Брянская Е.В. 3.2. Прения сторон как элемент аргументации по уголовному делу


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта


Брянская Е.В. Аргументирующая сила доказательств при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции: монография / Е. В. Брянская. – Иркутск : Изд-во ИГУ, 2015. – 193 с.

К оглавлению

Глава 3 РЕАЛИЗАЦИЯ АРГУМЕНТАЦИИ В ПРОЦЕССЕ ДОКАЗЫВАНИЯ
ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ

3.2. Прения сторон как элемент аргументации по уголовному делу

Одной из характерных черт состязательного типа уголовного процесса является такой этап судебного разбирательства, как прения участников со стороны защиты и обвинения. Именно в прениях сторон наиболее ярко проявляется аргументация, в частности, стороны посредством оценки доказательств убеждают суд в своей правоте. Наиболее сильные аргументы закладываются в основу речей сторон. Как отмечают современные авторы: «В своих выступлениях участники не только излагают свои соображения по делу, но и стремятся убедить суд в своей правоте, в правильности своих выводов. Основными участниками прений являются обвинитель и защитник либо подсудимый при отсутствии защитника» [1] .

Поскольку прения сторон являются самостоятельной частью судебного разбирательства, которая следует после окончания судебного следствия, участники излагают свои аргументы и выводы об обстоятельствах по уголовному делу, входящих в предмет доказывания. Прения сторон, это такой этап судебного разбирательства, без которого нет состязательности в уголовном процессе.

В основе прений сторон заложена свобода мысли и свобода слова, разумеется в рамках относимости к сущности рассматриваемого дела в суде. В этой связи А. Я. Сухарева, В. Д. Зорыкина, В. С. Крутских верно полагают, что состязательность это демократический принцип судопроизводства, согласно которому разбирательство дела происходит в форме спора сторон в судебном заседании [2] . Спор может быть состоятелен при условии свободы мышления и свободы слова. В любом случае целью спора выступает достижение истины по уголовному делу. Еще в 1910 г. М. В. Духовской писал, что сущность состязательного процесса в том и заключается, что каждая сторона выполняет свою роль, а это именно и служит средством к раскрытию истины [3] . Спорным в научной литературе является вопрос об активности сторон и активности суда в исследовании доказательств. В прениях сторон суд занимает пассивную роль, он всего лишь выслушивает умозаключения сторон по результатам судебного следствия в виде судебных речей.

В то же время, по мнению И. Я. Фойницкого, «суд остается самостоятельным органом закона, применяя последний по его точному значению и не стесняясь в этом отношении теми толкованиями, которые исходят от сторон… Потому же состязательность процесса не лишает суд права и обязанности давать ответ, соответствующий объективной, действительной, или материальной, истине, и отнюдь не требует, чтобы он довольствовался истиной формальной, как ее понимают и устанавливают стороны. Суд уголовный может и даже обязан употребить все находящиеся в распоряжении его средства для полного разъяснения себе дела. Роль уголовного судьи в процессе далеко не пассивная… Задача уголовного суда есть открытие в каждом деле безусловной истины. В стремлении к этой цели суд не может принимать в уважение желания сторон – ни того, что сам подсудимый не хочет оправдывать свою невиновность, ни того, что сам обвинитель потворствует виновному» [4] . Думается, что данное мнение достаточно справедливое. Суд не ограничивает свое познание по уголовному делу только тем, что предоставляют для исследования и оценки стороны.

В уголовном судопроизводстве крайне не желательна абсолютная пассивность суда. Вынесенный по уголовному делу приговор должен быть не только законным, но и справедливым. Именно суд должен показать, что разбирательство уголовного дела имеет своим результатом отыскание и провозглашение истины.

Суд при всех условиях государственной деятельности остается органом правосудия, и надлежащая организация его деятельности осуществима только при сохранении тех начал процесса, которые подсказываются развитием правовой культуры. А это развитие приводило и приводит к торжеству состязательного начала [5] .

В условиях состязательности судебные прения – это речи сторон, основное место в которых занимает деятельность по подготовке и изложению обвинительной речи прокурора и защитительной речи адвоката [6] . Г. И. Загорский полагает то, что судебные прения состоят из речей обвинителя и защитника, если же уголовное дело рассматривается без участия защитника, в прениях сторон участвует подсудимый. В прениях сторон могут также участвовать потерпевший и его представитель, а гражданский истец, гражданский ответчик, их представители и подсудимый вправе ходатайствовать об участии в судебных прениях [7] . В данном определении судебные прения рассматриваются как участие сторон с речами. Такой же позиции придерживаются и иные представители уголовно-процессуальной науки [8] . По нашему мнению, деятельность в прениях сторон является наиболее активной, в этой завершающей стадии состязания (спора) стороны получают возможность, анализируя все обстоятельства дела с разных позиций, способствовать формированию внутреннего убеждения судей, объективной оценке ими собранных доказательств и, следовательно, постановлению законного и обоснованного приговора [9] .

