Еникеев З.Д. Принципы и общие условия уголовного преследования // Уголовное преследование


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта


Еникеев З.Д. Уголовное преследование.
Учебное пособие. Уфа: Изд-во БашГУ. 2000. - 131 с.

К общему оглавлению

§ 4. Принципы и общие условия уголовного преследования

4.1. Понятие, виды и источники принципов уголовного преследования 27

4.2. Значение общепроцессуальных принципов при осуществлении уголовного преследования 32

4.3. Содержание отдельных принципов уголовного преследования 38

4.3.1. Неотвратимость уголовного преследования. 38

4.3.2.Законность и обоснованность уголовного преследования. 39

4.3.3. Справедливость уголовного преследования. 42

4.3.4.Индивидуализация уголовного преследования. 44

4.3.5. Своевременность уголовного преследования. 47

4.3.6.Единоличность и коллегиальность в уголовном преследовании. 49

4.3.7.Недопустимость повторного уголовного преследования. 51

4.3.8.Свобода от самоизобличения. 52

4.3.9. Взаимодействие правоохранительных органов и привлечение общественности при осуществлении уголовного преследования. 54

4.3.10. Обеспечение прав личности при осуществлении уголовного преследования. 57

4.3.11. Независимость органов уголовного преследования и недопустимость вмешательства в их деятельность. 62

4.3.12. Обязательность исполнения законных требований органов уголовного преследования. 63

4.4. Общие условия уголовного преследования

 

 

4.1. Понятие, виды и источники принципов уголовного преследования

Отправным для раскрытия понятия принципов уголовного преследования является предварительное решение некоторых общетеоретических вопросов, касающихся принципов уголовного процесса в целом. Поэтому прежде всего уясним понятие уголовно-процессуальных принципов вообще, а также ряд теоретических подходов, относящихся к их системе и классификации.

Под уголовно-процессуальными принципами (принципами уголовного процесса) понимаются основные, наиболее общие, руководящие правовые положения, выражающие гуманистическую и демократическую сущность процесса, определяющие построение всех его стадий, форм и институтов и направляющие уголовно-процессуальную деятельность на достижение задач уголовного судопроизводства. В этом смысле они занимают центральное, ведущее место в системе уголовно-процессуального права, являются первичными, исходными нормами, тесно и гармонично связанными между собой, выступают социальными ориентирами в правотворческой деятельности в сфере борьбы с преступностью.52

В уголовно-процессуальной науке принято выделять принципы применительно ко всему процессу либо ко всему процессу и его отдельным стадиям. Имеется достаточно аргументированная позиция, согласно которой с практической и теоретической точек зрения представляется оправданным конструирование принципов применительно к определенной деятельности органов государства, осуществляющих производство по уголовным делам. Подтверждением жизненности этой идеи являются употребление и разработка в теории таких понятий, как "принцип законности и обоснованности процессуальных решений", "принципы взаимодействия следователей с работниками органов дознания при расследовании преступлений", "принципы сочетания оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий", "принцип своевременности уголовно-процессуальных действий", "принципы уголовно-процессуального принуждения" и т.д.53

Думается, слово "принципы" правомерно употреблять и по отношению к уголовному преследованию. В пользу такого обозначения говорит терминологическое, философское, логическое значение этого слова как основополагающего, исходного начала, первоосновы, руководящей идеи, основного правила поведения.54 Такая постановка вопроса резонна особенно в свете концепции правового государства и правовой реформы в Российской Федерации - идейной основы для определения практических мер, принципов правоохранительной и правоприменительной деятельности, переориентации научного мышления и общественного сознания в правовой сфере. Во-первых, потому, что эта концепция включает в себя верховенство закона, распространяемое на все сферы общественной жизни, указывает на возможность и долженствование осуществления деятельности государственных органов только на строгой правовой основе. Государство будет правовым, если его деятельность строится на правовых принципах. Для этого необходимо создание механизма, гарантирующего безусловное подчинение всего и всех закону, неотвратимое действие законов и уважение к ним как фундаментальному, ведущему правилу организации всей общественной жизни. Тем самым подчеркивается важность выделения и показа в научных работах основополагающих правовых требований, в соответствии с которыми должен совершаться правоприменительный процесс.

Во-вторых, потому, что важнейшая составная часть указанной концепции - обеспечение реальной охраны прав и свобод личности, дальнейшее расширение и обогащение их гарантий.55 А эти положения, в том числе фиксирующие необходимость осуществления справедливости, демократии, гуманизма и других элементов правового государства, в Итоговом документе Венской встречи представителей государств- участников СБСЕ и Документе Копенгагенского совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ обозначены как принципы, имеющие всеобщее значение.56 В Парижской хартии для новой Европы указанные положения рассматриваются в одном контексте с правами человека, демократией и верховенством закона.57 Тем самым выражена высокая их значимость, исключительная острота и приоритетная важность решения связанных с ними проблем.

Принципы уголовного процесса как правовые каноны, имеющие общеобязательную силу, выполняют регулятивную функцию во всех плоскостях уголовно-процессуальной деятельности. Соответственно и уголовное преследование не может вестись вне жизни принципов. Им подчинена вся эта деятельность. Значит, они могут именоваться и принципами данной деятельности в такой же мере, в какой общеправовые принципы (например, законность, равноправие граждан, охрана прав и свобод граждан, демократизм, уважение чести и достоинства личности) именуются принципами уголовного процесса.58 Так поступил и законодатель, назвав принципами содержания под стражей законность, равенство всех граждан перед законом, гуманизм, уважение человеческого достоинства, соответствие Конституции РФ и ряд других положений (ст.4 Федерального закона РФ от 15 июля 1995г. "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"). Но в деятельности по уголовному преследованию эти принципы преломляются специфично, что объясняется задачами и содержанием названной деятельности. Поэтому принципы уголовного преследования есть прежде всего конкретизация общих начал уголовного процесса применительно к рассматриваемой разновидности уголовно-процессуальной деятельности.

Принципиальный характер носят и важнейшие собственные, общие положения института уголовного преследования (нормы, регулирующие цели, основания, условия, сроки, порядок, субъекты, адресаты преследования и его виды), на которых строится и функционирует указанная деятельность. Из всей совокупности норм данного института в качестве основных, принципиальных выделяются те, которые определяют следующие требования: неотвратимость, справедливость, законность, обоснованность, своевременность, индивидуализация, единоличное ведение уголовного преследования, недопустимость повторного уголовного преследования, независимость органов уголовного преследования и недопустимость вмешательства в их деятельность, обязательность их законных требований для исполнения, свобода от самоизобличения, обеспечение прав личности при осуществлении уголовного преследования, обеспечение потерпевшему доступа к уголовному преследованию, привлечение общественности к уголовному преследованию, обеспечение личной и имущественной безопасности участников уголовного преследования, сохранение конфиденциальности и взаимодействие правоохранительных органов при осуществлении уголовного преследования. Хотя по своей значимости они не достигают того уровня, который необходим для признания их принципами уголовного процесса, но применительно к рассматриваемой деятельности имеют основополагающее, руководящее значение. Тем более некоторые из них (законность, справедливость, участие общественности, обоснованность, обеспечение прав личности) вытекают из соответствующих общих начал уголовного процесса (ст.1, 2, 3, 11, 19, 20, 58, 128 УПК РСФСР, ст.1-4, 6, 7, 9-16, 19-21, 24, 27 ПУПК РФ).

Таким образом, принципы уголовного преследования представляют собой руководящие правовые требования, отражающие содержание общеправовых и уголовно-процессуальных принципов, общие положения института уголовного преследования и определяющие основные черты данного правоприменительного процесса. Они играют роль правовых регуляторов уголовного преследования, составляют его основу, определяют необходимый его облик, служат гарантиями правильной жизни указанного института и обязательны для исполнения без каких-либо отступлений.

Источниками названных положений являются законы: Конституция РФ, Декларация прав и свобод человека и гражданина, конституции республик, УПК РФ, Закон о содержании под стражей и т.д. Большое значение имеют законодательные акты, в которых прямо зафиксированы цели и принципы деятельности тех или иных правоохранительных органов. Так, ст.1, 4 Закона о прокуратуре Российской Федерации в качестве таковых применительно к деятельности органов прокуратуры устанавливают законность, гласность их действий, защиту прав и свобод человека и гражданина, недопустимость вмешательства в их деятельность и т.п. Ст.3 Закона РСФСР от 18 апреля 1991г. "О милиции" в редакции от 31 марта 1999 г. предусматривает, что деятельность милиции строится в соответствии с принципами уважения прав и свобод человека и гражданина, законности, гуманизма, гласности, взаимодействия с другими государственными органами, органами местного самоуправления, общественными объединениями, трудовыми коллективами и гражданами. Аналогичные требования закреплены в ст.5 Федерального закона РФ от 3 апреля 1995г. "Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации" применительно к деятельности этих органов.

Указанные в приведенных правовых источниках принципы деятельности упомянутых правоохранительных органов адекватны как по названию, так и по сути, принципам, именуемым уголовно-процессуальными. Это дает основание выделить в отдельную группу требования, вытекающие из принципов уголовного судопроизводства. Однако источники (в смысле "то, откуда они исходят") требований, предъявляемых к деятельности по уголовному преследованию, ими и непосредственно нормами самого этого института не ограничиваются. Эти требования заключены также в федеральных законах РФ "О ведомственной охране" (ст.3), "Об участии граждан Российской Федерации в обеспечении правопорядка" (ст.2), Уголовном кодексе РФ (ст.3-8, 19), в международных актах, которые, согласно ст.15 Конституции РФ, входят в правовую систему России.

К таким актам относятся Всеобщая декларация прав человека 1948г. (ст.3, 5, 7, 8, 9, 10, 13), Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950г. (ст.1-8, 13), Минимальные стандартные правила обращения с заключенными 1955г., Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме 1988г., Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека 1995г. (ст.3-9, 19, 20, 22, 32) и ряд других, которые будут упоминаться ниже.

