Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта
ГЛАВА III ЦЕЛЬ, ПРЕДМЕТ И ПРЕДЕЛЫ ДОКАЗЫВАНИЯ§

        ¶ * ГЛАВА III  ЦЕЛЬ,  ПРЕДМЕТ И ПРЕДЕЛЫ ДОКАЗЫВАНИЯ§

        ¶N 1. СОДЕРЖАНИЕ ИСТИНЫ КАК ЦЕЛИ ДОКАЗЫВАНИЯ§

     В гл.  II настоящей работы была показана целенаправленность  уголовного судопроизводства на достижение объективной истины;  было показано также, что в судопроизводстве созданы оптимальные  условия  для  этого.  Вместе  с  тем характеристика   объективной   истины   как  цели  доказывания  предполагает необходимость  более   детального   исследования   особенностей   содержания (структуры)   последней  с  учетом  целей  и  задач  уголовно-процессуальной деятельности  в  системе  социалистического  правосуди   В   ст.   2   Основ законодательства   о  судоустройстве  указывается,  что  правосудие  в  СССР призвано охранять от всяких посягательств: а) закрепленный Конституцией СССР и    конституциями   союзных   и   автономных   республик   общественный   и государственный  строй  Союза  ССР,  социалистическую  систему  хозяйства  и социалистическую собственность; б) политические, трудовые, жилищные и другие личные и  имущественные  права  и  интересы  граждан  СССР,  гарантированные Конституцией СССР и конституциями союзных и автономных республик; в) права и охраняемые  законом  интересы   государственных   учреждений,   предприятий, колхозов,  кооперативных и иных общественных организаций.  Правосудие в СССР имеет своей задачей обеспечение точного  и  неуклонного  исполнения  законов всеми учреждениями организациями,  должностными лицами и гражданами СССР.  В первой части  ст.  2  Основ  законодательства  о  судоустройстве  называются объекты,  охране  которых от всяких посягательств должно служить правосудие. Перечень  подлежащих  охране  объектов  являетс  общим  для   всех   органов Советского  государства.  В  этом отношении цели правосудия не отличаются от целей других  видов  государственной  деятельности.  Цели  социалистического правосудия также подчинены общим задачам Советского государства.       Во второй  части  ст.  2  Основ  формулируется  специфическая   задача правосудия  с учетом природы этой деятельности,  характерных для нее путей и средств защиты указанных в законе объектов.  Осуществля ее, социалистическое правосудие  обеспечивает охрану общественного и государственного строя СССР, социалистической системы хозяйства и социалистической собственности,  прав и интересов  граждан,  государственных и общественных организаций.  Всей своей деятельностью суд воспитывает граждан СССР в духе преданности Родине и  делу коммунизма,  в  духе  точного  и  неуклонного  исполнения советских законов, бережного отношения к социалистической собственности,  соблюдения дисциплины труда,  честного отношения к государственному и общественному долгу, уважени к правам, чести и достоинству граждан, к правилам социалистического общежити Выступая  в  качестве  самостоятельной  задачи  правосудия  (ст.  3  Основ), правовое и нравственное воспитание  советских  граждан  служит  одновременно средством решения задачи точного и неуклонного исполнения законов. Названные в ст.  ст.  2,  3 Основ законодательства  о  судоустройстве  цели  и  задачи являются общими для правосудия по уголовным и гражданским делам в целом. Ими определяются цели  и  задачи  уголовного  судопроизводства.  "Основная  цель уголовного  судопроизводства  состоит в обеспечении охраны социалистического общества,  охраны прав и законных интересов граждан, в обеспечении всемерной защиты   трудящегося   человека,   его  жизни,  здоровья,  достоинства,  его имущества,  добытого  честным   трудом".   Вместе   с   тем,   в   уголовном судопроизводстве  социалистические  общественные  отношения защищаются не от всяких  посягательств,  а  от  преступных  посягательств.  Цели   уголовного судопроизводства  достигаются  решением  соответствующих им задач в ходе и в результате этого судопроизводства.  В  ст.  2  Основ  задачи  сформулированы применительно к уголовному судопроизводству как единому целому,  включающему деятельность всех органов дознания,  следствия, прокуратуры и суда, и должны разрешаться  по всем уголовным делам.  Основы подразделяют задачи уголовного судопроизводства на две взаимосвязанные группы.  К первой группе  относятся: быстрое и полное раскрытие преступлений,  изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона с тем,  чтобы каждый совершивший  преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден.  Эти задачи являются специальными для уголовного  судопроизводства,  и их осуществление возложено только па органы предварительного  расследования,  прокурора  и  суд  при   расследовании   и разрешении уголовных дел. Во вторую группу задач включаются: способствование укреплению  социалистической  законности,   предупреждению   и   искоренению преступлений,  воспитанию  граждан  в  духе неуклонного исполнения советских законов  и  уважения  правил  социалистического  общежити  Органы  дознания, следователь, прокурор и суд обязаны принять в пределах своей компетенции все предусмотренные законом  меры  по  укреплению  социалистической  законности, предупреждению и искоренению преступлений, воспитанию граждан. Но эти задачи присущи как уголовному судопроизводству,  так и разнообразной по характеру и направленности деятельности ряда других государственных органов, учреждений, а  также  общественных  организаций.  Задачи   уголовного   судопроизводства образуют   единую   систему.   Все   они  взаимосвязаны,  взаимообусловлены, разрешение каждой из них зависит от разрешения  остальных.  Так,  быстрое  и полное раскрытие преступлений,  изобличение виновных обеспечивает правильное применение  закона,  что  в  свою  очередь  служит  гарантией  справедливого наказания   виновных.   И   обратно,   правильное   применение  уголовных  и уголовно-процессуальных законов способствует быстрому  и  полному  раскрытию преступлений,   ограждению   невиновных  от  необоснованного  привлечения  к уголовной ответственности и осуждени Быстрое раскрытие  преступлений  служит гарантией  полного выявления всех преступных действий и изобличения лиц,  их совершивших.  Только при условии быстрого и полного раскрытия  преступлений, изобличения  виновных,  правильного  применения  закона  и  решения вопросов наказания могут последовательно решаться задачи предупреждения и  искоренени преступлений,  воспитания граждан,  укрепления социалистической законности и т.  д.  В процессуальной литературе предпринимались попытки разделения задач уголовного  судопроизводства  на  его  задачи  в  целом  и задачи (или цели) производства по отдельному  уголовному  делу.  Такой  подход  представляется недостаточно обоснованным.       Те задачи,  которые  стоят   перед   органами   предварительного   рас следования,  прокурором  и судом по конкретному уголовному делу,  являются и задачами по всем другим уголовным делам.  От  успешности  их  разрешения  по каждому делу зависит и успех всей уголовно-процессуальной деятельности,  - в какой   мере   уголовное   судопроизводство    служит    достижению    целей социалистического  правосудия  по уголовным делам.  Иными словами,  за дачи, решаемые по уголовному делу,  - всегда конкретизация общих задач  уголовного судопроизводства.  Решению  задач  уголовного судопроизводства подчинена вся система  предусматриваемых  законом   уголовно-процессуальных   действий   и возникающих  при  их  осуществлении  правоотношений,  в том числе действий и правоотношений в области доказывани Каждое следственное (судебное) действие, непосредственно  связанное с собиранием,  проверкой и оценкой доказательств, его содержание и форма,  как и вся совокупность этих действий, согласуются с целями   и   задачами  уголовного  судопроизводства  и,  в  конечном  счете, определяются ими.      Достижение целей  проводимых  действий  представляет собой не что иное, как  последовательное  решение  органами  предвари  тельного  расследования, прокурором  и  судом ряда взаимосвязанных промежуточных задач (по собиранию, проверке и оценке доказательств ) на пути к цели  доказывания  -  достижению истины.    Доказывание    -    разновидность   практической   познавательной деятельности.  Поэтому  целью  доказывания  всегда  является  познание  всех существенных обстоятельств, имеющих значение для приняти правильного решения по уголовному делу.  Изменяется и совершенствуется сам процесс доказывания в советском уголовном процессе,  его правовое регулирование:  расширяется круг допустимых следственных (судебных) действий,  уточняются их цели  и  задачи, улучшается  порядок  проведения  действий,  применения технических средств и др., но цель доказывания - достижение истины остается неизменной. Результаты познания  в  уголовном  процессе,  как  и  в  других областях познавательной деятельности,  используются в практических  целях  в  специфической  области борьбы с преступностью для решения задач уголовного судопроизводства. Отсюда особенность цели доказывания в уголовном процессе состоит в ее  уголовно-  и процессуально-правовом   характере.   Закон  устанавливает  содержание  цели доказывания и обязывает к ее достижению органы расследования,  прокуратуры и суд.  Цель  доказывания  и задачи уголовного судопроизводства взаимосвязаны. Достижение  цели  доказывания  -  необходимое  условие  решения  всех  задач уголовного судопроизводства, осуществления целей социалистического правосуди Без правильного познания того,  что произошло в действительности,  не  может идти   речь  о  раскрытии  преступления,  изобличении  виновных,  правильном применении закона.  Достижение истины обеспечивает  и  реализацию  уголовным судопроизводством    задачи   способствовать   укреплению   социалистической законности,  предупреждению и искоренению преступлений,  воспитанию граждан. Успешная   защита  социалистических  общественных  отношений  от  преступных посягательств,  меткость уголовной репрессии обеспечивается достижением цели доказывани  В  свою  очередь  задачи  уголовного  судопроизводства влияют на содержание цели доказывания,  на  содержание  истины  и  ее  обоснование.  В содержание  цели  доказывания,  в  объем  познания  входит  только  то,  что необходимо для осуществления задач уголовного судопроизводства, а результаты познания  выражаются в форме,  обеспечивающей решение тех же задач.  Поэтому цель познания в уголовном судопроизводстве  не  может  быть  исчерпана  лишь установлением  определенных  действий,  фактов объективной действительности. Чтобы правильно определить  содержание  истины,  необходимо  учитывать,  что факты   объективной   действительности,   которые   познаются   в  уголовном судопроизводстве,  представляют собой явления  общественной  жизни.  Поэтому должна  быть  правильно  познана  и  их  подлинная  общественно-политическая сущность,  т.  е.  их значимость среди других явлений общественной жизни.  В соответствии с задачами уголовного судопроизводства следователь, суд обязаны определить наличие и степень общественной  опасности  совершенных  действий, состав  преступления,  который  в  них содержитс Суд обязан также определить меру наказания лицу, признанному виновным. Другими словами, следователь, суд дают  конкретному  событию,  которое  было  предметом  производства по делу, юридическую оценку.  Такая оценка фактов,  в которой главным образом находит свое   выражение  их  общественно-политическая  оценка,  является  одной  из характерных особенностей познания в  уголовном  процессе.  В  процессуальной литературе   не   всегда  учитывается  этот  существенный  признак  предмета познания,  имеющий важное  значение  для  правильного  понимания  содержания истины,   достигаемой  органами  расследования  и  судом.  Поэтому  даваемые некоторыми авторами определения ее содержания фактически отвечают на  вопрос о  соотношении  результатов  познания  с  объектом  познания,  не  раскрывая содержания  самих  этих  результатов.  "Материальной  истиной"  в  уголовном процессе,  - пишет М. С. Строгович, - называется полное соответствие выводов следствия  и  суда   объективным   фактам   действительности).   Аналогичное определение  содержится  и  в  работах  других  авторов.  Такое  определение достигаемой  в  уголовном  процессе   истины   правильно   подчеркивает   ее объективный   характер.  Но  признание  за  результатами  познания  значения объективной истины еще не дает само по себе ответа на  вопрос  о  содержании истины.  Философское  определение истины как истины объективной н преследует цели раскрытия конкретного содержания всех знаний,  получаемых  в  различных областях  пауки и практической деятельности.  Это входит в задачу конкретных естественных и общественных наук. Определение содержания истины, достигаемой следователем   и   судом,  зависит  от  особенностей,  присущих  познаваемым общественным явлениям.  Сравнивая истины,  достигаемые при познании  явлений природы  и  явлений  общественной жизни,  мы обнаруживаем,  что в содержание первой не входит общественно-политическая сущность познаваемого объекта. Это объясняется тем,  что в человеческом представлении,  если оно верно отразило объективную действительность (а именно такое  представление  мы  и  называем истиной),  может быть только то содержание, которое имел познаваемый объект. Естественно,  что в содержание явлений природы, законов ее развития не может войти  то,  что  им  не присуще,  а потому и не находит отражения в сознании познающего субъекта. Общественно-политическую сущность могут иметь только те истолкования,   выводы,  которые  делаются  из  познанных  явлений  природы. Познание закономерностей развития общества,  происходящих в  нем  процессов, действий классов, социальных групп и отдельных лиц направлено на уяснение их сущности как общественных явлений. Без вскрытия социальной сущности явлений общественной жизни их правильное познание невозможно. Следовательно, для истины, устанавливаемой при познании общественных явлений, характерно то, что наряду с фактической стороной в ее содержание входит и правильная оценка общественно-политической сущности  исследуемого  объекта.  Эта   особенность свойственна  не  только  истине,  достигаемой  общественными  науками,  но и истине,  устанавливаемой  в  различных  областях  общественной  практической деятельности, одной из которых является уголовно-процессуальная деятельность. Для успешного выполнения задач, стоящих перед органами социалистического правосудия, им необходимо познать во всех его существенных особенностях конкретное явление общественной жизни - действие (бездействие), совершенное    человеком    и   расцениваемое   законом   как преступление.  Деяние  определенного  лица  и  до  момента  его  обнаружения существовало как преступное - общественно опасное, виновное и противоправное - и именно этим своим качеством отличалось от других  действий,  совершаемых людьми,  и  от других явлений,  происходящих в природе и обществе.  Этого не учитывают те процессуалисты, которые не включают в сложное содержание истины по делу правовую квалификацию,  выражающую общественно-политическую сущность этого деяни Такая позиция чаще всего аргументируется тем, что "оценку фактов нельзя  включать  в  содержание материальной истины,  поскольку истина - это суждение о том,  что существует или существовало вне зависимости от сознания познающего лица.  Можно по-разному оценить установленные факты,  но от этого они не перестанут быть установленными" Приведенная аргументация  исходит  из того,  что  общественно-политическая (правовая) оценка фактов,  значимых для уголовного судопроизводства,  может быть оторвана от  их  существа  и  носит субъективистский характер.  Между тем, речь идет о раскрытии самого существа явления  общественной  жизни.  Естественная  смерть  и  убийство,  пожар  от грозового разряда и пожар от умышленного поджога отличаются друг от друга по своей природе, по своим признакам, существующим в реальной действительности. Имевшие  место убийство и умышленный поджог не перестанут быть преступлением от того,  что следователь или суд не знали о них соответственно  до  момента расследования  и судебного разбирательства или неверно признали эти факты не общественно опасными.  Следователь и суд могут по-разному оценить  деяние  и квалифицировать  его  (например,  как  убийство  неосторожное,  умышленное с отягчающими обстоятельствами и без отягчающих  обстоятельств),  но  истинной будет   только  одна  квалификация:  та,  которая  соответствует  тому,  что произошло  в  действительности.  Факты  имеют  свои  объективные   признаки, свойства,  качества,  которые  должны  быть  правильно познаны следователем, судом.  Они существуют объективно  и  до  издания  уголовно-правовой  нормы. Законодатель  включает в состав преступления в обобщенной форме те признаки, которые свойственны данному виду деяния и которые  отличают  его  от  других совершаемых  людьми  действий.  С  момента их включения в правовую норму они становятся правовыми признаками,  а общественно-политическая сущность деяния приобретает  правовое  выражение.  Как  следователь,  так  и судья не вносят каких-либо новых признаков в те факты,  которые ими познаютс Законодатель до следователя  и судей путем указания на определенное сочетание признаков того или иного действия, выражающих типичные, наиболее существенные его свойства, выделил   его   из  других,  признав  общественно  опасным,  противоправным. Следователь и суд выясняют наличие или отсутствие этого сочетания  признаков как  объективно  существующих.  При расследовании и рассмотрении конкретного уголовного дела следователь,  суд должны с достоверностью установить,  имело ли место деяние,  в совершении которого обвиняется лицо,  и,  если имело, то содержит ли оно состав преступления и было ли совершено обвиняемым.  С  этой целью они должны из многих фактов, характеризующих деяние, установить такие, которые обладают признаками,  имеющими правовое значение,  и которые в своей совокупности определяют наличие и степень общественной опасности совершенных действий  для  социалистического  государства,  расцениваемых  законом   как преступные.  Иными словами,  следователь и суд должны познать то,  что имело место  в  действительности,  т.  е.  познать  конкретное  преступление   как определенную  совокупность  фактических признаков деяния в их действительной правовой  значимости,  в  которой  и  выражена  их  общественно-политическая сущность. Не вступая в противоречие с действительностью, нельзя искусственно отделить  основные  качества  действий  от  самих  действий.  Как  правильно отмечает А.  Л. Ривлин, "истинность явлений общественного характера не может быть установлена  путем  простой  регистрации  этих  явлений  в  их  внешнем выражении   без  раскрытия  их  общественно-политической  сущности..,  такое раскрытие общественно-политической сущности и является  их  оценкой...  Дело здесь  заключается  в  том,  чтобы  оценка  эта  была правильной,  чтобы она соответствовала объективному положению вещей".       Совокупность фактов,     установленных     по    делу,    одновременно свидетельствует как о самом событии,  так и  о  его  преступности.  Указание отдельных  авторов  на  то  обстоятельство,  что  в  ст.  303 УПК РСФСР суду предписывается при постановлении приговора сначала решить вопрос  о  наличии деяния,  а  затем  ответить  на  вопрос о противоправностн этого деяния,  не опровергает  этого  положени  Законодатель,  располагая  вопросы   в   такой последовательности,  имеет  в  виду  и  те  возможные  случаи,  когда  может оказаться,  что событие,  по поводу которого велось производство,  вообще не имело  места  или  когда  в действиях обвиняемого может не оказаться состава преступлени  Перечислением  в  законе  подлежащих  разрешению   вопросов   в значительной  мере  облегчается сложная работа суда и устраняются ошибки как следствие неправильной постановки вопросов,  если бы для  их  формулирования существовала  особая  процедура.  