Степанов В.В. ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ОСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНИЯ


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта


Проблемы противодействия преступности в современных условиях:
Материалы международной научно-практической конференции 16-17 октября 2003г. Часть I.- Уфа: РИО БашГУ, 2003. - 280с.

Степанов В.В. - Заслуженный юрист РФ, канд. юрид. наук, профессор СГАП г. Саратов

ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ОСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНИЯ

В УПК 1961г. освидетельствование впервые было предусмотрено в качестве самостоятельного следственного действия. Дальнейшее развитие оно получило в действующем УПК РФ.

Сравнительный анализ ст.181 ранее действовавшего УПК РСФСР 1961г. и УПК РФ позволяет констатировать, что в новом законодательстве содержится ряд новелл принципиального характера. Если прежде освидетельствование обвиняемого, подозреваемого, свидетеля и потерпевшего проводилось для "установления на их теле следов преступления или наличия особых примет", то ныне предмет поисково-познавательной деятельности значительно расширен. Задачами освидетельствования являются обнаружение на теле человека: 1) особых примет; 2) следов преступления; 3) телесных повреждений; 4) выявление состояния опьянения; 5) иных свойств и признаков (ч.1 ст.179 УПК). Три последних объекта изучения УПК 1961г. не предусматривались.

Законодательные новеллы в первую очередь коснулись дифференциации обстоятельств, которые могут быть установлены при освидетельствовании. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что регламентация не является безупречной. Так, в числе объектов освидетельствования указаны как следы преступления, так и телесные повреждения. Такое структурирование нормы права является ошибочным, т.к. с точки зрения криминалистического понимания следа телесные повреждения также относятся к ним.

Наиболее спорным представляется отнесение к задачам следственного действия установления состояния опьянения. Совершенно очевидно, что из предмета познавательной деятельности при освидетельствовании как следственного действия, сущность которого представляет осмотр поверхности тела живого человека, явно выпадает указанное обстоятельство. Это дает основание для утверждения о существовании двух объектов изучения при освидетельствовании.

Опьянение связано с физиологическими процессами, выявить которые при наружном осмотре не представляется возможным. Признаки алкогольного опьянения включают в себя "…патологические изменения в психической сфере и поведении, расстройстве в системе вегетативно-сосудистой регуляции, двигательные нарушения, запах алкоголя изо рта и положительные химические реакции на этиловый спирт".1

Таким образом, при освидетельствовании судить о нахождении лица в состоянии опьянения можно лишь по речи, характеру поведения и другим признакам, информацию о которых получают не путем осмотра тела человека, а наблюдения за его состоянием. Поэтому источниками информирования при освидетельствовании служат не признаки, явления и т. д., располагаемые на поверхности тела, а информационные сигналы психолого-физиологического свойства.

В цитированных методических указаниях акцентируется внимание на том, что "обоснованность вынесения заключения о факте употребления алкоголя и состояния опьянения подразумевает всесторонний характер обследования освидетельствуемого и выявления целого ряда симптомов, сочетание которых позволяет говорить о наличии признаков, специфичных для того или иного синдрома. Обоснованность вынесения заключения имеет в виду квалифицированное изучение клинических проявлений, связанных с употреблением алкоголя, проведение специальных функциональных проб испытуемому, правильный анализ результатов освидетельствования".

В указанном документе особо подчеркивается: "Недопустимым является установление факта употребления алкоголя и состояния опьянения у обследуемого исключительно на основании запаха алкоголя изо рта". В нем обращается внимание на то, что "большинство из используемых в настоящее время проб не являются строго специфичными на алкоголь" и "в каждом сомнительном случае следует тщательно оценивать возможность появления тех или иных признаков вне связи с потреблением спиртных напитков".

Выявление при освидетельствовании состояния опьянения неизбежно сопряжено с тем, что в протоколе освидетельствования должны будут содержаться выводы по специальным вопросам. Это является нарушением одного из основополагающих принципов составления протокола, а именно - объективности.

Анализ ст.179 УПК не позволяет сделать однозначный вывод о том, что категории "свойства и признаки" текстуально связаны с выявлением состояния опьянения или имеют самостоятельное, автономное значение. Если, говоря об "иных свойствах и признаках", законодатель имел в виду включаемые сюда последствия на теле от инъекций, то вызывает сомнение обоснованность такой регламентации, ибо подобные явления следует рассматривать в качестве телесных повреждений.

На наш взгляд, под иными свойствами и признаками следует понимать спорную половую принадлежность лица, индивидуально присущий волосяной покров, особенности строения отдельных органов и т. д.

В статье 179 УПК после перечисления устанавливаемых путем освидетельствования обстоятельств подчеркивается, что оно возможно, "…если для этого не требуется производство судебной экспертизы". Это положение не учитывает весь спектр обстоятельств, которые выясняются при освидетельствовании. Очевидно, что для обнаружения на теле особых примет, ряда свойств и признаков вообще не требуется проведение экспертного исследования. Кроме того, рассматриваемая формула может быть истолкована следующим образом: если экспертное исследование необходимо, то освидетельствование не должно проводиться. Между тем, обычно ситуация складывается так, что для обнаружения следов, телесных повреждений, иных свойств и признаков необходимо в начале осуществить освидетельствование, а уже с учетом полученных результатов решить, имеются ли основания для назначения судебной экспертизы. Указанная оговорка недостаточно обоснована и может быть объяснена изъянами законодательной техники.

Таким образом, содержащийся в законе подход по существу игнорирует принципиальное различие сущности освидетельствования и судебной экспертизы. Это проявляется, в частности, в том, что диагностирование состояния алкогольного или иного опьянения относится к компетенции судебно-медицинской экспертизы живых лиц, а не освидетельствования как следственного действия.

По сравнению с УПК РСФСР 1961 г. УПК РФ в регулировании такого следственного действия, как освидетельствование, сделал шаг вперед.

Однако вряд ли можно признать удачным наименование этого действия. В медицинской, в частности в судебно-медицинской теории и практике указанный термин является давно устоявшимся и не вызывающим сомнений в сущности характеризуемого явления. Так именуют экспертизу живых лиц.2 Этого было бы достаточно для постановки вопроса о целесообразности иного наименования действия в уголовном судопроизводстве. Однако дело не только в этом. Есть более существенные причины для подобной постановки вопроса. Как вытекает из диспозиции ст. 179 УПК РФ, объектом этого следственного действия является тело человека. Между тем для уяснения обстоятельств происшедшего события нередко существенную роль играет осмотр одежды, на которой также могут быть следы, связанные с преступлением. Характер и локализация следов на теле и одежде могут иметь важное значение для познания механизма образования следов, обнаружения посторонних веществ. Во многих случаях результаты одновременного осмотра одежды и тела имеют принципиальное значение для проверки версии об инсценировке преступления. В ходе такого осмотра представляется возможным оценить не только вид повреждения, его форму, размеры и т. д., но и расположение повреждений на одежде и теле человека, что будет объективно подтверждать версию потерпевшего или опровергать ее.

В условиях нынешней регламентации следователь не вправе в одном протоколе отражать данные осмотра тела и одежды. Осмотр одежды осуществляется в ходе другого действия - осмотра предмета (ст.176 УПК), разновидностью которого является одежда. Высказанные соображения являются достаточным аргументом для постановки вопроса об изменении наименования следственного действия. Представляется, что наиболее точно отражает его суть название "Осмотр человека".

Практически значимым является вопрос об объеме (пределах) осмотра человека. Ограничен ли следователь наружным осмотром человека или осмотру могут быть подвергнуты и естественные полости, а также внутренние органы?

В основу решения этого вопроса должны быть положены данные медицинской науки, которая исходит из того, что человек представляет совокупность отдельных систем и органов. Под телом человека понимается организм человека в его внешних физических формах.3 Поэтому объем осмотра тела при освидетельствовании должен быть ограничен именно внешними параметрами. Такой подход предполагает лишь визуальный осмотр внешних границ без проникновения во внутрь носовой, ротовой, брюшной и др. полостей.

Для осмотра внутренних полостей должно применяться иное процессуальное средство - личный обыск (ст.184 УПК). При необходимости использования специальных знаний для исследования внутренних полостей должна назначаться судебно-медицинская экспертиза живых лиц. Она для этого располагает соответствующими методиками и техническими возможностями.

Исключение из общего подхода к проведению освидетельствования представляет ситуация, предусмотренная п.4 ст.179 УПК. Суть ее состоит в том, что при освидетельствовании лица другого пола следователь не присутствует, если освидетельствование сопровождается обнажением данного лица. В этом случае освидетельствование производится врачом.

Установленный порядок вызывает ряд серьезных возражений.

Своеобразие состоит в том, что освидетельствование представляет единственное действие, которое может проводиться не следователем. Между тем именно он является лицом, уполномоченным осуществлять предварительное следствие по уголовному делу (п.4 ст.5, ст.38 УПК). Акцентируем внимание на том, что в данном случае речь идет даже не о судебно-медицинском эксперте, а о любом враче. Трудно представить, что привлеченный врач обладает опытом осуществления освидетельствований в порядке ст.179 УПК, не говоря уже о том, что далеко не каждый врач с учетом узкой специализации объективно в состоянии справиться с поставленной задачей.

Вторая проблема состоит в том, что в законе не указывается, кто в этом случае должен подписывать протокол. Исходя из общих правил производства следственных действий, протокол должен быть подписан следователем (ст.164, п.7 ст.166 УПК).

В данном случае следователь, на наш взгляд, не имеет нравственных и фактических оснований подписывать протокол по единственной причине - он не проводил освидетельствование, не осматривал тело человека.

Решение рассматриваемого вопроса мы усматриваем в том, что во всех случаях освидетельствование должно осуществлять лицо, профессионально подготовленное в области расследования. При возникновении рассматриваемой ситуации следователь вправе в соответствии с п.4 ст.38 УПК поручить оперативному работнику соответствующего пола провести указанное действие.

Своеобразный порядок освидетельствования, сопровождающегося обнажением лица, предусмотрен в суде. Особенности его состоят в том, что в отличие от освидетельствования, осуществляемого при расследовании, в качестве объектов исследования указаны лишь следы и приметы на теле освидетельствуемого (ч.2 ст.290 УПК). В то же время такая трактовка находится в явном противоречии с тем, что в п.1 данной статьи указывается, что освидетельствование производится в случаях, предусмотренных частью первой ст.179 УПК, в которой круг объектов познания значительно шире.

Второе отличие состоит в том, что результаты освидетельствования отражаются не в протоколе, а акте освидетельствования. Освидетельствование, осуществляемое врачом или иным специалистом, предусмотрено и применительно к предварительному расследованию. Однако факт его проведения фиксируется в протоколе (ст.180 УПК).

Обращает на себя внимание непоследовательность, заключающаяся в том, что в ходе предварительного расследования освидетельствование лица другого пола, если освидетельствование сопровождается обнажением данного лица, производится врачом (ч.4 ст.179 УПК).

При производстве назначенного судом освидетельствования, если оно сопровождается обнажением лица, освидетельствование может производиться как врачом, так и другим специалистом, причем оговаривается, что последний должен быть одного пола с освидетельствуемым.

С учетом специфических условий судебного разбирательства, стремясь обеспечить доказательственное значение акту освидетельствования, законодатель особо предусмотрел, что он приобщается к материалам уголовного дела, что представляет исключение из общего порядка регламентирования проведения и фиксирования следственных действий.

Литература и примечания

1. Методические указания "Медицинское освидетельствование для установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения". Утверждены 02.09.1988, №06-14/33-14.

2. См.: Датий А.В. Судебная медицина и психиатрия. Словарь-справочник для юристов. М.: Юристъ, 1999. С.145.

3. См.: Датий А.В. Указ. раб. С.236.

© Степанов В.В., 2003г.


Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru









Rambler's Top100
Hosted by uCoz