Обращают на себя внимание Стандартные минимальные правила ООН в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила от 14 декабря 1990г.), Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (1990г.), Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила от 29 ноября 1985 г.), которые отводят большое место участию общественности в уголовном судопроизводстве, относят к основополагающим принципам общественные начала в этой сфере и признают условием эффективности предупреждения преступности усилия всего общества в целом.59 Такое же значение имеет Декларация о полиции, принятая Парламентской Ассамблеей Совета Европы 8 мая 1979г. В ней указывается, что сотрудникам полиции и других органов, выполняющих правоохранительную функцию, необходима активная моральная и физическая поддержка общества.60

В международных актах содержится также положение, позволяющее выделить эффективность в качестве принципа уголовного преследования. В частности, в принятом на седьмом конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 6 сентября 1985г. "Миланском плане действий" предлагается предусматривать в правовых системах государств эффективное уголовное судопроизводство.61

Об этом же свидетельствуют Рекомендация Комитета Министров Совета Европы государствам-членам о Европейских правилах по общим санкциям и мерам от 19 октября 1992г.62 и вышеупомянутые иные международные акты (Итоговый документ Венской встречи и Парижская хартия), которые требование эффективности распространяют на действия, связанные с механизмом уголовного преследования. Согласно тексту указанных документов - обязательств и ст.15 Конституции РФ данное требование непреложно к исполнению и на территории нашей страны. Более того, в Федеральных целевых программах по усилению борьбы с преступностью на 1996-1997, 1999-2000 годы, других политико-правовых и нормативных документах РФ неоднократно подчеркивалась необходимость повышения эффективности борьбы с преступностью, раскрытия и расследования преступлений.63 Отсюда к системе рассматриваемых принципов причисляется еще один принцип - эффективность уголовного преследования.

Таким образом, источниками принципов уголовного преследования выступают: 1) международные акты; 2) Конституция и законы РФ, устанавливающие принципы уголовного процесса; 3) законы РФ, регулирующие уголовное преследование.

Однако было бы неправильно ограничивать изображение принципов уголовного преследования только в виде сугубо правовых положений. Последние функционируют во взаимодействии с нормами морали как разновидности социальных норм, регулирующих отношение людей, поведение индивида. Мораль в области уголовного судопроизводства выполняет роль дополнительной гарантии четкого, точного и неуклонного соблюдения правовых норм. Справедливость, гуманизм, равноправие людей, уважение к человеку, неприкосновенность личности, охрана прав и свобод человека наполнены глубоким нравственным содержанием, они одновременно есть и нравственные принципы.

4.2. Значение общепроцессуальных принципов при осуществлении уголовного преследования

Общепроцессуальные принципы как система юридических норм наиболее общего характера, как правовые каноны, имеющие общеобязательную силу, служат основой всего уголовного судопроизводства, требованиями, которым должны отвечать все плоскости уголовно-процессуальной деятельности. К ним относятся: законность, публичность, равноправие людей перед законом и судом, гласность, национальный язык судопроизводства, всесторонность, полнота и объективность исследования обстоятельств дела, презумпция невиновности, обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту, уважение достоинства личности, охрана прав и свобод граждан, участие общественности в уголовном судопроизводстве. Нарушение этих принципов, в зависимости от его характера и существенности, влечет признание состоявшегося производства по делу недействительным, отмену вынесенных в ходе такого производства решений либо признание собранных при этом материалов не имеющими силы доказательств (ст.11 МУПК, ст.9 УПК РК).

Указанные принципы выполняют не только регулятивную функцию во всем уголовном судопроизводстве, но и несут информационно- познавательскую нагрузку, ибо категория "принцип" отвечает на вопросы - как, каким образом должна осуществляться эта деятельность?64 Соответственно уголовное преследование как разновидность правоприменительной (уголовно-процессуальной) деятельности, т.е. как часть общего, должно базироваться на общих, основных принципиальных положениях уголовного процесса. Данное обстоятельство, в свою очередь, определяет необходимость выявления значения уголовно-процессуальных принципов при осуществлении уголовного преследования. Исследование его будет способствовать более полному нахождению и правильному решению проблем, имеющих значение для укрепления гарантий правильности названной деятельности.

В чем же конкретно проявляется служение уголовно-процессуальных принципов при осуществлении уголовного преследования, каким образом они выступают в качестве основополагающих начал именно данной правоприменительной деятельности? Прежде всего отметим особую социальную значимость принципов, закрепленных в ст.2, 6, 7, 15, 17, 18, 19, 21, 22, 23, 26, 27, 29, 32, 33,45, 46, 48,49, 52, 53, 55, 120, 123 Конституции РФ. Они определяют характер, строй, качественную сторону, в известной мере и содержание уголовно-процессуальной деятельности как в целом, так и в рассматриваемой части, являются нормами прямого, непосредственного действия в силу ст.15 и 18 самой Конституции.65

Центральное место среди названных конституционных норм занимает положение, сформулированное в ст.15. Она устанавливает главенствующий принцип всей правовой системы - принцип законности, выражающий обязанность органов государственной власти, местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы. В основе его лежит верховенство закона, фиксирующее его всевластие, господствующее положение во всех сферах жизни общества, приоритет, высшую юридическую силу закона по сравнению с другими нормативными актами, связанность законом политических партий, общественных движений, самого государства и всех их органов, недопустимость "телефонного, митингового, мегафонного права" или "депутатского права", о которых так много писалось и пишется в печати.

Верховенство закона в контексте рассматриваемого вопроса означает, что в практике работы правоохранительных органов должны неотступно соблюдаться все нормы института уголовного преследования, реализация их должна осуществляться только на основе закона, в рамках закона и во имя закона. Оно исключает любые формы произвола, своеволия, вседозволенности при решении вопросов уголовного преследования или возможность отступления при этом от норм закона в интересах якобы усиления борьбы с преступностью, наиболее быстрого и эффективного расследования и разрешения уголовного дела, либо по соображениям так называемой целесообразности. Согласно указанному принципу даже само государство не вправе нарушить принятый им же закон, ибо, по словам В.Н.Кудрявцева, "нарушение принципа верховенства закона дезорганизует правовую систему, подрывает авторитет законов, вызывает дисфункции правоприменительной деятельности".66

Провозглашенный в ст.6, 19 Конституции РФ принцип равенства всех перед законом означает равенство в правах, свободах и обязанностях, отсутствие привилегий в пользовании правами для каких бы то ни было социальных групп или отдельных лиц независимо от их происхождения, должностного и имущественного положения, социальной, расовой и национальной принадлежности, пола, языка, отношения к религии, убеждений, место жительства и других обстоятельств. Этот принцип определяет необходимость одинаково справедливого подхода ко всем подозреваемым, обвиняемым при решении вопроса об ограничении их прав, соблюдения при этом всех требований закона в каждом конкретном случае. Поэтому есть все основания считать неуклонное действие принципа равноправия при осуществлении уголовного преследования органической частью требований законности и важным подспорьем правильности функционирования данного института.

Трудно переоценить исключительное значение для правильного формирования практики уголовного преследования конституционного принципа презумпции невиновности, являющегося альфой и омегой уголовного судопроизводства. Суть этого принципа в том, что "каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда" (ст.49 Конституции РФ). Из этого положения прежде всего вытекают: необходимость четкого разграничения понятий "обвиняемый" и "виновный" и различия их правового статуса; недопустимость преследования лица, в отношении которого имеются сомнения касательно его причастности к преступлению, поскольку неизвестно наличие основной материально-правовой предпосылки, необходимой для правильного решения вопроса о его уголовной ответственности.

Являясь правовым положением, презумпция невиновности запрещает поступать с обвиняемым как с преступником до тех пор, пока не вступил в силу обвинительный приговор. Но не запрещается изобличать обвиняемого, доказывать его виновность. Следователь вправе сделать вывод о виновности обвиняемого, опираясь на надежные, проверенные и полновесные доказательства. В этом смысле предусмотренная законом возможность привлечения его в качестве обвиняемого и применения к нему принудительных мер не колеблет принципа презумпции невиновности. Ибо последний есть объективное правовое положение, а убеждение следователя в виновности обвиняемого, необходимое для вынесения акта обвинения, - субъективный фактор. Подвергаемое обвинению и возможным мерам процессуального принуждения лицо предполагается виновным только с точки зрения субъекта процесса, применяющего эти меры, то есть в сущностном аспекте (основанное на материалах дела внутреннее убеждение следователя подсказывает, что виновность достоверно установлена, доказана), а в официальном, формально-правовом аспекте - нет, поскольку публично признается таковым лишь с момента вступления обвинительного приговора в законную силу.

В пользу такого вывода говорит международно-правовое положение о том, что "подследственные заключенные считаются невиновными и с ними следует обращаться соответственно" (п.2 ст.84 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными).67 О том же свидетельствуют: 36-й принцип Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме,68 и ст.6 Федерального закона РФ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений",69 считающих невиновными задержанных и арестованных до тех пор, пока их виновность не будет доказана в ходе судебного разбирательства и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

В силу презумпции невиновности подозреваемый и обвиняемый не обязаны доказывать свою невиновность, эта обязанность лежит на органах уголовного преследования. В то же время с презумпцией невиновности несовместимы предвзятость, односторонний обвинительный подход при расследовании и разрешении уголовных дел, скороспелые, произвольные решения о привлечении граждан в качестве обвиняемых и применении к ним принуждения по простому подозрению. Презумпция влияет на все содержание уголовно-процессуальной деятельности. С точки зрения презумпции невиновности в отношении лиц, подвергнутых подозрению, обвинению в преступлении и мерам принуждения, правомерны лишь те ограничения в правах, которые предусмотрены законом и вытекают из применяемой меры пресечения. В остальном они пользуются правами и свободами и несут обязанности, установленные для граждан России (ст.6 Закона о содержании под стражей).

Презумпция невиновности свидетельствует о важности не только допуска защитника к участию в уголовном процессе с момента задержания и заключения подозреваемого под стражу, а также привлечения лица в качестве обвиняемого (ст.48 Конституции РФ), но и реального обеспечения им этой возможности. Она диктует необходимость успешного функционирования и такого процессуального принципа, как всесторонность, полнота и объективность исследования обстоятельств уголовного дела. Соблюдение изложенных в законе требований этого принципа позволяет получить истинное знание об обстоятельствах совершения преступления и личности подозреваемого, обвиняемого, что очень ценно для правильного осуществления уголовного преследования. Данный принцип запрещает использование принуждения с целью вымогания у подозреваемого и обвиняемого нужных показаний,70 предостерегает от ошибок при собирании, проверке и оценке доказательств, составляющих основу решений об уголовном преследовании, призван обеспечить реализацию закрепленных в УПК прав подозреваемого и обвиняемого. Вместе с тем указанные принципы, находясь в тесной взаимосвязи, в интересах установления истины по делу обязывают органы уголовного преследования принять исчерпывающие меры по выявлению всех фактических обстоятельств по делу, других данных, связанных с установлением события преступления и лиц, его совершивших.

Выяснению по делу подлежат обстоятельства, как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность. Должны быть тщательно проверены все заявления о невиновности или меньшей степени виновности, а также о наличии доказательств, оправдывающих подозреваемого, обвиняемого либо смягчающих их ответственность. Это важно в том плане, что вывод о виновности лица в совершении преступления не может основываться на предположениях и должен быть подтвержден достаточной совокупностью согласующихся между собой достоверных доказательств, имеющих отношение к делу. К тому же все сомнения в доказанности обвинения, которые не могут быть устранены в рамках надлежащей правовой процедуры в соответствии с положениями УПК, толкуются в пользу обвиняемого и подозреваемого. В их пользу должны разрешаться также неустраненные сомнения, возникшие при применении уголовного и уголовно-процессуального законов (ст.23 МУПК, ст.19, 24 УПК РК, ст.15, 19 ПУПК РФ).