Помимо того, что судебные прения состоят из речей государственного обвинителя, а также защитника или подсудимого (в случае, если защитник в судебном заседании не участвует) – в прениях могут также участвовать потерпевший или его представитель. Необходимо отметить, что впервые было подтверждено право потерпевшего участвовать в прениях, исходя из принципов состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве Постановлением Конституционного Суда РФ от
15 января 1999 г. по делу о проверке конституционности положений чч. 1 и 2 ст. 295 УПК РСФСР [10] .

На основании ч. 1 и 2 ст. 292 УПК РФ гражданский истец, гражданский ответчик, их представители и подсудимый, имеющий защитника, вправе заявить ходатайство об участии в судебных прениях. Из содержания ст. 292 УПК РФ очевидно то, что перечисленные участники имеют право участвовать в прениях, но не обязаны. Участие в прениях сторон в качестве обязанности предусмотрено в законе для прокурора и защитника. Подсудимый может отказаться от выступления с защитительной речью, но непредоставление ему такой возможности расценивается как ограничение права на защиту, что элементарно повлечет отмену приговора вышестоящей инстанцией суда.

Содержательная часть прений ограничена результатами судебного следствия. На основании ч. 4 ст. 292 УПК РФ участники прений сторон не вправе ссылаться на доказательства, которые не рассматривались в судебном заседании или признаны судом недопустимыми. Кроме того, ст. 294 УПК РФ гласит о том, что если участники прений сторон или подсудимый в последнем слове сообщат о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, или заявят о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства, то суд вправе возобновить судебное следствие. По окончании возобновленного судебного следствия суд вновь открывает прения сторон и предоставляет подсудимому последнее слово.

Суд не вправе ограничивать продолжительность прений сторон. При этом председательствующий вправе останавливать участвующих в прениях лиц, если они касаются обстоятельств, не имеющих отношения к рассматриваемому уголовному делу, а также доказательств, признанных недопустимыми. В этом плане суд уже оценивает сущность оценки доказательств сторонами на предмет относимости и допустимости излагаемых позиций о доказательствах в судебных речах.

Участникам судебных прений дано право реплики. В ч. 6 ст. 292 УПК РФ закреплено положение о том, что после произнесения речей всеми участниками прений сторон каждый из них может выступить еще один раз с репликой. Право последней реплики принадлежит подсудимому или его защитнику [11] . Почему последним выступает защитник и подсудимый? По нашему мнению, такое положение служит реализацией принципа презумпции невиновности, более того, поскольку «защитник» защищается, обороняет своего подзащитного, соответственно прокурор выступает в роли «нападающего».

Однако функции обвинения и защиты должны быть не столько в достижении своей цели любой ценой, а сколько, как писал М. В. Духовской: «…главная задача обвинения и защиты во время судебных прений заключается не только в том, чтобы добиться оправдания или обвинения, но и в том, чтобы помочь, насколько возможно, безошибочному вердикту суда. Кроме общей задачи, каждый из органов преследует и свою специальную (защитить или обвинить), но эту деятельность они должны согласовать с коренною целью – служение правосудию. В виду этого нельзя считать допустимою в прениях натяжку в фактах, неверное освещение, искажение обстоятельств дела, хотя бы это было полезно в целях обвинения и защиты» [12] . В этой связи нужно признать справедливым и мнение тех авторов, которые полагают, что прения сторон предназначены для усиления сторонами своих позиций. Действительно, судебные прения предваряют приговор суда, хотя к моменту открытия прений сторонам и суду абсолютно ясна позиция друг друга, сложившаяся как результат исследования доказательств. Именно поэтому задачами сторон в прениях является построение своей итоговой речи так, чтобы рассеять остатки сомнений или укрепить уверенность судей в обоснованности представляемой позиции [13] .

Элемент аргументации в этом вопросе заключается в том, что судебные прения заключаются в первую очередь не на красноречии прокурора и защитника, а на обеспечении полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, на вынесение законного и обоснованного приговора в соответствии с нормами УПК РФ [14] . Аргументация важна потому, что анализу в прениях сторон придаются доказательства, которые имеют наиболее убедительное воздействие для суда. Соответственно им придается наибольшая юридическая сила. Судебные прения предназначены для того, чтобы обратить внимание судей со стороны обвинения и защиты на свою трактовку события, обстоятельств преступления и личности виновного. Поэтому судебные речи прокурора и адвоката обеспечивают активизацию мыслительной деятельности судей по анализу и синтезу всех воспринятых в ходе судебного следствия фактов, помощь в выявлении спорных, противоречивых фактов по материалам уголовного дела, правильное определение круга вопросов, которые необходимо будет разрешить в совещательной комнате [15] . Судебные прения, посредством аргументации, предназначены для оказания воздействия на активную мыслительную деятельность судей.