Но  ст.  303  УПК  РСФСР  не устанавливает обязанности суда решать поставленные вопросы на основании отграниченных друг от   друга   групп   фактов   Напротив,  в  статье  подчеркивается  единство совокупности фактов,  указывающих на событие и на его  преступный  характер. Поставив  перед судом вопрос,  имело ли место деяние,  в совершении которого обвиняется подсудимый,  законодатель в следующем  вопросе  требует  от  суда решить:  содержит ли это деяние (в ст.  320 УПК 1923 г. говорилось "содержит ли в себе")  состав  преступления  и  каким  именно  уголовным  законом  оно предусмотрено.   Процесс   установления   фактических   обстоятельств   дела следователем,  судом и выбор ими той нормы права, которой они предусмотрены, происходят практически одновременно. Органы предварительного расследования и суд руководствуются уголовным законом  для  того,  чтобы  правильно  познать фактические  обстоятельства  дела  в  их юридическом значении.  Устанавливая факты и их правовую значимость,  органы предварительного расследования и суд тем  самым  определяют  и  норму,  которая  указывает  на  эти  факты как на преступные.  Они  познают  соответствие  юридических  признаков  фактических обстоятельств дела той норме права, которая их предусматривает. Познание тех или иных фактов следователями и судьями  будет  иметь  значение  объективной истины в том случае,  если в их сознании верно отразится то, что имело место в действительности, т. е. совершенные определенным лицом действия, оцененные конкретным уголовным законом как преступные.       Против включения в содержание истины общественно-политической  оценки, квалификации преступления приводятся возражения, которые наиболее полно были изложены М.  Л.  Шифманом:  "Раз материальная истина есть отражение в  нашем сознании  объективно,  вне  нас существующих фактов и обстоятельств,  то нет оснований включать в понятие истины квалификацию преступления,  ибо  она  не может трактоваться как нечто объективное, существующее вне нашего сознания и независимо от него.  Один и тот же факт объективной  действительности  может сегодня образовывать один состав преступления, в другой момент - иной состав преступления,  а может вообще перестать оцениваться как преступное деяние  в силу изменившихся обстоятельств".  Эта аргументация, однако, неточна в самой основе.  Если следовать ей,  то выходит,  что все,  созданное человеком, все изменения,  совершенные им в природе и обществе,  его поступки, поведение не могут  быть  объектами  истинного  знани  К  таким  объектам   относится   и уголовно-правовая   норма.   Она  установлена  законодателем  как  результат правильного познания многократно повторяющихся общественно опасных  действий человека  Правильная  оценка  объективно существующих фактов законодателем с точки  зрения  объективных  потребностей,  интересов  советского   общества, выраженная  в правовой норме,  является фактом объективной действительности, существующим вне и независимо от сознания следователя и судей,  которым  они должны  руководствоваться  при  познании конкретного преступлени Норма права выражает  в  общей  форме  факты  объективной   действительности,   отражает социальные  связи  между людьми,  общественные отношени Познание в уголовном судопроизводстве будет иметь  значение  объективной  истины  потому,  что  в выводах  следователя,  судей  есть такое содержание,  которое существовало в действительности,  вне  и  независимо  от  сознания  познающих  преступление следователя,   судей.   В.   И.   Ленин,  характеризуя  объективную  истину, подчеркнул,  что  главное  заключается  в  том,  "может  ли  в  человеческих представлениях  быть  такое содержание,  которое не зависит от субъекта,  не зависит ни от человека,  ни от  человечества?..  "  Сформулированное  В.  И. Лениным   определение  объективной  истины  охватывает  правильное  познание субъектом (человеком, человечеством) всех предметов, явлений реальной действительности. Соответственно в литературе по марксистской философии "под истиной понимается идеальное воспроизведение в познании действительности так, как она существует, не независимо от сознания, от познающего субъекта (человека и человечества). Истина-это соответствующее объективной реальности       содержание  наших  знаний".  Опираясь на марксиско-ленинское понимание       объективной истины,  мы можем сказ о правильное познание следователем,       судьями   преступно   действий   обвиняемого   будет   иметь  значение       объективной истины. Правильная правовая оценка действий обвиняемого, правовая квалификация  как  вывод  из  сравнения  объективно  существующих в       действительности,  вне и независимо  от  сознания  следователя,  судей       деяния и закона также является истиной. Объективная истина, включающая       в свое содержание правовую оценку,  не перестает быть  объективной  от       того,  что  один  и  тот  же факт объективной действительности может в       различное  время  образовывать  разные  составы  преступления  в  силу       изменившихс обстоятельств. Нельзя забывать важнейшего положения  о  конкретности  Каждой истины.  Марксистско-ленинская  теория  познания не считает каждое суждение, правильное  при  определенных  условиях,  истинным  в  любых  условиях.  При определении  истинности каждого положения должны учитываться условия места и времени.  Любые суждения,  понятия,  если они берутся абстрактно,  вне  чета конкретных обстоятельств, исторических связей и отношений, без учета условий места и времени,  становятся бессодержательными.  Суд и следователь  познают общественно  опасные  действия,  совершенные конкретным лицом в определенных условиях места и времени и признаваемые конкретной уголовно-правовой  нормой преступными.  Объективная истина,  достигаемая в уголовном процессе, являетс конкретной истиной; следователь и суд оценивают действия обвиняемого с точки зрения действующее закона.  Сам закон не остается неизменным. Его содержание обусловлено общественными отношениями в конкретный период развития общества. С  изменение  общественно-политической  сущности  деяния должна меняться его правовая оценка в законе.  Изменения могут быть настолько существенными, что деяние перестает быть общественно опасным и потому исключается законодателем из перечня преступлений.  При этом в отдельных случаях  может  возникнуть  и такое  положение,  когда  та  или  иная  уголовно-правовая  норма вступает в противоречие с изменившейся сущностью деяния, но еще продолжает действовать. В таких случаях суждение суда о квалификации деяния не являетс истинным, оно может соответствовать лишь правилам формальной логики,  быть  правильным  по форме,  но  не  по  существу.  Только  этот  единственный аспект формального соответствия (несоответствия) частной  нормы  (конкретного  акта  поведения) действующей "общей норме" усматривают Д.  П.  Горский,  И. С. Нарский, Т. К. Ойзерман при решении проблемы истинности норм. Подобные ситуации в советском праве  можно  объяснить  только  причинами  технического порядка (необходимо время для обнаружения этого несоответствия и его  исправления).  "Выявленное несоответствие  устраняется  законодательными органами.  Одновременно с этим устраняются и последствия формального применения закона,  если они имелись". Совершенные действия должны оцениваться в точном соответствии с той правовой нормой,  которой они предусматриваютс К рассматриваемому  вопросу  в  полной мере относится указание Л.  И.  Брежнева на XXIV съезде КПСС: "Любые попытки отступления от закона или обхода его,  чем бы они ни мотивировались, терпимы быть   не  могут"  В  уголовном  судопроизводстве  "происходит  установление конкретного бытия сущности,  ранее уже познанной и отраженной в норме права" Расхождение оценки,  даваемой судом,  следователем, и содержания подлежащего применению  закона,  означает,  что  суд,  следователь  неправильно  познали соответствие  правовых  признаков  совершенных  действий  уголовному закону, который указывает на них. Основное качество советских законов состоит в том, что  они  верно  отражают действительность,  правильно указывают на наиболее существенные признаки,  характеризующие те или иные преступные деяни  Знание советских  законов,  правильное  понимание их смысла,  духа,  направленности является ключом к правильному познанию фактических обстоятельств дела  в  их социально-политической   сущности.  Против  включения  в  содержание  истины правовой оценки возражает  М.  С.  Строгович,  полагающий,  что  "правильная общественно-политическая и юридическая оценка факта,  деяния, преступления - обязательное,  необходимое свойство правильного судебного приговора,  но она не входит в понятие материальной истины".  Но если суд установил,  что имело место конкретное преступление,  совершенное определенным  лицом,  то  это  и будет  означать,  что  суд дал общественно-политическую (юридическую) оценку фактам действительности,  правильно познал  конкретное  проявление  сущности этого  общественного  явления,  выраженной  в  надлежащей  уголовно-правовой норме.  Несостоятельным  следует  признать  и  аргумент,  согласно  которому квалификаци  деяния  не входит в содержание истины,  потому что "юридическая оценка факта",  "квалификация преступления" зависит  от  отношения  судей  к рассматриваемому  ими  деянию,  "от  тех  выводов,  которые сделают судьи из применения этого закона к данному деянию".  Юридическая оценка действительно зависит от судей, поскольку не кто иной, как. судьи, производят ее. "Если бы законы применялись сами собой,  тогда суды были бы излишни".  Но  применение закона,  квалификация  преступления,  как  уже  отмечалось,  не  может  быть произвольной. Нельзя согласиться и с аргументацией, основанной на различии в содержании  процессуальных  и  уголовно-правовых норм.  "Когда мы говорим об объективной,  материальной  истине  в  уголовном  процессе,  мы  говорим   о процессуальном  принципе,  о  процессуальной  проблеме,  а  не  о принципе и проблеме уголовного права.  Конечно,  эти принципы и проблемы взаимосвязаны, но  все  же они не совпадают.  А раз так - то под материальной,  объективной истиной в уголовном процессе  следует  иметь  в  виду  соответствие  выводов следствия и суда о фактах, имеющих значение для дела, самим этим фактам, как они произошли в  действительности".  Действительно,  уголовно-процессуальное право и уголовное право - взаимосвязанные,  но разные отрасли права, имеющие свои проблемы,  принципы,  которые исследуются  также  взаимосвязанными,  но разными     правовыми     науками.     Но     из     констатации    различия уголовно-процессуального и уголовного права и  соответствующих  им  отраслей научного   знания   никак   не   следует   вывод   о  правомерности  отрыва, противопоставления друг другу содержания процессуальных и  уголовно-правовых норм   при   определении   содержания  объективной  истины,  достигаемой  по уголовному делу.       Проблема объективной     истины    -    центральная    проблема    как уголовно-процессуального,  так и уголовного права.  Она  исследуется  ими  в разных аспектах,  под различными углами зрения,  на различных уровнях, но во взаимосвязи. Уголовным правом устанавливаются признаки состава преступления, пределы  наказани  В  нормах  уголовного  права выражена социальная сущность преступлений,  без правильного познания которой  не  может  быть  и  речи  о достижении  истины  по конкретному уголовному делу.  Уголовно-процессуальное право определяет порядок уголовного судопроизводства,  цель, предмет, пути и средства  доказывания  и тем самым служит познанию конкретного преступления, общественно-политическая  сущность  которого  уже  познана  и   отражена   в уголовно-правовой норме.  В ходе уголовно-процессуальной деятельности разные аспекты проблемы  истины  становятся  частями,  моментами  единого  сложного процесса  познания,  включающими выяснение "фактического" и "юридического" в неразрывной связи и взаимообусловленности. При доказывании следователь и суд исходят  не только из уголовно-процессуальных,  но и уголовно-правовых норм. Один  и  тот  же  субъект  познания   применяет   нормы   и   уголовного   и уголовно-процессуального  права  для  достижения  цели доказывания,  задач и целей судопроизводства.  В процессуальной литературе  последних  лет  против включения в содержание истины правовой оценки выдвинут еще один аргумент. "С гносеологической  точки   зрения   суждение,   фиксирующее   происшедшие   в действительности  факты,  есть суждение познавательное,  тогда как суждение, квалифицирующее эти  факты  как  неправильные,  противоправные,  общественно опасные,   есть   суждение  ценностное,  оценочное".  С  этим  соображением, заимствованным у некоторых авторов,  работающих над  проблемами  аксиологии, которые  доводят до крайности противопоставление истины и оценки,  полностью нельзя согласитьс Нужно учитывать, что ценностные суждения (если под ними не понимать чисто субъективистские, никак не отражающие объективный мир мнения, как это делают буржуазные аксиологи,  исходящие из  позиций  идеалистической философии)  -  путем  преобразования  или без него сводятся к познавательным суждениям,  которые могут быть истинными или ложными. Для марксизма проблема ценностей  не  является  новой.  При  определении природы ценностей марксизм исходит из того,  что ценности  -  явления  общественные.  К  ним  относятся явления  материального  идеального  характера,  которые  служат потребностям человека,  класса,  общества.  Ценностное  отношение  существует  как  связь субъекта с тем объектом,  на который направлены его познание и воздействие в процессе общественно-исторической практики. Оно выступает как частный момент универсального   практического   отношения   человека   к   окружающей   его действительности.   Практика,   понимаемая   как    общественно-историческая деятельность,  включающая  и  теоретическое отношение человека к предметному миру,  заключает в себе объективное знание предмета, поскольку воспроизводит и  осваивает  предмет  во  всем богатстве его содержания,  в том числе и его полезность для удовлетворения  человеческих  потребностей.  Представление  о ценностях,  их  значении  зависит  от  характера  ценностей  и потребностей, интересов   классов   каждой   общественно-экономической    формации.    Для классово-антагонистического  общества  характерно существование,  по крайней мере,  двух различных оценок ценности одних и тех же явлений материального и духовного  характера.  Особенно  резко  это  различие  проявляетс  в  оценке явлений,  относящихся  к  области  политики,   права,   морали.   При   этом действительными ценностями для конкретной общественно-экономической формации будут те явления,  которые соответствуют интересам,  потребностям передового класса.  Объективным критерием подлинной ценности явлений служит их оценка с позиций прогрессивного  класса,  соответствие  их  общественному  прогрессу, проверяемое  в  процессе общественно-исторической практики.  Марксизм открыл объективные законы развития общества,  создал научную  методологию  познания явлений общественной жизни и тем самым сделал возможным объективную, научную оценку общественных явлений. Правильное познание не ограничивается описанием общественных  явлений,  а  обязательно включает в себя партийность - строгий научный анализ их социальной сущности,  оценку с  позиций  рабочего  класса. Оценка  общественных  явлений должна быть не субъективистской,  а объективно истинной,  научной.  При выполнении  этих  требований  "оценочные  суждения" базируются на научном познании, оценка выступает как одна из сторон познания действительности"  Суждение  "X  хорош",  приводимое  в   качестве   примера ценностного,  оценочного суждения, является познавательным суждением и будет истинным или ложным в зависимости от того,  отражает  или  не  отражает  оно адекватно  объективную  действительность.  Это  суждение  выражает не просто "одобрение субъектом  X"  а  знание  свойств  X,  оцениваемых  положительно. Осознание   ценности   есть   сторона   познания   явления  с  точки  зрения потребностей,  интересов  передового  класса  как   носителя   исторического прогресса общества.  По своей логической (гносеологической) природе суждение "X хорош" не отличается  от  суждений  "подсудимый  2  мошенник",  "действия обвиняемого V кража",  т.  е.  от тех суждений,  в которых выражаются выводы следователя,  судьи о  квалификации  деяния,  о  виновности  обвиняемого.  В уголовном   процессе   познаются   не   "голые   факты",   изолированные  от общественно-исторической практики и очищенные от всех общественных связей  и отношений,   а   именно  действия  людей  в  их  общественном  содержании  и значимости.  Таким  образом,  не  должно  допускаться  вынесение  оценочного отношения  к  общественному явлению за пределы познания;  в противном случае возникает опасность противопоставления  объективной  истины  и  оценки,  что может   служить   теоретическим  оправданием  субъективизма  в  практической деятельности при решении вопросов квалификации и наказани Объективная истина достигается   как   при   вынесении  обвинительного  приговора,  так  и  при оправдании.  Но  во  втором  случае  ее  содержание  будет  несколько  иным. Прекращая  дело за отсутствием в действиях обвиняемого состава преступления, следователь в постановлении,  а суд в оправдательном приговоре отражают  то, что произошло в действительности:  совершены действия,  которые законодатель не считает преступными, так как они не имеют тех признаков, с которыми закон связывает   понятие   преступлени   В   признании  совершенных  действий  не общественно опасными  и  будет  заключаться  правовая  оценка  установленных фактов,  котора  исключает  квалификацию  этих действий как преступных.  При прекращении   дела   или   вынесении   оправдательного    приговора    ввиду недоказанности участия обвиняемого в совершении преступления (п.  2 ст. 208, п.  3 ст.  309 УПК РСФСР) правовая оценка представляет вывод о  невиновности обвиняемого.  Вопрос  о том,  кто совершил преступление,  остается открытым. Таким  образом,   отражение   в   постановлении   органов   предварительного расследования   и   приговоре   суда  достоверно  установленных  фактических обстоятельств дела и их правового значения,  соответствия  надлежащей  норме права  и будет означать достижение объективной истины.  Достоверное познание фактических обстоятельств дела в их  правовом  значении  составляет  основу, необходимую  для  принятия  решения  о  наказании.  Вопрос о наказании может встать перед судом только в случае  установления  виновности  обвиняемого  в совершении  преступлени  Между  выводом  суда  о квалификации преступления и выводом о наказании должна существовать  неразрывная  связь.  Там,  где  нет преступления,   не   может  быть  и  наказани  Абсолютно  исключается  такое положение,  при котором бы суд,  не установив самого преступления, попытался бы  восполнить этот пробел за счет назначения наказани Нарушением законности являются и случаи,  когда допускается смягчение наказания только потому, что у  судей не сложилось твердого убеждения в виновности обвиняемого.  Говорить здесь о наличии объективной  связи  менаду  преступлением  и  наказанием  не представляется возможным.  Ни при каких условиях мягкость наказания не может заменить  недостающие  доказательства  виновности  или  устранить  имеющиеся противоречия Вывод о необходимости назначить наказание, его виде и характере представляет собой  дальнейшую  конкретизацию  правовой  оценки  общественно опасного  деяния,  которая  была  дана  при  его квалификации.  Это особенно наглядно,   когда   действия   нескольких   обвиняемых   по   одному    делу квалифицируются  по одной статье,  а мера наказания определяется разна Закон не  содержит  столь  же  тщательного  описани  признаков   для   определения правильного  наказания  каждому  признанному  виновным подсудимому,  как это сделано в диспозиции уголовно-правовой нормы  применительно  к  квалификации деяни  К  тому же в законодательстве не предусмотрены абсолютно-определенные санкции.  Такой подход  позволяет  суду  учесть  индивидуальные  особенности каждого дела,  но одновременно создает серьезные затруднения при определении меры наказани       Общие указания,   из   которых  исходит  суд  при  решении  вопроса  о наказании,  содержатся   в   уголовном   законе   и   в   некоторых   нормах уголовно-процессуального  закона.  Для  назначения  справедливого  наказания закон прежде всего требует правильной квалификации деяния,  т.  е. учета той оценки характера общественной опасности преступления, которая дана уголовным законом.    Неправильная    квалификация    всегда    неверно     отображает социально-политическую   сущность  преступления  и  не  позволяет  судить  о справедливости или несправедливости меры наказани Содержание ч.  2  ст.  416 УПК   РСФСР  1923  года,  допускавшей  возможность  правильного  определения наказания при неверной  квалификации,  не  воспринято  действующим  законом. Связь  преступления  с  наказанием будет нарушена,  если суд точно установит характер преступления,  но сделает ошибочный вывод о наказании.  Наказание - "количественное  качество" преступления,  его количественная характеристика. Мерой наказания измеряется степень  общественной  опасности  преступления  и лица, его совершившего Наказание должно всегда соответствовать преступлению. "Действительное преступление,  - писал К. Маркс, - предполагает определенную меру  наказани  Действительное преступление ограничено.  Должно быть поэтому ограничено и наказание,  хотя бы для того уже,  чтобы быть действительным, - оно  должно  быть  ограничено  принципом  права,  что бы быть правомерным... Определенное содержание правонарушения является пределом  для  определенного преступлени Мера этого содержания есть, таким образом, и мера преступления". Наказание,    как    и    квалификация,    служит    правовым     выражением общественно-политической  сущности  совершенного  преступлени Необоснованное увеличение  или  уменьшение   меры   наказания   тем   самым   извращает   и общественно-политическую   сущность  преступления,  совершенного  конкретным лицом. Оценивая общественную опасность преступного деяния путем квалификации его  по  определенному  закону,  суд  не  должен  изменять  свою  оценку при назначении виновному меры наказани В принесен ном Заместителем  Председателя Верховного  Суда РСФСР в протесте по делу Н.,  который обвинялся в получении взяток  за  ускорение  погрузки  и  отправки   лесоматериалов,   обоснованно указывалось:  "...  суд,  признав  Н.  виновным  в систематическом получении взяток,  т.  е.  в совершении тяжкого преступления,  определил ему чрезмерно мягкую меру наказания,  не соответствующую содеянному" (разрядка наша. -Авт. ).  Признав эти доводы протеста убедительными,  надзорная инстанция приговор отменила  и  дело вернула на новое рассмотрение.  Сказанному не противоречит право суда при наличии,  например,  смягчающих  обстоятельств  учесть  их  и назначить   осужденному   более  мягкую  меру  наказани  Суд,  верно  оценив общественную опасность преступления, выразившуюся в правильной квалификации, тем   самым   признает,   что   осужденный   заслуживает   меры   наказания, соответствующей содеянному. Вместе с тем суд указывает на те обстоятельства, которые  требуют  от  него  смягчения наказани Здесь суд правильно оценивает общественную опасность с точки зрения квалификации и наказани Таким образом, необходимо   различать   неверную   оценку  степени  общественной  опасности преступления,  выразившуюся  в  необоснованном  увеличении  или   уменьшении наказания,  и  использование  судом  его права (и обязанности) учитывать все обстоятельства  дела  при  решении  вопроса  о  мере   наказани   Правильная квалификация нужна для определения размера наказания и потому,  что в законе указываются пределы наказани При  таком  построении  санкции  обоснованность решения  о  мере  наказания  находится  в прямой зависимости от правильности квалификации,  если по  делу  нет  обстоятельств,  требующих  снижения  меры наказания  ниже  санкции,  установленной  законом.  Решая  вопрос о пределах наказания, предусмотренных надлежащей статьей закона, суд должен действовать в   точном  соответствии  с  положениями  Общей  части  Уголовного  кодекса. Правильная квалификация преступления и установленные законом границы санкции необходимы,  но  недостаточны  для  определения  осужденному конкретной меры наказани Закон требует,  чтобы суд  при  назначении  наказания  учитывал  не только   характер,   но   и   степень  общественной  опасности  совершенного преступления,  личность  виновного  и  обстоятельства  дела,  смягчающие   и отягчающие  ответственность.  Вывод  о мере наказания всегда основывается на познанных фактах преступного событи  Все  фактические  обстоятельства  дела, которые  устанавливаются  для  решения  вопроса  о  наличии  преступления  и виновности лица в его совершении,  столь же необходимы и для решения вопроса о   мере  наказани  Достоверно  познанные  факты  позволяют  суду  правильно обосновать конкретную меру наказания,  избираемую в отношении  определенного подсудимого.  Предположения  и  мнения  судей,  не основанные на фактических обстоятельствах,  также недопустимы при разрешении вопроса о мере наказания, как и при решении вопроса о квалификации. Нельзя признать человека виновным, не  имея  для  этого  достаточных  данных.  Точно  так  же  нельзя  человека подвергнуть  той  или  иной мере наказания,  если имеющиеся в деле данные не подтверждают необходимости избрания этой меры.  В приговоре речь может  идти только  о  конкретной  вине  и конкретном наказании.  Базой для решения этих вопросов должны служить  фактические  обстоятельства  дела.  При  назначении наказания суд должен учитывать как все признаки деяния,  включенные в состав преступления,  так  и  все  другие  признаки,  значимые   с   точки   зрения конкретизации  вины  и  наказани  Например,  характеризующие  жизненный путь подсудимого,  его моральный облик,  степень участия в  общественно  полезной деятельности  и  т.  д.  Сведения о личности подсудимого позволяют правильно познать степень его общественной опасности,  которая не  всегда  может  быть полно  и точно оценена,  исход только из характера содеянного (последствий и т. п. ). Правильному определению наказания во многом способствует подробный, хотя и не исчерпывающий, перечень смягчающих, а также исчерпывающий перечень отягчающих ответственность  подсудимого  обстоятельств.  Эти  обстоятельства весьма  разнообразны  и  всегда  специфичны  для  каждого  уголовного  дела. Необходимо,  чтобы суд установил эти обстоятельства и  исходил  из  них  при решении  вопроса  о  наказании.  Наказание должно быть справедливым,  т.  е. соответствовать тяжести преступления и личности осужденного,  иначе  оно  не будет   согласовываться  с  интересами  советского  общества,  не  обеспечит возможность исправления и перевоспитания осужденного. При этом суд должен не только  сам  убедиться в необходимости и целесообразности избранной им меры, но и убедить в этом других граждан,  в том числе и  осужденного.  Поэтому  в приговоре  приводятся  аргументы,  обосновывающие  назначение  данной  меры. Высказанная в  свое  время  в  литературе  точка  зрения,  согласно  которой "обвинительный  приговор  нельзя считать обоснованным,  если суд мотивировал только доказанность  вины  и  квалификацию  преступления,  но  не  обосновал применение  определенной  меры  наказания"  была  закреплена  в законе.  УПК требует приведени в приговоре мотивов назначения подсудимому  меры  наказани На   необходимость   строгого  соблюдения  закона  относительно  мотивировки приговора в части назначения меры наказания обращает внимание  судов  Пленум Верховного  Суда СССР в постановлении "О судебном приговоре" от 30 июня 1969 г.  Таким  образом,  решение  суда  о  наказании   должно   быть   законным, обоснованным,  справедливым,  а  потому и убедительным.  Названные качества, присущие решению суда о мере наказания,  характеризуя  его  с  точки  зрения требований  социалистического  права  и нравственности,  позволяют подойти к вопросу о гносеологической природе подобных решений.  Этот  вопрос  остается спорным в теории уголовного процесса.      Одни полагают,  что наказание не входит  в  содержание  истины,  другие распространяют  понятие  истины не только на выводы о квалификации,  но и на выводы суда о наказании Мы признаем правильной вторую точку зрени Однако это требует определенных пояснений.      Основные возражения  против  включения  решения  суда  о  наказании   в содержание истины приводил Н.  Н.  Полянский:  "...  назначение наказания не может быть истинным или неистинным.  Назначая наказание, суд не констатирует фактов   прошлого   или  настоящего,  не  делает  вывода  из  наблюдаемых  в действительности закономерностей о том,  что может или должно  наступить,  а предъявляет   требование,   которое   надлежащими   органами   должно   быть осуществлено в действительности.  Назначение наказания есть приказ, а приказ может  быть  только  целесообразным  или нецелесообразным,  справедливым или несправедливым".  Действительно, решение суда о наказании выражается в форме повеления,  приказа.  Однако  форма  решения  не определяет сама по себе его содержани  "Приказ"  суда  о  наказании  обусловлен  достоверно   познанными событием   преступления,  обстоятельствами  дела,  указывающими  на  степень общественной  опасности  деяния  и  деятеля,  законом  Констатация   размера наказания  и  представляет  собой  результат познания,  вывод суда о степени общественной опасности преступления и личности преступника.  Если вопрос  об истинности  или  ложности  самого  приказа как формы выражения решения суда, содержащего волевой момент,  можно  считать  в  какой-то  мере  спорным,  то характеристика  вывода  суда  о  мере  наказания с точки зрения соответствия (несоответствия)   его   объективной   действительности   не   должна,   как представляется, вызывать сомнений. Суд, назначая наказание, делает выводы из познанных им фактов действительность,  дает им правовую оценку и выражает ее в  размере  наказани  Для применения к суждению суда по вопросу о наказании, как и любому суждению,  деления  на  истинные  пли  неистинные  (ложные)  не обязательно    требуется,    чтобы   суждение   было   связано   с   фактами действительности прямо или непосредственно. Оно может быть связано с другим, третьим  суждением,  которое  в  конечном  итоге непосредственно относится к объективной   действительности   Вывод   суда   о   наказании   через    ряд опосредствований  также  соотносится  с фактами действительности.  Наказание должно отвечать задачам  правосуди  Если  конкретное  решение  суда  о  мере наказания отвечает этим задачам,  оно основано на истинном знании. Исключать решение суда о наказании из содержания истины будет неправильным, потому что в выводах суда есть такое содержание,  которое не зависит от сознания судей. Судьи не могут произвольно избрать  меру  наказани  Их  решение  зависит  от объективно  существующей степени общественной опасности преступления и лица, его совершившего,  от пределов санкций, указанных в законе, и от правильного учета  целей  правосуди Необходимо отметить,  что сама природа общественного явления,  с  которым  имеет  дело  суд,  не  допускает  такой  точности  его "измерения",  как  это  имеет  место  в  других областях познани "Требование строгости и точности не есть требование  некоторой  абсолютной  строгости  и точности.  Пределы  точности  и  строгости  определяются  в  свою  очередь в конечном счете практическими потребностями.  В науке здесь обстоит дело  так же,  как  и в повседневной жизни...  " Законодатель,  исходя из задач суда и учитывая  объективные  возможности  суда  при  оценке  степени  общественной опасности,  устанавливает:  сроки  наказания в зависимости от вида наказания могут исчисляться месяцами,  годами,  а также сутками и месяцами (см. ст. 42 УК  РСФСР).  Причем  сами санкции не представляют собой произвольных решений законодател Они выработаны в  ходе  общественной  жизни,  проверены  опытом, практикой борьбы с преступностью,  со ответствуют господствующим в советском обществе нравственным и правовым принципам,  выражают интересы советского на рода. Правильность своего решения о наказании суд может мотивировать потому, что оно основывается на  объективно  существующих  фактах.  В  свою  очередь выводы суда доступны проверке, ибо критерий их истинности лежит вне сознания судей. В задачу суда кассационной или надзорной инстанции входит проверка не только законности,  но и обоснованности всего приговора,  в том числе и меры наказани Постановка подобной задачи будет  бессмысленной,  если  вышестоящий суд   не   имеет  возможности  проверить  истинность  выводов  судей  первой инстанции. Решение суда о наказании, так же как и его решение о квалификации и  о  фактической стороне преступления,  должно быть истинным,  достоверным. Только при этом условии приговор суда  может  быть  актом  социалистического правосуди  Суд  и  при решении вопроса о наказании не может довольствоваться вероятным знанием. При вероятном знании выводы суда о наказании возможно или в  определенной степени соответствуют объективной действительности.  Степень же вероятности определяется довольно неопределенной мерой - "мало вероятно", "весьма вероятно",  "очень вероятно". При этом всегда остается и вероятность того,  что  выводы  суда  в  той   или   иной   степени   не   соответствуют действительности.  Характеристику  выводов суда как достоверного,  истинного знания не изменяет,  очевидно,  то обстоятельство,  что отдельные факты и их совокупность,  влияющие  на  определение степени общественной опасности,  не поддаютс количественному выражению,  т.  е.  они не могут быть  в  настоящее время  с  учетом  особенностей  объекта  познания  и уровня развития науки и практики формализованы таким образом, чтобы образовать определенную систему, в  рамках  которой при применении и соблюдении установленных правил могли бы давать формально достоверный вывод о мере наказания данного лица.  Уголовный процесс  располагает,  однако,  совокупностью  достаточно надежных средств и способов,   позволяющих   устанавливать   степень   общественной   опасности преступления  и  подсудимого и делать достоверные выводы о наказании,  о чем свидетельствует практика расследования и разрешения уголовных дел.       Требованию достоверности,    предъявляемому   к   выводам   суда,   не противоречат,  а соответствуют указанные в законе цели наказания: "Наказание не  только  является  карой  за  совершенное преступление,  но и имеет целью исправление  и  перевоспитание  осужденных...  "  (ст.  20  УК  РСФСР).  Как указывалось,  суд  при  решении  вопроса  о мере наказания преследует и цель исправления осужденного. Если наказание определено правильно, то оно создает и объективные возможности для перевоспитания осужденного.  Таким образом,  в полное содержание объективной истины по уголовным делам,  устанавливаемой  в социалистическом  уголовном  процессе,  должны  входить достоверное познание фактов, их правильная квалификация и правильное определение меры наказани

     N 2.  ПОНЯТИЕ  ПРЕДМЕТА  ДОКАЗЫВАНИЯ

  Основное  требование   законности       применительно   к  юридической  ответственности  состоит  в  том,  что       ответственность допустима лишь за запрещенное законом деяние и  только       в  пределах,  определенных  законом;  применительно  к  процессуальной       стороне, - что она должна  быть  обоснована  расследованием  и разбирательством конкретного дела в порядке и форме,  определенных за коном.  Важная гарантия  реализации уголовной  ответственности  состоит  в  установлении  определенного предмета доказывания по каждому уголовному делу.      Предмет доказывания  -  система  обстоятельств,  выражающих  свойства и      связи исследуемого события,  существенные  для  правильного  разрешения      уголовного   дела   и  реализации  в  каждом  конкретном  случае  задач      судопроизводства.    Эти    обстоятельства    устанавливаются     путем      процессуального  доказывания  т.  е.  с помощью предусмотренных законом      средств и способов.  Определенность предмета доказывания  обусловливает      направление и границы исследовани Правильное установление предмета доказывания по  конкретному  уголовному  делу  -  условие   целенаправленной деятельности    органов   расследования   и   суда,   обеспечения   полноты, всесторонности,    объективности    исследования     обстоятельств     дела. Процессуальное законодательство (ст.  15 Основ,  ст.  68 УПК РСФСР) детально определяет предмет доказывани  Включив  статью  "Обстоятельства,  подлежащие доказыванию  по  уголовному  делу"  (этот  термин  используется  в  значении "предмет  доказывания")  в  число  исходных   положений   Основ   уголовного судопроизводства,   законодатель   еще   раз  подчеркнул  значение  предмета доказывания в уголовном процессе как для определения направления и  пределов исследования  по  делу,  так  и  для  разработки  тактики и частной методики расследования  и  судебного  разбирательства,  целенаправленности  версий  и следственных  действий.  В  процессуальной  литературе иногда указывается на наличие  в  судопроизводстве  кроме  предмета  доказывания   еще   "предмета исследования" или "предмета познания",  более широкого по объему Эти понятия не определены в законе.  Конечно,  не все обстоятельства, устанавливаемые по уголовному  делу  с  помощью доказательств,  входят в предмет доказывани При доказывании возникает необходимость  установить  ряд  таких  вспомогательных фактов,  которые  не включаются в обстоятельства,  подлежащие доказыванию по уголовному делу,  и служат лишь средством  для  установления  обстоятельств, составляющих  предмет  доказывания  по  делу.  Но подобные факты не образуют какого-то   другого   "предмета   доказывания",   а    представляют    собой "промежуточные  тезисы"  для установления обстоятельств,  входящих в предмет доказывания   (последние   можно   рассматривать   как   "конечные   тезисы" доказывания).  Не  все обстоятельства,  устанавливаемые по уголовному делу с помощью доказательств, входят в предмет доказывани При доказывании возникает необходимость  установить  ряд  таких  вспомогательных  фактов,  которые  не включаются в обстоятельства,  подлежащие доказыванию по уголовному  делу,  и служат  лишь средством для установления обстоятельств,  составляющих предмет доказывания  по  делу.  Подобные  факты  представляют  собой  "промежуточные тезисы"   для   установления  обстоятельств,  входящих  в  него,  либо  иные вспомогательные данные.  Например,  по делу  об  убийстве  Н.  свидетель  С. показал,  что убийцей был неизвестный ему человек, жену которого зовут Мария (последня рассказывала,  как ее муж совершил убийство). По делу был проведен ряд  следственных  действий  для  того,  чтобы выяснить,  как зовут жен лиц, заподозренных в убийстве Н.  Разрешение этого вопроса сыграло важную роль  в раскрытии  убийства.  Факт-имя  жены  обвиняемого-не  может  быть  отнесен к предмету доказывания  по  делу.  Однако  этот  факт  на  определенном  этапе расследования был предметом внимания следователя, не потерял он значения и в дальнейшем,  при проверке и оценке показаний  свидетеля  С.  Подобного  рода вспомогательные  факты,  устанавливаемые  по уголовному делу,  в юридической литературе именуют  в  большинстве  случаев  "доказательственными  фактами". Однако разные авторы употребляют этот термин в различном смысле.  