Существенное значение для уголовного преследования имеет принцип публичности, носящий многогранный характер и получивший обобщенное выражение в ст.3 УПК РСФСР (ст.26 ПУПК РФ, ст.86 МУПК, ст.36 УПК РК). Применительно к нашему вопросу он означает, что: уголовное преследование может быть только в целях выполнения задач уголовного судопроизводства, в интересах успешной борьбы с преступником, независимо от волеизъявления заинтересованных лиц, специально уполномоченными на то государством органами и должностными лицами в пределах их компетенции; при осуществлении уголовного преследования дознаватель, следователь, прокурор обладают (в рамках, установленных законом) всей полнотой власти; они не только могут, но и обязаны прибегать к принуждению при наличии к тому законных оснований, проявлять также активность и инициативу в вопросах обеспечения прав и исполнения обязанностей лиц, участвующих в уголовном преследовании.

При осуществлении уголовного преследования не менее значим и принцип гласности, который в законодательстве прошлых лет был сформулирован лишь применительно к судебной деятельности (ст.167 Конституции СССР, ст.12 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, ст.18 УПК РСФСР). Поэтому действовал в весьма ограниченных пределах в стадии предварительного расследования, хотя и назывался одним из важнейших принципов нашей общественной жизни.71 Ныне гласность признана принципом деятельности правоохранительных органов, что нашло подтверждение в законах РФ "О прокуратуре Российской Федерации" (ст.4), "О милиции" (ст.3), "Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации" (ст.5).

Гласность предполагает открытость в принципе всех институтов, стадий и участников уголовного процесса для социального контроля, доступность информации по тем или иным вопросам конкретных уголовных дел не только для участников процесса, но и широкой общественности. В соответствии со ст.139 УПК РСФСР (ст.242 МУПК, ст.205 УПК РК, ст.181 ПУПК РФ) запрет предания гласности в стадии предварительного расследования распространяется только на данные, касающиеся выяснения обстоятельств дела, т.е. установления истины. В сфере применения мер пресечения гласность "работает" в полном объеме, без каких-либо ограничений, вплоть до публикаций в прессе сообщений об арестах тех или иных лиц. Причем в случаях, когда в газете называются фамилии арестованных, принцип презумпции невиновности не нарушается, ибо этим не предрешается вопрос об их виновности.

Обвиняемому (подозреваемому), его защитнику, законным представителям принцип гласности разрешает знать причины (по каким основаниям) подозрения, обвинения, применения мер принуждения, а потерпевшему и его законным представителям - причины непредъявления обвинения или неприменения определенной меры принуждения. Формулируя указанный тезис, мы опираемся на положения Конституции РФ о том, что: каждый имеет право свободно искать, получать, передавать информацию любым законным способом (п.4 ст.29); органы государственной власти, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомиться с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом; потерпевшему обеспечивается доступ к правосудию (ст.52); судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (п.3 ст.123). В целом ряде международных актов (к примеру, в ст.5 п.2 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод) записано правило, согласно которому каждому арестованному сообщаются незамедлительно на понятном ему языке причины его ареста.

В ст.7 Закона о содержании под стражей предусматривается обязанность органов судопроизводства сообщать об аресте и местонахождении подозреваемого или обвиняемого одному из близких родственников. Данное правило весьма существенно в социально-нравственном плане. Реализация его избавляет родственников обвиняемого от излишних волнений, вызываемых исчезновением близкого лица, дает им возможность позаботиться о защитнике.

Принцип гласности позволяет привлечь общественные силы, специалистов, экспертов к участию в уголовном преследовании. Благодаря данному принципу соответствующие участники уголовного процесса имеют возможность ознакомиться с материалами уголовного дела, выписывать из него необходимые сведения в нужном объеме. В свою очередь органы, ведущие уголовное преследование, не вправе скрывать факты и обстоятельства, создающие угрозу для жизни и здоровья людей, безопасности окружающей среды (ч.2 ст.21 МУПК).

Из сказанного следует, что принцип гласности служит гарантией законности, обоснованности и результативности уголовного преследования, непременным условием осуществления прав личности в данной области. Его значение прослеживается и в том, что этот принцип предполагает систематические публикации статистических сведений и иных данных о практике работы органов уголовной юстиции. Это очень важно для мобилизации общественного мнения на проблемы борьбы с преступностью и использования сил народных масс в деле укрепления основ законного и эффективного уголовного преследования. В то же время нарушение данного принципа - существенное условие совершения правонарушений, поскольку "там, где нет гласности, есть благоприятная почва для правонарушений".72 Отсутствие гласности - питательная среда и для домыслов, слухов, платформа, позволяющая скрывать промахи, неурядицы, приукрашивать или сглаживать действительное положение вещей.

Такое содержание гласности само по себе есть олицетворение демократизма в уголовном процессе, поскольку она связана с привлечением общественности к участию в данной деятельности органов уголовной юстиции. Она зиждется на закрепленном в ст.32 Конституции РФ праве граждан участвовать в управлении делами государства и отправлении правосудия, на требованиях вышеприведенных политико-правовых документов государства в части привлечения к участию в борьбе с преступностью всех здоровых сил общества.

С принципом демократии неотделимо связаны гуманизм и уважение человеческой личности. Хотя в Конвенции СНГ о правах и основных свободах человека (п.4 ст.5) записано, что "все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности", но они - общесоциальные, общеправовые принципы и распространяются на всех участников уголовного процесса, в том числе подвергающихся уголовному преследованию. Это вытекает из положений ст.2, 6, 7,16, 17, 19, 21, 23, 24, 45, 55 Конституции РФ.

Такова общая характеристика значения уголовно-процессуальных принципов при осуществлении уголовного преследования, которые хотя и действуют в данном процессе разнопланово, но наполняют его основы частью своего содержания и в совокупности составляют канву деятельности правоохранительных органов в указанной области.

4.3. Содержание отдельных принципов уголовного преследования

4.3.1. Неотвратимость уголовного преследования.

Это требование производно от принципа публичности, от задач уголовного права и процесса по защите личности, ее прав и свобод, интересов общества и государства от преступлений путем быстрого и полного их раскрытия, изобличения и привлечения к уголовной ответственности лиц, их совершивших, справедливого судебного разбирательства и правильного применения уголовного закона (ст.2 УК РФ, ст.2 МУПК, ст.8 УПК РК, ст.6 ПУПК РФ). Именно принцип публичности и эти задачи требуют, чтобы органы уголовной юстиции в каждом случае обнаружения признаков преступления, в пределах своей компетенции приняли все предусмотренные законом меры к установлению события преступления и достижению других целей уголовного преследования. Насколько это принципиально, важно, можно объяснить словами К.Маркса, определявшими наказание "как средство самозащиты общества против нарушений условий его существования".73

Уголовное преследование призвано обеспечить неотвратимость уголовной ответственности. Для этого оно само должно быть неотвратимым в смысле: "Важно не то, чтобы за преступление было назначено тяжкое наказание, а то, чтобы ни один случай преступления не проходил нераскрытым".74 Поэтому В.И.Ленин считал нужным "до корня вскрыть и публично осветить все общественно-политические нити преступления".75 Соответственно преступление считается раскрытым полно только тогда, когда разоблачены все соучастники преступления, установлены и вменены им все эпизоды содеянного, определен размер причиненного преступлением ущерба, выявлены и учтены отягчающие и смягчающие вину обстоятельства, вскрыты причины и условия совершения преступления.

Неотвратимость включает в себя неизбежность всех уголовно-правовых, уголовно-процессуальных и иных правовых последствий совершенного преступления, разумеется, если есть для этого надлежащие условия. Об этих последствиях будет сказано при освещении этапов уголовного преследования.

4.3.2.Законность и обоснованность уголовного преследования.

Законность и обоснованность - принципы всякой правоприменительной деятельности, по утверждению В.В.Лазарева, есть ведущие принципы правоприменения, в том числе в области уголовного процесса.76 По смыслу ст.7 ПУПК РФ законность предполагает точное исполнение требований Конституции РФ, настоящего Кодекса и других законов судом, прокурором, следователем, органом дознания и дознавателем при производстве по уголовным делам. По МУПК законность касается также иных органов и лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве. Нарушение закона судом, органами уголовного преследования при производстве по уголовным делам недопустимо и влечет за собой установленную законом ответственность, признание недействительными незаконных актов и их отмену (ч.2 ст.7 ПУПК РФ, ч.3 ст.10 УПК РК).

Законность и обоснованность - понятия взаимосвязанные, взаимопроникающие, но имеющие самостоятельное значение. Законность фиксирует соответствие всего процесса уголовного преследования нормативным предписаниям, касается не только решений, принимаемых в ходе этой деятельности, но и их исполнения, а равно всех иных действий, совершаемых при осуществлении уголовного преследования. Обоснованность же касается только решений и означает их правильность по существу, их соответствие фактам объективной действительности, имеющимся в деле доказательственным данным. Ибо термин "обоснованный" в общепринятом смысле - это подтвержденный фактами, серьезными доводами, убедительный, а "обосновать" - подкрепить доказательствами.77 Согласно упомянутому постулату обоснованным является лишь решение, покоящееся на установленных по делу обстоятельствах и содержащее ссылку на соответствующие основания и их доказательства. Следовательно, обоснованность есть, с одной стороны, доказанность оснований актов уголовного преследования, а с другой - отражение их наличия в самих решениях.

С такой трактовкой рассматриваемых понятий не расходится их разъяснение применительно к аресту (акту преследования), данное в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 апреля 1993г. "О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей". В нем говорится: "Под законностью ареста следует понимать соблюдение всех норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок применения указанной меры пресечения... а под обоснованностью - наличие в представленных материалах сведений, в том числе о личности содержащегося под стражей, которые подтверждают необходимость применения заключения под стражу в качестве меры пресечения..."78

Требование обоснованности применения мер пресечения точнее трактует Конституционный Суд РФ, а именно: как наличие достаточных доказательств того, что обвиняемый может скрыться от дознания или предварительного следствия, воспрепятствовать установлению истины по делу или продолжать преступную деятельность.79

Как установка закона обоснованность входит в содержание законности. Это видно из того, что МУПК в статье 12, посвященной принципу законности, записывает правило: "Никто не может быть привлечен по уголовному делу в качестве подозреваемого и обвиняемого, задержан, заключен под стражу, подвергнут обыску, приводу и каким бы то ни было иным мерам процессуального принуждения, а также осуждению, наказанию и иным ограничениям его прав и свобод иначе как на основаниях и в порядке, установленных вступившим в силу законом, опубликованным для всеобщего сведения". Поэтому было бы грубой ошибкой, как справедливо замечает Ю.В.Манаев, разрывать эти понятия, допускать в практической деятельности возможность вынесения законного, но необоснованного решения, и наоборот.80 Только обоснованное решение, т.е. содержащее выводы, соответствующие обстоятельствам дела, их доказанности, может быть признан законным. И только законное решение, принятое в строгом соответствии с нормами об основаниях актов уголовного преследования, является обоснованным. Соблюдение законности обеспечивает обоснованность уголовного преследования, в чем проявляется приоритетность первой по отношению ко второй.

Законность - емкое, многогранное понятие ввиду своей универсальности и всеобщности по отношению ко всей деятельности по осуществлению уголовного преследования. Она цементирует в себе установки уголовно-процессуальных принципов и собственных положений данного института, определяет обязательность их соблюдения в указанной деятельности. Выступая ее режимом, выражает безоговорочность, бескомпромиссность требования неукоснительного соблюдения и выполнения правовых норм при применении актов уголовного преследования любым субъектом, которому они адресованы. Ибо законность едина и неделима, она одинаково обязательна для всех - и для органов власти, и для граждан. Она есть "реальность писаного права, когда его требования и гарантированные им возможности последовательно, полно и точно претворяются в жизнь".81 Причем в свете концепции правового государства законность предполагает постоянное фактическое господство закона в практике уголовного преследования, поэтому служит критерием оценки качества и эффективности этой практики.

В правоприменительном плане законность означает допустимость актов уголовного преследования строго по целевому назначению, только при наличии предпосылок, в порядке и рамках сроков, предусмотренных законом, лишь компетентными лицами и только к лицам, относительно которых имеется прямое указание в законе. Здесь имеется в виду и правильность процессуального оформления, следование порядку реализации решений об уголовном преследовании, соблюдение не только уголовно-процессуальных, но и уголовно-правовых норм. В целом ряде норм, регулирующих уголовное преследование (ст.1-3, 10, 31-41, 159, 165, 167, 168 и др. МУПК, ст.6, 15, 25-32, 87-90, 93, 95, 97, 99-104, 226-227 и др. ПУПК РФ), содержатся положения уголовно-правового порядка, свидетельствующие о необходимости правильного их применения и отражения в соответствующих актах. Отсюда следует, что суждения и выводы в решениях об уголовном преследовании, особенно обвинительного характера, должны основываться на достоверных фактах, подтверждающих совершение данным лицом преступления. Если исходить из уголовно-правовых принципов законности и вины (ст.3,5 УК РФ), то уголовное преследование может иметь место только в отношении деяния, караемого уголовным законом, и в отношении лиц, совершивших его виновно.

Отсутствие или неточность в решении информации о самом преступлении, его характере, тяжести, квалификации делает решение неполноценным, не способствующим законному и эффективному уголовному преследованию. Это может вызвать сложности и ошибки при его исполнении, дезориентировать лиц, участвующих в данном процессе, и затруднить выполнение ими своих функций, повлечь нарушение прав и законных интересов преследуемых лиц.

Если суммировать все изложенное, становится очевидным, что требования законности и обоснованности олицетворяют стремление законодателя исключить из практики противоправное уголовное преследование, равным образом неоправданное неприменение актов преследования, а также иные нарушения в данной плоскости.

4.3.3. Справедливость уголовного преследования.

Справедливость - общесоциальный, общеправовой принцип, действующий во всех сферах жизни, в том числе в области уголовного процесса.82 В ПУПК РФ (ст.6) и УПК РК (ст.8, 124) справедливость распространяется только на судебное разбирательство и разрешение уголовного дела. В МУПК она рассматривается как задача уголовно-процессуального закона, призванного способствовать утверждению справедливости (ч.2.ст.3). Следовательно, весь ход и исход уголовного преследования должны быть справедливыми. Справедливость находится в органической связи с другими принципами (неотвратимость, законность, обоснованность, всесторонность, полнота и объективность исследования обстоятельств дела, презумпция невиновности, равенство перед законом и органами уголовного преследования и т.д.) и проявляет себя в уголовном процессе через эти принципы. Да и само название "справедливый" в этимологическом плане есть "действующий беспристрастно, осуществляемый на законных и честных основаниях, истинный, правильный".83

В отмеченном смысле справедливы все задачи уголовного судопроизводства, сформулированные в ст.6 ПУПК РФ, ст.6 УПК РК; обеспечение строгого соблюдения установленного порядка производства по уголовным делам и процессуальных норм, гарантирующих защиту личности, ее прав и свобод, интересов общества и государства от преступлений; обеспечение быстрого и полного раскрытия преступлений, изобличения и привлечения к уголовной ответственности лиц, их совершивших, справедливого судебного разбирательства и правильного применения уголовного закона; обеспечение защиты от необоснованного обвинения и осуждения, от незаконного ограничения прав и свобод человека и гражданина, а в случае обвинения или осуждения невиновного - незамедлительной и полной его реабилитации; способствование укреплению законности и правопорядка, предупреждению преступлений, формированию уважительного отношения к праву.

Принцип справедливости наиболее выпукло и ярче выражен в ч.2 ст.2 МУПК, требующей от органов, ведущих уголовный процесс, стремиться к тому, чтобы в результате их деятельности:1) каждый, совершивший запрещенное уголовным законом деяние, был изобличен в соответствии с положениями настоящего Кодекса; 2) ни один невиновный в совершении преступления не был заподозрен, обвинен и осужден; 3) никто не подвергался произвольно, то есть незаконно либо без необходимости, мерам процессуального принуждения, наказанию, другим ограничениям его прав и свобод. Отсюда несправедливо, когда не все преступления раскрываются, не все преступники или участники преступления оказываются разоблаченными. И наоборот, справедливо, когда принцип неотвратимости ответственности не останется нереализованным в отношении ни одного лица, совершившего преступление.

Требование справедливости уголовного преследования должно соответствовать и уголовно-правовому принципу справедливости. Согласно ст.6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление.

Справедливость имеет отношение как к самому процессу уголовного преследования (скажем, преследование за свое, собственное, а не чужое деяние), так и механизму его осуществления (безупречные профессиональные и нравственно-психологические качества субъектов уголовного преследования, доказательства и доказывание, уголовно-процессуальное принуждение и т.д.). К примеру, с точки зрения справедливости, все собранные по делу доказательства должны быть проверены тщательно, всесторонне и объективно со стороны лица, производящего расследование; доказательства, полученные с нарушением закона, не могут быть положены в основу обвинения; обвинение не может строиться на предположениях. При избрании меры пресечения должны учитываться обстоятельства, составляющие основания их применения, тяжесть и характер приписываемого деяния, личность подозреваемого или обвиняемого, их возраст, состояние здоровья, род занятий, семейное положение, наличие иждивенцев, имущественное положение, наличие у них постоянного место жительства, иные существенные обстоятельства. Справедлива та мера пресечения, которая соразмерна с действительной необходимостью, адекватна обстоятельствам уголовного дела. Избираемая мера не может быть тяжелее наказания, предусмотренного уголовным законом за преследуемое деяние.

Справедливость касается любого решения и действия субъектов, правомочных осуществлять уголовное преследование.

4.3.4.Индивидуализация уголовного преследования.

В основе этого принципа лежат социально-правовые факторы: 1)индивидуальность личности- неповторимое своеобразие человека, то, что "нет двух лиц, которые были бы совершенно равны в моральном отношении";84 2)своеобразие каждого совершенного преступления, т.е. то, что, по словам Ф.М. Достоевского, "преступление нельзя сравнивать одно с другим даже приблизительно... вариаций в одном и том же преступлении - бесчисленное множество",85 ибо "закон дает обобщающую характеристику преступления, а в реальной жизни акт преступного поведения наполняется конкретным содержанием и может выражаться в приготовлении, покушении, оконченном преступлении, в соучастии, а также в различии целей, мотивов, форм вины и т.д.";86 3)то, что "в делах уголовных каждый несет ответственность только сам за себя"87 и лишь при установлении его вины (ст.5, 43 УК РФ); 4)основанная на принципе справедливости (ст.6 УК РФ) допустимость применения мер уголовно-правового характера к лицу, совершившему преступление, только с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного.

Отметим в этой связи, что в целом ряде постановлений Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР (РФ) говорится о том, что при определении степени общественной опасности совершенного преступления следует исходить из совокупности всех обстоятельств, при которых было совершено конкретное преступное деяние (форма вины, мотивы, способ, обстановка и стадия совершения преступления, тяжесть наступивших последствий, степень и характер участия каждого из соучастников в преступлении, наличие смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и др.88

Приведенные факторы обусловливают индивидуализацию уголовной ответственности и наказания, требующую дифференцированного подхода не только при определении уголовно-правовых мер воздействия на виновное в совершении преступления лицо, но и в самом процессе уголовного преследования.

Индивидуализация уголовной ответственности и наказания - разновидность принципа индивидуализации юридической ответственности, понимаемого как "строжайший учет индивидуальных черт данного конкретного правонарушения и его субъекта, выбор такой меры ответственности, которая наиболее точно соответствует этим особенностям, а поэтому способна наиболее эффективно служить основным и конечным целям юридической ответственности".89 Именуемая принципом в теории уголовного права и упомянутых постановлениях Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР (РФ) индивидуализация уголовной ответственности М.И. Карпецом интерпретируется как правильная квалификация совершенного преступного деяния, всестороннее, полное и объективное исследование материалов дела и учет уличающих и оправдывающих обстоятельств, определяющих степень общественной опасности деяния и лица, совершившего преступление.90 Индивидуализация наказания им определяется как принцип, заключающийся в учете характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, отягчающих и смягчающих обстоятельств, который позволяет достичь определенных целей.91

В том и другом случае речь идет о связи преступления и наказания, о зависимости меры наказания от опасности преступления и лица, его совершившего. В видении К.Маркса это выражается в следующем: "Как историей, так и разумом в одинаковой мере подтверждается тот факт, что жестокость, не считающаяся ни с какими различиями, делает наказание безрезультатным... Понятие преступления предполагает наказание... действительное преступление предполагает определенную меру наказания".92

Из изложенного можно сделать вывод о том, что всякий преступник есть личность, обладающая своеобразием, неповторимостью. Индивидуальное его поведение со всеми своими разнообразными, специфическими личностными особенностями диктует необходимость индивидуального воздействия на это конкретное лицо. Это воздействие достигается посредством уголовного преследования, поскольку одной из целей последнего является обеспечение применения к лицу, совершившему преступление, наказания или иных мер уголовно-правового воздействия.

Индивидуализация уголовного преследования, являясь производной от принципа индивидуализации уголовной ответственности и наказания и выполняя по отношению к нему служебную роль, имеет не только уголовно-правовое, но и процессуальное содержание. Уголовно-правовое в том смысле, что содержание первого в значительной степени предопределяется содержанием второго. К примеру, представления о составе преступления предопределяют предмет доказывания при производстве по уголовным делам, концепция вменяемости или невменяемости лица, привлекаемого к уголовной ответственности, существенно воздействует на порядок применения принудительных мер медицинского характера.93 Уголовно-правовые условия выступают материально-правовой базой для функционирования уголовно-процессуального принуждения в целом и правильного решения вопроса о применении конкретных его видов.94

В процессуальном аспекте признаками, индивидуализирующими уголовное преследование, служит множество факторов, начиная с возбуждения уголовного дела и кончая завершающей стадией уголовного преследования. В частности, органам уголовного преследования закон предписывает обязанность возбуждения уголовного дела в каждом случае обнаружения признаков преступления, принятия всех предусмотренных законом мер к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и к их наказанию (ст.3 УПК РСФСР, ст.26, 150, 157, 158 ПУПК РФ, ст.36, 177, 185, 186 УПК РК, ст.31, 44, 219 МУПК). Соответственно заводится отдельное дело. Тем самым уголовное преследование персонифицируется с самого начала. В дальнейшем оно тоже расследуется самостоятельно.95

Само понятие "уголовное дело" означает обособленное производство, ведущееся органом уголовного преследования и судом по поводу одного или несколько предположительно совершенных преступлений, а "производство по делу" - уголовное судопроизводство, осуществляемое при решении вопроса о возбуждении конкретного уголовного дела, а также совокупность процессуальных действий и процессуальных решений, совершаемых и принимаемых по конкретному делу (п. 5, 7 ст.10 МУПК, п.26, 27 ст.7 УПК РК).

Обособленное ведение уголовного преследования имеет большое значение. Соединение в одном уголовном деле нескольких преступлений, ничем не связанных между собой, значительно осложняет работу следователя (дознавателя) и мешает исследованию во всей полноте фактов и обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу. Четкая индивидуализация расследования, наоборот, облегчает его, исключает возможность непомерного и неоправданного расширения объема расследуемого дела, обеспечивает целеустремленность, быстроту и полноту расследования, способствует установлению истины по делу.

Индивидуализация уголовного преследования в сфере доказывания проявляется в необходимости выявления: события и признаков состава преступления (времени, места, способа, форма вины, мотивов и других обстоятельств совершения преступления); лица, его совершившего, виновности этого лица; обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности обвиняемого; обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого; последствий совершенного преступления; характера и размера вреда, причиненного преступлением; обстоятельств, исключающих преступность деяния; обстоятельств, влекущих освобождение от уголовной ответственности и наказания; обстоятельств, способствовавших совершению преступления (ст.117 УПК РК, ст.72 ПУПК РФ). Строго индивидуальна и осуществляемая субъектами уголовного преследования оценка доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности рассмотренных доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Касательно мер уголовно-процессуального принуждения индивидуализация выражается в вынесении отдельных решений об их применении в отношении каждого принуждаемого лица (например, протокол задержания, постановления об избрании меры пресечения, отстранении от должности, о производстве обыска, выемки, освидетельствования, о наложении ареста на имущество, почтово-телеграфную корреспонденцию, о приводе и т.д.). Она особенно характерна актам обвинения, которые должны "удовлетворять требованию конкретности изложения фактических обстоятельств, отнесению содеянного к конкретному лицу".96 В отношении каждого обвиняемого составляется отдельное постановление при наличии достаточных доказательств, указывающих на совершение им преступления. В нем указываются: фамилия, имя, отчество и иные данные о личности обвиняемого, имеющие правовое значение; формулировка обвинения с указанием места, времени, способа совершения и последствий преступления, формы вины, мотивов и квалифицирующих признаков преступления; причины, по которым преступление не было доведено до конца, если имело место покушение на совершение преступления или приготовление к его совершению; формы соучастия, если преступление было совершено группой лиц; обстоятельства, отягчающие ответственность. При совершении обвиняемым нескольких преступлений в постановлении формулируется каждое преступление в отдельности (ст.243 МУПК, ст.227 ПУПК РФ, ст.207 УПК РК).

Аналогичные индивидуализирующие характеристики должны содержаться в обвинительном заключении и приговоре, хотя по уголовному делу составляются одно обвинительное заключение и один приговор, независимо от числа участников преступления (ст.312 МУПК, ст.248 ПУПК РФ, ст.278 УПК РК).

Индивидуализирующее значение имеет уголовно-процессуальный институт соединения и выделения уголовных дел. Согласно ст.46 МУПК в одном производстве могут быть соединены лишь дела по обвинению нескольких лиц в совершении одного преступления в соучастии или одного лица в совершении нескольких преступлений; соединение в одном деле обвинений против нескольких лиц в совершении разных преступлений не допускается, кроме случаев, когда они также обвиняются в совершении какого-либо преступления в соучастии; не должны соединяться в одном производстве обвинения, рассмотрение которых из-за значительного объема собранных материалов или большого количества обвиняемых способно существенно замедлить или иным образом затруднить разбирательство уголовного дела судом. Выделение уголовного дела допускается во всех случаях, когда по своему характеру оно может быть рассмотрено отдельно от соединенных с ним уголовных дел (ст.47 МУПК).

Из анализа названных актов обвинения нетрудно заметить, что индивидуализация уголовной ответственности осуществляется с помощью индивидуализации обвинения - центрального звена уголовного преследования.

Подводя итог всему сказанному, можно заключить, что индивидуализация уголовного преследования есть строжайший учет индивидуальных признаков конкретного преступления и его субъекта, а также соблюдение соответствующих процессуальных требований при отправлении этой деятельности.

4.3.5. Своевременность уголовного преследования.

Это понятие, означающее необходимость безотлагательного возбуждения и осуществления уголовного преследования, оперативного выполнения входящих в него всех необходимых действий в нужный, обусловливаемый обстоятельствами дела момент, основано на требовании быстроты уголовного процесса. В литературе она нередко именуется принципом уголовного судопроизводства.97 По смыслу ст.2 УПК РСФСР (ст.6 ПУПК РФ, ст.8 УПК РК) быстрота имеет отношение не только к раскрытию преступлений, изобличению и привлечению к уголовной ответственности лиц, их совершивших, но и к судебному разбирательству и обеспечению правильного применения уголовного закона. Поэтому выступает как отправное и руководящее требование, по словам А.М.Ларина, как коренное условие98 построения и проведения всей процессуальной деятельности по уголовным делам. Суть ее - максимально быстрое в пределах возможного осуществление уголовно-процессуальной деятельности при неуклонном соблюдении принципов и правил уголовного процесса.

Применительно к деятельности следователя и органов дознания принцип своевременности, немедленность принятия дела к своему производству и неотложность производства следственных действий предусмотрены в самом законе (ст.109, 119, 127 УПК РСФСР, ст.37-40, 156, 167 ПУПК РФ, ст.64-67, 184, 194 УПК РК). В МУПК предусматривается даже специальная норма, посвященная обеспечению быстроты производства по уголовному делу (ст.43). Она гласит: "1.Производство по уголовному делу должно возбуждаться и завершаться дознавателем, следователем, прокурором, судом в предусмотренные настоящим Кодексом сроки с тем, чтобы: 1)обеспечивалось своевременное получение и исследование доказательств; 2) лица не ожидали предъявления им обвинения, рассмотрения их дел и восстановления нарушенных прав чрезмерно долго. 2.Всякий обвиняемый должен быть судим без неоправданной задержки. В любом случае орган, ведущий уголовный процесс, обязан обеспечить, чтобы: 1)обвиняемый мог предстать перед судом для определения обоснованности обвинения в максимально короткий срок и до истечения 1 месяца со дня предъявления ему обвинения; 2) уголовное дело в отношении обвиняемого было направлено в суд с обвинительным или заключительным актом либо уголовное преследование обвиняемого было прекращено до истечения 6 месяцев со дня предъявления ему обвинения; 3) поступившее в суд уголовное дело было начато рассмотрением до истечения одного месяца со дня поступления в суд".

Быстрота производства по уголовному делу - требование, связанное прежде всего с правом каждого арестованного или задержанного по уголовному обвинению в срочном порядке доставляться к судье для разбирательства его дела в суде в течение разумного срока, чтобы этот суд мог безотлагательно вынести постановление относительно законности его задержания и распорядиться о его освобождении, если задержание незаконно. Быстрота обусловлена также правом обвиняемого: быть в срочном порядке и подробно уведомленным на языке, который он понимает, о характере и основании предъявленного обвинения; иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты и сноситься с выбранным им самим защитником; быть судимым без неоправданной задержки и т.д. (ст.9, 14 Международного пакта о гражданских и политических правах). Отсюда видно, что своевременность уголовного преследования служит гарантией прав и законных интересов личности.

Быстроту уголовного судопроизводства следует рассматривать также как условие эффективной борьбы с преступностью. Она способствует обеспечению неотвратимости уголовного преследования, сокращению разрыва между совершением преступления и обвинением, между обвинением и окончательным его разрешением (публичным осуждением виновного). Прогрессивный итальянский юрист и великий гуманист Чезаре Беккариа еще в 1766 году писал: "Чем скорее следует наказание за преступлением, чем ближе к нему, тем оно справедливее, тем оно полезнее..."99

Быстрота важна в любой стадии уголовного преследования. Своевременное, законное и обоснованное возбуждение уголовного дела создает необходимые условия для быстрого и полного раскрытия преступлений, изобличения виновных и других задач уголовного судопроизводства. А незамедлительное расследование дел облегчает достижение этих целей, позволяет своевременно обнаружить и закрепить имеющиеся доказательства, благоприятствует реальному возмещению причиненного преступлением материального вреда. Соблюдение установленных законом сроков расследования во многих случаях выступает решающим фактором в раскрытии преступления и установлении истины по делу. Как подчеркивается в Рекомендации Комитета Министров Совета Европы от 17 сентября 1987г. относительно упрощения уголовного правосудия, "задержка в раскрытии преступлений ведет к дискредитации уголовного права и сказывается на надлежащем отправлении правосудия".100

Несмотря на то что еще 21 декабря 1993 г. Пленум Верховного Суда РФ принял постановление о сроках рассмотрения уголовных и гражданских дел судами Российской Федерации и потребовал устранить имеющиеся недостатки, ежегодно значительная часть уголовных дел продолжает рассматриваться с нарушением процессуальных сроков.101 Это снижает эффективность уголовного правосудия.

Как требование, базирующееся на правовых нормах, своевременность является составным элементом принципа верховенства закона. Следовательно, оно должно неукоснительно соблюдаться.

4.3.6.Единоличность и коллегиальность в уголовном преследовании.

Процессуальная конструкция уголовного преследования такова, что в основе его осуществления, как правило, лежит единоличное начало. Каждое должностное лицо, совершающее эту деятельность или участвующее в ней, реализует свои права и обязанности индивидуально. Только одним лицом возбуждается уголовное преследование, единолично принимаются заявления и сообщения о преступлениях, выносятся все постановления в ходе предварительного расследования (о применении мер процессуального принуждения, привлечении лица в качестве обвиняемого, признании лица подозреваемым, потерпевшим, гражданским истцом, о прекращении и приостановлении дела, об удовлетворении ходатайств и др.), выполняются следственные действия и т.д. Лицо, производящее расследование, несет персональную ответственность за их своевременность, законность и обоснованность.

Принцип единоличия находит свое правовое выражение в том, что нормы, регулирующие предварительное расследование и полномочия следователя, дознавателя и прокурора, абстрактно адресованы им именно в единственном числе. Например, так: "Дознаватель после производства неотложных следственных действий направляет дело следователю, при этом выносится соответствующее постановление" (ч.2 ст.237 МУПК) или "в случае необходимости производства следственных действий в другом районе следователь вправе произвести их лично либо поручить производство этих действий следователю или органу дознания другого района" (ч.3 ст.235 МУПК).

Не является отступлением от единоличного начала то, что в следственной практике нередко используется бригадный метод расследования ввиду сложности дела или большого объема работы по нему. Возможность расследования дел несколькими следователями предусматривалась ст.129 УПК РСФСР. Она остается в ПУПК РФ (ст.172-173) и закреплена в новом УПК РК (ст.198-199).

О производстве предварительного следствия группой следователей указывается в постановлении о возбуждении уголовного дела или выносится отдельное постановление. Решение об этом вправе принять прокурор или начальник следственного отдела. В постановлении должны быть указаны все следователи, которым поручено производство расследования, в их числе следователь-руководитель группы, который принимает дело к своему производству, организует работу группы, руководит действиями других следователей. Подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители должны быть ознакомлены с постановлением о расследовании дела группой следователей, и им разъясняется право на отвод любого следователя из состава группы.

Решения о соединении и выделении дел, прекращении уголовного дела в целом или его части, приостановлении или возобновлении производства по делу, а также о возбуждении ходатайств о продлении срока следствия, применении в качестве мер пресечения заключения под стражу, домашнего ареста и их продлении принимаются только руководителем следственной группы. Обвинительное заключение или постановление о направлении дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера составляются и подписываются руководителем следственной группы. Он вправе участвовать в следственных действиях, проводимых другими следователями, лично проводить следственные действия.

Организация работы следственной группы и руководство действиями других следователей предполагает распределение их обязанностей, контроль за работой каждого следователя и согласованность действий группы по важнейшим процессуальным вопросам. Руководитель несет ответственность за качество и сроки следствия в целом, а другие следователи персонально отвечают лишь за своевременное и надлежащее выполнение тех действий, того участка работы, которые поручались им. При этом вопросы привлечения в качестве обвиняемого, дополнения и изменения обвинения, оценки доказательств решают на основе своего внутреннего убеждения, а не коллективного.

Таким образом, при бригадном методе единоличие присуще как руководителю следственной группы, так и составляющим ее следователям. Оно имеет ведущее значение, носит принципиальный характер в уголовном преследовании, а коллегиальность - частичный. Коллегиальность выражается в производстве одного следственного действия несколькими следователями или одним следователем с участием оперативных работников (процессуальное действие), в совместном обсуждении тех или иных вопросов в процессе расследования конкретного дела (организационное действие).

В организационном плане коллегиальность свойственна некоторым мерам, предпринимаемым на основании утвержденного Указом Президента РФ от 18 апреля 1996г. Положения о координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью, а именно: обсуждение на координационном совещании хода расследования особо значимых уголовных дел; создание следственно-оперативных групп для расследования конкретных преступлений; проведение совместных целевых мероприятий для выявления и пресечения преступлений, а также устранения причин и условий, способствующих их совершению.102

О единоличном уголовном преследовании в процессуальной форме свидетельствует также участие в суде прокурора и потерпевшего, независимо от их количества, так как они выступают с обвинительной речью самостоятельно, от своего имени.

4.3.7.Недопустимость повторного уголовного преследования.

В МУПК (ст.26) и УПК РК (ст.20) недопустимость повторного осуждения и уголовного преследования представлена в числе принципов уголовного процесса. Суть ее заключается в том, что никто не может быть подвергнут повторно уголовной ответственности за одно и то же преступление. Это вытекает из содержания ст.50 Конституции РФ, запрещающей повторное осуждение за то же деяние. По существу она воспроизводит положение п.7 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах: "Никто не должен быть вторично судим или наказан за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан в соответствии с законом или уголовно-процессуальным правом каждой страны".

В силу данного принципа добровольный отказ прокурора или в соответствующих случаях частного обвинителя от уголовного преследования препятствует повторному приписыванию тому же лицу совершения того же деяния. Наличие вступившего в законную силу приговора суда препятствует в отношении того же лица по поводу того же происшествия: 1) возобновить уголовное преследование; 2) изменить обвинение на более тяжкое; 3) назначить более строгое наказание.

Принцип недопустимости повторного уголовного преследования находит отражение в ст.29 ПУПК РФ. Как обстоятельства, исключающие производство по уголовному делу, предусматриваются: наличие вступившего в законную силу приговора в отношении того же лица и по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении дела по тому же основанию; наличие неотмененного постановления органа дознания, следователя, прокурора о прекращении дела в отношении того же лица и по тому же обвинению или постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Здесь закреплена уголовно-процессуальная презумпция истинности названных решений. Однако следует иметь в виду, что эти положения "не препятствуют повторному рассмотрению дела в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами соответствующего государства, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или если в ходе предыдущего разбирательства были допущены существенные нарушения, повлиявшие на исход дела" (ч.2 ст.4 Протокола № 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод).103

4.3.8.Свобода от самоизобличения.

Так она называется в МУПК (ст.25) в перечне принципов уголовного судопроизводства, а в УПК РК - освобождение от обязанности давать свидетельские показания (ст.27). В России этот принцип основан на ст.51 Конституции РФ, которая гласит: "Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом". Под близкими родственниками имеются в виду: родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дед, бабка, внуки, а также супруг (п.9 ст.34 УПК РСФСР, п.20 ст.5 ПУПК РФ).

Указанная конституционная норма дает расширительное толкование общеизвестного принципа, записанного в ч. 3 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах в следующей формулировке: "Каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обвинения...не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным".

Согласно принципу публичности изобличение виновного лица в совершении преступления - обязанность органов уголовного преследования. А вследствие принципа свободы от самоизобличения и права на защиту подозреваемый и обвиняемый имеют право, но не обязаны давать показания, следовательно, могут отказаться от дачи показаний (ст.41, 42 ПУПК РФ, ст.96, 98 МУПК). В соответствии с принципом презумпции невиновности никто не должен доказывать свою невиновность. Причем всякое признание вины должно быть добровольным, а самооговор или оговор, вызванный принуждением, угрозами и прочими мерами воздействия, не может быть признан в качестве законного доказательства. Конституция РФ и УПК запрещают использовать доказательства, полученные с нарушением закона.

Равным образом свидетель имеет право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников. Лицо, которому орган уголовного преследования предлагает сообщить или представить сведения, изобличающие его или его близких родственников в совершении преступления, вправе отказаться от дачи показаний и не может быть подвергнут за это какой бы то ни было ответственности. В то же время это нельзя понимать как обязанность названных лиц не давать никаких показаний, не делать никаких заявлений, обличающих как их родственников, так и их самих. Давать или не давать такие показания - их право решать самостоятельно, без всякого давления извне.

Ст.51 Конституции РФ предусматривает возможность установления законом иных случаев освобождения от обязанности давать свидетельские показания. Согласно ст.120 МУПК, ст.55 ПУПК РФ, ст.82 УПК РК не подлежат допросу в качестве свидетеля: 1)судья, присяжный заседатель - об обстоятельствах уголовного дела, которые им стали известны в связи с участием в производстве по уголовному делу, а также в ходе обсуждения в совещательной комнате вопросов, возникших при вынесении судебного решения; 2) защитник подозреваемого, обвиняемого, а равно представитель потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика - об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с выполнением своих обязанностей по уголовному делу; 3) священнослужитель - об обстоятельствах, известных ему из исповеди; 4)лицо, которое в силу своего малолетнего возраста либо психических или физических недостатков неспособно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания.

Кроме того, в соответствии со ст.19 Федерального закона о статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы депутат Федерального Собрания вправе отказаться от дачи свидетельских показаний по гражданскому или уголовному делу об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с выполнением им депутатских обязанностей. Уполномоченный по правам человека в РФ вправе отказаться от дачи свидетельских показаний по гражданскому или уголовному делу об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с выполнением его обязанностей (ч.2 ст.24 Федерального конституционного закона от 26 февраля 1997г. "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации". В отношении лиц, обладающих правом дипломатической неприкосновенности, процессуальные действия, предусмотренные Кодексом, в том числе и допрос в качестве свидетеля, производятся лишь по их просьбе или с их согласия. Согласие на производство этих действий испрашивается через Министерство иностранных дел РФ (ч.2 ст.3 ПУПК РФ).104

4.3.9. Взаимодействие правоохранительных органов и привлечение общественности при осуществлении уголовного преследования.

Уголовное преследование, тем более достижение его целей - сложная задача, выполнение которой по конкретным делам нередко встречает серьезные препятствия. Преодоление их возможно только общими усилиями правоохранительных органов при тесном взаимодействии с другими государственными органами, общественными организациями, трудовыми коллективами, гражданами. Именно поэтому данное взаимодействие предусматривается как один из принципов деятельности указанных органов (ст.3 Закона РФ "О милиции", ст.4 Закона "О федеральных органах налоговой полиции", ст.8 Закона "О прокуратуре Российской Федерации", Положение о координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью, ст.4 проекта Закона РФ "О Следственном комитете Российской Федерации" и др.).

Предназначение всех органов уголовного преследования - выявление, предупреждение, пресечение, раскрытие преступлений, организация и осуществление розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от исполнения уголовного наказания. В этом деле они обязаны помогать друг другу, взаимно информировать об имеющихся сведениях, осуществлять на основе совместных планов комплексные мероприятия, направленные на обеспечение выполнения их функций в сфере уголовного преследования. В качестве примера можно привести Закон "О ведомственной охране", обязывающий работников этой системы оказывать в пределах своей компетенции содействие правоохранительным органам в решении возложенных на них задач (ст.12).

Особенно важно взаимодействие следователей с органами дознания, оперативно-розыскной службой как одно из условий успешного раскрытия преступлений. Своевременно обнаружить преступление, по возможности предотвратить, пресечь его нередко можно лишь путем заблаговременного подключения оперативно-розыскных методов работы, включающей в себя скрытое наблюдение за лицами, подозреваемыми в подготовке или совершении преступлений. Необходимая негласная информация доводится до следователей без указания источников и способов их получения. Эта информация может быть использована при производстве предварительного расследования только после их проверки путем уголовно-процессуальных действий. В случаях, когда преступление уже совершено, задачей оперативно-розыскных мер является выявление этого преступления и лиц, его совершивших, на возможно ранней стадии его совершения, а также сохранение следов данного преступления с целью их получения и закрепления в ходе расследования дела.

При решении процессуальных задач по конкретным уголовным делам оперативно-розыскные органы призваны содействовать следователю своими специфичными оперативными возможностями. Так, следователь может получить важные сведения о местонахождении имеющих доказательственное значение предметов и документов, а равно скрывающихся лиц. Материалы негласного визуального и слухового контроля позволяют следователю правильно оценивать достоверность полученных им доказательств при производстве следственных действий. Данные наружного наблюдения позволяют выявить законспирированные связи обвиняемого и близких ему лиц, часто имеющие большое значение для быстрого и полного раскрытия всех обстоятельств расследуемого дела. В свою очередь следователь также должен содействовать своими специфичными уголовно-процессуальными методами для решения оперативных задач.

Одной из организационных форм взаимодействия следователя и оперативно-розыскных подразделений является создание постоянно действующих или разовых (по тому или иному делу) оперативно-следственных групп.105

Однако в какой бы форме ни осуществлялось взаимодействие, оно должно строиться на определенных принципах. В Законе об оперативно-розыскной деятельности (ст.3) принципами этой деятельности названы законность, уважение и соблюдение прав и свобод человека и гражданина, конспирация, сочетание гласных и негласных методов и средств. В теории уголовного процесса и криминалистики представлен довольно широкий круг принципов взаимодействия следователей с работниками органов дознания при расследовании преступлений: своевременность организации взаимодействия; экономия процессуальных и оперативно-розыскных средств (взаимодействие нецелесообразно, когда в этом нет необходимости); согласованность и динамичность планирования взаимодействия; обязательность учета основных положений методики расследования конкретного преступления; ведущая роль следователя при организации и осуществлении взаимодействия; относительная независимость участников взаимодействия; разграничение их компетенции и подчинение их только закону; индивидуализация процессуальных, организационных и тактических форм взаимодействия; персональная (личная) ответственность участников взаимодействия; комплексное использование участниками взаимодействия имеющихся в их распоряжении сил и средств; недопустимость перекладывания участниками взаимодействия своих обязанностей на других лиц; непрерывность и непосредственность общения следователя с работниками органов дознания, взаимного их информирования и продолжительности взаимодействия столько, сколько этого требуют интересы дела; равенство прав участников взаимодействия при обсуждении хода и результатов расследования дела, отдельных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, выдвижении общих и частных версий, а также путей их проверки; подбор участников взаимодействия с учетом их психологической и языковой совместимости; неразглашение данных предварительного следствия, методов и средств оперативно-розыскной деятельности.106

Важное значение в уголовном преследовании имеет привлечение общественности к участию в этой деятельности. Давно было сказано, что "преследование преступлений касается всего общества".107 Добиться успеха в этом деле можно лишь в том случае, "если сама народная масса помогает".108 Относительно участия общественности в борьбе с преступностью выше приводились некоторые международные акты, а также отечественные политико-правовые и нормативные документы. Для подтверждения того, что использование всего общественного потенциала в борьбе с этим социальным злом является одним из основополагающих принципов в данной сфере, можно назвать и такие международные акты: Стандартные минимальные правила в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила от 14 декабря 1990г.), Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (1990г.), Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила от 29 ноября 1985г.),109 Декларация Совета Европы о полиции от 8 мая 1979г.110

Применительно к стадии предварительного расследования в УПК РСФСР имеется специальная статья (128-я), предписывающая следователю широко использовать помощь общественности для раскрытия преступлений и для розыска лиц, их совершивших, а также для выявления и устранения причин и условий, способствовавших совершению преступлений. Практика выработала различные пути осуществления этой помощи: обращение к населению через средства массовой информации с просьбой сообщить интересующие следствие сведения (например, о лицах, чьи изображения были переданы по телевидению или опубликованы в печати; о номерах, марке, цвете разыскиваемого автомобиля, об очевидцах преступления и т.д.); проведение собраний, сельских сходов с целью выявления свидетелей преступления и др.

К формам участия общественности в предварительном следствии относятся: участие граждан в производстве розыскных действий (прочесывание местности, подворные и поквартирные обходы; удостоверение представителями общественности хода и результатов оперативных действий; использование помощи граждан при производстве следственных действий; выступления следователя на собраниях трудовых коллективов в целях выявления и устранения обстоятельств, способствовавших совершению преступления; привлечение отдельных граждан в качестве общественных помощников следователя и др.

К сожалению, в МУПК, ПУПК РФ и УПК РК отсутствует норма, аналогичная ст.128 УПК РСФСР.

4.3.10. Обеспечение прав личности при осуществлении уголовного преследования.

В широком плане этот вопрос касается всех участвующих в уголовном преследовании лиц, включая следователей, прокуроров, дознавателей даже по одной той причине, что существует Федеральный закон РФ "О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов", принятый Государственной Думой 22 марта 1995 г. Однако содержание правового статуса названных должностных лиц и условий его реализации имеет свою специфику и представляет собой предмет самостоятельного исследования. К тому же понятие "обеспечение" адресовано органам и должностным лицам, ведущим уголовный процесс. Это положение является их обязанностью. Поэтому здесь будет идти речь об обеспечении прав граждан, подвергаемых уголовному преследованию, пострадавших от преступления и вовлекаемых в этот процесс в ином качестве.

Обозначение указанного феномена как принципа уголовного преследования основано на международных актах, конституционных и иных законодательных положениях о правах человека, признающих человека, его права и свободы высшей ценностью, а их защиту - обязанностью государства (Устав ООН от 26 июня 1945г., Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948г., Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950г., Итоговый документ Венской встречи государств-участников Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 15 января 1989г., Документ Копенгагенского совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ от 29 июня 1990г., Декларация прав и свобод человека и гражданина, принятая Верховным Советом РСФСР 22 ноября 1991г., ст.2 Конституции РФ и др.). Незыблемость свободы личности, ее прав и интересов, чести и достоинства, их охрана и гарантированность теоретически и нормативно считаются сегодня неотъемлемым элементом, основой, принципом правового государства.111

Предусмотренные Конституцией РФ и получившие развитие в уголовно-процессуальном законодательстве принципы равенства всех перед законом, судебной защиты прав и свобод человека и гражданина, уважения чести и достоинства личности, неприкосновенности личности, жилища, собственности, частной жизни, тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, охраны прав и свобод граждан при производстве по уголовным делам, языка уголовного судопроизводства, обеспечения права на юридическую помощь, свободы обжалования процессуальных действий и решений распространяются на всех граждан, вовлекаемых в уголовное преследование. Субъекты, ведущие уголовный процесс, должны разъяснить им все их права, связанные с уголовным преследованием, предоставить им возможность пользоваться этими правами, принимать своевременные меры к удовлетворению законных требований участников процесса и сделать их реальностью в соответствующих случаях.

Принципы гласности, осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела, право на справедливое рассмотрение уголовного дела относятся как к потерпевшему, так и к подозреваемому и обвиняемому. К примеру, согласно Рекомендации Комитета Министров Совета Европы от 28 июня 1985г. о положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса гласность расследования и разбирательства дела может быть ограничена, если она может повлиять на частную жизнь, достоинство, личное состояние и безопасность потерпевшего. Там содержатся и другие положения, подтверждающие указанный тезис. Среди них особое значение имеет утверждение о том, что "основной функцией уголовного правосудия должно быть удовлетворение запросов и охрана интересов потерпевшего".112

В МУПК (ст.27) как отдельный принцип уголовного судопроизводства представлено обеспечение прав пострадавших от преступлений, злоупотреблений властью и судебных ошибок. Применительно к потерпевшему суть его состоит в том, что лицо, пострадавшее от преступления, имеет право в порядке, предусмотренном УПК, требовать возбуждения уголовного дела, участвовать в осуществлении уголовного судопроизводства в качестве потерпевшего и частного обвинителя, а также получать компенсацию причиненного морального, физического, имущественного ущерба. Такой подход находится в гармонии с международными стандартами113 и ст.52 Конституции РФ, говорящей о том, что права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом и что государство обеспечивает им доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Содержание доступа к правосудию раскрывается в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985г. В ней предлагается относиться к жертвам преступлений с состраданием, уважать их достоинство, оказать им помощь в реализации их прав, создать для этого необходимые условия и механизмы, обеспечить их безопасность, безопасность их семей и свидетелей с их стороны, а также их защиту от запугивания и мести и т.д.114

По-видимому, этим обусловлено, что в УПК РК (ст.15), ПУПК РФ (ст.12) в рамках принципа охраны прав и свобод граждан при производстве по уголовным делам установлено правило, требующее, чтобы орган, ведущий уголовный процесс, в пределах своей компетенции принял меры к охране жизни, здоровья, чести, достоинства и имущества потерпевшего, свидетеля, иных лиц, участвующих в уголовном процессе, а также членов их семей, иных близких родственников, при наличии достаточных данных о том, что им угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением имущества либо иными опасными противоправными действиями. Более того, в УПК РК содержится целая глава (12-я), в которой предусматривается не только обязанность принятия мер безопасности потерпевших, свидетелей, обвиняемых и других лиц, участвующих в уголовном процессе, но и определяются сами эти меры (предостережение угрожающему лицу о возможности привлечения его к уголовной ответственности, ограничение доступа к сведениям о защищаемом лице, обеспечение личной его безопасности, избрание в отношении обвиняемого, подозреваемого меры пресечения и др.). Аналогичная глава (16-я) имеется в МУПК (ст.135-137).

В ПУПК РФ подобной главы нет, но существует проект Федерального закона РФ "О государственной защите потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству".115 Но это не значит, что в России нет иных законов. На милицию возложена обязанность "применять предусмотренные федеральным законом меры по охране потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству, их близких, жизнь, здоровье или имущество которых находятся в опасности" (п. 24 ст.10 Закона РСФСР о милиции в редакции Закона РФ от 31 марта 1999г.). Органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, предписана обязанность содействовать обеспечению личной безопасности, сохранности имущества названных лиц от преступных посягательств (п. 6 ст.14 Закона РФ об оперативно-розыскной деятельности). В Законе РФ от 21 июля 1997г. "О судебных приставах" предусмотрена обязанность приставов обеспечивать в судах безопасность участников судебного процесса и свидетелей (ст.11).