Сущность прений заключается в том, что суд выносит приговор по своему внутреннему убеждению, но в силу принципа состязательности сторон, основывает его на аргументации сторонами, на доказательствах и тех доводах, которые приводят стороны в ходе судебного следствия и прений сторон. Прения сторон должны быть результативными, поскольку от них зависит и эффективность приговора суда. Судебные прения выполняют прогностическую роль для приговора суда. В этой связи судебные прения должны быть обусловлены точным применением норм материального и процессуального закона, также и познаниями логики и психологии воздействия на внутреннее убеждение суда [16] .

Суд при оценке доказательств использует свое внутреннее убеждение, однако и конечный результат деятельности по оценке доказательств представляет собой опять же внутреннее убеждение судьи в правильности выводов, к которым он пришел.

Внутреннее убеждение как результат достигается лишь при наличии определенной совокупности доказательств и выражается в форме вывода, решения о доказанности или недоказанности фактов по результатам судебных прений. Однако субъекты оценки не связаны в определении силы, значения доказательств и предварительной оценкой доказательств, данной ими, а равно оценкой доказательств, данной другими органами на любой стадии процесса. В частности, не могут быть даны обязательные указания о том, какие доказательства считать достоверными, какие выводы по делу должны быть сделаны; не связаны законом в определенном количестве доказательств; в законе отсутствуют какие-либо правила о преимуществах одного вида доказательств перед другим или о заранее установленной силе определенного количества доказательств; законом устанавливается невмешательство в оценочную деятельность; законом устанавливается независимость судей, подчинение их только закону.

Совокупность доказательств составляют данные, относящиеся ко всем признакам состава преступления. Игнорирование доказательств, противоречащих обвинению, влечет односторонность оценки. Оценить всю совокупность доказательств – это значит решить вопрос, приводят ли они к достоверному выводу обо всех обстоятельствах, входящих в предмет доказывания. Подход к оценке доказательств на любой стадии включает непредвзятость, отсутствие предустановленности, независимость.



[1] Койсин А. А. Роль адвоката при выступлении в судебных прениях // Бюл. Упр. Судеб. департамента при Верхов. Суде РФ в Иркут. обл. Иркутск, 2001. Вып. 9. С. 88–91.

[2] Большой юридический словарь / под ред. А. Я. Сухарева, В. Д. Зорыкина, В. С. Крутских. М., 1994. С. 646.

[3] Духовской М. В. Русский уголовный процесс. М., 1910. С. 114.

[4] Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Л., 1953. С. 55–64.

[5] Розин Н. Н. Уголовное судопроизводство. СПб., 1914. С. 300–302.

[6] Строгович М. С. Указ. соч. С. 301.

[7] Загорский Г. И. Актуальные проблемы судебного разбирательства по уголовным делам : учеб.-практ. пособие. М., 2011. С. 112.

[8] Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под науч. ред. В. Т. Томина, М. П. Полякова. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2009. С. 411; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / отв. ред. В. И. Радченко; науч. ред. В. Т. Томин, М. П. Поляков. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2006. С. 299; Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации : практ. пособие / под ред. В. М. Лебедева. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2009. С. 411; Уголовный процесс : учебник / под ред. К. Ф. Гуценко. М., 2000. С. 370.

[9] Уголовно-процессуальное право Российской Федерации : учебник / отв. ред. П. А. Лупинская. М., 2003. С. 503; Адвокат: навыки профессионального мастерства / под ред. Л. А. Воскобитовой, И. Н. Лукьяновой, Л. П. Михайловой. М., 2006. С. 57; Гатауллин З. Ш. Обоснование обвинения в прениях сторон // Рос. юстиция. 2009. № 6. С. 45; Ендольцева А. В. Стадии уголовного судопроизводства (уголовного процесса) : учеб. пособие. М., 2009. С. 28; Фомин М. А. Защитник в судебных прениях: речи адвоката. М., 2009. С. 3; Ломовский В. Д. О судебной речи. Калининград, 1998. С. 5.

[10] Собрание законодательства РФ. 1999. № 4. Ст. 602.

[11] Цит. по: Башкатова Е., Милицин С. Право на реплику в судебных прениях // Сов. юстиция. 1988. № 14. С. 30.

[12] Башкатова Е., Милицин С. Указ. соч. С. 317.

[13] Гатауллин З. Ш. Обоснование обвинения в прениях сторон // Рос. юстиция. 2009. № 6. С. 45.

[14] Матвиенко Е. А. Судебные речи. Минск, 1972. С. 9.

[15] Дулов А. В. Судебная психология. Минск, 1975. С. 389.

[16] Морщакова Т. Г., Петрухин И. Л. Оценка качества судебного разбирательства (по уголовным делам) / отв. ред. О. П. Темушкин. М., 1987. С. 7.

 

 

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz