Калиновский К.Б. Общепризнанным нормам международного права соответствует: Комментарий к Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2010 года № 8-П


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Калиновский К.Б. Общепризнанным нормам международного права соответствует: Комментарий к Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2010 года № 8-П. // Права человека. Практика Европейского Суда по правам человека. 2010. № 10. С. 12-14.


Суд с участием присяжных — демократический институт российской системы отправления правосудия, имеющий длительную и непростую историю своего становления и развития в нашем государстве, начинающуюся с судебных реформ 1860-х годов и включающую как период полного упразднения советской властью, так и возрождения в современной России. Этот суд призван упрочить правосудие, усилить гарантии судебной защиты прав человека и гражданина. Конституция Российской Федерации 1993 года2 прямо закрепила данную форму судопроизводства. Согласно Конституции — как акту высшей юридической силы на территории России — в случаях, предусмотренных федеральным законом, судопроизводство осуществляется с участием присяжных заседателей (статья 123, часть четвертая); обвиняемый в совершении преступления имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей в случаях, предусмотренных федеральным законом (статья 47, часть вторая); смертная казнь впредь до её отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей (статья 20, часть вторая). В целях обеспечения гражданам закрепленной в Конституции возможности рассмотрения их дел судом присяжных Законом Российской Федерации от 16 июля 1993 г. № 5451-1 в Российской Федерации началось поэтапное введение этой формы судопроизводства.

При этом становление суда с участием присяжных заседателей сталкивалось с различными проблемами, на разрешение которых было направлено три постановления Конституционного Суда Российской Федерации3.

В Постановлении от 2 февраля 1999 г. № 3-П Конституционный Суд, рассматривая проблему неравномерного введения суда присяжных в различных субъектах Российской Федерации и назначения смертной казни, признал, что в случаях, когда обвиняемому грозит наказание в виде смертной казни, его право на рассмотрение дела судом присяжных выступает особой уголовно-процессуальной гарантией судебной защиты права каждого на жизнь (как основного, неотчуждаемого и принадлежащего каждому от рождения), прямо установленной самой Конституцией, поэтому без предоставления на всей территории Российской Федерации этой гарантии смертная казнь не подлежит применению.

В Постановлении от 6 апреля 2006 г. № 3-П Конституционным Судом рассматривался вопрос о слишком длительной, по мнению заявителей, задержке введения суда присяжных на территории Чеченской Республики (на момент рассмотрения данного дела — он должен был быть введён в ней с I января 2007 г.). Конституционный Суд признал, что такая задержка правомерна, поскольку она обусловлена объективными обстоятельствами, в том числе необходимостью создания условий, при которых могут быть обеспечены беспристрастность и объективность судебного разбирательства с участием присяжных заседателей. Отсрочка в реализации права на суд присяжных не означает и недопустимое с точки зрения Конституции ограничение права на законный суд, поскольку законным судом может быть и суд в ином установленном законом составе, при том условии, что смертная казнь не назначается.

В этом же решении Конституционного Суда было отмечено, что в силу специфики данной формы судопроизводства существенное значение приобретают личностные характеристики присяжных заседателей, их незаинтересованность в исходе дела, объективность, независимость от оценок и волеизъявления других лиц, поскольку присяжные заседатели, не будучи профессиональными судьями, основываются преимущественно на своем жизненном опыте и сформировавшихся в обществе, членами которого они являются, представлениях о справедливости, они не обязаны мотивировать свое решение по основному вопросу уголовного дела — о доказанности или недоказанности виновности подсудимого. Поэтому законодатель обязан принимать достаточные меры, обеспечивающие независимость и беспристрастность присяжных заседателей.

Дальнейшее развитие данных правовых позиций было дано в Постановлении Конституционного Суда от 19 апреля 2010 г. № 8-П, в котором рассматривался вопрос о том, вышел ли законодатель за пределы своей компетенции, установленной Конституцией, исключая Федеральным законом от 30 декабря 2008 г. № 321-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам противодействия терроризму» из подсудности суда присяжных ряд преступлений террористического характера.

Конституционный Суд указал, что отнесение тех или иных категорий преступлений к подсудности суда с участием присяжных заседателей является прерогативой федерального законодателя, а суд с участием присяжных заседателей является таким же законным и справедливым судом, как и суд, действующий в ином составе. При этом Конституционный Суд исходил из того, что в силу ранее сформулированных им правовых позиций в Постановлении от 2 февраля 1999 г. № 3-П и разъясняющем его Определении от 19 ноября 2009 г. № 1344-О-Р, смертная казнь в Российской Федерации, несмотря на её формальное сохранение в Уголовном кодексе Российской Федерации, не может назначаться и применяться, поэтому в настоящий момент у законодателя нет безусловной обязанности обеспечивать обвиняемым особые судопроизводственные гарантии права на жизнь, в том числе право на суд присяжных, предусмотренное частью второй статьи 20 Конституции.

Эта позиция соответствует общепризнанным нормам международного права, которые не включают право на суд присяжных в число обязательных составных элементов права на справедливое правосудие. Так, Европейский Суд по правам человека, интерпретируя положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признаёт, что при наличии в системе уголовной юстиции конкретного государства суда с участием присяжных принцип справедливого судебного разбирательства не предполагает при предъявлении уголовного обвинения обязательного признания права на такой суд (решения по вопросу о приемлемости жалоб для рассмотрения по существу: от 17 сентября 2002 г. «Климентьев против России», от 9 декабря 2004 г. «Моисеев против России», от 19 октября 2006 г. «Косицын против России», от 5 февраля 2007 г, «Рожков против России»).

В то же время в данном Постановлении было отмечено, что судопроизводство с участием присяжных заседателей имеет особую конституционно-правовую значимость, поскольку эта форма судопроизводства непосредственно определена Конституцией применительно к защите права на жизнь как базового для реализации всех иных конституционных прав, поэтому федеральный законодатель не вправе произвольно и необоснованно от нее отказаться. Отказываясь же по определённым категориям дел от рассмотрения их судом с участием присяжных заседателей, он должен обеспечивать право обвиняемого на рассмотрение его дела законным и справедливым судом на основе требований справедливости и равенства, учитывая характер соответствующих преступлений и возможности суда присяжных или суда в ином составе обеспечивать беспристрастное и справедливое рассмотрение и разрешение конкретных дел. Для обеспечения справедливого судебного разбирательства требование беспристрастности суда носит принципиальный характер и распространяется равным образом на всех судей — как осуществляющих судебную власть на профессиональной основе, так и входящих в состав суда в качестве присяжных заседателей.

Преступления террористического характера, исключённые Федеральным законом от 30 декабря 2008 г. № 321-ФЗ из подсудности суда присяжных, состоят в устрашении населения в целях воздействия на принятие решения органами публичной власти. При этом общеопасный способ совершения деяния (взрыв, поджог, иные действия подобного характера) указывает на то, что устрашение населения предполагает широкую огласку данных преступлений с тем, чтобы вызывать страх у людей, справедливо опасающихся за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества; угроза же совершения террористического акта выражается в доведении до сведения широких слоев населения, правоохранительных органов, других органов исполнительной власти информации о намерении совершить указанные действия.

Поскольку террористическая деятельность, как правило, предполагает наличие незаконного вооружённого формирования, организованной группы, рассмотрение уголовного дела о преступлениях, связанных с террористической деятельностью (таких, как вооружённый мятеж, насильственный захват власти или насильственное удержание власти), представляет особую угрозу для жизни и здоровья участников уголовного судопроизводства, в том числе присяжных заседателей, что может оказывать на них серьезное негативное психологическое воздействие, вызываемое переживаниями, волнениями, страхом за себя и своих близких. На способности присяжных заседателей к вынесению правильных суждений и принятию адекватных решений может существенно отражаться и влияние информации из непроцессуальных источников, в том числе относительно обстоятельств совершения преступления и личности обвиняемых.

Исключить отрицательное воздействие на граждан — кандидатов в присяжные заседатели — слухов и сведений о преступлениях, связанных с террористической деятельностью, которые могут быть получены из непроцессуальных источников, в частности средств массовой информации, и формирование у них предвзятой (обвинительной либо оправдательной) психологической установки, позволяющей воспринимать главным образом доказательства одной из сторон и не придавать должного значения доводам представителей противоположной позиции, — в силу устрашающего характера таких преступлений, а также их широкой огласки как среди местного населения, так и за пределами территории того субъекта Российской Федерации, в котором они совершены, — практически весьма сложно. Соответственно, существенным образом затрудняется и выполнение государством обязанности поддерживать такую судебную систему, в которой судьи — присяжные заседатели отвечали бы требованиям беспристрастности и независимости и были бы способны эффективно осуществлять свои полномочия по рассмотрению дел о терроризме и связанных с ним преступлений, что в конечном счете может привести к искажению принципа законного суда.

Поэтому изменение подсудности суда с участием присяжных заседателей является одним из правовых средств, направленных на обеспечение беспристрастности суда и безопасности граждан, привлекаемых к осуществлению правосудия в качестве присяжных заседателей. Кроме того, изъятие из подсудности суда с участием присяжных заседателей дел о терроризме и взаимосвязанных с ним преступных деяний, таких как вооружённый мятеж и захват власти, вызвано спецификой этих преступлений, их чрезвычайным многообразием и повышенной сложностью в современных условиях, что с учетом этих новых реалий обусловливает наделение именно профессиональных судей правомочием делать вывод о виновности или невиновности подсудимых на основе исследования фактических обстоятельств и оценки соответствующих доказательств.

В связи с этим Конституционный Суд признал, что исключение из подсудности суда с участием присяжных заседателей уголовных дел о ряде преступлений террористического характера в сложившихся условиях необходимости усиления противодействия таким преступлениям при запрете за их совершение назначать и применять уголовное наказание в виде смертной казни не может считаться необоснованным, произвольным или неразумным, а потому нет оснований для утверждения о нарушении федеральным законодателем требований Конституции.

Россия не единственная страна, столкнувшаяся с масштабной террористической угрозой и исключившая из подсудности суда присяжных соответствующие преступления. Аналогичное правовое регулирование было осуществлено, в частности, в Испании, Республике Ирландии. Суду, включающему в свой состав присяжных или народных заседателей (шеффенов), не поручают рассматривать дела о террористах в Бельгии, Новой Зеландии, Казахстане, Канаде, Португалии, Франции.

Органы конституционного правосудия ряда стран также, как и Конституционный Суд России, признавали допустимость исключения из подсудности суда присяжных такого рода преступлений. При этом они основывались на таких доводах, как недопустимость передачи на рассмотрение суда присяжных слишком сложных вопросов (Постановление Конституционного Суда Испании от 2 июля 2007 г.); обеспечение гарантий беспристрастности суда и защита присяжных от давления со стороны лиц, заинтересованных в организации преступных сообществ, посредством угроз их жизни и физической неприкосновенности (Постановление Конституционного Суда Португалии от 24 сентября 2008 г.; Постановление Конституционного Совета Франции от 3 сентября 1986 г.).

И Конституционный Суд России, аргументировав это спецификой соответствующих составов преступления, признал исключение из подсудности суда с участием присяжных заседателей уголовных дел о таких преступлениях, как «Террористический акт», «Насильственный захват власти или насильственное удержание власти» и «Вооруженный мятеж», и рассмотрение их судом в составе трех судей федерального суда общей юрисдикции не противоречащими Конституции. При этом в резолютивной части Постановления в качестве обстоятельства, исходя из которого признание этого регулирования конституционным стало возможным, Конституционный Суд подчеркнул, что предусмотренный данными положениями переход от рассмотрения дела судом с участием присяжных заседателей к иной судебной процедуре осуществлен с учетом запрета назначения исключительной меры наказания в виде смертной казни.

Кроме того, в рассматриваемом решении Конституционный Суд исследовал вопрос о коллизии различных признаков предметной и персональной подсудности (когда в объём обвинения включены несколько преступлений, одни из которых подсудны суду присяжных, а другие — суду из трёх профессиональных судей или когда по уголовному делу обвиняются несколько лиц, одни из которых желают воспользоваться своим правом на рассмотрение их дела судом присяжных, а другие — нет). Конституционный Суд, исходя из особой конституционной значимости суда присяжных, признал не противоречащим Конституции установленный Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации определённый приоритет суда присяжных перед другими формами судопроизводства. Однако данный приоритет, как отмечалось выше, отсутствует в случаях рассмотрения уголовных дел о преступлениях террористического характера, специально исключённых из подсудности суда присяжных.

При этом Конституционный Суд отметил, что в случаях, когда рассмотрение судом присяжных уголовного дела по ходатайству одного из обвиняемых ведет к заведомо неблагоприятному положению и несоразмерному ограничению законных интересов другого обвиняемого, возражающего против данной формы судопроизводства (в том числе заключившего с прокурором досудебное соглашение о сотрудничестве), уголовные дела данных обвиняемых могут быть выделены в отдельные производства самим судом и рассмотрены разными составами суда, если это не препятствует всесторонности и объективности их разрешения.

В заключение необходимо отметить, что данное постановление Конституционного Суда направлено на решение крайне сложной проблемы определения пределов законодательной регламентации подсудности уголовных дел суду с участием присяжных заседателей. Процесс его принятия потребовал нахождения весьма тонкого баланса между существующими в российской юридической науке противоположными позициями, одна из которых исходит из абсолютного приоритета права обвиняемого на суд присяжных, а другая — из полномочий законодателя регулировать это право и определять порядок его осуществления.

Весь текст Постановления, а также выводы его резолютивной части, отражают эту кропотливую работу по поиску оптимального варианта решения. И как представляется, Конституционный Суд пришёл к решению, основанному на положениях Конституции, общепризнанных нормах международного права и постановлениях Европейского Суда по правам человека.

Примечания

1 - Калиновский Константин Борисович — советник Управления конституционных основ уголовной юстиции Конституционного Суда Российской Федерации, кандидат юридических наук (примечание редакции).

2 - Далее — Конституция.

3 - Далее — Конституционный Суд

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru





Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Международная ассоциация содействия правосудию
Hosted by uCoz