. Сенякина. – Саратов: Саратов. гос. акад. права. – 2000. – 55 с.

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. И. Л. Петрухина. – М.: ООО «ТК Велби», 2002. – 896 с.

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / отв. ред. В.И. Радченко; научн. ред. В.Т. Томин, М.П. Поляков. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрайт-Издат, 2006. – 1124 с.

Коротков, А.П. Прокурорско-следственная практика применения УПК РФ: комментарий / А.П. Коротков, А.В. Тимофеев. – 2-е изд., доп. и перераб. – М.: Изд-во «Экзамен», 2006. – 607 с.

Коротков, А.П. 900 ответов на вопросы прокурорско-следственных работников по применению УПК РФ / А.П. Коротков, А.В. Тимофеев. – М.: Изд-во «Экзамен», 2004. – 576 с.

Лившиц, В.Я. Принцип непосредственности в советском уголовном процессе / В.Я. Лившиц. – М. – Л.: Изд-во АН СССР, 1949. – 208с.

Лекции по истории уголовного процесса России / науч. ред. И.В. Смолькова; отв. ред. Р.В. Мазюк. – Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2010. – 404 с.

Любашиц, В.Я. Теория государства и права / В.Я. Любашиц, М.Б. Смоленский, В.И. Шепелев. – Ростов-н/Д: Феникс, 2002. – 512 с.

Махов, В.Н., Уголовный процесс США (досудебные стадии) / В.Н. Махов, М.А. Пешков. – М: Интел-синтез, 1998. – 207 с.

Манова, Н.С. Досудебное (предварительное) производство: сущность и проблемы дифференциации процессуальных форм / Н.С. Манова; под ред. В.М. Корнукова. – Саратов: Саратов. гос. акад. права, 2003. – 228 с.

Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.М. Лебедева; науч. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – 1008 с.

Николайчик, В.М. Уголовный процесс США / В.М. Николайчик. – М.: Наука, 1981. – 224 с.

Рарог, А. И. Настольная книга судьи по квалификации преступлений: практ. пособие / А.И. Рарог. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. – 224 с.

Рыбалов, К.А. Особый порядок судебного разбирательства в Российской Федерации и проблемы его реализации / К.А. Рыбалов. М.: Юрлитинформ, 2004. – 152 с.

Полудняков, В.И. Современная российская судебная реформа. На пути в мир правосудия / В.И. Полудняков. - СПб.: Изд. Дом «Нева», 2002. – 320 с.

Россинский, С.Б. Уголовный процесс России: Курс лекций / С.Б. Россинский. – 2-е изд., исправл. и доп.. – М.: Эксмо, 2008. – 576 с.

Сердюков, С.В. Ускоренное судебное разбирательство: необходимость, реальность, перспектива (вопросы теории и практики) / С.В. Сердюков. – М.: ЮРКНИГА, 2006. – 128 с.

Смирнов, А.В. Уголовный процесс: Учебник для вузов / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский / Под общ. ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2004. – 697 с.

Сырых, В. М. Теория государства и права: Учебник / В. М. Сырых. – 2-е изд., стер. – М.: Юстицинформ, 2002. – 592 с.

Трубникова, Т.В. Теоретические основы упрощенных судебных производств / Т.В. Трубникова. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999. – 132 с.

Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник для вузов / Отв. ред. П.А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2004. – 800 с.

Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / отв. ред. Ю.К. Якимович. – СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2007. – 890 с.

Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник – 2-е изд., перераб. и доп. / Л.Н. Башкатов [и др.]; отв. ред. И.Л. Петрухин. – М.: Проспект, 2009. – 672 с.

Фойницкий, И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 2 / И.Я. Фойницкий / общ. ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Изд. «Альфа», 1996. – 607 с.

Фридмэн, Л. Введение в американское право / Л. Фридмэн / Перевод с англ. Г. Седугина; под ред. М. Калантаровой. – М.: Изд. гр. «Прогресс-Универс», 1993. – 286 с.

Чельцов-Бебутов, М.А. Курс уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах / М.А. Чельцов-Бебутов. – СПб.: Равена, Альфа, 1995. – 846 с.

Черданцев, А.Ф. Теория государства и права: Учебник для вузов / А.Ф. Черданцев. – М.: Юрайт, 2000. – 432 с.

Якимович, Ю.К. Судебное производство по УПК Российской Федерации / Ю.К. Якимович, Т.Д. Пан. – СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2005. – 252 с.

 

Научные статьи, тезисы докладов

Аверченко, А.К. О сущности и содержании согласия обвиняемого с предъявленным обвинением как основания производства в особом порядке / А.К. Аверченко // Правовые проблемы укрепления российской государственности: Сб. статей / Под ред. М.К. Свиридова. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2005. – Ч. 29. – С. 136 – 140.

Александров, А.С. Правовая природа института, регламентированного главой 40 УПК РФ / А.С. Александров, А.Ф. Кучин, А.Г. Смолин // Российский судья. – 2007. – № 7. – С. 16 – 17.

Ананьин, А. Проект УПК требует серьезной доработки. От версии Вячеслава Киселева к варианту Елены Мизулиной / А. Ананьин // Российская юстиция. – 2000. – № 10. – С. 4 – 7.

Арсеньев, В.Д. О дальнейшей дифференциации порядка производства по уголовным делам / В.Д. Арсеньев, Н.Ф. Метлин, А.В. Смирнов // Правоведение. – 1986. - № 1. – С. 78 – 83.

Бирюков, Н. Проблемы практики применения особого порядка принятия судебного решения / Н. Бирюков // Российский судья. – 2005. – № 4. – С. 18 – 22.

Благов, Е.В. Материальные последствия согласия с предъявленным обвинением / Е.В. Благов // Уголовный процесс. – 2007. – № 2. – С. 36 – 42.

Богданов, Е.В. Спор о вине и теория допроса обвиняемого / Е.В. Богданов [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // pravoved.jurfak.spb.ru/Default.asp/?cnt=393. – Загл. с экрана.

Васяев, А.А. Установление оснований применения особого порядка принятия судебных решений / А.А. Васяев // Российский судья. – 2008. – № 2. – С. 31 – 32.

Васяев, А.А. Сделка с правосудием или сделка с обвинением / А.А. Васяев // Современное право. – 2010. № – С. 88 – 94.

Великий, Д.П. Особый порядок судебного разбирательства: теория и практика / Д.П. Великий // Журнал российского права. – 2005. – № 6. – С. 74 – 79.

Ветрова, Г.Н. Уголовно-процессуальная форма в российской правовой традиции / Г.Н. Ветрова [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: www.iuaj.net/modules. php?name= Pages&go=page&pid=335. – Загл. с экрана.

Выступление Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. // Российский судья. – 2009. – № 1. – С. 6 – 13.

Гаврилов, Б.Я. Сделка с правосудием – что почем? / Б.Я. Гаврилов // ЭЖ-Юрист. – 2007. – № 17 (472). – С. 5 – 6.

Головко, Л.В. Новый УПК РФ в контексте сравнительного уголовно-процессуального права / Л.В. Головко // Государство и право. – 2002. – № 5. – С. 51 – 61.

Головинская, И.В. Является ли рассмотрение мировым судьей уголовных дел частно-публичного и публичного обвинения упрощенной формой судопроизводства? / И.В. Головинская // Российский следователь. – 2007. – № 14. – С. 2 – 4.

Горбачев, А. Признание обвиняемого – «особо убедительное доказательство»? / А. Горбачев // Российская юстиция. – 2004. – № 6. – С. 38 – 40.

Гричаниченко, А. Особый порядок судебного разбирательства нуждается в совершенствовании // Уголовное право. – 2004. – № 3. – С. 76 – 80.

Гричаниченко, А. Особый порядок принятия судебного решения: сравнительный анализ содержания главы 40 и главы 40.1 УПК РФ, проблемы их применения / А. Гричаниченко // Уголовное право. – 2010. - № 1. – С. 81 – 85.

Гуськова, А. П. К вопросу об уголовно-процессуальной форме и ее значении в реализации демократических начал российского судопроизводства / А. П. Гуськова // Ученые записки: Сб. науч. трудов. – Тюмень: Изд-во Тюм. гос. ун-та, 2002. – Вып. 3. – С. 3 – 11.

Гуськова, А.П. Об особом порядке принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением по российскому уголовно-процессуальному закону / А.П. Гуськова, С.С. Пономаренко // Российский судья. – 2002. – № 10. – С. 20 – 22.

Демидов, В. Некоторые вопросы применения особого порядка судебного разбирательства / В. Демидов // Российская юстиция. – 2003. – № 4. – С. 25 – 27.

Дорошков, В.В. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением / В.В. Дорошков // Российский судья. – 2004. – № 9. – С. 32 – 36.

Жеребятьев, И.В. Некоторые проблемные вопросы рассмотрения уголовных дел в порядке гл. 40 УПК / И.В. Жеребятьев [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://www.yurclub.ru/ docs/pravo/0903/14.html. – Загл. с экрана.

Золотых, В. Новая практика применения особого порядка судебного разбирательства / В. Золотых, С. Цыганенко // Российская юстиция. – 2003. – № 5. – С. 46 – 47.

Калиновский, К.Б. Уголовный процесс современных зарубежных государств / К.Б. Калиновский [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // kalinovsky-k.narod.ru/p/2000-1.htm. – Загл. с экрана.

Калугин, А.Г. Нормы, допускающие компромисс с лицом, совершившим преступление, как комплексный межотраслевой институт права. / А.Г. Калугин // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: сборник материалов международной научной конференции,16 – 17 фев. 2006 г.: в 2 ч. /отв. ред. С.Д. Назаров. – Красноярск: Сиб. юрид. ин-т МВД России, 2006. – Ч 2. – С. 111 – 114.

Кищенков, А.В. Виды упрощенных производств в уголовном процессе / А.В. Кищенков [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // law.wl.dvgu.ru/vestnik/36/htm. – Загл. с экрана.

Кирьянов, Ю.А. К совершенствованию нормативной регламентации судебного разбирательства в особом порядке / Ю.А. Кирьянов, А.Ю. Кирьянов // Российская юстиция. – 2007. – № 8. – С. 59 – 62.

Лагодина, Е. К вопросу об упрощении процедуры судебного разбирательства по уголовному делу в суде первой инстанции / Е. Лагодина, Н. Редькин // Уголовное право. – 2006. – № 6. – С. 77 – 80.

Лазарева В. Легализация сделок о признании вины / В. Лазарева // Российская юстиция. – 1999. – № 5. – С. 40 – 41.

Лазарева, В. Новый УПК: особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением / В. Лазарева // Уголовное право. – 2002. – № 2. – С. 67 – 69.

Любишкин, Д.Е. Уголовно-правовая характеристика преступлений, рассматриваемых в порядке главы 40 УПК РФ / Д.Е. Любишкин [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://alldoccs.ru/download/html/VARTICLE_203.html. – Загл. с экрана.

Махов, В. Сделка о признании вины / В. Махов, М. Пешков // Российская юстиция. – 1998. – № 7. – С. 17 – 19.

Милицин, С. Сделки о признании вины: возможен ли российский вариант? / С. Милицин // Российская юстиция. – 1999. – № 12. – С. 41 – 42.

Михайловская, И.Б. Настольная книга судьи по доказыванию в уголовном процессе / И.Б. Михайловская [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Гарант». – Электрон. поисковая прогр. – М.: Центр информационных технологий МГУ, ООО «НПП ГАРАНТ-СЕРВИС», 2007. – Систем. требования Р-II-500; 128 Мб ОЗУ; Microsoft Windows 2000/ХР. – Загл. с экрана.

Павленок, В.А. Особый порядок судебного разбирательства / В.А. Павленок, А.А. Толкаченко // Уголовный процесс. – 2006. – № 12. – С. 9.

Пашин, С. Теория формальных доказательств и здравый смысл / С. Пашин // Российская юстиция. – 1996. – № 1. – С. 52.

Петрухин, И.Л. Концептуальные основы реформы уголовного судопроизводства в России / И.Л. Петрухин // Государство и право. – 2002. – № 5. – С. 22 – 29.

Петрухин, И. Роль признания обвиняемого в уголовном процессе / И. Петрухин // Российская юстиция. – 2003. – № 2. – С. 24 – 26.

Петрухин, И. Сделки о признании вины чужды российскому менталитету / И. Петрухин // Российская юстиция. – 2001. – № 5. – С. 35 – 37.

Поздняков, М.Л. Новая проблема вместо решения старой / М.Л. Поздняков // Адвокат. – 2007. – № 2. – С. 26 – 30.

Поздняков, М.Л. О законодательной инициативе по особому порядку судебного разбирательства / М.Л. Поздняков // Уголовный процесс. – 2007. – № 4. – С. 49 – 50.

Разумов, С. Практика показала состоятельность нового УПК РФ / С. Разумов [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // www.bpi.ru/interview/371.html. – Загл. с экрана.

Рахунов, Р.Д. Дифференциация уголовно-процессуальной формы по делам о малозначительных преступлениях / Р.Д. Рахунов // Советское государство и право. – 1975. – № 12. – С. 60 – 68.

Решетова, Н.Ю. О допустимости «сделки с правосудием» в российском уголовном процессе / Н.Ю. Решетова, М.Е. Токарева // Прокурорская и следственная практика. – 2006. – № 3 – 4. – С. 160 – 170.

Рябинина, Т.К. Особый порядок судебного разбирательства как одна из сокращенных форм уголовного судопроизводства / Т.К. Рябинина // Российский судья. – 2004. – № 9. – С. 20 – 23.

Сероштан, В.В. Искусственное сужение прав обвиняемого, подсудимого требует своего устранения / В.В. Сероштан // Российский судья. – 2006. – № 6. – С. 29 – 31.

Смирнов, А.В. Реформы уголовной юстиции конца XX века и дискурсивная состязательность / А.В. Смирнов // Журнал российского права. – 2001. – № 12. – С. 145 – 155.

Строгович, М.С. Признание обвиняемым своей вины в качестве судебного доказательства/ М.С. Строгович // Советское государство и право. – 1982. – № 4. – С. 68 – 74.

Тейман, С. Сделка о признании вины или сокращенные формы судопроизводства: по какому пути пойдет Россия? / С. Тейман // Российская юстиция. – 1998. – № 10. – С. 35 – 37.

Тейман, С. Сделка о признании вины или сокращенные формы судопроизводства: по какому пути пойдет Россия? / С. Тейман // Российская юстиция. –1998. – № 11. – С. 35 – 37.

Толкаченко, А.А. Уголовно-правовые аспекты особого порядка судебного разбирательства / А.А. Толкаченко, А.А. Толкаченко // Уголовный процесс. – 2006. – № 9. – С. 36 – 44.

Халиков, А. Вопросы, возникающие при особом порядке судебного разбирательства / А. Халиков // Российская юстиция. – 2003. – № 1. – С. 63 – 65.

Хаматова, Е. Особый порядок судебного разбирательства по уголовному делу претерпел изменения / Е. Хаматова // Уголовное право. – 2004. – № 1. – С. 94 – 95.

Цыганенко, С.С. Дифференциация как модель уголовного процесса (уголовно-процессуальная стратегия) / С.С. Цыганенко [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // www.iuaj.net/modules.php?name=Pages&go=page&pid= 225.– Загл. с экрана.

Шамардин, А.А. Психологические и нравственные аспекты признания обвиняемым своей вины в уголовном процессе / А. А. Шамардин // Использование специальных познаний в области психологии и психиатрии в судопроизводстве: Учебное пособие / под ред. А.П. Гуськовой. – Оренбург: Изд. центр ОГАУ, 1999. – С. 51 – 58.

Шепель, В.С. Особый порядок производства / В.С. Шепель // ЭЖ-Юрист. – 2006. – № 9. – С. 10.

Якимович, Ю.К. О необходимости дифференциации уголовного судопроизводства // Приоритетные направления развития правового государства: материалы Международной научно-практической конференции / под ред. В.П. Колесовой. – Барнаул: Изд-во ААЭП, 2008. – С. 160 – 161.

Якушев, В.С. О понятии правового института / В.С. Якушев // Известия вузов. Правоведение. – 1970. – № 6. – С. 67 – 70.


ПРИЛОЖЕНИЕ

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации

от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ

(извлечения)

Раздел X. Особый порядок судебного разбирательства

Глава 40. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением

 

Статья 314. Основания применения особого порядка принятия судебного решения

1. Обвиняемый вправе при наличии согласия государственного или частного обвинителя и потерпевшего заявить о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства по уголовным делам о преступлениях, наказание за которые, предусмотренное Уголовным кодексом Российской Федерации, не превышает 10 лет лишения свободы. (в ред. Федерального закона от 04.07.2003 № 92-ФЗ)

2. В случае, предусмотренном частью первой настоящей статьи, суд вправе постановить приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке, если удостоверится, что:

1) обвиняемый осознает характер и последствия заявленного им ходатайства;

2) ходатайство было заявлено добровольно и после проведения консультаций с защитником.

3. Если суд установит, что предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи условия, при которых обвиняемым было заявлено ходатайство, не соблюдены, то он принимает решение о назначении судебного разбирательства в общем порядке.

4. Если государственный либо частный обвинитель и (или) потерпевший возражают против заявленного обвиняемым ходатайства, то уголовное дело рассматривается в общем порядке.

 

Статья 315. Порядок заявления ходатайства

1. Ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием с предъявленным обвинением обвиняемый заявляет в присутствии защитника. Если защитник не приглашен самим подсудимым, его законным представителем или по их поручению другими лицами, то участие защитника в данном случае должен обеспечить суд.

2. Обвиняемый вправе заявить ходатайство:

1) в момент ознакомления с материалами уголовного дела, о чем делается соответствующая запись в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела в соответствии с частью второй статьи 218 настоящего Кодекса;

2) на предварительном слушании, когда оно является обязательным в соответствии со статьей 229 настоящего Кодекса.

 

Статья 316. Порядок проведения судебного заседания и постановления приговора (в ред. Федерального закона от 04.07.2003 № 92-ФЗ)

1. Судебное заседание по ходатайству подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием с предъявленным обвинением проводится в порядке, установленном главами 35, 36, 38 и 39 настоящего Кодекса, с учетом требований настоящей статьи.

2. Судебное заседание проводится с обязательным участием подсудимого и его защитника.

3. Рассмотрение ходатайства подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения, а по уголовным делам частного обвинения - с изложения обвинения частным обвинителем.

4. Судья опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, согласен ли он с обвинением и поддерживает ли свое ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, заявлено ли это ходатайство добровольно и после консультации с защитником, осознает ли он последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства. При участии в судебном заседании потерпевшего судья выясняет у него отношение к ходатайству подсудимого.

5. Судья не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу. При этом могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

6. При возражении подсудимого, государственного или частного обвинителя, потерпевшего против постановления приговора без проведения судебного разбирательства либо по собственной инициативе судья выносит постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

7. Если судья придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, то он постановляет обвинительный приговор и назначает подсудимому наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

8. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, с обвинением в совершении которого согласился подсудимый, а также выводы суда о соблюдении условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства. Анализ доказательств и их оценка судьей в приговоре не отражаются.

 

Федеральным законом от 29.12.2010 № 433-ФЗ с 1 января 2013 года в части девятой статьи 316 слова "главой 43" будут заменены словами "главой 45.1".

 

9. После провозглашения приговора судья разъясняет сторонам право и порядок его обжалования, предусмотренные главой 43 настоящего Кодекса.

10. Процессуальные издержки, предусмотренные статьей 131 настоящего Кодекса, взысканию с подсудимого не подлежат.

 

Федеральным законом от 29.12.2010 № 433-ФЗ с 1 января 2013 года статья 317 будет изложена в новой редакции.

 

Статья 317. Пределы обжалования приговора

Приговор, постановленный в соответствии со статьей 316 настоящего Кодекса, не может быть обжалован в апелляционном и кассационном порядке по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 379 настоящего Кодекса.


Федеральный закон

от 29 декабря 2010 г. № 433-ФЗ

О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации

(извлечения)

 

 

 

16) в части девятой статьи 316 слова «главой 43» заменить словами «главой 45.1»;

17) статью 317 изложить в следующей редакции:

 

«Статья 317. Пределы обжалования приговора

Приговор, постановленный в соответствии со статьей 316 настоящего Кодекса, не может быть обжалован в апелляционном порядке по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 389.15 настоящего Кодекса.»
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 5 декабря 2006 г. № 60
О применении судами особого порядка

судебного разбирательства уголовных дел

(в ред. Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2010 № 4, от 23.12.2010 № 31)

В связи с возникшими в судебной практике вопросами по применению особого порядка судебного разбирательства Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. Обратить внимание судов на недопустимость ограничения прав участников судебного разбирательства при рассмотрении уголовных дел в особом порядке и необходимость соблюдения принципов уголовного судопроизводства при их разрешении.

2. При рассмотрении вопроса о возможности принятия судебного решения по ходатайству обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке судам надлежит устанавливать, имеются ли по уголовному делу необходимые для этого условия. Согласно требованиям норм главы 40 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации такими условиями следует считать: заявление обвиняемого о согласии с предъявленным обвинением; заявление такого ходатайства в присутствии защитника и в период, установленный статьей 315 УПК РФ; осознание обвиняемым характера и последствий заявленного им ходатайства; отсутствие возражений у государственного или частного обвинителя и потерпевшего против рассмотрения уголовного дела в особом порядке; обвинение лица в совершении преступления, наказание за которое не превышает 10 лет лишения свободы; обоснованность обвинения и его подтверждение собранными по делу доказательствами; понимание обвиняемым существа обвинения и согласие с ним в полном объеме; отсутствие оснований для прекращения уголовного дела.

3. Решая вопрос о возможности применения особого порядка судебного разбирательства по уголовному делу, следует иметь в виду, что в нормах главы 40 УПК РФ указаны условия постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, а не условия назначения уголовного дела к рассмотрению. Поэтому при наличии ходатайства обвиняемого о применении особого порядка принятия судебного решения и отсутствии обстоятельств, препятствующих разбирательству уголовного дела в особом порядке, судья при назначении судебного заседания принимает решение о рассмотрении данного дела в особом порядке.

Если впоследствии в ходе судебного заседания будет установлено, что все условия соблюдены, суд продолжает рассмотрение уголовного дела в особом порядке. В случае, когда по делу какие-либо условия, необходимые для постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, отсутствуют, суд в соответствии с частью 3 статьи 314 и частью 6 статьи 316 УПК РФ принимает решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

4. Невыполнение органами предварительного расследования возложенной на них частью 1 статьи 11 и пунктом 2 части 5 статьи 217 УПК РФ обязанности по разъяснению обвиняемому права ходатайствовать при ознакомлении с материалами уголовного дела о применении особого порядка судебного разбирательства влечет нарушение права обвиняемого на защиту и в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 237 УПК РФ является основанием проведения предварительного слушания для решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору.

Если в ходе проводимого с участием обвиняемого, его защитника, прокурора и потерпевшего предварительного слушания имеется возможность с соблюдением условий, указанных в пункте 2 настоящего Постановления, восстановить права обвиняемого, судья по ходатайству обвиняемого принимает решение о назначении судебного заседания в особом порядке. При невозможности устранить допущенное в ходе предварительного расследования нарушение уголовно-процессуального закона дело подлежит возвращению прокурору.

В соответствии с требованиями части 2 статьи 315 УПК РФ обвиняемый вправе заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в момент ознакомления с материалами уголовного дела и на предварительном слушании, когда оно является обязательным в соответствии со статьей 229 УПК РФ, поэтому ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства может быть удовлетворено лишь в том случае, если оно заявлено до назначения судебного заседания.

5. По смыслу пункта 22 статьи 5, пунктов 4, 5 части 2 статьи 171 и части 1 статьи 220 УПК РФ применительно к особому порядку судебного разбирательства под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, заявляя ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер вреда, причиненного деянием обвиняемого.

6. В соответствии с частью 1 статьи 314 УПК РФ особый порядок судебного разбирательства может быть применен только по делам о преступлениях, наказание за которые не превышает 10 лет лишения свободы.

При этом необходимо исходить из наказания, предусмотренного санкцией статьи, вмененной обвиняемому, а не из наказания, которое может быть назначено ему с учетом обстоятельств, предусмотренных статьями 62, 64, 66, 69, 70 УК РФ.

7. Если по уголовному делу обвиняется несколько лиц, а ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства заявили лишь некоторые из них либо хотя бы один из обвиняемых является несовершеннолетним, то при невозможности выделить дело в отношении лиц, заявивших ходатайство об особом порядке судебного разбирательства, и несовершеннолетних в отдельное производство такое дело в отношении всех обвиняемых должно рассматриваться в общем порядке.

8. В особом порядке могут рассматриваться уголовные дела как публичного и частно-публичного, так и частного обвинения. С учетом особенностей судопроизводства по делам частного обвинения ходатайство об особом порядке судебного разбирательства по ним может быть заявлено в период от момента вручения лицу заявления потерпевшего о привлечении его к уголовной ответственности до вынесения судьей постановления о назначении судебного заседания.

При этом мировой судья в соответствии с требованиями статьи 11 УПК РФ при вручении заявления обязан в присутствии защитника разъяснить лицу, в отношении которого оно подано, право ходатайствовать о применении особого порядка судебного разбирательства и выяснить у него, желает ли он воспользоваться этим правом, а при проведении примирительной процедуры - выяснить у потерпевшего, не возражает ли он против удовлетворения ходатайства лица, привлекаемого к ответственности.

9. Решая вопрос о назначении рассмотрения уголовного дела в особом порядке по результатам предварительного слушания, а также о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке в соответствии с частью 6 статьи 316 УПК РФ, необходимо соблюдать установленное частью 4 статьи 231 УПК РФ требование об извещении сторон о месте, дате и времени судебного заседания не менее чем за 5 суток до его начала.

10. В соответствии со статьей 316 УПК РФ по делу, рассматриваемому в особом порядке, в ходе судебного заседания могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Поскольку порядок такого исследования главой 40 УПК РФ не ограничен, оно может проводиться всеми предусмотренными уголовно-процессуальным законом способами, в том числе путем исследования дополнительно представленных материалов, а также допросов свидетелей по этим обстоятельствам.

11. Обратить внимание судов на недопустимость рассмотрения уголовных дел в особом порядке без подсудимого, его защитника, государственного или частного обвинителя, поскольку от позиции указанных участников судебного разбирательства зависит возможность применения особого порядка принятия судебного решения. В судебном заседании следует также удостовериться в отсутствии у потерпевшего, надлежащим образом извещенного о месте и времени судебного заседания, возражений против заявленного обвиняемым ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Поскольку в силу части 5 статьи 316 УПК РФ могут быть исследованы лишь обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, суд не вправе отказать сторонам в возможности участвовать в прениях, а подсудимому в последнем слове высказаться, в том числе и по этим вопросам, в порядке, предусмотренном статьями 292 и 293 УПК РФ. (абзац введен Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2010 № 31)

12. Глава 40 УПК РФ не содержит норм, запрещающих принимать по делу, рассматриваемому в особом порядке, иные, кроме обвинительного приговора, судебные решения, в частности, содеянное обвиняемым может быть переквалифицировано, а само уголовное дело прекращено (например, в связи с истечением сроков давности, изменением уголовного закона, примирением с потерпевшим, амнистией, отказом государственного обвинителя от обвинения) и т.д., если для этого не требуется исследования собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства при этом не изменяются.

Если по уголовному делу, рассматриваемому в особом порядке, предъявлен гражданский иск, то при наличии соответствующих оснований он может быть оставлен без удовлетворения, производство по нему прекращено, в его удовлетворении может быть отказано либо по иску принято решение о передаче его на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, если это не повлечет изменения фактических обстоятельств дела.

13. Разъяснить судам, что указанное в части 7 статьи 316 УПК РФ требование о назначении подсудимому при рассмотрении дела в особом порядке наказания не более двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, не распространяется на дополнительные наказания и альтернативные виды наказания, указанные в санкциях статей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.

14. Обратить внимание судей на то, что при наличии оснований, предусмотренных статьями 62, 64, 66, 68, 69 и 70 УК РФ, наказание виновному назначается по правилам как этих статей, так и части 7 статьи 316 УПК РФ (например, при назначении подсудимому наказания за неоконченное преступление вначале следует с учетом требований статьи 66 УК РФ определить максимальный срок или размер наказания, которое может быть назначено виновному, затем в соответствии с частью 7 статьи 316 УПК РФ сократить этот срок (размер) наказания в связи с рассмотрением дела в особом порядке и лишь после этого определить подсудимому наказание с учетом положений Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации).

15. Согласно статье 317 УПК РФ приговор, постановленный без проведения судебного разбирательства в общем порядке, не может быть обжалован сторонами в кассационном и апелляционном порядке в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Поэтому производство по таким жалобам в судах кассационной и апелляционной инстанций подлежит прекращению.

Вместе с тем, если в кассационных жалобах или представлениях содержатся данные, указывающие на нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона либо на несправедливость приговора, судебные решения, принятые в особом порядке, могут быть отменены или изменены, если при этом не изменяются фактические обстоятельства дела (например, в связи с изменением уголовного закона, неправильной квалификацией преступного деяния судом первой инстанции, истечением сроков давности, амнистией и т.п.).

16. Суд апелляционной инстанции не вправе исследовать доказательства, подтверждающие либо опровергающие обвинение, поскольку приговор, постановленный без проведения судебного разбирательства в общем порядке, не может быть обжалован в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельства дела.

При рассмотрении уголовного дела по апелляционному представлению прокурора либо апелляционной жалобе потерпевшего, частного обвинителя или их представителей на несправедливость приговора вследствие чрезмерной мягкости суду следует иметь в виду, что обоснованность применения особого порядка судебного разбирательства не обжалуется, поэтому вновь назначенное виновному более строгое наказание не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

17. Исключен. - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2010 № 4.

17.1. Вступившие в законную силу приговор, определение и Постановление суда по делу, рассмотренному в особом порядке, не могут быть пересмотрены в порядке, предусмотренном главой 48 УПК РФ, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции (пункт 1 части 1 статьи 379, статья 380 УПК РФ), а определения и Постановления суда - ввиду их необоснованности (пункты 1, 2 части 2 статьи 409 УПК РФ). (п. 17.1 введен Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2010 № 31)

18. В связи с принятием настоящего Постановления признать утратившими силу абзацы первый и второй пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 года № 1 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации".


Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации 

от 24 февраля 2010 г. № 4

 О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел»

 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет:

пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской 
Федерации от 5 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого 
порядка судебного разбирательства уголовных дел» исключить.

 

 

Постановление Пленума Верховного Суда РФ

от 23 декабря 2010 № 31

Об изменении и дополнении некоторых Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам

(извлечение)

 

6. В Постановлении Пленума от 5 декабря 2006 г. № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» (в редакции Постановления Пленума от 24 февраля 2010 года № 4):

1) пункт 11 дополнить абзацем вторым в следующей редакции:

«Поскольку в силу части 5 статьи 316 УПК РФ могут быть исследованы лишь обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, суд не вправе отказать сторонам в возможности участвовать в прениях, а подсудимому в последнем слове высказаться, в том числе и по этим вопросам, в порядке, предусмотренном статьями 292 и 293 УПК РФ.»;

2) дополнить пунктом 17.1 в следующей редакции:

«17.1. Вступившие в законную силу приговор, определение и Постановление суда по делу, рассмотренному в особом порядке, не могут быть пересмотрены в порядке, предусмотренном главой 48 УПК РФ, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции (пункт 1 части 1 статьи 379, статья 380 УПК РФ), а определения и Постановления суда - ввиду их необоснованности (пункты 1, 2 части 2 статьи 409 УПК РФ).».


Тестовые задания для самоконтроля

 

1. Особый порядок судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением проводится по уголовным делам о преступлениях с максимальным наказанием до:

3 лет лишения свободы;

5 лет лишения свободы;

10 лет лишения свободы.

 

2. В особом порядке могут быть рассмотрены уголовные дела:

а) только частного обвинения;

б) только частного и частно-публичного обвинения;

в) только публичного и частно-публичного обвинения;

г) как публичного и частно-публичного, так и частного обвинения.

 

3. Обвиняемый вправе заявить о согласии с предъявленным ему обвинением при наличии согласия:

а) государственного или частного обвинителя;

б) потерпевшего;

в) защитника;

г) других обвиняемых;

д) всех указанных участников уголовного судопроизводства.

 

4. Если потерпевший возражает против заявленного обвиняемым ходатайства о рассмотрении дела в особом порядке, то уголовное дело рассматривается:

а) в особом порядке;

б) в общем порядке;

в) в порядке, определяемом судом;

г) в зависимости от мнения государственного или частного обвинителя.

 

5. Условиями применения особого порядка принятия судебного решения являются:

а) осознание обвиняемым характера и последствий заявленного им ходатайства;

б) добровольность ходатайства;

в) проведение консультации с защитником;

г) согласие законного представителя;

д) согласие председателя суда, к подсудности которого отнесено данное уголовное дело.

 

6. Ходатайство об особом порядке принятия решения может быть заявлено:

а) в ходе предварительного расследования;

б) в момент ознакомления с материалами уголовного дела;

в) на предварительном слушании;

г) в подготовительной части судебного заседания.

 

7. Если при рассмотрении дела в особом порядке в ходе судебного заседания суд установит, что обвинение не обоснованно и не подтверждается собранными по делу доказательствами, то суд:

а) возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения;

б) продолжает рассматривать дело в особом порядке;

в) прекращает особый порядок и назначает рассмотрение уголовного дела в общем порядке;

г) все ответы неправильные.

 

8. Ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в связи с согласием с предъявленным обвинением обвиняемый заявляет:

а) всегда в присутствии защитника;

б) в присутствии защитника, если он участвует в уголовном судопроизводстве;

в) в присутствии защитника, если суд признает это необходимым.