Одни имеют в виду факты,  служащие основанием для установления так называемого главного факта.  Другие  вкладывают  в  этот  термин более широкое понятие,  относя к доказательственным фактам вообще все факты,  дающие  возможность  установить истину   по  делу.  Существует  определение  доказательственных  фактов  как отдельных фактов,  из которых познается предмет доказывани  Наконец,  иногда термин "доказательственные факты" связывается с косвенными доказательствами. Многозначность рассматриваемого  термина  и  связанная  с  этим  возможность терминологических  недоразумений  обусловила  решение  именовать в настоящей работе   промежуточными   факты,   представляющие    промежуточные    тезисы относительно конечных тезисов доказывани по уголовному делу      Таким образом,  под промежуточными следует понимать  факты,  с  помощью      которых устанавливаются (или опровергаются) обстоятельства,  подлежащие      доказыванию по делу.  Как вытекает из сказанного,  такого рода факты не      входят в предмет доказывания в смысле ст.  15 Основ (ст. 68 УПК РСФСР),      так как их установление не составляет  цели  доказывания,  но  является      лишь средством, с помощью которого эта цель в необходимых случаях достигаетс Если отнести к  предмету  доказывания  и  обстоятельства, подлежащие   доказыванию   по   делу,   и   наряду   с   ними  промежуточные (вспомогательные) факты,  это может привести к  растворению  конечных  целей уголовного  процесса  в  деятельности по собиранию этих фактов,  превращению последней в самоцель.  Неправильно оценив значение по делу  об  убийстве  X. такого   промежуточного   факта,   как   угроза  убийством  со  стороны  У., следователь,  установив, что такая угроза имела место, сделал необоснованный вывод  о виновности У.  в убийстве X.  В действительности факт угрозы сам по себе свидетельствовал лишь о возможной виновности У.  Иногда по  конкретному делу  мы  сталкиваемся  с  таким  явлением,  когда  факт  -  составная часть определенного обстоятельства, подлежащего доказыванию, - одновременно служит средством установления другого обстоятельства.  Так,  в соответствии с п.  1 ст.  68 УПК РСФСР способ совершения преступления - составная  часть  события преступлени  И вместе с тем способ совершени преступления может одновременно служить для установления виновности определенного лица (т.  е.  играть  роль вспомогательного  факта).  Однако  многостороннее  значение  одних  и тех же фактов реальной действительности ни в коей мере не колеблет  принципиального положения  о  необходимости  четко  отграничить  факты,  входящие  в предмет доказывания,  от  промежуточных.  Обстоятельства,  подлежащие   доказыванию, остаются  таковыми  независимо  от  того,  что  они  одновременно могут быть вспомогательным средством установления других важнейших  обстоятельств.  Это выражает   диалектическую  взаимосвязь  жизненных  явлений.  Нельзя  поэтому признать  убедительной  аргументацию  М.  С.  Строговича,  выступающего   за отнесение промежуточных фактов к предмету доказывания, иначе, по его мнению, в качестве таковых "будут использованы факты,  которые сами  не  доказаны  с полной  достоверностью".  Мысль  о  необходимости  обеспечить  достоверность фактического материала,  используемого для обоснования выводов по уголовному делу,  совершенно  бесспорна.  Но  речь  идет о другом:  о необходимости при построении и обосновании системы этих выводов  отличать  конечные,  служащие целью  доказывания,  непосредственной базой для применения норм уголовного и гражданского права,  от промежуточных,  служащих средствами достижения  этой цели.  Выделение  законодателем  предмета  доказывания  именно  как  системы конечных тезисов подтверждается также и тем,  что в законе наряду с понятием "обстоятельства,  подлежащие  доказыванию"  (предмет)  используется  и более широкое понятие "обстоятельств,  имеющих значение для дела"  (ст.  ст.  131, 276,  69, 205 УПК РСФСР). В ст. 131 это понятие расшифровывается ссылками на ст.  ст.  68,  20 и 21;  "все другие обстоятельства, выяснение которых может иметь значение для правильного расследования дела"      Таким образом,  в  число  обстоятельств,  имеющих  значение  для  дела,       включаются:   а)   обстоятельства,   подлежащие  доказыванию  (предмет       доказывания)  б)  промежуточные  и  вспомогательные  факты.   Введение       законом  самостоятельного понятия обстоятельств,  имеющих значение для       дела,  более широкого, нежели понятие предмета доказывания, направлено       на  обеспечение  полноты,  всесторонности,  объективности исследования       предмета доказывания, достоверности доказательственного материала,  который будет положен в основу окончательного решени Не случайно наиболее полно это понятие раскрывается  в статьях   УПК,   посвященных   рассмотрению   ходатайств,   заявленных   при расследовании (ст.  131) и судебном рассмотрении дела (ст.  276).  Тем самым создаются  оптимальные  условия  для  правильного  разрешения  ходатайств  и определения задач  и  рамок  проведения  следственных  (судебных)  действий. Нельзя,  в  частности,  отказать  в  ходатайстве  о выяснении обстоятельств, которые хотя и не входят в предмет доказывания,  но необходимы для  проверки полноты  и  достоверности  устанавливающих его доказательств и в этом смысле имеют значение для правильного  разрешения  уголовного  дела  Все  сказанное позволяет   отграничивать  предмет  доказывания  от  понятия  обстоятельств, имеющих значение для дела, как более широкого (включающего и обстоятельства, установление  которых - цель доказывания,  и промежуточные,  вспомогательные факты).      Реализация процессуального  значения  предмета доказывания предполагает также,  что: а) все обстоятельства, отнесенные к его содержанию, должны быть установлены  по  каждому  делу;  б)  предмет  доказывания по уголовному делу является общим ("сквозным")  для  всех  стадий;  в)  выводы,  как  результат доказывания    на    определенной    стадии,    относительно   существования (несуществования)   определенных   обстоятельств,   входящих    в    предмет доказывания,  и их совокупности не аннулируют необходимость самостоятельного исследования  этих  же  обстоятельств  на  последующих  стадиях  на   основе собранных  ранее  и  новых  доказательств.  Об  этом  специально  приходится говорить в связи с высказанными в литературе  неточными  суждениями.  В.  Т. Томин,   например,   утверждает,  что  нормы  закона  о  задачах  уголовного судопроизводства  и  предмете  доказывания  носят  в  определенной   степени декларативный   характер,  так  как  "социалистическое  общество  (из  этого молчаливо исходит законодатель)  не  развилось  еще  настолько,  чтобы  цель уголовного процесса достигалась по каждому уголовному делу".  По его мнению, важно лишь не превышать "определенный предел" процента казусов,  по  которым цель  не достигаетс Следует в этой связи подчеркнуть,  что никаких оснований для подобного "толкования мыслей" законодателя не  имеется  и  такой  подход может  лишь  дезориентировать  практику.  Закон  последовательно  исходит из возможности  и  необходимости  полного   познания   следователем   и   судом существенных  обстоятельств  по  каждому уголовному делу и вынесения на этой основе законного и обоснованного решения по нему.      "Трудности установления  истины  на  предварительном следствии и в суде есть трудности практического,  а не гносеологического свойства,  в силу чего они   в   принципе  преодолимы...  Данное  социальное  явление  как  частица действительности   небольшого   масштаба,   обладающая   количественной    и качественной  определенностью,  может  быть  точно  и глубоко познано именно таким,  каким оно было в момент совершения". Нельзя согласиться и с позицией М.  Н.  Нокербаева,  утверждающего, что каждый "субъект доказывани истины" в процессе  от  следователя  и  судьи  до  потерпевшего  имеет  свой   предмет доказывания,  являющийся  частью  единого предмета доказывания по уголовному делу".  Здесь допущено смешение двух вопросов:  о роли и функциях  субъектов доказывани (осуществляющих его и участвующих вт нем) и о предмете доказывани Различия  угла  исследования  существенных  обстоятельств  дела,  круга  тех обстоятельств,   в   установлении   которых  заинтересован  данный  субъект, действительно имеют место.  Но исследуется все время один и тот  же  предмет доказывани  Л.  М.  Карнеева  полагает,  что  при  очевидности  деяния и его последствий в момент возбуждения дела в  дальнейшем  необходимо  доказывание лишь  его преступного характера Как представляется,  при этом не учитывается тот момент,  что "модус суждения об  одном  и  том  же  событии  меняется  в зависимости  от...  развития  судопроизводства  по  стадиям"  Иными словами, завершающий вывод о предмете доказывания или отдельных его  обстоятельствах, сделанный   в  одной  стадии,  есть  лишь  версия,  подлежащая  исследованию субъектом доказывания в следующей стадии процесса Другое дело,  что объем  и характер   такого   исследования   могут   быть  различными.  Следует  далее рассмотреть еще два важных вопроса:       а) не   могут   ли   некоторые   обстоятельства,  входящие  в  предмет      доказывания,  устанавливаться в  конкретном  случае  не  процессуальным      доказыванием,  а  иным  путем  ;  б)  означает ли достоверное выявление      системы обстоятельств,  входящих в предмет доказывания,  что тем  самым      "автоматически"  решаются  вопросы  квалификации  и назначения наказани      Иными словами,  однозначны ли перечни  ст.  ст.  68  и  303  УПК  РСФСР      ("Обстоятельства,   подлежащие   доказыванию   по  уголовному  делу"  и      "Вопросы,  разрешаемые судом при постановлении приговора") или  же  они      фиксируют цели различных сторон исследовани событи На первый из поставленных вопросов следственная и  судебная  практика дает положительный ответ.  Некоторые обстоятельства,  предусмотренные ст. 15 Основ (ст.  68 УПК),  как "подлежащие  доказыванию"  и  входящие  в  предмет доказывания,  могут быть в конкретном случае выявлены не путем доказывания в процессуальном смысле.  Речь идет, в частности, о следующих обстоятельствах: способность  отдавать  себе  отчет  в  своих  действиях  и  руководить  ими, некоторые  обстоятельства,  входящие  в  событие   преступления,   некоторые обстоятельства,  влияющие на степень и характер ответственности,  характер и размер  ущерба,  некоторые   обстоятельства,   из   числа   способствовавших совершению преступлени Форма выявления этих обстоятельств может быть связана прежде всего с констатацией общеизвестности и очевидности того или иного  из них (например,  способность взрослого здорового человека отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими; способность человека различать в дневное время   цвет   сигнала,   показания  прибора,  наличие  кого-либо  на  линии прицеливания или движения транспортного средства и т.  п.  ). Они могут быть выявлены   и  актом,  имеющим  преюдициальное  значение  для  данного  дела. Подробнее соотношение доказывания (в процессуальном смысле)  и  других  форм достоверного познания и выявления обстоятельств,  имеющих значение для дела, рассматривается ниже.  Сейчас же, в соответствии с задачами на стоящей главы необходимо и достаточно сделать следующие вы воды.      Во-первых, возможно выявление некоторых из предусмотренных перечнем ст. 15  Основ  (ст.  68  УПК  РСФСР)  обстоятельств  не  через собирание органом расследования или судом фактических данных, на основе которых делаются затем ретроспективные  выводы  об  этих  обстоятельствах,  а  путем получения этих выводов  в  "готовом"  виде.  Во-вторых,  речь   идет   лишь   о   некоторых обстоятельствах,  а  не об их системе в целом (в частности,  виновность лица всегда должна быть доказана в процессуальном смысле) В-третьих, в конкретном случае общеизвестность наличия признака, свойства, присущего классу объектов в целом,  может быть оспорена.  Например,  может  быть  выдвинута  версия  о расстройстве  психики,  болезни  глаз  обвиняемого  и т.  п.  В этих случаях "готовый" вывод обязательно проверяется путем доказывания  в  процессуальном смысле.  Оспорен  может  быть  и вывод,  содержащийся в фактоустанавливающем документе,  имеющем преюдициальное значение,  что влечет те же последстви  С учетом   факультативности   и   ограниченности   возможностей  использования "готовых"  выводов  при  выявлении   обстоятельств,   входящих   в   предмет доказывания,  это наименование,  как представляется, коррективов не требует. Причем и в случаях использования таких выводов сужаются - вопреки мнению  В. Д.  Арсеньева - пределы,  а не предмет доказывания,  так как меняется способ установления некоторых обстоятельств, но не содержание их. Рассмотрим второй вопрос: означает ли достоверное установление фактических обстоятельств дела, составляющих  предмет  доказывания,  одновременно   также   и   квалификацию преступления  и  избрание  меры  наказани Или второе представляет собой иную сторону исследования обстоятельств дела.  Иначе  говоря,  осуществляется  ли квалификация  и  избрание  меры наказания путем доказывани (в процессуальном смысле) соответствующих фактических обстоятельств или не  сводится  к  нему, требует иных операций?  Представляется, что с помощью доказывания (получения показаний,  проведения осмотров и т. п. ) устанавливаются именно фактические обстоятельства  дела.  Поскольку  эти  обстоятельства  установлены и картина происшедшего выяснена,  она сопоставляется  с  соответствующим  описанием  в уголовном  законе.  Вывод  о  соответствии или отсутствии соответствия между установленными  фактами  и  признаками.  содержащимися  в   нормах   закона, представляет результат логического рассуждения, осуществляемого следователем или судом. Именно поэтому законодатель не включил в перечень ст. 15 Основ, в число  элементов предмета доказывания такое понятие,  как состав преступлени Напротив,  ст.  303 УПК РСФСР возлагает  на  судью  обязанность  установить, "содержит ли это деяние состав преступления и каким именно уголовным законом оно предусмотрено".  Таким образом,  фактическая сторона преступного деяния, служившая  тезисом  процессуального доказывания,  становится аргументом акта квалификации, устанавливающего наличие или отсутствие состава преступлени       Сказанное относится  в  равной  степени  и  к избранию предусмотренной законом меры наказани Фактическая мотивировка вывода (чего требует ст.  314) входит в предмет доказывания,  тогда как сам этот вывод лежит вне предмета и пределов  доказывания  в  процессуальном  смысле  слова,  представля   собой самостоятельную  сторону  познания  в  уголовном  процессе,  базирующуюся на выявлении предмета доказывания, но не сводимую к нему. Соответственно служат разным целям и перечни,  данные в ст.  ст. 68 и 303 УПК РСФСР. Первый из них определяет на  правления  и  пределы  выявления  фактических  обстоятельств; второй,  предусматривает,  что  после  того,  как  по  делу  сделан  вывод о выявлении всей совокупности обстоятельств, составляющих предмет доказывания, суду  необходимо:  а) проверить полноту и достоверность выявления их системы (пп.  1,  3,  4 ст.  303);  б) исходя из них  квалифицировать  содеянное  по уголовному закону (п. 2); в) избрать меру наказания (пп. 5, 6); г) разрешить гражданский иск (п.  7) и т. д. Как было только что показано, формулирование в  законе  и  выявление  в  каждом  конкретном  случае  предмета доказывания направлены   на   обеспечение   неотвратимости    справедливого    наказания преступников,   на   реализацию   задач   уголовно-правовых   мер  борьбы  с преступностью. Таким образом, и на уровне данного института судопроизводства видно общее соотношение уголовного права и процесса Естественно поэтому, что между содержанием норм уголовного права, устанавливающих основания и условия реализации   уголовной   ответственности,   и  содержанием  норм  уголовного процесса,  устанавливающих предмет доказывания,  существует тесная  связь  и взаимное   соответствие.   Это  взаимное  соответствие  касается  как  круга используемых понятий,  описывающих признаки, которые значимы (существенны) в уголовно-правовом  и  процессуальном  отношении,  так  и их упорядоченности, структуры.  При этом  уголовно-правовые  нормы  как  бы  "задают"  параметры доказывания  в  уголовном  процессе.  В  свою  очередь  процессуальные нормы конкретизируют эти параметры с таким  расчетом,  чтобы  обеспечить  полноту, объективность,  всесторонность  выявления всех обстоятельств,  которые затем послужат  фактической  базой  для  квалификации  и  применения  наказани   В определенном  смысле  можно  говорить  в  этой связи и об опосредствовании в предмете доказывания криминологического понятия "типизации взаимодействующей системы  личность  -  среда  или,  если речь идет о конкретном преступлении, личность - ситуация" Это понятие полностью увязывается с  уголовно-правовыми признаками,  определяющими  параметры предмета доказывани В частности:  1) в диспозициях  норм  Особенной  части  Уголовного  кодекса  указаны   наиболее существенные  признаки  преступного  деяния;  2)  нормы Общей части содержат признаки  субъекта,  дают  определени  умысла,  неосторожности,   соучастия, необходимой  обороны,  крайней необходимости и т.  д.  ;  3) в статьях Общей части перечисляются обстоятельства,  смягчающие и отягчающие ответственность виновного.  Но  сказанное о связи и соответствии содержани уголовно-правовых условий  ответственности  и  уголовно-процессуального  предмета  доказывания отнюдь не означает тождественности этих понятий. Неодинаковость создается, с одной стороны,  за счет того,  что процессуальный закон включает  в  предмет доказывания обстоятельства,  способствовавшие совершению преступления,  хотя не все из них уголовно релевантны,  а с другой - за счет различия в круге  и уровне  конкретизации  признаков.  Следователь  и  суд  исследуют  единичное событие,  которое они должны отграничить от любых событий, а его субъектов - от  любых  других лиц.  Причем вывод о наличии преступления,  его характере, виновности,  наказании и т.  п.  должен быть обоснован,  т.  е.  суждение на обобщенном   уровне   уголовно-правовой   нормы   должно   опосредствоваться конкретным описанием события и действий обвиняемого.  Перечень ст.  15 Основ (ст.  68  УПК)  обеспечивает  именно  такое  описание.  Различие  в  уровнях конкретизации при описании  материально-правовых  признаков  (относящихся  к составу  преступления,  предпосылкам ответственности и т.  д.  ) и элементов процессуального  понятия  предмета  доказывания   четко   усвоено   судебной практикой  и  проявляется  в  типичном построении приговора.  В описательной части приговора все элементы преступного деяния описываются конкретно, с той степенью  детализации,  которая свойственна языку предмета доказывания,  и в терминах этого последнего.  Это развернутое "фактологическое" процессуальное описание.  Затем  после  слова  "то есть" приводится второе,  на ином уровне общности описание  того  же  преступного  деяния,  выражаемое  языком  нормы материального   закона.   Процессуальной   конкретизацией,   "расшифровкой", уголовно-релевантного понятия "тайное похищение" в случае  кражи,  например, является  описание  действий  преступника  в конкретных терминах:  "проник в окно,  открыв через форточку шпингалеты,  не зажигая света,  взял  из  шкафа пальто и тем же путем вышел" и т.  д. После этого следует описание на уровне уголовно-правовой квалификации деяни      Данная выше общая характеристика предмета доказывания позволяет перейти       теперь к анализу его структуры - упорядоченного расположения элементов       системы в их взаимосвязи а также содержания самих элементов.  Основным       нормативным  определением   обстоятельств,   подлежащих   доказыванию,       является ст. 15 Основ, где указывается, что при производстве дознания,       предварительного следствия и разбирательстве уголовного  дела  в  суде       подлежат доказыванию:  1) событие преступления (время, место, способ и       другие  обстоятельства   совершения   преступления);   2)   виновность       обвиняемого в совершении преступления;  3) обстоятельства, влияющие на       степень и характер ответственности обвиняемого; 4) характер и размер ущерба,   причиненного   преступлением.  Кодексы  союзных  республик,      воспроизводя  эти  положения,  детализировали  их.  Так,  дополнительно      предусматривается   обязательность   доказывания  мотивов  преступления      (применительно к п.  2) и иных обстоятельств,  характеризующих личность      обвиняемого (применительно к п. 3). Кроме того, дополнительно указано еще на одну группу       обстоятельств,     подлежащих     доказыванию,    -    обстоятельства,       способствующие совершению преступлени Конкретное событие и связанные с       ним,  подлежащие  обязательному  выяснению обстоятельства представляют       собой совокупность фактов,  имевших место в реальной действительности.       Эти   факты   всегда   конкретны,   поэтому   предмет  доказывания  по       определенному делу индивидуален,  как индивидуально лицо,  совершившее преступление,  да и само  это  преступление.  При   этом   каждое   из   упомянутых   в   законе "обстоятельств"   обычно  выражается  не  в  одном  конкретном  факте,  а  в совокупности их. В то же время наличие обобщенной схемы предмета доказывания направляет деятельность по их установлению таким образом, чтобы не допустить ни существенных пробелов восстановленной картины события,  ни  загромождения ее несущественными деталями.  Следует иметь также в виду,  что каждая группа фактических обстоятельств, освещающих в своей совокупности один из вопросов, подлежащих  решению  по  делу  и  предусмотренных  соответствующими пунктами перечня ст.  15 Основ (ст. 68 УПК РСФСР), может в то же время иметь значение для решени других вопросов.  Так, обстоятельства, устанавливающие характер и размер ущерба (п. 4), имеют значение для характеристики события преступления (п.  1) и степени ответственности обвиняемого (п.  3).  Процессуальный закон описывает предмет доказывани  таким  образом,  что  каждый  из  его  пунктов содержит   обобщенное   обозначение  признаков  каждого  из  соответствующих обстоятельств.  При этом предполагается необходимость,  исходя из данного  в каждом  пункте общего понятия,  устанавливать и признаки,  непосредственно в этой норме закона не обозначенные.  Такое  "свернутое"  компактное  описание дает  целостное  представление  о  содержании  предмета  доказывания  и  его структуре.  В то же время оно обусловливает  необходимость  при  определении предмета  доказывания  по  конкретному  делу  использовать  ст.  15  Основ в сочетании с некоторыми другими нормами уголовного и уголовно-процессуального права,  как бы продолжающими перечни,  даваемые отдельными ее пунктами. Так, существенные  признаки  событи  преступления,  несомненно,  должны  быть  до полнены фактами,  характеризующими потерпевшего (ст.  205 УПК) и последствия содеянного (ст.  ст.  205,  314 УПК РСФСР).  С учетом положений ст.  303 УПК РСФСР признаки, устанавливающие виновность (п. 2 ст. 68), должны фиксировать как от ношение к содеянному,  так и сам факт его  совершения  данным  лицом. Статьи   303,   313,   314  УПК  детализируют  понятие  иных  обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого,  специально предусматривая доказывание фактов,  индивидуализирующих  его личность,  а также фактов,  обосновывающих вывод о том,  что подсудимый - особо опасный рецидивист. Круг обстоятельств, влияющих  на  степень и характер ответственности,  определяется с учетом ст. ст.  38,  39 УК РСФСР,  а устанавлива  круг  обстоятельств,  характеризующих событие,   виновность,  ущерб,  мы  каждый  раз  как  бы  "примеряем"  их  к конкретному составу  преступлени  Указанные  в  законе  при  знаки  составов преступления дают возможность конкретизировать требование п. 1 ст. 15 Основ, в  котором  говорится  о  событии  преступления  вообще.  Чем   определяется структура  предмета  доказывания,  как  он  описан  в процессуальном законе? Представляется,  что  последовательность  расположения,  как  и  группировка обстоятельств,  подлежащих  доказыванию,  осуществлена  законодателем прежде всего  исходя  из  правовых   последствий   (целенаправленности)   выявления соответствующих  обстоятельств.  В  самом  деле,  первые  два пункта перечня обстоятельств,  входящих в предмет  доказывания,  и  часть  третьего  пункта предусматривают  фактические  основания  для вывода о наличии преступления и вине лица и,  следовательно,  для  применения  конкретной  уголовно-правовой квалификации  деяния  (события преступления как результата виновных действий лица). Та часть третьего пункта которая говорит об обстоятельствах, влияющих на степень и характер ответственности, предусматривает фактические основания для индивидуализации наказани Четвертый пункт ст.  15.  Основ (ст.  68 УПК), охватывающий  характер и размеры ущерба,  направляет производство по делу на выявление  обстоятельств,  релевантных  для  разрешения  гражданского  иска. Наконец,  последня группа обстоятельств,  входящих в предмет доказывания,  - обстоятельства,  способствующие совершению преступления,  -  предусматривает выявление  фактических  обстоятельств,  имеющих  значение  (релевантных) для применения норм  процессуального  права,  регламентирующих  профилактическую работу  по  материалам дела.  Последовательность описания в законе каждой из названных групп обстоятельств соответствует  последовательности,  в  которой они используются при решении дела (ст.  ст.  3,03,  321 УПК РСФСР):  сначала разрешаются вопросы о наличии преступления, вине лица, квалификации, затем - о наказании, потом - о гражданском иске и, наконец, - об устранении причин и условий,  способствовавших преступлению В свою очередь структура  той  части предмета доказывания, которая охватывает уголовно-релевантные обстоятельства (пп.  1- 3 ст.  68 УПК),  в основном следует принятому в  теории  уголовного права делению состава преступления на четыре элемента:  объект,  объективная сторона,  субъект и субъективная сторона.  Так,  п.  1 приведенного  перечня сконструирован   исходя   из   необходимости  обеспечить  установление  всех обстоятельств,  существенных для решения вопроса о  наличии  или  отсутствии объекта  и  объективной  стороны,  п.  2  -  субъекта и субъективной стороны состава.  Та часть п.  3,  в которой  идет  речь  об  иных  обстоятельствах, характеризующих   личность   обвиняемого,   направлена  на  индивидуализацию субъекта преступлени Что касается п.  3 в той его части,  которая охватывает обстоятельства,   влияющие   на   степень  и  характер  ответственности,  то большинство из описываемых обстоятельств имеет комплексный характер  Поэтому они  не  "привязаны"  к обстоятельствам,  составляющим событие преступления, характеризующим виновность субъекта и т.  д.,  а выделены в  самостоятельную группу  уточняющих ответственность обстоятельств.  Такое построение предмета доказывания  еще  раз  подтверждает  сказанное  выше  о  тесной  взаимосвязи институтов  уголовного  и  уголовно-процессуального права.  Может возникнуть вопрос,  почему  не  выделены  в  самостоятельные  группы  внутри   предмета доказывания обстоятельства,  наличие которых влечет вывод:  а) об отсутствии оснований для продолжения производства по делу (ст.  5 УПК);  б)  об  утрате деянием  или  лицом  общественной  опасности,  которая  имела место в момент события (ст.  6);  в) о достаточности применения мер,  заменяющих  уголовное наказание (ст.  ст. 7-9). Представляется, что все эти обстоятельства - как и те, которые фиксируют возможность применения соответствующих норм уголовного и гражданского права к данному случаю (с учетом действия закона во времени и в пространстве,  наличия иммунитета и т. п. )- не выделены законодателем при рубрикации  предмета  доказывания,  так  как не образуют целостного "набора" признаков.  Они выясняются применительно к  виновности  определенного  лица, идивидуализации   субъекта   преступления  и  его  ответственности.  Предмет доказывания,  описанный в ст.  15 Основ,  един для  всех  стадий  уголовного судопроизводства.  Все  стадии  целенаправленны  на его достоверное и полное выявление.  Одни  основные   (предварительное   расследование   и   судебное разбирательство)   -   непосредственно,   путем   доказывания   всего  круга обстоятельств,  входящих в  предмет  доказывания;  вторые,  "обеспечивающие" (возбуждение  дела,  предание  суду)  - опосредствованно,  путем доказывания некоторых  из  этих  обстоятельств  в  пределах,  необходимых  для  выяснени оснований и условий начала или продолжения производства третьи,  контрольные (производство в кассационной и в надзорной инстанциях,  возобновление дел по вновь  открывшимся  обстоятельствам)  - опосредствованно,  путем доказывания наличия  или  отсутстви  оснований  к  пересмотру  приговора,   определения, постановлени   Отсюда   важный  в  практическом  отношении  вывод:  ни  одно обстоятельство,  которое  должно  быть   выяснено   судом      том   числе обстоятельства,  влияющие  на степень и характер ответственности),  не может игнорироваться  следователем  или  откладываться  выяснением  до   судебного следстви  Иногда  предпринимаются  попытки сконструировать "особые" предметы доказывания для дел о преступлениях определенных категорий,  а равно для дел о  применении принудительных мер медицинского характера;  дел,  прекращаемых производством;  дел несовершеннолетних. Такой подход представляется, однако, необоснованным.  Что  касается  предмета  доказывания  по  делу определенной категории,  то  он,  конечно,  имеет  специфику  (главным  образом  за  счет детализации  описания  события,  мотивов  и  причин действий виновного),  но это-специализация в рамках единого  предмета  доказывания,  а  не  вне  этих рамок.  Например, предмет доказывания по делу об изнасиловании включает факт полового  сношения  (попытки  к  нему),  насильственный  его  характер,  вид примененного насилия,  количество участников,  характер последствий и т.  д. Нетрудно убедиться,  что речь идет о конкретизации понятий, использованных в ст. 15 Основ (ст. 68 УПК): "событие преступления", "обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности" и т.  д.,  применительно  к  составу, охарактеризованному ст.  117 УК РСФСР.  Поэтому перечни вопросов, подлежащих выяснению при расследовании и судебном разбирательстве дел  о  преступлениях различных  категорий,  предлагаемые в криминалистической литературе,  всегда базируются на процессуальном определении  единого  предмета  доказывания  по уголовному делу, по существу комментируя его. Что касается дел, прекращаемых производством,  то основания прекращения всегда связаны либо  с  отсутствием самого   события,   наличие  которого  предполагалось;  либо  с  отсутствием какого-то  элемента  события,  с  которым  закон  связывает   характеристику объективной стороны конкретного состава преступления; либо - с недостижением лицом возраста  уголовной  ответственности,  невменяемостью;  либо  с  такой совокупностью обстоятельств, которая обосновывает вывод о применимости меры, заменяющей уголовное наказание,  и т.  д.  Нетрудно видеть, что установление этих обстоятельств осуществляется в рамках одного или нескольких пунктов ст. 15 Основ (ст.  68 УПК).  Другое дело, что в ряде случаев (но не во всех) для установления  оснований прекращения дела нет необходимости устанавливать все обстоятельства,  входящие в предмет  доказывания:  необходимо  и  достаточно установить   обстоятельства,   с   которыми  закон  связывает  невозможность продолжать производство по  делу.  Но  речь  идет  об  "усеченном"  предмете доказывания,  предусмотренном ст.  15 Основ, а не о каком-то самостоятельном предмете доказывани В свою  очередь  ст.  392  УПК  РСФСР  ("Обстоятельства, подлежащие  установлению по делам несовершеннолетних") содержит формулировку о  необходимости  "обратить   особое   внимание   на   выяснение   следующих обстоятельств".  Иными словами, норма эта сконструирована как детализирующая ст.  68 УПК,  а не заменяющая ее.  Да  и  сам  перечень  этих  обстоятельств (возраст несовершеннолетнего; условия жизни и воспитания; причины и условия, способствовавшие совершению преступления;  наличие  взрослых  подстрекателей или иных соучастников) целиком "укладывается" в п.  п. 2,3 и ч. 2 ст. 68 УПК РСФСР.  Наиболее  специфичен  вопрос  о  круге   обстоятельств,   подлежащих доказыванию  при  производстве по применению принудительных мер медицинского характера.  Дело в  том,  что,  строго  говоря,  это  производство,  хотя  и регламентировано   (по   соображениям,  которые  здесь  не  рассматриваются) уголовно-процессуальным законом,  но не является производством по уголовному делу - здесь нет фигуры обвиняемого. Однако, поскольку основанием применения принудительных мер медицинского характера  является  факт  совершения  лицом общественно  опасного деяния,  круг обстоятельств,  подлежащих установлению, описываетс законодателем также на базе единого определения, данного в ст. 15 Основ.  Предусмотрено,  в  частности,  выяснение  обстоятельств  общественно опасного деяния (п. 1 ст. 68); совершения его данным лицом ("усеченный"-п. 2 ст.  68); наличия, степени и характера душевного заболевания, поведения лица до и после совершения деяния ("усеченный"-п.  3 ст. 68); характера и размера ущерба   (п.  4  ст.  68).  Выше  уже  неоднократно  отмечалась  взаимосвязь уголовно-процессуального и уголовного права  при  регламентации  и  описании предмета  доказывани Отсюда анализ содержания и значения понятий и терминов, раскрывающих  содержание  предмета  доказывания,  по  необходимости  требует установления   их   связей   с  понятиями  и  терминами  уголовного  закона, описывающими  признаки  преступлени  С  тем  чтобы  избежать  в   дальнейшем неопределенности  и  многозначности  языка  и  обеспечить последовательность рассмотрения    упомянутых     связей,     примем     следующие     значения уголовно-релевантных  понятий  и  обозначающих  их  терминов.  Все множество взаимосвязанных  признаков,   характеризующих   преступление,   может   быть разделено   на   три   группы   (три   подмножества).  1.  Признаки  состава преступления, определяющие наличие основания уголовной ответственности.      К их  числу  относятся  признаки  деяния,  описанные в диспозиции (и ее частях, если диспозиция сложная) Особенной части Уголовного кодекса, включая указание  на  объект  посягательства.  Сюда относятся также все те признаки, которые содержатся в Общей части УК и  дополняют  диспозицию,  также  являсь основаниями  уголовной  ответственности.  Среди  этих  признаков  могут быть выделены универсальные,  т.  е.  относящиеся ко всем  преступлениям,  такие, например, как виновность, достижение возраста уголовной ответственности. Эти признаки образуют ядро.      Другая группа  признаков  -региональные-  относится  лишь  к  некоторым преступлениям.  Например,  конкретные формы деяния (действия и бездействия), формы   вины   (умысел   и   неосторожность),  специальная  противоправность (нарушение  правил  безопасности  движения  и  других  специальных  правил), степень  завершения преступного деяния (покушение,  приготовление),  наличие или отсутствие соучастия,  специальные признаки субъекта (должностное  лицо, военнослужащий и т. д. )      2. Признаками,  выражающими  предпосылки   уголовной   ответственности, являются:  течение  давности,  соответствие  территориальной  сфере действия уголовного  кодекса,   некоторые   особые   свойства   субъекта   (например, дипломатический  иммунитет),  наличие  или отсутствие изменений обстановки и личности,  упоминаемые в ст. 50 УК РСФСР. Предпосылки определяют возможность реализации уголовной ответственности.      3. Обстоятельства,   влияющие   на   степень   и   характер   уголовной ответственности,  поскольку  они  не  входят в качестве признаков конкретной диспозиции или ее части. От этих признаков не зависит наличие или отсутствие уголовной  ответственности  и  возможность  ее реализации,  а только решение вопроса о наказании в пределах санкции статьи УК.  Особое  место  в  системе уголовно-релевантных  понятий  занимают  такие,  как  общественная опасность деяния и связанные с ней понятия необходимой обороны, крайней необходимости. Общественная  опасность  деяния,  строго  говоря,  является не его отдельным признаком,  а сложной характеристикой,  основанной на оценке всех  признаков состава преступления, степени и характера ответственности. Особо оговаривает закон лишь один параметр этой  характеристики,  упоминая  малозначительность (ст.  7  УК)  в качестве основания,  исключающего уголовную ответственность. Наличие  или  отсутствие  необходимой  обороны  и  крайней  необходимости  в конкретном   случае  также  определяетс  совокупностью  ряда  объективных  и субъективных признаков деяния,  предполагая,  в частности,  сопоставительную оценку защищаемого блага и последствий деяния;  характера защиты и характера (опасности) посягательства.       Сказанное позволяет  сделать некоторые выводы относительно обеспечения полноты конструирования предмета доказывания в конкретном случае. Во-первых, при  конкретизации положений п.  п.  1,  2 ст.  15 Основ (ст.  68 УПК РСФСР) необходимо иметь в виду не только универсальные,  но и региональные признаки состава,  подлежащие  установлению  через  фактические  обстоятельства  дела Во-вторых,  в рамках доказывания события и виновности должно исследоваться и наличие   предпосылок  уголовной  ответственности.  В-третьих,  для  решения вопроса о малозначительности деяния,  наличии необходимой обороны и  крайней необходимости    надо   опираться   на   всю   совокупность   обстоятельств, предусмотренных п. п. 1-4 ст. 15 Основ, а не на отдельные признаки. Наконец, необходимость  установления  всей  совокупности  обстоятельств,  влияющих на степень и характер ответственности,  надо  иметь  в  виду  и  при  выяснении обстоятельств,  предусмотренных п.  п.  1, 2, 4 ст. 15 Основ, не ограничивая рамки доказывания только признаками состава преступлени

        N 3. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ПОДЛЕЖАЩИЕ ДОКАЗЫВАНИЮ§

     Перейдем теперь к  последовательному  рассмотрению  структуры  предмета доказывания,  описанного в ст.  15 Основ (ст.  68 УПК РСФСР), с точки зрения содержания каждого его элемента.  Описание  в  законе  предмета  доказывания открывается  указанием  на  (событие преступления) (время,  место,  способ и другие обстоятельства совершения преступления). В широком смысле речь идет о понятии,  выражающем совокупность всех признаков противоправного общественно опасного,  виновного  и  наказуемого  деяни  Однако  уголовно-процессуальный закон, определяющий обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, понимает "событие  преступления"  более  узко.  Отдельно  от  "события  преступления" говорится  о "виновности обвиняемого" (п.  2),  "характере и размере ущерба" (п.  4).  В связи с этим необходимо уточнить область применения и содержание названных   "сопряженных"   терминов,   применяемых   в   процессуальной   и уголовно-правовой теории с  тем,  чтобы  обеспечить  обозначение  одинаковых понятий одинаковыми же терминами или,  по крайней мере, оговорить условность некоторых из  них  (строго  говоря,  "событие  преступления"  =  "преступное событие"  =  "преступление").  Речь  идет,  прежде  всего,  о  необходимости нейтрализовать многозначность употребления терминов "событие", "состав" в языке уголовно-процессуального закона, уточнив их значение, в том числе для случаев доказывания отрицательных фактов. Представляется целесообразным, в частности, следующим образом интерпретировать соответствующие указания УПК (см. таблицу). Таким образом, термин      "событие      преступления",       присущий       языку уголовно-процессуального закона,  условно используется для обозначения круга обстоятельств,  характеризующих в основном существенные признаки объективной стороны  и  объекта  преступлени  В  этой интерпретации событие преступления охватывает  далеко  не  все  уголовно-релевантные   обстоятельства   и   его доказанность  сама по себе не означает обоснованности суждения о наличии или отсутствии состава преступлени При доказывании обстоятельств, обозначенных в УПК   как   событие  преступления,  всегда  надлежит  устанавливать  деяние, последствия   и   наличие   причинной   связи   между   первым   и   вторым. Распространенной  является  ошибка,  когда  следователь  (иногда суд) факты, которые  могут  быть  лишь  признаком  последствий  деяния,   неосновательно оценивает  как  "событие  преступления".  Например,  недостача  материальных ценностей у заведующего складом  может  быть  объяснена  растратой,  кражей, убылью в результате естественных причин,  последствием небрежного хранения и т.  д. Между тем иногда на практике факт недостачи необоснованно оценивается как  "событие  преступления".  Вышестоящие  суды неуклонно отменяют подобные неправосудные  приговоры.  В  большинстве  случаев  существование   события, предположение,   о  наличии  которого  послужило  основанием  к  возбуждению уголовного дела,  устанавливается в начале следствия (пожар,  насильственная смерть лица, труп которого обнаружен; исчезновение товаров и т. п. ). Вместе с тем есть дела,  где вопрос о событии,  по поводу которого возбуждено дело, решается  только  в  конце  следствия,  после  выяснения  ряда промежуточных обстоятельств.  Например,  по делам о так называемых "убийствах  без  трупа" требуется  проверить  до конца все версии,  объясняющие исчезновение данного лица;  по делам о взяточничестве нередко факт передачи денег  или  ценностей удается установить только до совокупности собранных по делу данных и т.  д.. Важно,  однако, подчеркнуть, что по любому делу существование события, а тем более   факты,   устанавливающие,  что  событие,  послужившее  основанием  к возбуждению уголовного  дела,  соответствует  по  характеру  и  последствиям объективной стороне определенного состава,  не может рассматриваться как уже данное.  Эти факты,  происходившие в прошлом,  всегда  должны  включаться  в предмет  доказывани  Практике  известен  ряд  ошибок,  причиной которых было именно то,  что вопрос о доказанности события,  приписываемого  обвиняемому, игнорировался,  а  положения,  содержащиеся  в  постановлении  о возбуждении уголовного дела,  рассматривались как бесспорные.  Из сказанного выше  и  из самого содержания п.  1 ст.  68 УПК РСФСР видно,  что "событие преступления" необходимо рассматривать как сложное понятие,  состоящее в свою  очередь  из ряда элементов,  перечень которых дается законом.  Причем надо иметь в виду, что перечень этот не является  исчерпывающим.  Он  не  упоминает,  например, такого важного элемента,  как содержание, характер самого события (речь идет о совокупности фактов, по которым можно будет установить, например, имело ли место  тайное  или открытое похищение чужого имущества).  Это обстоятельство отнюдь не всегда раскрывается суммой названных в  п.  1  ст.  68  элементов. Иными  словами,  для  полного  раскрытия  содержания  п.  1 ст.  68 в каждом конкретном случае надо руководствоваться не только указанной статьей,  но  и соответствующими  нормами  УК.  Причем  в  некоторых  случаях,  например при совокупности  деяний,   при   инсценировке,   осуществленной   преступником, содержание,  характер  события  будут  определяться не одной,  а несколькими системами  фактов,  которые  могут  взаимоподкрепляться,  быть  нейтральными относительно   друг   друга,   взаимно   противоречить.  Соответственно  при определении предмета доказывания приходится руководствоваться  не  одной,  а несколькими  нормами  Особенной части УК (хотя,  в конечном счете,  версия о наличии некоторых составов может быть опровергнута) Установление содержания, характера  события  (действия или бездействия),  его участников предполагает установление обстоятельств,  указывающих на объект  преступления  и  предмет посягательства,  ибо  подлинный  характер  расследуемого деяния без этого не может  быть  раскрыт.  Установление  непосредственного  объекта  и  предмета посягательства   -  одно  из  необходимых  условий  правильной  квалификации совершенного преступлени Определить объект преступления практически означает найти  в  ходе  доказывания  ответы  на  вопросы:  1)  кому  причинен  ущерб преступлением; 2) на что было направлено преступное посягательство. При этом ответ  на  первый вопрос связан с исследованием обстоятельств,  составляющих событие преступлени Выяснение же второго вопроса переплетается с  выяснением обстоятельств,  относящихся к виновности обвиняемого (к субъективной стороне преступления).  Что касаетс установления места и времени события,  то помимо функции  индивидуализации  и  конкретизации    чем  говорилось  выше)  эти обстоятельства могут также иметь значение для квалификации.  В  этом  случае они обычно выступают как существенные признаки противоправности совершенного преступлени По некоторым делам место и время совершения  преступления  могут иметь  значение  отягчающих или смягчающих вину обстоятельств либо оснований применения  давности.  Необходимая  степень   конкретизации   количественной характеристики   времени   события  может  быть  неодинакова  для  различных уголовных дел.  Так,  в одних случаях  доказанность  обвинения  не  вызывает сомнений, если будет точно установлен день совершения преступлени В других - раскрытие преступления невозможно без того,  чтобы не был  установлен  точно час,  а иногда и минуты совершения преступлени Детализированное установление времени совершения преступления  очень  важно,  когда  возникает  вопрос  об алиби, о наличии негативных относительно определенной версии обстоятельств и т. п. Аналогичная ситуация возникает и в связи с разделением ответственности между  несколькими обвиняемыми по поводу,  например,  халатности или выпуска недоброкачественной продукции,  имевшего  место  в  определенный  период,  в течение которого разные лица в различное время занимали должность, связанную с ответственностью за эти факты.  В то  же  время  в  других  случаях  важно установить   лишь   время   начального   и   конечного  моментов  преступной деятельности подсудимого.  В таких случаях  не  требуется  точно  определить время  совершения  каждого  из  эпизодов  преступной  деятельности.  Степень конкретизации   пространственных   координат   события   (места   совершения преступления) также неодинакова для различных дел.  В одних случаях раскрыть преступление невозможно,  не установив место- его  совершения  с  точностью, измеряемой сантиметрами. В других - место совершения преступления может быть определено  лишь  в  форме   наименования   населенного   пункта,   указания железнодорожной  станции  и т.  п..  Событие преступления не может считаться достаточно  выясненным  также,  если   не   установлен   способ   совершения преступлени  Способ  представляет  собой комплекс совершаемых преступником в определенной последовательности действий,  которые  приводят  к  преступному результату.   Совершение   преступления   определенным   способом   подлежит доказыванию  не  только  для   полноты   освещения   события   преступления, необходимой конкретизации его. Нередко оно имеет и определяющее значение для точного  установлени  характера  событи  Так,  п.  "д"  ст.  102  УК   РСФСР предусматривает   ответственность   за   умышленное   убийство,  совершенное способом,  опасным для жизни многих людей Способ может быть обстоятельством, отягчающим  ответственность  (п.  7  ст.  39  УК).  Установление фактических обстоятельств,  связанных со способом совершения преступления, может помочь, наконец,  решению  вопроса  о виновности обвиняемого.  Мы уже говорили,  что перечень элементов "события преступления"  в  п.  1  ст.  68  УПК  РСФСР  не является закрытым.  Это и понятно. Обобщенный, "свернутый" характер описания в  законе  предмета  доказывания  исключает  возможность  введения  в   него исчерпывающего  перечня элементов.  Вместе с тем указание закона на то,  что при  установлении  "события  преступления"  кроме  места,  времени,  способа выясняются  и  "другие обстоятельства",  может быть-как это уже было сделано применительно к содержанию события  -  конкретизировано  путем  анализа  тех понятий,    которыми    оперирует   уголовный   и   процессуальный   законы. Представляется в связи  с  этим,  что  описание  элементов,  характеризующих событие преступления,  может изменяться в конкретном случае в зависимости от стадии осуществления преступлени Так,  при  назначении  судом  наказания  за неоконченное   преступление  учитываются  характер  и  степень  общественной опасности действий,  реально  совершенных  виновным,  степень  осуществления преступного  намерения  и  причины,  в  силу  которых  преступление  не было доведено до конца.  Все эти обстоятельства должны быть выяснены по  делу.  К другим  обстоятельствам  совершения  преступления  в  смысле  п.  1 ст.  68, несомненно,   относятся    обстоятельства,    устанавливающие    последствия соответствующих  действий  (бездействия),  в  том  числе  характер  и размер ущерба.  Поскольку,  однако,  законодатель  выделил  эти  обстоятельства   в самостоятельный пункт ст.  68 (п.  4),  они будут рассматриваться ниже. Выше уже отмечалось, что установление обстоятельств события преступления включает и  выяснение,  в отношении кого (против кого) были совершены соответствующие действи   Это   предполагает,   в   частности,   необходимость   определения уголовно-релевантных  аспектов социального статуса потерпевшего (должностное лицо;  лицо,  находящееся в зависимости от обвиняемого п т.  д.  ).  В  ряде случаев  оказывается необходимым включить в предмет доказывания и содержание действий потерпевшего,  предшествовавших или осуществлявшихся одновременно с преступными   (например,   характер   поведения   потерпевшей   по  делу  об изнасиловании или взрослого, избитого подростками после совместной выпивки). Эта   группа  фактов  также  охватывается  понятием  "другие  обстоятельства совершения преступления".  К этой группе близко  примыкают,  а  в  некоторой части и "перекрывают" ее факты,  включенные в предмет доказывания, в связи с установлением события,  если возникает  версия  о  необходимой  обороне  (ее превышении) или крайней необходимости. Здесь значимыми являются такие факты, как наличие нападения (другой  реальной  опасности),  сила  и  интенсивность действий нападающего,  момент их прекращения и т. д. Входят в характеристику события  и  факты,  устанавливающие  потерю  преступным  деянием   характера общественно  опасного  в  связи  с  изменением  обстановки,  после чего дело подлежит   прекращению   по   ст.    6    УПК    РСФСР.    Обстоятельствами, свидетельствующими об изменении обстановки,  могут быть события, относящиеся в целом к стране,  но могут быть и  местные  услови  Большим,  исключительно важным событием,  изменившим оценку многих фактов, было, например, окончание Великой Отечественной войны.  В масштабе определенной  местности  это  может быть окончание стихийного бедствия,  восстановление связи, снабжения и т. д. В  последних  случаях  соответствующие  обстоятельства  могут  и  не  носить характера  общеизвестных,  и  поэтому  их надо доказывать.  Наконец,  в круг существенных  элементов,  охватываемых  понятием  "другие   обстоятельства", входит  и  внешня  характеристика  соучастия в тех случаях,  когда оно имеет место.  Ведь соучастие выражается  в  определенных  действиях  (бездействии) соответствующих лиц,  и эти действия, выражающие вину этих лиц, есть в то же время  часть  события,  а   количество   участников   -   его   существенная характеристика. Поэтому выяснение того, сколько лиц участвовало в совершении деяния,  что конкретно делал каждый из них,  необходимо и для характеристики события преступлени Пункт 2 ст.  15 Основ указывает на такое обстоятельство, подлежащее доказыванию по уголовному  делу,  как  виновность  обвиняемого  в совершении   преступлени  Статья  68  УПК  РСФСР,  повторив  это  положение, дополнила его указанием на "мотивы преступления" (п.  2).  Доказывание  этих обстоятельств дает возможность ответить на следующие два вопроса:  совершило ли  лицо  инкриминируемое  деяние;  виновно  ли  оно  в   совершении   этого преступлени  Если  же  интерпретировать  указания  п.  2  ст.  68  УПК через уголовно-правовые понятия,  то  речь  идет  об  установлении  обстоятельств, определяющих   лицо,  совершившее  преступление  (субъект),  и  субъективную сторону преступлени       Обязательные признаки субъекта преступления - вменяемость и достижение      определенного возраста.  Вместе с тем в теории уголовного права принято      выделять  составы  со  специальным  субъектом  преступлени  При наличии      версии о наличии именно такого  деяния,  уголовную  ответственность  за      совершение которого может нести только специальный субъект, факты, устанавливающие,  что определенное лицо является (не является)  таким субъектом,  включаются  в  предмет  доказывания в рамках п.  2 ст.  68.  Что касается достижения определенного возраста,  то  специально  доказывается  в силу  ст.  392  УПК  РСФСР  достижение несовершеннолетним возраста уголовной ответственности.  В этих случаях необходимо установить точную дату  рождения (год,  меся,  число). В остальных случаях достаточно установить год рождения (паспортный возраст) Факт вменяемости субъекта  рассматривается,  по  общему правилу,  как очевидный.  Если же возникают сомнения,  он доказывается (п. 2 ст.  79  УПК  РСФСР)   2.   Наряду   с   группой   фактов,   характеризующих "дееспособность" лица как субъекта преступления, в предмет доказывания в той его  части,  которая  описывается  п.  2  ст.  68  УПК,  включаются   факты, устанавливающие  субъективную  сторону  самого  деяни  В  случае умышленного совершения   преступления   необходимо   установить    содержание    умысла, охватываются  ли  им  фактические  признаки  происшедшего  события,  которые характеризуют  его  общественную  опасность.  По  делам   о   преступлениях, совершенных по неосторожности,  подлежат доказыванию обстоятельства,  дающие возможность  ответить  на  вопросы:  должен  ли  был  и  мог  ли  обвиняемый предвидеть последстви своих действий (в случаях небрежности),  действительно ли обвиняемый,  предвидя возможность наступления последствий,  легкомысленно рассчитывал  их  предотвратить    случаях самонадеянности).  Иногда вместо виновности  данного  обвиняемого  выясняются  лишь  обстоятельства,  которые позволяют дать ответ на вопрос, может ли обвиняемый нести ответственность за это  событие  в  силу  своего  служебного  положения,  особого  отношения  к потерпевшему и т.  д. И хотя эти обстоятельства не являются искомыми с точки зрения предмета доказывания по уголовному делу,  они иногда  принимаются  за основание   для   вывода   о   виновности.   При  таком  подходе,  например, автоматически признается виновность: лечащего врача в смерти больного; лица, ответственного  за  технику безопасности,  - в аварии;  водителя - за всякое столкновение автотранспорта;  материально ответственного лица  -  за  всякую недостачу  материальных  ценностей  и т.  д.  Нетрудно видеть,  однако,  что обстоятельства, характеризующие должностное положение обвиняемого или особое его  отношение  к потерпевшему,  указывают лишь на возможность совершения им действий,  обусловивших данное событие,  но не  обосновывают  сами  по  себе виновность  данного  обвиняемого.  Признаком,  характеризующим  субъективную сторону преступления,  является также мотив совершения  преступлени  В  ряде случаев  мотив совершения преступления имеет значение для квалификации деяни Так,  при расследовании  дела  о  подлоге,  совершенном  должностным  лицом, установление  корыстных мотивов дает основание для квалификации преступления по ст. 175 УК; установление факта совершения убийства на почве кровной мести позволяет квалифицировать преступление по п. "к" ст. 102 УК и т. д. В других случаях  мотив  совершения  преступления  имеет  значение  отягчающего   или смягчающего  обстоятельства  и  т.  д..  Но  в любом случае в соответствии с требованиями процессуального  закона  мотив  входит  в  предмет  доказывания безотносительно  к  значению для квалификации,  так как без этого невозможно правильно решить вопрос о  степени  общественной  опасности  преступления  и личности  виновного  В  частности,  в  постановлении "О судебной практике по делам об умышленном убийстве" Пленум Верховного Суда СССР подчеркивает, что, "указывая мотивы преступления,  суды не должны ограничиваться формулировками в виде неопределенной ссылки на низменные  побуждения,  а  должны  в  каждом отдельном   случае   конкретно  указывать,  в  чем  именно  заключались  эти побуждения".  В процессуальной литературе прошлых  лет  высказывалась  точка зрения,  что  в некоторых случаях дело может быть разрешено без установления мотива. На практике это приводило к недооценке важности исследования по делу мотивов  умышленного  деяния,  к  преувеличению  практических  трудностей их установлени В действительности нельзя говорить о  каких-либо  принципиальных препятствиях на пути выяснения мотива преступлени Речь может идти лишь о тех трудностях, которые возникают по ряду конкретных дел. Но они преодолимы, так как  характер  и  способ действия лица,  его предшествующее и последующее за совершением  преступления   поведение,   особенности   личности   и   другие обстоятельства,  входящие в предмет доказывания,  позволяют в конечном счете выявить  и  мотивы  преступного  действи  Именно  ссылками   на   объективно существующие обстоятельства,  связанные с событием (а не только на показания обвиняемого),  должен обосновываться вывод о мотивах - как и о  субъективной стороне  деяния в целом - и в итоговых процессуальных документах.  В предмет доказывания по делу входят  также  обстоятельства,  влияющие  на  степень  и характер ответственности обвиняемого, указанные в ст. ст. 38, 39 УК РСФСР, а та к же иные обстоятельства,  характеризующие личность обвиняемого (п. 3 ст. 15 Основ,  п.  3 ст.  68 УПК РСФСР). Знание этих обстоятельств, выходящих за рамки конкретных составов  преступлений,  обязательно  для  индивидуализации ответственности.  Смягчающие  обстоятельства  не  исчерпывающе перечислены в законе. Смягчающими могут быть признаны и обстоятельства, не указанные в ст. 38;  что  же  касается  отягчающих,  то  в  ст.  39  УК дан исчерпывающий их перечень.  Соответственно определяется  и  круг  обстоятельств,  входящих  в предмет   доказывания  по  конкретному  делу.  Причем  в  некоторых  случаях законодатель  предусматривает  необходимость   установления   не   отдельных обстоятельств,  а определенных комплексов их.  Так,  совершение преступления впервые может быть признано  смягчающим  обстоятельством  при  условии,  что преступление  не  представляет  большой  общественной  опасности  и  что оно являетс случайным эпизодом в жизни данного человека. Принимается во внимание как  отягчающее обстоятельство совершение нового преступления лицом,  взятым на поруки,  лишь в том случае,  если новое преступление совершено в  течение срока  порук  или  в  течение  года  после окончания этого срока.  Известные теоретические и практические трудности представляет  интерпретация  указания п.  3  ст.  68  УПК  на  необходимость  устанавливать  кроме  обстоятельств, указанных в ст. ст. 38 и 39 УК, также и иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого.  Прежде всего по своему буквальному смыслу это понятие охватывает,   по   крайней    мере,    две    группы    обстоятельств:    а) индивидуализирующие,  отличающие данное лицо от всех других (устанавливающие его личность) - фамилия,  имя,  отчество,  место  рождения  и  т.  д.  ;  б) характеризующие его как члена общества.  Несомненно,  что применительно к п. Зет.  68  УПК  имеется  в  виду  именно   последня   группа   обстоятельств; обстоятельства же,  устанавливающие личность,  значимы,  как уже отмечалось, применительно к п.  2 ст.  68. В каком соотношении находятся обстоятельства, указанные  в  ст.  ст.  38 и 39 УК,  и иные обстоятельства,  характеризующие личность обвиняемого? Решение этого вопроса необходимо для определения круга обстоятельств,  входящих в предмет доказывани Представляется,  что в перечне ст.  ст.  38  и  39  обстоятельства,  характеризующие  личность   виновного, раскрываются либо через ситуацию деяния, либо через состояние лица (возраст, беременность),  опять-таки  оказывающее  влияние  на  характер  деяни  "Иные обстоятельства,  характеризующие  личность  обвиняемого",  тоже  по существу обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности, но на другом "уровне". Они дают социально-психологическую характеристику лица, показывают его отношение к социальным  обязанностям,  наличие  и  степень  нравственной деформации  личности.  Исходя  из  этих  обстоятельств  (отношение  к труду, коллективу,  долгу члена общества и т.  д. ), можно установить, представляет ли  совершенное  преступление  следствие  всего  поведения  лица,  всего его отношения к требованиям социалистического  общества  или  же  это  единичный проступок,    противоречащий    предыдущему   поведению   обвиняемого.   Ряд обстоятельств,  характеризующих личность обвиняемого, одновременно относится и   к  другим  элементам  предмета  доказывани  Так,  исследование  личности обвиняемого, его образа жизни, условий воспитания и т. п. может пролить свет па причины,  толкнувшие обвиняемого на совершение преступления,  и наоборот. Способ  совершени  преступления,  мотив,  цель  также  могут  иметь  большое значение  и в рассматриваемом отношении.  Но имеются и такие обстоятельства, которые значимы исключительно для характеристики  обвиняемого.  К  их  числу относятся,  например,  те,  которые  свидетельствуют об общественно полезной деятельности обвиняемого  или,  наоборот,  о  недобросовестном  отношении  к общественному долгу и т. д.       Пленум Верховного Суда  СССР  в  своих  постановлениях  не  однократно подчеркивал  важность выяснения по делу этих обстоятельств.  В постановлении от 19 июня 1959 г.  Пленум указал на ошибки судов, связанные с недостаточным выяснением  обстоятельств,  характеризующих  обвиняемого на производстве и в быту, его прошлую деятельность и другие обстоятельства, имеющие существенное значение  для  разрешения  вопроса  о  назначении  наказания,  а в некоторых случаях и для решения вопроса о целесообразности предания обвиняемого  суду. В  постановлении  от  30  июня  1969г.    судебном приговоре" Пленум вновь подчеркнул,  что недостаточно указывать в приговоре  на  то,  что  наказание назначено с учетом личности,  необходимо излагать конкретные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого и т.  д.  Обстоятельства,  влияющие  на степень  и  характер  ответственности  обвиняемого,  играют  важную роль при разрешении судом вопросов:  подлежит ли подсудимый наказанию за  совершенное им преступление;  какое именно наказание должно быть назначено подсудимому и подлежит ли оно отбытию (п.  п.  5, 6 ст. 303 УПК РСФСР). Эти обстоятельства должны быть изложены в об винительном заключении и в приговоре.  Практически по  конкретному   делу   устанавливается   определенна   система   указанных обстоятельств,  причем  в  зависимости  от  количественной и качественной их характеристики,  а  также   взаимоотношений   (усиливающего,   ослабляющего, нейтрализующего)   возможны   четыре   "уровня"   их   учета   а)  названные обстоятельства учитываютс при выборе  санкции  среди  установленных  законом альтернатив,  но  в пределах данной конкретной санкции (ст.  ст.  37,  44 УК РСФСР); б) обстоятельства, предусмотренные ст. 38 УК, и иные обстоятельства, характеризующие  личность,  обосновывают выбор санкции ниже низшего предела, установленного законом для данного преступления,  или  применение  условного осуждения (ст.  ст. 43,44 УК); в) обстоятельства, предусмотренные ст. 38 УК, и  иные  обстоятельства,  характеризующие   личность   обвиняемого,   служат основанием  к освобождению лица от уголовного наказания с за меной его иными мерами (ст.  ст.  51,  52 УК РСФСР). г) лицо признается полностью утратившим общественную  опасность,  не  требующим  исправления  и  перевоспитания и не подлежащим поэтому ни уголовному наказанию,  ни заменяющим мерам (ст.  50 УК РСФСР).  Пункт  4  ст.  15  Основ  (п.  4  ст.  68  УПК)  включает в предмет доказывания ущерб,  причиненный преступлением,  причем особо  упоминается  о "характере"  ущерба.  В  прямой  связи с этим находится требование,  чтобы в описательной  части  обвинительного  заключения    приговора)  содержалось указание на последствия преступления (ст. ст. 205, 314 УПК РСФСР). Поскольку п.  1 ст.  68 не упоминает о последствиях в качестве существенного  элемента события  а  необходимость  их  включения  в  предмет доказывания сомнений не вызывает,  очевидно,  что соответствующее требование выражено именно в п.  4 этой  статьи.  Иными  словами,  он  несет  "двойную" нагрузку:  обеспечивает доказывание перечисленной в нем совокупности обстоятельств и  как  элементов события - оснований для уголовно-правовой квалификации,  и как оснований для решения гражданско-правовых вопросов.  В последнем случае помимо характера и размера  ущерба  выясняется:  имело  ли  место действие,  причинившее ущерб, имеется ли причинная связь между  данным  действием  и  нанесенным  ущербом, совершил  ли  это  действие  обвиняемый  и  предвидел  ли  он или должен был предвидеть последствия своих действий.       При доказывании     обстоятельств,     устанавливающих     последствия преступления,  исследуются две их группы -  ближайшие,  непосредственные,  и "производные".   К   ближайшим   относится,  например,  материальный  ущерб, причиненный кражей,  к "производным" - самоубийство потерпевшей под влиянием переживаний,  связанных  с  предшествовавшим  изнасилованием Во всех случаях участия в деле гражданского ответчика в предмет  доказывания  войдут  факты, относящиеся  к  его  обязанности  возместить ущерб,  причиненный обвиняемым. Причем круг такого рода фактов также  весьма  разнообразен.  Так,  в  случае привлечения родителей несовершеннолетнего обвиняемого в качестве гражданских ответчиков следует конкретно выяснить, в чем именно состоит вина родителей в ненадлежащем воспитании. По каждому делу должны доказываться обстоятельства, способствовавшие совершению преступления (ст.  68 УПК  РСФСР).  Преступление всегда  в  той  или  иной мере выражает антиобщественные намерения субъекта, которые под влиянием конкретных обстоятельств  сформировались  в  преступный умысел  или  преступную  неосторожность.  Намерения  человека,  его взгляды, привычки в конечном итоге формируются внешней средой,  окружением, создаются жизненными  обстоятельствами его индивидуального быти "На деле цели человека порождены объективным миром и предполагают его,-  находят  его  как  данное, наличное".  Далее,  реализация  преступных  намерений  в общественно опасном деянии  возможна,  если   в   окружающей   обстановке   будет   существовать совокупность определенных условий.  С учетом сказанного можно наметить схему обстоятельств,  способствовавших совершению преступления,  которые  подлежат доказыванию:  1) обстоятельства,  приведшие к формированию антиобщественных, индивидуалистических взглядов и привычек;  2)  обстоятельства,  приведшие  к превращению  этих  взглядов  и  привычек  в преступный умысел или преступную неосторожность;  3)  обстоятельства,  создавшие  благоприятные  условия  для подготовки  и совершения общественно опасного деяния,  а также для достижени преступного  результата.  Речь  идет  об  обстоятельствах,  которые,  будучи причинами и условиями данного преступления, могут служить таковыми для новых преступлений,  т. е. их выявление и устранение обеспечит реализацию в рамках конкретного    дела   общей   задачи   судопроизводства   -   способствовать предупреждению и искоренению преступлений. Поэтому, давая определение причин и  условий,  способствующих  совершению преступления,  как элемента предмета доказывания,  следует в данной части пересмотреть традиционное  утверждение, что  в  предмет  доказывания  при  расследовании  и судебном разбирательстве входят лишь обстоятельства,  имевшие место в прошлом. Для того чтобы принять меры к предупреждению преступления,  недостаточно установить обстоятельства, способствовавшие  его   совершению,   требуется   выявить,   продолжают   ли существовать данные обстоятельства и могут ли они быть причиной или условием для других преступлений.  Исследуются,  в частности:  а) взгляды и  привычки обвиняемого, послужившие базой дл возникновения мотива и умысла, в том числе привычка к употреблению алкоголя,  наркотиков,  связь с  преступной  средой, ведение  паразитического  образа  жизни и т.  д.  ;  б) условия воспитания и формирования  сознания,  обстановка  в  семье,   влияние   производственного коллектива;  в)  характер  связей и знакомств,  ближайшее бытовое окружение, круг  лиц,  имевших  влияние  на  правонарушител   Разумеется,   в   предмет доказывания   включаются  только  обстоятельства,  значимые  для  проведения профилактической работы на  момент  производства  по  делу.  Нет,  например, оснований  к  детальному  исследованию обстоятельств,  сформировавших в свое время (10-15 лет назад) антиобщественные взгляды и привычки  лица,  ставшего затем  рецидивистом.  Необходимо  и  достаточно исследовать причины рецидива Вместе с тем надо оговорить и другой момент:  подлежат  установлению  в  тех пределах,   о   которых   сказано  выше,  не  только  содержание  и  причины формирования антиобщественных взглядов и привычек лица,  как и возникшего на этой базе мотива и умысла (отрицательный пример,  подстрекательство и т.  п. ),  но  и  условия,  облегчившие  и  ускорившие  этот   процесс.   Например, неудовлетворительное  состояние  организации  досуга  несовершеннолетних  по месту жительства само  по  себе  не  формирует  антиобщественные  взгляды  и привычки конкретных подростков,  но, способствуя беспорядочному, бесцельному времяпрепровождению,  облегчает  действие  конкретных   источников   вредных влияний.  Многие  обстоятельства  такого  рода играют в преступлении двоякую роль,  способствуя как формированию,  так  и  реализации  мотива  и  умысла. Причем,    когда    лицо    находит   в   окружающей   обстановке   условия, благоприятствующие совершению преступления,  это не только создает для  него реальную   возможность   осуществить   свои   намерения,   но   такого  рода обстоятельства служат своеобразным "катализатором"  в  процессе  превращения антиобщественных  намерений  в преступный умысел,  а затем - в осуществление последнего.  Например,  ненадлежащая охрана  государственного  имущества  на конкретном  предприятии,  с  одной  стороны,  создает  у неустойчивых членов коллектива представление  о  "легкости"  и  "безопасности"  хищений,  т.  е. ускоряет   формирование  умысла  на  преступление,  способствует  подавлению контрмотивов,  а с другой - способствует  выбору  и  реализации  конкретного способа  преступлени Обязанность следователя и суда состоит не только в том, чтобы  вскрыть  условия,   создавшие   преступнику   возможность   совершить преступление,  но  и  в  том,  чтобы выяснить причины существования подобных условий (в том числе недостатки контрольно-ревизионной и оперативной работы, административного надзора и т.  п.  ). При расследовании дела и при судебном разбирательстве не редко обнаруживаются обстоятельства, которые не находятся в  связи  с  данным  преступлением,  но  могут  быть причинами или условиями совершения других преступлений. В предмет доказывания по данному делу они не входят.  Когда  есть  для  этого  достаточные основания,  возбуждается новое уголовное дело и исследование  обнаруженных  обстоятельств  производится  по этому делу. В тех случаях, когда таких оснований нет и данные обстоятельства могут  и  должны  быть  проверены  соответствующими   должностными   лицами, руководителями   учреждений,   предприятий   или   организаций,  необходимые материалы направляются им для производства проверки (ст. 113 УПК РСФСР).       Применительно к     обстоятельствам,    способствовавшим    совершению преступления (причинам и условиям), должна быть установлена вся совокупность их,  а  не  одно-два  обстоятельства,  "лежащие  на поверхности".  Причины и условия эти устанавливаются не в  общей  форме  ("недостатки  воспитательной работы"),   а   в   конкретном  их  проявлении  относительно  данного  лица. Значительная часть обстоятельств,  способствовавших совершению преступления, выясняется   уже   при   исследовании  события  преступления,  мотивов  его, обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности. Однако это не опровергает  правомерность  выделения  законодателем  соответствующей группы обстоятельств в структуре предмета  доказывани  Во-первых,  часть  указанных обстоятельств  значима  дл дела именно в связи с профилактической работой по его материалам Во-вторых,  ч.  2  ст.  68  УПК  РСФСР  обеспечивает  полноту доказывания совокупности указанных обстоятельств, так как обязывает иметь их в  виду  и  при  исследовании  события,  виновности,  характера  и   степени ответственности.  Общее  представление  о  содержании  и  структуре предмета доказывания дает приводимая ниже таблица (стр.  182-183).  В таблице  в  1-й графе обозначено,  к каким элементам ст. 68 УПК РСФСР относится тот или иной признак  предмета  доказывани  Чтобы  отличить  универсальные  признаки   от региональных (см.  выше, стр. 161), номера последних обозначены в виде дроби с  нулем  в  знаменателе  (например  /о).  Рассмотрение  структуры  предмета доказывания,  определенного законодателем,  и его элементов позволяет решить вопрос о допустимости и необходимости использования  бытующего  в  некоторых процессуальных  работах  понятия  "главный  факт".  Каково соотношение этого понятия и понятия предмета доказывания?       Анализ имеющихся    в    литературе    определений    главного   факта свидетельствует о  том,  что  различными  авторами  этот  термин  понимается по-разному:    то    как    совокупность    обстоятельств    устанавливающих (опровергающих) факт  совершения  общественно  опасного  деяния,  виновность обвиняемого,    характер   и   степень   ответственности   то   только   как обстоятельства, устанавливающие (опровергающие) общественно опасное деяние и виновность;  то как совокупность всех обстоятельств, подлежащих установлению по  делу.  Уже  то,  что  рассматриваемое  понятие  не  имеет   однозначного определения, таит в себе существенное неудобство. Далее, если стать на точку зрения,  что главный факт -  это  лишь  некоторые  обстоятельства  из  числа входящих  в  предмет  доказывания,  то напрашиваетс вывод о наличии наряду с "главным",  фактов,  которые "менее существенны",  "не главные". По этому же основанию   представляются   неверными  и  попытки  "напрямую"  отождествить процессуальное понятие главного факта и  уголовно-правовое  понятие  состава преступлени  При  такой  трактовке  "главного"  факта создается неустранимая опасность  неполноты  установления  существенных  обстоятельств,  поскольку, во-первых, круг уголовно-релевантных фактов включает и ряд обстоятельств, не устанавливающих состав,  а  во-вторых,  значение  обстоятельств,  подлежащих доказыванию,  отнюдь  не  сводится  только  к  их  значению  для  применения уголовно-правовых норм.  Например, по делам о хищениях такие обстоятельства, как бесхозяйственность,  запущенность учета,  не относятся к устанавливающим состав преступления - хищения,  и все же они должны быть отнесены к предмету доказывания  по  делу  о  хищении,  если  между  ними  и хищением существует причинная связь (для установления способа действий преступников (п. 1 ст. 68 УПК), обстоятельств, способствовавших совершению преступления (ч. 2 ст. 68), и др.  ) Таким  образом,  по  любому  делу  равно  необходимо  выяснить  все обстоятельства,  входящие  в  предмет  доказывания,  тем более,  что как уже отмечалось,   данные,   устанавливающие   обстоятельства,   способствовавшие совершению    преступления,   размер   ущерба,   отягчающие   и   смягчающие обстоятельства,  имеют в то же время значение  и  для  установления  события преступления,  виновности и т. д. Если же исходить из того, что главный факт - это совокупность всех обстоятельств,  подлежащих доказыванию, то тогда это понятие  совпадает с понятием "предмета доказывания".  Поэтому в этом случае отпадает  теоретическая  и  практическая  необходимость  его  использования, достаточно применять термин,  использованный законодателем:  обстоятельства, подлежащие доказыванию (предмет доказывания).  Определя предмет доказывания, действующий  закон перечисляет обстоятельства,  подлежащие доказыванию,  без деления их на различные группы по степени важности и, наоборот, подчеркивает необходимость установления всей их совокупности. Эта принципиальная позиция, полностью  отвечающая  требованиям   социалистической   законности,   должна последовательно  проводиться  и  в  теории  доказательств  Следователь и суд устанавливают  содержание  предмета   доказывания   по   конкретному   делу, отправлясь от требований, содержащихся в уголовно-процессуальном законе. При этом представление  относительно  круга  конкретных  обстоятельств,  которые следует  установить,  носит  вначале  ориентировочный характер и уточняется, детализируется,  дополняется в ходе производства  по  делу.  Таким  образом, определение предмета доказывания следователем и судом, как бы "примеряющими" общие требования ст. 68 УПК к конкретному событию, подлежащему исследованию, не  может рассматриваться как разовое действие,  и соответственно выводы,  к которым следователь и суд при  этом  приходят,  -  как  окончательные  и  не подлежащие изменениям.  Даже предъявля обвиняемому законченное производство, следователь  может  выявить  новые  обстоятельства,   входящие   в   предмет доказывания,  но ранее не расследованные, что влечет продолжение следствия с соответствующим   уточнением   границ   предмета   доказывани    Аналогичная возможность существует и на судебном следствии.  При этом вопросы, связанные с определением круга фактов, подлежащих дополнительному исследованию, должны решаться  столь  же  тщательно,  объективно,  всесторонне,  как  и  вопросы, возникающие при первоначальном определении предмета доказывани В свое  время А.  Я.  Вышинский писал, будто в правилах советского судопроизводства нельзя найти ответ на вопрос,  какие обстоятельства имеют для дела значение.  Иными словами,  проводилась мысль,  что попытки определить,  "какие обстоятельства могут иметь значение дл дела",  обречены  на  неудачу.  В  действительности, уголовно-процессуальный закон устанавливает определенный круг обстоятельств, подлежащих выяснению по каждому уголовному делу,  т.  е. дает общее, родовое определение  предмета  доказывания,  реализуемое  в  предмете доказывания по конкретному делу. Таким образом, орган расследования и суд определяют каждый раз  предмет  доказывания,  исходя  из  общего понятия,  сформулированного в законе.

        ¶N 4. ПРЕДЕЛЫ ДОКАЗЫВАНИЯ§

     С предметом доказывания тесно связано другое  понятие,  также  служащее инструментом для обеспечения и оценки всесторонности, полноты, объективности исследования обстоятельств уголовного  дела.  Речь  идет  о  таких  границах последнего,  которые  обеспечивают  полное  и  достоверное установление всех обстоятельств,  могущих иметь значение  для  дела.  Иными  словами,  пределы доказывания  -  это  необходимая  и  достаточная совокупность доказательств, которая,  будучи собранной по делу,  обеспечивает правильное его  разрешение путем    установления   "искомого   комплекса"   обстоятельств,   подлежащих доказыванию.  Понятия  предмета  и  пределов  доказывания  взаимосвязаны   и взаимозависимы:  первое выражает цель, второе - средства ее достижени Статья 20 УПК требует полно,  всесторонне,  объективно  исследовать  обстоятельства дела,   выявить   как   уличающие,  так  и  оправдывающие  обвиняемого,  как отягчающие,  так и смягчающие  его  вину  обстоятельства.  Статьи  20  и  71 запрещают  ставить  решение  вопроса о пределах доказывания в зависимость от вида полученных доказательств.  Статья 243 также подчеркивает применительно. К   стадии  судебного  разбирательства  необходимость  определить  в  каждом конкретном случае пределы доказывания,  чтобы,  с одной стороны,  обеспечить полное,  всестороннее,  объективное  исследование предмета доказывания,  а с другой - устранить все,  не имеющее отношения к делу.  Эта же  позиция  была свойственна ранее действовавшему процессуальному закону.  Нельзя согласиться с высказываниями А.  Я.  Вышинского о  том,  что  "советское  процессуальное право,   не   расширя   безгранично   круг  вопросов,  подлежащих  судебному исследованию, не ставит, однако, здесь никаких формальных границ, допуская к предъявлению  на  суде  и  следствии  любые  факты" Во-первых,  как уже было показано выше,  утверждение о нерегламентированности законом круга вопросов, подлежащих   исследованию,  не  соответствует  действительности.  Во-вторых, очевидно,  что в приведенном высказывании  отождествляются  два  вопроса:  о предмете  доказывания  и  о  его  пределах,  причем последние трактуются как неопределенные.  В действительности они определены предметом  доказывания  и конкретизация их по каждому делу вовсе не означает утраты целенаправленности доказывания:  она  осуществляется  на  базе  и  во  исполнение   нормативной регламентации  предмета  доказывани  Понятие  пределов доказывания,  с одной стороны,  включает требование обеспечить необходимую и  достаточную  полноту (глубину) познания существенных явлений и их связей; с другой - оно выражает требование надежности результатов познани Иными словами, пределы доказывания предполагают определение по конкретному делу его границ таким образом, чтобы собранная совокупность доказательств  с  качественной  стороны  обеспечивала установление  каждого  элемента предмета доказывани С количественной стороны они должны гарантировать достоверность установления этих  обстоятельств  для адресата  доказывания  и  всех  лиц,  к  которым  обращено  воспитательное и предупредительное действие судопроизводства.  Таким  образом,  если  предмет доказывания охватывает обстоятельства,  подлежащие установлению по делу, как фактическое основание для решения вопросов ответственности, наказания и др., то пределы доказывания охватывают доказательственный материал, относящийся к обстоятельствам,  подлежащим установлению по делу,  и позволяющий сделать  о них  достоверные  выводы  (фактическое  основание  для установления предмета доказывания).  Таким образом,  на процессуальном материале и процессуальными средствами  решается  общая  для  теории информации задача создания надежных систем  с  использованием  относительно  ненадежных  элементов,  превращения вероятного   знания   в   достоверное.  Речь  идет  как  о  доказательствах, содержанием которых являются фактические данные непосредственно об элементах предмета доказывания, так и о промежуточных и других вспомогательных фактах.       Пределы доказывания зависят прежде всего от предмета доказывани Именно на  этой  основе  решается по каждому делу вопрос,  какие фактические данные относятся к делу и должны быть собраны, проверены, оценены, а следовательно, какие  процессуальные действия и каким образом должны быть проведены.  Иными словами,  пределы  доказывания  определяются   с   использованием   свойства относимости  доказательств,  хотя  в  конкретном  случае  часть  относящейся информации может оказаться избыточной.  Определенное значение имеет, однако, и   наличие   применительно   к  конкретному  делу  решений  преюдициального характера,  общеизвестных  фактов  и   подлежащих   применению   презумпций. Соответствующая  фактическая информация как бы "замещает" в деле,  поскольку она не взята под сомнение и не устранена в установленном порядке (см.  N 2), некоторые  сведения,  которые  надо  было собрать.  При определении пределов доказывания  имеют  значение   и   правила   об   обязанности   использовать доказательства  определенного  вида  при  установлении  некоторых  элементов предмета доказывания и вспомогательных фактов (например,  ст. 79 УПК РСФСР). Надо отметить также,  что в пределы доказывания включаются только допустимые доказательства (ошибочно включенные фактические данные,  не обладающие  этим свойством,   устраняются   из   совокупности  доказательств).  В  частности, фактические данные,  собранные в ходе  ведомственной  проверки  деятельности должностных   лиц   контрольно-ревизионных,  таможенных  и  других  органов, включаются в систему доказательств лишь постольку,  поскольку  удовлетворяют требованиям,  которые процессуальный закон предъявляет к документам (см. гл. гл.  IV,  XII) не образуют они и самостоятельной системы фактических  данных наряду   с   процессуальными  доказательствами.  Поэтому  выводы,  сделанные собравшими  их  должностными  лицами   о   существовании   (несуществовании) обстоятельств,   входящих  в  предмет  доказывания,  не  влияют  на  пределы последнего.  С учетом изложенного следует отличать  пределы  доказывания  от более  широкого  понятия  пределов  собирания  и  оперирования  фактическими данными в ходе производства по делу.  Последнее понятие включает и различные виды  вспомогательной  информации,  не  имеющей  значения доказательств,  но используемой для их собирания (обнаружения).  Невыполнение требований закона относительно пределов доказывания порождает ошибки троякого рода. Во-первых, следователь  и  суд  могут  необоснованно  сузить  пределы  доказывания,   в результате  чего  те  фактические  данные,  которыми будет располагать суд к моменту вынесения приговора,  окажутся недостаточными для правильного ответа на  все  стоящие  перед  судом  вопросы.  Иными словами,  некоторые элементы предмета доказывания останутся недостаточно исследованными из-за пробелов  в доказательственном  материале.  Примером  такого  неправильного  определения пределов доказывания может служить дело по обвинению Л" Ш.  и др. Подсудимые обвинялись в.  хищении ваты и матрацев,  изготовленных из неучтенного сырь В обвинительном заключении указывалось,  что  похищенные  товары  сбыты  через торговую сеть.  В ходе судебного разбирательства,  однако, обнаружилось, что по делу не были собраны доказательства,  устанавливающие значительную  часть обстоятельств,  относящихся  к  событию преступления,  в том числе источники сырь  для   изготовления   неучтенных   товаров,   соответствие   количества полученного   сырья   выпущенной   продукции.   Так   как   установить   эти обстоятельства в ходе судебного разбирательства не представилось  возможным, суд  направил  дело для производства дополнительного расследовани Во-вторых, следствие и суд могут необоснованно сузить пределы доказывания,  пренебрегая данными, обеспечивающими надежность выводов, хотя в принципе исследованием и были охвачены все элементы предмета доказывани  В  результате  недостаточной глубины  исследования  не  все  из  них можно будет признать установленными. Примером  может  служить  дело  по  обвинению  3.,  П.,  Р.  и   других   во взяточничестве.  В судебном разбирательстве было установлено,  что обвинение подсудимых  основано  исключительно  на  показаниях  свидетелей,  являющихся взяткодателями.  Направля дело на доследование, суд указал, что следственным органам надлежит установить характер  взаимоотношений  между  обвиняемыми  и свидетелями,  так  как  имеются сведения,  что эти свидетели на производстве недисциплинированны,  имеют  многочисленные   взыскания   и,   будучи   этим недовольны,  оговаривают  подсудимых.  Суд  предложил  следственным  органам выяснить причину противоречий в показаниях обвиняемых  и  свидетелей.  Таким образом,  из-за сужени пределов доказывания часть существенных обстоятельств неминуемо остается  вне  поля  зрения  следователя  и  суда.  Это  подрывает убедительность и обоснованность решения и угрожает ошибкой. В-третьих, могут быть  допущены  ошибки,  связанные  с  "избы  точным"  расширением  пределов доказывани  При этом следует правильно трактовать понятие "избыточности".  В формировании  необходимой  и  достаточной  совокупности   доказательств   по конкретному   делу   используются  количественный  и  качественный  критерии надежности в их совокупности.  С  увеличением  количества  доказательств,  с объективно    совпадающим   или   частично   перекрывающим   (подкрепляющим) содержанием увеличивается и их надежность,  а  следовательно,  и  надежность установления  обстоятельств,  входящих  в  предмет  доказывани  Поэтому  при определении пределов  доказывания  по  конкретному  делу  следует  учитывать значение  соответствующих  доказательств  (действий,  с  помощью которых они могут быть собраны) не толь  ко  для  выявления  обстоятельств,  входящих  в предмет доказывания, но и для проверки уже собранных данных, для восполнения пробелов  и  устранения   противоречий,   имеющихся   в   доказательственном материале.  В частности,  можно провести несколько следственных действий для выяснения одного и того же обстоятельства.  Получение в процессе доказывания сведений об одних и тех же фактах из разнородных и независимых друг от друга источников или  каналов  информации  есть  своего  рода  резервирование  или параллельное   объединение  подсистем  информации,  эффективно  влияющее  на повышение надежности всей системы в  целом.  Один  количественный  критерий, однако,  не  может обеспечить определение необходимых и достаточных пределов доказывания по конкретному делу.  Используя его,  следователь и суд вместе с тем  изучают  происхождение  и  связи  между  доказательствами  (наличие  их системы),  устанавливают  существование  (несуществование)  фактов,  которые Должны  были составить обязательный комплекс в случае,  если содержание того или иного доказательства являетс достоверным (например,  наличие пробоины от пули   в   стене,   если  направление  выстрела  соответствовало  показаниям очевидца),  и  т.  д.  Иными  словами,  совокупность  доказательств   должна формироваться    целенаправленно,   так   как   неоправданная   избыточность доказательственного материала,  так же  как  и  его  недостаточность,  может представлять   серьезную  опасность.  Слишком  широкие  пределы  доказывания неоправданно   затягивают   предварительное   расследование    и    судебное разбирательство.  Кроме  того,  слишком  широкие пределы доказывания нередко ставят   под   угрозу   убедительность   приговора,   затрудняют    проверку обоснованности   выводов   следователя   и   суда,   не   дают   возможности присутствующим в зале суда разобраться в деле,  понять  правильность  решени Нередко  такое  загромождение  отрицательно  сказывается  и  на правильности самого решения  по  существу:  ведь  собирание  ненужных  для  решения  дела материалов  мешает целеустремленности следствия и судебного разбирательства, искажает   перспективу   дела,   отвлекает   от   собирания   доказательств, действительно  необходимых  для  выяснения существенных обстоятельств.  Речь идет не о любой избыточности  доказательственной  информации,  но  именно  о неоправданной   избыточности,  т.  е.  о  включении  в  пределы  доказывания фактических  данных:  а)  не  относящихся   к   обстоятельствам   дела;   б) устанавливающих    обстоятельства,    уже    достоверно   установленные   в) устанавливающих обстоятельства,  познание которых по данному делу не требует процессуального доказывания (см.  N 1, 2); г) фиксирующих заведомо известную невозможность получения доказательств определенного вида д)  недопустимых  в силу  процессуальных  правил  доказывания  (N  2  гл.  IV).  В  то  же время определенная избыточность доказательств  по  делу  практически  неизбежна  в связи  с  требованием  надежности их системы (совокупности).  Хотя собранная совокупность доказательств  до  определенного  момента  дает  все  основания считать определенные обстоятельства относящимися или не относящимися к делу, эта оценка до завершения доказывани всегда является лишь  предварительной  и подвергается  перепроверке.  Дальнейшее  производство  может  менять  оценку некоторых  обстоятельств  с  точки  зрения  их  связи  с   обстоятельствами, входящими в предмет доказывания,  промежуточными и вспомогательными фактами. Соответственно  может  измениться  и  оценка   значения   того   или   иного доказательства.  Поэтому  расширение  объема  доказывания на предварительном следствии и в суде по сравнению с необходимыми и достаточными пределами  его не всегда свидетельствует о недочетах в работе следователя или судей, о том, что они пренебрегли необходимыми пределами доказывания,  а подчас зависит от условий,  в  которых проводятся соответствующие стадии процесса,  конкретной обстановки,  недостаточности первоначальных сведений  о  событии,  появления версий,  которые  отпадают  после  проверки,  и  т.  д.  Практически наличие определенного количества "резервных"  доказательств  имеет  место  в  каждом конкретном случае, в связи с чем следует различать необходимые и достаточные пределы доказывания, к которым следователь, суд стремятся при планировании и осуществлении   производства,   и  фактический  объем  доказывани  Однако  и применительно к последнему надо различать  оправданную  его  избыточность  и неоправданную  за  счет  материалов,  заведомо  не  могущих  нести  полезные сведения ("шум" по терминологии теории информации).  В  момент  перехода  из одной стадии процесса в другую,  как и в ходе производства,  в каждой стадии фактический "объем доказательств" все  время  корректируется  в  направлении максимального   приближения  к  необходимым  пределам  доказывани  При  этом анализируется собранная совокупность доказательств,  позволяющих все более и более  точно представлять эти пределы.  Иными словами,  определение пределов доказывания (как и  его  предмета)  не  может  рассматриваться  как  разовое действие.  Отпадение,  появление,  изменение  версий,  получение объяснений, заявление ходатайств участниками процесса, результаты предварительной оценки собранных  доказательств - все это влечет изменение ранее сделанных выводов. Совмещение же фактического объема и пределов доказывания осуществляется  при составлении  итоговых  процессуальных  документов,  причем,  отказываясь  от определенной  части  собранных  данных  как  недопустимых  или  неотносимых, следователь  и  суд  мотивируют  свою позицию соответственно в обвинительном заключении  и  приговоре  Сказанное  позволяет  найти  правильный  ответ  на возникающий в процессуальной теории, следственной и судебной практике вопрос о соотношении пределов доказывания в стадиях предварительного  расследования и   судебного  разбирательства.  Из  того  бесспорного  обстоятельства,  что предварительное расследование не завершает в  большинстве  случаев  процесса доказывания,  иногда  делается  вывод  о более узких пределах доказывания на предварительном расследовании.  Другие  научные  и  практические  работники, наоборот,  считают,  что  пределы  доказывания  на предварительном следствии шире,  чем на  судебном  следствии.  Обе  эти  точки  зрения  представляются неверными.  Поскольку  предварительное  расследование  призвано  подготовить полноценный доказательственный материал для судебного рассмотрения  во  всем его  объеме  (что,  разумеется,  не  исключает  возможности  и правомерности собирания судом новых доказательств,  если в этом возникает  необходимость), постольку пределы доказывания - одни и те же на следствии и в суде.  Иначе и не может быть,  поскольку  предмет  доказывания  и  критерии,  на  основании которых   решается  вопрос  об  относимости  и  допустимости  доказательств, одинаковы на различных стадиях процесса.  Несовпадение констатируется  не  в пределах, необходимых и достаточных для установления предмета доказывания, а именно в фактическом объеме доказывани При этом могут иметь место  следующие варианты  а)  фактический объем доказывания на предварительном расследовании более широк по сравнению с объемом доказывания на  судебном  разбирательстве за  счет  информации,  хотя  и  оказавшейся в конечном счете избыточной,  но собранной для обеспечения полноты и надежности доказывания; б) более широкий объем  объясняется ошибочным включением в предмет доказывания обстоятельств, фактически в него не входящих,  в связи  с  чем  собиралась  информация,  не относящаяся   к   делу;   в)   более  широкий  объем  объясняется  ошибочным определением круга доказательств, необходимых и достаточных для достоверного знания   обстоятельств,   входящих  в  предмет  доказывани  В  свою  очередь расширение объема доказывания на судебном  разбирательстве  по  сравнению  с предварительным   расследованием  может  быть  также  обусловлено  одним  из названных выше вариантов либо связано с  необходимостью  восполнить  пробелы предварительного  расследовани  Последнее  имеет  место  в случае,  когда на предварительном расследовании остались  невыявленными  или  неисследованными существенные  для  дела обстоятельства,  т.  е.  пределы доказывания на этой стадии были неправильно определены и поэтому сужен объем доказывани Различие в  объеме  доказывания  может  объясняться  и  тем,  что  на предварительном расследовании пределы  были  определены  и  спланированы  правильно,  а  суд неосновательно сузил или расширил их.       На предварительном  расследовании  и  при   судебном   разбирательстве исследуются  наряду с обстоятельствами,  входящими в предмет доказывания,  и вспомогательными относительно  них  фактами  также  факты,  необходимые  для принятия  процессуальных  решений,  в  частности  для охраны прав граждан на определенное имущество,  и т.  п. Статья 303 УПК РСФСР, например, указывает, что  при  постановлении  приговора  суд  должен разрешить вопрос о том,  как поступить с вещественными доказательствами, на кого и в каком размере должны быть возложены судебные издержки.  Чтобы решить эти вопросы, надо установить ряд  обстоятельств,  в  том  числе,  что  представляют  собой   вещественные доказательства, кто является их владельцем (ст. 86 УПК). Для решения вопроса о том,  на кого и в какой  сумме  возложить  судебные  издержки,  необходимо установить имущественное положение осужденного и т.  д.  Входят ли в пределы доказывания фактические данные,  с помощью  которых  устанавливаются  такого рода обстоятельства? Представляется, что нет, так как эти пределы неразрывно связаны с предметом доказывания,  фиксируя необходимый и достаточный для его установления  объем  информации.  Здесь  же речь идет о своего рода побочных линиях  доказывания,   направленных   на   решение   вопросов   процедурного ("обслуживающего") характера.  В то же время применительно к решению каждого из  таких  вопросов  должен  в  конкретном  случае   определяться   комплекс доказательств,  необходимый  и  достаточный  для  его решени Разумеется,  их собирание,  проверка,  оценка осуществляются  с  соблюдением  процессуальных норм.