 

9. Судебное заседание проводится с обязательным участием:

а) подсудимого;

б) защитника;

в) подсудимого и защитника.

10. При рассмотрении уголовного дела в особом порядке в судебном заседании свидетель может быть допрошен:

а) во всяком случае;

б) только по обстоятельствам, характеризующим личность подсудимого, и обстоятельствам, смягчающим и отягчающим наказание;

в) все ответы неправильные

 

11. В приговоре, постановленном в особом порядке, анализ доказательств и их оценка судьей:

а) отражаются;

б) не отражаются

 

12. Датой постановления приговора следует считать:

а) дату подписания приговора составом суда;

б) дату вынесения приговора;

в) дату, устанавливаемую судом.

 

13. Назначенное судом наказание не может превышать:

а) 3/4 максимального срока или размера наиболее строгого наказания, предусмотренного за совершенное преступление;

б) 2/3 максимального срока или размера наиболее строгого наказания, предусмотренного за совершенное преступление;

в) 1/3 максимального срока или размера наиболее строгого наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

 

14. Процессуальные издержки взысканию с подсудимого:

а) подлежат;

б) не подлежат;

в) подлежат по усмотрению судьи.

 

15. Постановленный приговор не может быть обжалован в апелляционном и кассационном порядке по основанию:

а) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела;

б) нарушение уголовно-процессуального закона;

в) неправильное применение уголовного закона;

г) несправедливость приговора.


 

 

 

Степаненко Диана Аркадьевна

Днепровская Марина Анатольевна

 

 

 

Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением

 

 

 

 

Учебное пособие

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



[1] Выступление Председателя Верховного Суда Российской Федерации Лебедева В.М. // Российский судья. – 2009. – № 1. – С. 6 – 13.

[2] Поздняков М.Л. О законодательной инициативе по особому порядку судебного разбирательства // Уголовный процесс. – 2007. – № 4. – С. 50.

[3] Кищенков А.В. Виды упрощенных производств в уголовном процессе [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // law.wl.dvgu.ru/vestnik/36/htm. – Загл. с экрана.

[4] См.: Поздняков М.Л. О законодательной инициативе ... – С. 49.

[5] См.: Боботов С.В., Жигачев И.Ю. Введение в правовую систему США. – М.: Изд-во НОРМА, 1997. – С. 187.

[6] См.: Фридмэн Л. Введение в американское право. – М.: Изд. гр. «Прогресс-Универс», 1993. – С. 140.

[7] См.: Власихин В. Служба обвинения в США: закон и политика. – М.: Юрид. лит., 1981. – С. 137

[8] См.: Махов В.Н., Пешков М.А. Уголовный процесс США (досудебные стадии). – М: Интел-синтез, 1998. – С. 168 – 169.

[9] Фридмэн Л. Указ. соч. – С. 140.

[10] См.: Махов В.Н., Пешков М.А. Уголовный процесс США … – С. 168.

[11] См.: Федеральные правила уголовного процесса в окружных судах США (по состоянию на 6 января 1997 г.) // Махов В.Н., Пешков М.А. Уголовный процесс США … – С. 187 – 194.

[12] Махов В.Н., Пешков М.А. Уголовный процесс США … – С. 183 – 184.

[13] Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Уголовный процесс западных государств. – изд. 2-е, доп. и испр. – М.: Изд-во «Зерцало М», 2002. – С. 214.

[14] См.: Махов В.Н., Пешков М.А. Уголовный процесс США… – С. 186.

[15] См.: Махов В., Пешков М. Сделка о признании вины // Российская юстиция. – 1998. – № 7. – С. 17.

[16] См. подробнее: Стойко Н.Г., Семухина О.Б. Уголовный процесс в США: Учебное пособие. – Красноярск: Красноярский гос. ун-т, 2000. – С. 118.

[17] См.: Тейман С. Сделка о признании вины или сокращенные формы судопроизводства: по какому пути пойдет Россия? // Российская юстиция. – 1998. – № 10. – С. 37.

[18] См.: Бернам У. Правовая система США. – М.: Новая юстиция, 2007. – С. 465.

[19] Там же. – С. 467.

[20] Фридмэн Л. Указ.соч. – С. 141.

[21] См.: Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию в современном праве. – СПб: Изд-во «Юрид. центр Пресс», 2002. – С. 189 – 190.

[22] См. подробнее: Тейман С. Указ. статья. – С. 35.

[23] См.: Смирнов А.В. Реформы уголовной юстиции конца XX века и дискурсивная состязательность // Журнал российского права. – 2001. – № 12. – С. 154; Булатов Б.Б., Николюк В.В. Уголовный процесс зарубежных стран: Лекция. – Омск: Юрид. ин-т МВД России, 1999. – С. 40.

[24] См. подробнее: Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию ... – С. 193 – 195.

[25] См.: Калиновский К.Б. Уголовный процесс современных зарубежных государств [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // kalinovsky-k.narod.ru/p/2000-1.htm.

[26] См.: Калиновский К.Б. Указ. соч. – [Тот же ресурс]. Подробнее о рассмотрении дела по ходатайству прокуратуры в упрощенном (без исследования доказательств), ускоренном порядке (без предания суду и письменного обвинения, с существенным ограничением непосредственности исследования доказательств) и в порядке частного обвинения (без дознания) см.: Бойльке В. Уголовно-процессуальное право ФРГ: Учебник. – 6-е изд., с доп. и изм. – Красноярск: РУМЦ ЮО, 2004. – С. 300 – 304; 331 – 333; Гуценко, К.Ф. Указ. соч. – С. 461 – 462.

[27] См.: Жалинский А., Рерихт А. Введение в немецкое право. – М.: Спарк, 2001. – С. 737 – 738.

[28] Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Указ. соч. – С. 426.

[29] Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию ... – С. 196 – 199.

[30] См. подробнее: Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Указ. соч. – С. 389 – 391. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / отв. ред. Ю.К. Якимович. – СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юрид. центр Пресс», 2007. – С. 880.

[31] См.: Калиновский К.Б. Указ. соч. – [Тот же ресурс]

[32] Фридмэн Л. Указ. соч. – С. 142..

[33] См.: Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Указ. соч. – С. 131 – 132; Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию ... – С. 182 – 183.

[34] Тейман С. Указ. статья. – С. 35; Петрухин И. Сделки о признании вины чужды российскому менталитету // Российская юстиция. – 2001. – № 5. – С. 37.

[35] См., например: Гуськова А.П., Пономаренко С.С. Об особом порядке принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением по российскому уголовно-процессуальному закону // Российский судья. – 2002. – № 10. – С. 20; Полудняков В.И. Современная российская судебная реформа. На пути в мир правосудия. – СПб.: Изд. Дом «Нева», 2002. – С. 51.

[36] Волколуп О.В. Система уголовного судопроизводства и проблемы ее совершенствования. – СПб.: Изд-во «Юридический центр Пресс», 2003. – С. 173.

[37] См.: Петрухин И. Роль признания обвиняемого в уголовном процессе // Российская юстиция. – 2003. – № 2. – С. 26. Подобное мнение встречается у ряда процессуалистов. См.: Головко Л.В. Новый УПК РФ в контексте сравнительного уголовно-процессуального права // Государство и право. – 2002. – № 5. – С. 59.

[38] Решетова Н.Ю., Токарева М.Е. О допустимости «сделки с правосудием» в российском уголовном процессе // Прокурорская и следственная практика. – 2006. – № 3 – 4. – С. 162.

[39] См.: Полудняков В.И. Указ. соч. – С. 299 – 300.

[40] Бирюков Н. Проблемы практики применения особого порядка принятия судебного решения // Российский судья. – 2005. – № 4. – С. 21.

[41] Александров А.С., Кучин А.Ф., Смолин А.Г. Правовая природа института, регламентированного главой 40 УПК РФ // Российский судья. – 2007. – № 7. – С. 17.

[42] Авторы не ставят целью исследование, описание и перечисление всех причин появления особого порядка судебного разбирательства (необходимость упрощения действующего порядка рассмотрения уголовных дел, загруженность правоохранительных органов и судов и др.), поскольку о них написано достаточно много научных работ, в том числе таких фундаментальных, как монографии. См.: например: Калугин А.Г., Монид А.Г. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением: Монография. – Красноярск: Сиб. Юрид. ин-т МВД России, 2006.; Сердюков, С.В. Ускоренное судебное разбирательство: необходимость, реальность, перспектива (вопросы теории и практики) / С.В. Сердюков. – М.: ЮРКНИГА, 2006. и др.

[43] См., подробнее: Петрухин И.Л. Концептуальные основы реформы уголовного судопроизводства в России // Государство и право. – 2002. – № 5. – С. 22 – 29.

[44] Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. И. Петрухина. – М.: ООО «ТК Велби», 2002. – С. 382.

[45] См.: Лагодина Е., Редькин Н.К вопросу об упрощении процедуры судебного разбирательства по уголовному делу в суде первой инстанции // Уголовное право. – 2006. – № 6. – С. 77.

[46] Разумов С. Практика показала состоятельность нового УПК РФ / С. Разумов [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: //www.bpi.ru/interview/371.html. – Загл. с экрана.

[47] Ведомости Верховного Совета РСФСР. – 1991. – № 44. – Ст. 1435.

[48] См. подробнее: Ветрова Г.Н. Уголовно-процессуальная форма в российской правовой традиции [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: www.iuaj.net/modules.php?name=Pages&go=page&pid=335. – Загл. с экрана.

[49] Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М.: Юрид. лит., 1985. – С. 54 – 63.

[50] Там же. – С. 97 – 129.

[51] Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т. 3: Акты земских соборов. – М.: Юрид. лит., 1985. – С. 83 – 257.

[52] Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т. 4: Законодательство периода становления абсолютизма. – М.: Юрид. лит., 1986. – С. 408 – 425.

[53] Свод законов Российской империи, повелением Государя Императора Николая Павловича составленный. Т. 15. Законы уголовные. Издание 1842 года. – СПб.: Изд-во Гос. Канц, 1842.

[54] Российское законодательство Х – ХХ. В 9 т. – Т. 8: Судебная реформа. – М.: Юрид. лит., 1991. – С. 120 – 251.

[55] См.: Устав уголовного судопроизводства. Основные положения. – СПб.: Изд-во Гос. Канц, 1866. – С. 4.

[56] См.: Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах. – СПб.: Равена, Альфа, 1995. – С. 680.

[57] См.: Российское законодательство… Т. 3. – С. 297.

[58] Российское законодательство… Т. 4. – С. 415.

[59] См.: Российское законодательство … Т. 4. – С. 436 – 437.

[60] См.: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. соч. – С. 710.

[61] Там же. – С. 737 – 739.

[62] См.: Пашин С. Теория формальных доказательств и здравый смысл // Российская юстиция. – 1996. – № 1. – С. 52.

[63] См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 2 / общ. ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Изд. «Альфа», 1996. – С. 267.

[64] Фойницкий И.Я. Указ. соч. – Т. 2. – С. 268 – 269.

[65] Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. – Тула: Автограф, 2000. – С. 330 – 332.

[66] См.: Устав уголовного судопроизводства ... – С. 247.

[67] Собрание узаконений и распоряжений РКП РСФСР. – 1922. – № 20 – 21. – Ст. 230.

[68] Собрание узаконений и распоряжений РКП РСФСР. – 1923. – № 7. – Ст. 106.

[69] См., например: Милицин С. Сделки о признании вины: возможен ли российский вариант? // Российская юстиция. – 1999. – № 12. – С. 41; Сердюков, С.В. Указ. соч. – С. 35.

[70] Ведомости Верховного Совета РСФСР. – 1960. – № 40. – Ст. 592.

[71] О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях: Закон РФ от 16 июля 1993 г. № 5451-I // Российская газета. – 1993. – 25 августа.

[72] О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 9 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 1995. – № 3. – С. 2 – 8.

[73] Лившиц В.Я. Принцип непосредственности в советском уголовном процессе. – М. – Л.: Изд-во АН СССР, 1949. – С. 176.

[74] См.: Там же. – С. 175.

[75] Горбачев А. Признание обвиняемого – «особо убедительное доказательство»? // Российская юстиция. – 2004. – № 6. – С. 38.

[76] См.: Владимиров Л.Е. Указ. соч. – С. 321.

[77] См.: Строгович М.С. Признание обвиняемым своей вины в качестве судебного доказательства // Советское государство и право. – 1982. – № 4. – С. 68 – 74.

[78] См.: Петрухин И. Роль признания... – С. 25.

[79] См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка: около 57000 слов. – Екатеринбург: «Урал - Советы» («Весть»), 1994. – С. 511.

[80] См.: Богданов Е.В. Спор о вине и теория допроса обвиняемого [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // pravoved. jurfak.spb.ru/Default.asp/?cnt=393. – Загл. с экрана.

[81] Рарог А.И. Настольная книга судьи по квалификации преступлений: практ пособие. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. – С. 50 – 51.

[82] О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 60 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2007. – № 2. – С. 2 – 4.

[83] См.: Шамардин А.А. Психологические и нравственные аспекты признания обвиняемым своей вины в уголовном процессе // Использование специальных познаний в области психологии и психиатрии в судопроизводстве: Учебное пособие / под ред. А.П. Гуськовой. – Оренбург: Изд. центр ОГАУ, 1999. – С. 51 – 58.

[84] Даев В. Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса. – Л.: Ленингр. гос. ун-т, 1982. – С. 57.

[85] Великий Д.П. Особый порядок судебного разбирательства: теория и практика // Журнал российского права. – 2005. – № 6. – С. 76.

[86] См.: Николайчик В.М. Уголовный процесс США. – М.: Наука, 1981. – С. 136.

[87] Владимиров Л.Е. Указ. соч. – С. 323.

[88] Неоценимую помощь в данной ситуации может оказать защитник обвиняемого, который разъяснит ему правовые термины, юридические последствия применения «особого порядка» и т.п.

[89] Кирьянов Ю.А., Кирьянов А.Ю. К совершенствованию нормативной регламентации судебного разбирательства в особом порядке // Российская юстиция. – 2007. – № 8. – С. 61.

[90] См.: Шепель В.С. Особый порядок производства // ЭЖ-Юрист. – 2006. – № 9. – С. 10.

[91] См.: Аверченко А.К. О сущности и содержании согласия обвиняемого с предъявленным обвинением как основания производства в особом порядке // Правовые проблемы укрепления российской государственности: Сб. статей / Под ред. М.К. Свиридова. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2005. – Ч. 29. – С. 138.

[92] См.: Шепель В.С. Указ. статья. – С. 10.

[93] См.: Демидов В. Некоторые вопросы применения особого порядка судебного разбирательства // Российская юстиция. – 2003. – № 4. – С. 27.

[94] Трубникова Т.В. Теоретические основы упрощенных судебных производств. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999. – С. 23.

[95] В. Демидов обоснованно отмечает, что начальный этап рассматриваемой формы уголовного процесса находится в досудебном производстве, по окончании которого, а именно после ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела, следователь разъясняет обвиняемому его право ходатайствовать о применении особого порядка судебного разбирательства. См.: Демидов В. Указ. статья. – С. 25.

[96] См.: Рябинина Т.К. Особый порядок судебного разбирательства как одна из сокращенных форм уголовного судопроизводства // Российский судья. – 2004. – № 9. – С. 20.

[97] См.: Сероштан В.В. Искусственное сужение прав обвиняемого, подсудимого требует своего устранения // Российский судья. – 2006. – № 6. – С. 29.

[98] Манова Н.С. Досудебное (предварительное) производство: сущность и проблемы дифференциации процессуальных форм / под ред. В.М. Корнукова. – Саратов: Саратов. гос. акад. права, 2003. – С. 54.

[99] Смирнов А.В. Калиновский К.Б. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под общ. ред. А.В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2004. – С. 544.

[100] См.: Якимович Ю.К., Пан Т.Д. Судебное производство по УПК Российской Федерации. – СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2005. – С. 21 – 30.

[101] Дифференциация уголовно-процессуальной формы – это такое устройство судопроизводства, при котором наряду с его обычным порядком имеют место процессуальные формы, предусматривающие как упрощение процедуры по несложным делам, о преступлениях небольшой общественной опасности, так и усложнение ее по делам о наиболее опасных преступлениях либо делам, требующим особой процессуальной защищенности законных интересов обвиняемого или иных участников судопроизводства. – См.: Смирнов, А.В. Уголовный процесс ... – С. 645 – 646.

[102] Гуськова А. П. К вопросу об уголовно-процессуальной форме и ее значении в реализации демократических начал российского судопроизводства // Ученые записки: Сб. науч. трудов. – Тюмень: Изд-во Тюм. гос. ун-та, 2002. – Вып. 3. – С. 6.

[103] См., подробнее: Рахунов Р.Д. Дифференциация уголовно-процессуальной формы по делам о малозначительных преступлениях // Советское государство и право. – 1975. – № 12. – С. 60 – 68.

[104] Арсеньев В.Д., Метлин Н.Ф., Смирнов А.В. О дальнейшей дифференциации порядка производства по уголовным делам // Правоведение. – 1986. – № 1 . – С. 78 – 83.

[105] См., подробнее: Рябинина Т.К. Указ. статья. – С. 20 – 21.

[106] Якимович Ю.К. О необходимости дифференциации уголовного судопроизводства // Приоритетные направления развития правового государства: материалы Международной научно-практической конференции / под ред. В.П. Колесовой. – Барнаул: Изд-во ААЭП, 2008. – С. 160.

[107] Там же.

[108] Поздняков М.Л. О законодательной инициативе ... – С. 49.

[109] См.: Черданцев А.Ф. Теория государства и права: Учебник для вузов. – М.: Юрайт, 2000. – С. 237; Киримова Е.А. Правовой институт: понятие и виды: Учебное пособие / под ред. проф. И.Н. Сенякина. – Саратов: Саратов. гос. акад. права, 2000. – С. 12.

[110] См.: Якушев В.С. О понятии правового института // Известия вузов. Правоведение. – 1970. – № 6. – С. 67.

[111] Сырых В. М. Теория государства и права: Учебник. – 2-е изд., стер. – М.: Юстицинформ, 2002. – С. 227 – 228.

[112] Любашиц В.Я., Смоленский М.Б., Шепелев В.И. Теория государства и права. – Ростов-н/Д: Феникс, 2002. – С. 402.

[113] Там же.

[114] Там же.

[115] См. подробнее: Калугин А.Г. Нормы, допускающие компромисс с лицом, совершившим преступление, как комплексный межотраслевой институт права // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: сб. мат-лов межд. науч. конф.,16 – 17 фев. 2006 г.: в 2 ч. /отв. ред. С.Д. Назаров. – Красноярск: Сиб. юрид. ин-т МВД России, 2006. – Ч 2. – С. 111 – 114.

[116] Теория государства и права: Учебник для вузов / Под ред. М.М. Рассолова, В.О. Лучина, Б.С. Эбзеева. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2000. – С. 257.

[117] Цыганенко С.С. Дифференциация как модель уголовного процесса (уголовно-процессуальная стратегия) [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // www.iuaj.net/modules.php? name=Pages& go=page&pid=225.Загл. с экрана.

[118] См., например: Халиков А. Вопросы, возникающие при особом порядке судебного разбирательства // Российская юстиция. – 2003. – № 1. – С. 63; Головинская И.В. Является ли рассмотрение мировым судьей уголовных дел частно-публичного и публичного обвинения упрощенной формой судопроизводства? // Российский следователь. – 2007. – № 14. – С. 3.

[119] См., например: Совет судей голосует за сделки о признании вины // Российская юстиция. – 1998. – № 6. – С. 4; Ананьин А. Проект УПК требует серьезной доработки. От версии Вячеслава Киселева к варианту Елены Мизулиной // Российская юстиция. – 2000. – № 10. – С. 6.

[120] См., например: Лазарева В. Новый УПК: особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением // Уголовное право. – 2002. – № 2. – С. 67; Золотых В., Цыганенко С. Новая практика применения особого порядка судебного разбирательства // Российская юстиция. – 2003. – № 5. – С. 47; Рябинина Т.К. Указ. статья. – С. 21.

[121] Золотых В., Цыганенко С. Указ. статья. – С. 47.

[122] В этой связи уместно отметить, что в своей работе Ю.К. Якимович и Т.Д. Пан обоснованно расположили главу, посвященную «особому порядку», в разделе под наименованием «Особенности уголовного судопроизводства по отдельным категориям дел». См.: Якимович Ю.К., Пан Т.Д. Указ. соч. – С. 195 – 199.

 

[123] См., например: Татьянина Л. Особый порядок принятия судебного решения // Законность. – 2003. – № 12. – С. 30; Михайлов П. Сделки о признании вины – не в интересах потерпевших // Российская юстиция. – 2005. – № 1. – С. 38.

[124] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2004. – № 5. – С. 7.

[125] См., например: Жеребятьев И.В. Некоторые проблемные вопросы рассмотрения уголовных дел в порядке гл. 40 УПК [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://www.yurclub.ru/ docs/pravo/0903/14.html. Загл. с экрана; Рыбалов К.А. Особый порядок судебного разбирательства в Российской Федерации и проблемы его реализации. – М.: Юрлитинформ, 2004. – С. 19.

[126] См.: Дорошков В.В. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением // Российский судья. – 2004. – № 9. – С. 32.

[127] Дикарев И. Значение и проблемы участия законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого в уголовном судопроизводстве // Уголовное право. – 2007. – № 5. – С. 76.

[128] Ландо А.С. Представители несовершеннолетних обвиняемых в советском уголовном процессе. – Саратов, 1977. – С. 11. Цит. по: Марковичева Е.В. Осуществление защиты по уголовным делам в отношении несовершеннолетних // Российский судья. – 2008. – № 2. – С. 10.

[129] См.: Гричаниченко А. Особый порядок судебного разбирательства нуждается в совершенствовании // Уголовное право. – 2004. – № 3. – С. 76.

[130] Рыбалов К.А. Условия применения ... – С. 13.

[131] См.: Осин В. Почему редко применяется особый порядок судебного разбирательства // Законность. – 2006. – № 11. – С. 39.

[132] Не вдаваясь в дискуссию о правомерности поддержания государственного обвинения помощником прокурора, следует отметить, что автор придерживается мнения о том, что указанное должностное лицо вправе поддерживать государственное обвинение в суде. Данная точка зрения находит свое обоснование в практической деятельности помощников прокурора и в научной литературе. См., например: Козлов А. Вправе ли помощник прокурора поддерживать государственное обвинение? // Законность. – 2004. – № 4. – С. 35 – 37.

[133] Капинус О.С. Рыбалов К.А. Процессуальные особенности реализации института особого порядка судебного разбирательства // Право и политика. – 2003. – № 5. – С. 77.

[134] Жеребятьев И. Вопросы теории, законодательного регулирования и практики применения особого порядка судебного разбирательства // Уголовное право. – 2006. – № 2. – С. 84.

[135] Российская газета. – 1993. – 25 декабря. – № 237.

[136] См.: Полудняков В.И. Указ. соч. – С. 299 – 300.

[137] См.: Осин В.В. Что мешает применению в России особого порядка судебного разбирательства // Адвокат. – 2006. – № 7. – С. 35.

[138] Иванов А., Куцумакина Е. Согласие потерпевшего как обязательное условие рассмотрения уголовного дела в особом порядке: практические проблемы реализации требований закона // Уголовное право. – 2007. – № 1. – С. 86.

[139] См.: Рыбалов К.А. Условия применения ... – С. 14.

[140] Иванов А., Куцумакина Е. Указ. статья. – С. 85.

[141] См.: Лазарева В. Новый УПК ... – С. 68.

[142] См.: Рыбалов К.А. Особый порядок ... – С. 58 – 59.

[143] См.: Великий Д.П. Указ. статья. – С. 78.

[144] См.: Халиков А. Указ. статья. – С. 65.

[145] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2007. – № 2. – С. 3.

[146] См.: Гаврилов Б.Я. Сделка с правосудием – что почем? / Б.Я. Гаврилов // ЭЖ-Юрист. – 2007. – № 17 (472). – С. 5.

[147] О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 4 июля 2003 г. № 92 – ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2003. – № 27. – Ст. 2706 (ч. 1).

[148] О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального закона «О внесении изменений в статьи 314 и 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 56 [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // www/supcourt.ru/vscourt_denale.php?id=4644. – Загл. с экрана.

[149] См., например: Хаматова Е. Особый порядок судебного разбирательства по уголовному делу претерпел изменения // Уголовное право. – 2004. – № 1. – С. 94; Пономаренко С.С. Сделки о признании вины в российском уголовном процессе // Правоведение. – 2001. – № 5. – С. 135.

[150] См., например: Лазарева В. Легализация сделок о признании вины // Российская юстиция. – 1999. – № 5. – С. 40 – 41; Полудняков В.И. Указ. соч. – С. 88.

[151] См.: Гуртовенко Э.С. Особый порядок рассмотрения уголовных дел в современной модели российского уголовного процесса: инородная конструкция или полезная новелла, требующая развития / Э.С. Гуртовенко [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // www.iuaj.net/modules.php? name=Pages&go=page&pid=338. – Загл. с экрана.

[152] См.: Татьянина Л. Указ. статья. – С. 30.

[153] Павленок В.А., Толкаченко А.А. Особый порядок судебного разбирательства // Уголовный процесс. – 2006. – № 12. – С. 9.

[154] Полудняков В.И. Указ. соч. – С. 50 – 51, 88.

[155] Лазарева В. Легализация сделок ... – С. 40 – 41.

[156] Любишкин Д.Е. Уголовно-правовая характеристика преступлений, рассматриваемых в порядке главы 40 УПК РФ / Д.Е. Любишкин [Электронный ресурс] // Режим доступа: http: // alldoccs.ru/download/html/ VARTICLE_203.html. – Загл. с экрана.

[157] Осин В.В. Что мешает применению ... – С. 33.

[158] См.: Ганичева Е. Указ. статья. – С. 48.

[159] См.: Толкаченко А.А., Толкаченко А.А. Уголовно-правовые аспекты особого порядка судебного разбирательства // Уголовный процесс. – 2006. – № 9. – С. 38.

[160] См.: Благов Е.В. Материальные последствия согласия с предъявленным обвинением // Уголовный процесс. – 2007. – № 2. – С. 37.

[161] Рыбалов К.А. Условия применения ... – С. 11.

[162] См.: Демидов В. Указ. статья. – С. 25; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / отв. ред. В.И. Радченко; научн. ред. В.Т. Томин, М.П. Поляков. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрайт-Издат, 2006. – С. 679.

[163] Об отказе в принятии к рассмотрению запроса мирового судьи судебного участка N 29 Карымского района Читинской области о проверке конституционности положений статей 217, 225 и 476 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: Определение Конституционного Суда РФ от 8 апреля 2004 г. №152-О // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. – 2004. – № 6.

 

[164] См.: Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Сосновского районного суда Челябинской области о проверке конституционности части второй статьи 315 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: Определение Конституционного Суда РФ от 17 июля 2007г. № 621-О-О [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Гарант». – Электрон. поисковая прогр. – М.: Центр информационных технологий МГУ, ООО «НПП ГАРАНТ-СЕРВИС», 2007. – Систем. требования Р-II-500; 128 Мб ОЗУ; Microsoft Windows 2000/ХР. – Загл. с экрана.

[165] См: Волколуп О. Формы судебного разбирательства в уголовном судопроизводстве // Уголовное право. – 2003. – № 1. – С. 64; Медведева О.В., Лиджиев Б.Н. Отдельные аспекты усиления уголовно-процессуальных гарантий права на защиту при применении особого порядка судебного разбирательства // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2008. – № 1. – С. 348.

[166] См.: Научно-практическое пособие по применению УПК РФ / под ред. В.М. Лебедева. – М.: Норма, 2004. – С. 174 – 175.

[167] Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.М. Лебедева; науч. ред. В.П. Божьев. – М.: Спарк, 2002. – С. 550.

[168] Цогоева В.Т. Особый порядок судебного разбирательства. Сколько ответов, столько вопросов // Юрист. – 2006. – № 1. – С. 53.

[169] См.: Коротков А.П., Тимофеев А.В. Прокурорско-следственная практика применения УПК РФ: комментарий. – 2-е изд., доп. и перераб. – М.: Изд-во «Экзамен», 2006. – С. 417.

[170] См.: Гричаниченко А. Указ. статья. – С. 76; Кирьянов Ю.А., Кирьянов А.Ю. Указ. статья. – С. 62.

[171] Как свидетельствует правоприменительная практика, обвиняемые заявляют данное ходатайство в большинстве случаев при ознакомлении с материалами уголовного дела, при этом в протоколе ознакомления с материалами дела обвиняемый собственноручно указывал на то, что желает рассмотреть дело в особом порядке судебного разбирательства, или оформлял свое ходатайство в виде отдельного заявления.

[172] Процессуалисты отмечают о том, что имеет место определенная несогласованность (противоречие) положений ч. 1 ст. 315 УПК РФ о заявлении ходатайства в присутствии защитника и после консультаций с ним и положений ч. 2 ст. 51 УПК РФ, в соответствии с которой именно заявление обвиняемым такого ходатайства является основанием для обязательного участия защитника. См.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник – 2-е изд., перераб. и доп. / Л.Н. Башкатов [и др.]; отв. ред. И.Л. Петрухин. – М.: Проспект, 2009. – С. 489. Следует согласиться с позицией авторов указанного учебника, что основанием для обязательного участия защитника является выраженное после разъяснения прав в порядке ч. 5 ст. 217 УПК РФ желание обвиняемого воспользоваться своим правом на применение «особого порядка».

[173] См.: Курочкина Л.А. Актуальные проблемы применения особого порядка судебного разбирательства уголовных дел // Журнал российского права. – 2007. – № 12. – С. 45.

[174] Капинус О.С., Рыбалов К.А. Указ. статья. – С. 77.

[175] См.: Васяев А.А. Установление оснований применения особого порядка принятия судебных решений // Российский судья. – 2008. – № 2. – С. 32.

[176] См.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2004. – С. 542.

[177] См.: Россинский С.Б. Уголовный процесс России: Курс лекций. – 2-е изд., исправл. и доп.. – М.: Эксмо, 2008. – С. 425.

[178] См.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник – 2-е изд., перераб. и доп. / Л.Н. Башкатов [и др.]; отв. ред. И.Л. Петрухин. – М.: Проспект, 2009. – С. 490.

[179] См.: Вопросы по применению УПК РФ: Письмо Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Гарант». – Электрон. поисковая прогр. – М.: Центр информационных технологий МГУ, ООО «НПП ГАРАНТ-СЕРВИС», 2007. – Систем. требования Р-II-500; 128 Мб ОЗУ; Microsoft Windows 2000/ХР. – Загл. с экрана.

[180] Данное решение относится к категории решений, принимаемых судом без удаления в совещательную комнату, и подлежит занесению в протокол судебного заседания (ст. 256 УПК РФ).

[181] См.: Гуськова А.П. Теоретические и практические аспекты установления данных о личности обвиняемого в российском уголовном судопроизводстве. Учебное пособие. – Изд. второе, перераб. и доп. – ИГ «Юрист», 2002. – С. 119.

[182] Там же.

[183] См.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / отв. ред. П.А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2004. – С. 543.

[184] Дзюбенко А.А. Особенности собирания и исследования судом доказательств при рассмотрении уголовных дел в особом порядке // Мировой судья. – 2005. – № 11. – С. 7; Демидов В. Указ. статья. – С. 27.

[185] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2007. – № 2. – С. 2.

[186] Гуськова А.П. Теоретические и практические аспекты ... – С. 118.

[187] См.: Там же.

[188] См.: Жеребятьев И.В. Некоторые проблемные вопросы ... – [Тот же ресурс]

[189] См.: Халиков А. Указ. статья. – С. 64 – 65; Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: учеб. – 2-е изд., перераб. и доп. / Л.Н. Башкатов [и др.]; отв. ред. И.Л. Петрухин. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2006. – С. 491.

[190] См.: Татьянина Л. Указ. статья. – С. 33.

[191] Российская газета. – 1993. – 25 декабря. – № 237.

[192] См.: Российская газета. – 2002. – 1 июня. – № 98.

[193] См.: Поздняков М.Л. Новая проблема вместо решения старой // Адвокат. – 2007. – № 2. – С. 28.

[194] См.: Татьянина Л. Указ. статья. – С. 33. Бурсакова М.С. Указ. статья. – С. 15.

[195] См.: Михайловская И.Б. Настольная книга судьи по доказыванию в уголовном процессе / И.Б. Михайловская [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Гарант». – Электрон. поисковая прогр. – М.: Центр информационных технологий МГУ, ООО «НПП ГАРАНТ-СЕРВИС», 2007. – Систем. требования Р-II-500; 128 Мб ОЗУ; Microsoft Windows 2000/ХР. – Загл. с экрана.

[196] Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Алина Виктора Вячеславовича на нарушение его конституционных прав статьями 314, 315, 316 и 317 Уголовно-процессуального кодекса РФ: Определение Конституционного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. № 820-О-О [Электронный ресурс] // Справочно-правовая система «Гарант». – Электрон. поисковая прогр. – М.: Центр информационных технологий МГУ, ООО «НПП ГАРАНТ-СЕРВИС», 2007. – Систем. требования Р-II-500; 128 Мб ОЗУ; Microsoft Windows 2000/ХР. – Загл. с экрана.

[197] Смирнов А.В. Уголовный процесс ... – С. 551.

[198] Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2007. – № 2. – С. 4.

[199] См.: Коротков, А.П., Тимофеев А.В. 900 ответов на вопросы прокурорско-следственных работников по применению УПК РФ. – М.: Изд-во «Экзамен», 2004. – С. 411.

[200] Дорошков В.В. Указ. статья. – С. 36.

[201] Демидов В. Указ. статья. – С. 27.

[202] Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2010г. № 31 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2011. – № 2.

 

 

 


 


 

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru









Rambler's Top100
Hosted by uCoz