Существуют и уголовно-правовые гарантии безопасности участников уголовного судопроизводства. В частности, за разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении участников уголовного процесса и их близких, принуждение потерпевшего, свидетеля к даче ими ложных показаний, эксперта к даче ложного заключения, переводчика к осуществлению неправильного перевода, а равно за принуждение указанных лиц к уклонению от дачи показаний установлена уголовная ответственность (ст.309, 311 УК РФ).

Кроме вышеуказанных, в отношении подозреваемого и обвиняемого действуют также принципы презумпции невиновности и обеспечения им права на защиту. В соответствии с первым принципом подозреваемый и обвиняемый имеют право считаться невиновными, не доказывать свою невиновность, пользоваться правами и свободами, установленными для граждан Российской Федерации, с ограничениями, предусмотренными законом (ст.6 Закона РФ о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений).

Второй принцип предполагает обеспечение права на защиту каждому подозреваемому и обвиняемому органом, ведущим уголовный процесс, в обязанность которого входит: разъяснение этим лицам их прав; предоставление им фактической возможности защищаться установленными законом средствами и способами; принятие мер к охране их личных и имущественных прав; привлечение к участию в деле законного представителя подозреваемого и обвиняемого (в соответствующих случаях); обеспечение им возможности защищаться от обвинения как лично, так и посредством участия защитника и законного представителя; исключение принуждения подозреваемого и обвиняемого к даче показаний, представлению органам уголовного преследования каких-либо материалов, оказанию им какого бы то ни было содействия; сохранение за подозреваемым и обвиняемым всех гарантий принадлежащего им права на защиту также при рассмотрении уголовного дела в отношении лица, обвиняемого в совместном с ними совершении преступления (ст.24 МУПК, ст.21 ПУПК РФ, ст.26 КР).

Право на защиту - собирательное понятие и не сводится только к праву иметь защитника. Оно включает в себя все права подозреваемого и обвиняемого, предусмотренные законом. Их круг довольно широк и образует целую систему.

В частности, подозреваемый вправе: знать, в чем он подозревается, и получить копию постановления о возбуждении против него уголовного дела либо копию протокола задержания или постановления о применении меры пресечения; давать объяснения и показания по поводу имеющегося против него подозрения, отказаться от дачи объяснений и показаний; представлять доказательства; заявлять ходатайства и отводы; давать показания и объяснения на родном языке или языке, которым владеет; пользоваться бесплатной помощью переводчика; знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием и подавать замечания на протоколы; участвовать с разрешения следователя или дознавателя в следственных действиях, проводимых по его ходатайству или ходатайству защитника либо законного представителя; приносить жалобы на действия и решения суда, прокурора, следователя и дознавателя; по его просьбе быть допрошенным при участии защитника (ст.68 УПК КР, ст.42 ПУПК РФ).

Ст.96 МУПК предусматривает много других прав подозреваемого: получать от органа уголовного преследования разъяснение всех принадлежащих ему прав, иметь защитника с момента объявления ему постановления о задержании, протокола задержания или постановления об избрании меры пресечения, отказаться от защитника и защищать себя самостоятельно, беспрепятственно общаться со своим защитником наедине и конфиденциально без ограничения количества и продолжительности бесед, уведомить через орган, ведущий уголовный процесс, близких родственников о месте своего содержания под стражей, примиряться с потерпевшим и т.д.

Обвиняемый вправе: знать, в чем он обвиняется, и получить копию постановления о привлечении в качестве обвиняемого, давать объяснения и показания по предъявляемому ему обвинению, знакомиться с постановлением о назначении экспертизы и заключением эксперта, знакомиться по окончании расследования со всеми материалами дела и выписывать из него любые сведения и в любом объеме, возражать против прекращения дела по нереабилитирующим основаниям, требовать гласного судебного разбирательства без неоправданной задержки и т.д. Он наделяется и другими правами, аналогичными правам подозреваемого, а в роли подсудимого - присущими ему правами (ст.98 МУПК, ст.69 УПК КР, ст.41 ПУПК РФ).

В силу принципа "нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав"116 и органического их единства подозреваемый и обвиняемый, как и другие участники уголовного процесса, являются носителями не только прав, но и обязанностей. В частности, они обязаны: являться по вызовам органа, ведущего уголовный процесс; будучи задержанным или взятым под стражу, подвергаться личному обыску; подвергаться врачебному осмотру, дактилоскопированию, запечатлению и давать возможность взять пробы крови, выделения тела; подвергаться освидетельствованию, экспертизе (все это по требованию правомочного органа или должностного лица); подчиняться законным распоряжениям прокурора, следователя, дознавателя, судьи (председательствующего судебного заседания). А обвиняемый обязан также не покидать зал судебного заседания до объявления перерыва без разрешения председательствующего, соблюдать порядок в заседании суда. Подозреваемый и обвиняемый несут и другие обязанности, установленные законом (ст.96, 98 МУПК).

Если они уклоняются от исполнения своих обязанностей, в предусмотренных УПК случаях их права могут быть и ограничены. Эти лица могут подвергаться мерам пресечения, приводу, освидетельствованию и прочим мерам процессуального принуждения, вплоть до заключения их под стражу, при наличии достаточных к тому оснований. Еще П.Гольбах говорил: "Всякий человек свободен, однако общество обладает правом лишить его свободы, свобода перестает быть одним из прав гражданина, если он злоупотребляет ею, используя ее во вред своим согражданам".117

В таких случаях сами ограничения должны быть правомерными, ибо уголовное преследование может и должно вестись только законными средствами и способами, при строжайшем соблюдении Конституции РФ и действующего законодательства, как это видно из постановления Государственной Думы от 22 июня 1994 г. "О защите конституционных прав и свобод граждан при осуществлении мер по борьбе с преступностью".118 В этом плане не выдерживают никакой критики произносимые порою некоторыми высокопоставленными российскими чиновниками высказывания типа: "права человека, наверное, можно нарушать, но только таким образом, чтобы защищались права 99 % граждан" или "Я за нарушение прав человека, если этот человек - преступник".119

Принцип обеспечения прав личности касается как законопослушных граждан, так и граждан, чей образ жизни не согласуется с установленным правопорядком.120 И в человеке, совершившем преступление, необходимо видеть, по словам К.Маркса, "нечто большее, чем правонарушителя... Государство должно видеть и в правонарушителе человека... гражданина государства", а поэтому "всякое право государства по отношению к преступнику есть вместе с тем и право преступника по отношению к государству".121 Этим гуманным началом должно быть пронизано не только законодательство, регулирующее уголовное преследование, но и практическая деятельность по его осуществлению.

4.3.11. Независимость органов уголовного преследования и недопустимость вмешательства в их деятельность.

В проекте Закона РФ "О Следственном комитете Российской Федерации" независимость органов предварительного следствия от органов государственной власти и управления, общественных и политических организаций и движений, а также от каких бы то ни было должностных лиц, национальных и местных влияний обозначена в числе принципов деятельности органов предварительного следствия. Применительно к органам прокуратуры независимость осуществления ими своих полномочий также предусматривается в системе принципов организации и деятельности прокуратуры (ст.4 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации"). А в ст.5 этого закона устанавливается недопустимость вмешательства в осуществление прокурорского надзора. В ст.24 проекта Закона РФ о следственном комитете записана недопустимость вмешательства в деятельность следователя.

ПУПК РФ (ст.26), УПК РК (ст.36) независимость распространяют и на органы дознания и дознавателей, т.е. на все органы уголовного преследования, связывая это положение с подчинением их закону, обязательностью осуществления ими своих полномочий в строгом соответствии с требованиями УПК. Эти же нормы указывают, что воздействие в какой бы то ни было форме на орган уголовного преследования с целью воспрепятствования объективному расследованию по уголовному делу влечет установленную законом ответственность. Здесь речь идет о недопустимости вмешательства в законную деятельность этих органов со стороны органов государственной власти РФ, субъектов РФ, органов местного самоуправления, общественных объединений, средств массовой информации, их представителей, а равно должностных лиц и граждан. Согласно данному принципу прокурор, следователь, орган дознания, дознаватель не обязаны давать каких-либо объяснений по существу находящихся в их производстве дел и материалов, а также предоставлять их кому бы то ни было для ознакомления иначе как в случаях и порядке, предусмотренных законом. Никто не вправе без разрешения лица, ведущего уголовное преследование, разглашать материалы проверок и предварительного расследования до их завершения (ст.5 Закона о прокуратуре).

За любое вмешательство в деятельность прокурора, следователя и лица, производящего дознание, если оно преследует цель воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела, установлена уголовная ответственность (ст.294 УК РФ). Оно может выражаться в виде советов, просьб, указаний, обещаний и других действий, в устной, письменной форме, передаваться непосредственно воздействующим лицом или через других лиц, в служебной или во внеслужебной обстановке.122 Уголовная ответственность в данном случае выступает одной из правовых гарантией недопустимости вмешательства в деятельность органов уголовного преследования.

4.3.12. Обязательность исполнения законных требований органов уголовного преследования.

Согласно ст.26 ПУПК РФ требования прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя (а по ст.36 УПК РК, ст.61 МУПК - требования органа уголовного преследования), предъявленные в соответствии с законом, обязательны для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами. В Законе о прокуратуре этому вопросу посвящена специальная статья (6-я), закрепившая: 1) требования прокурора, вытекающие из его полномочий, подлежат безусловному исполнению в установленный срок; 2) статистическая и иная информация, справки, документы и их копии, необходимые при осуществлении возложенных на органы прокуратуры функций, представляются по требованию прокурора и следователя безвозмездно; 3) исполнение требований прокурора и следователя, вытекающих из их полномочий, а также уклонение от явки по их вызову влекут за собой установленную законом ответственность.

4.4. Общие условия уголовного преследования

В УПК РК содержится статья, именуемая "Общие условия осуществления уголовного преследования" (ст.36). Однако в ней речь идет о реализации принципов публичности, обеспечения потерпевшему доступа к правосудию и возмещения вреда, причиненного преступлением, независимости органов уголовного преследования и недопустимости вмешательства в их деятельность, обязательности их законных требований для исполнения.

Общие условия - понятие, хотя и тесно связанное с принципами уголовного преследования, но оно не отождествляемо с ними в силу производного от них характера, того, что условия по отношению к принципам являются вторичными, выступают предпосылкой их жизни. Принципы и общие условия - это разные уровни правовых положений. Будучи обусловленные принципами, вытекая из них, общие условия отражают, конкретизируют и развивают идеи, закрепленные в принципах. Вместе с тем они имеют самостоятельное значение. В этом смысле общие условия определяют наиболее существенные требования, предъявляемые к порядку уголовного преследования в целом либо отдельных его звеньев, выражают его специфику, раскрывают назначение и содержание отдельных институтов, этапов уголовного преследования. Общими они называются потому, что действуют в отношении всех органов уголовного преследования и являются для них обязательными.

Если все это учесть, то под рассматриваемыми общими условиями подразумеваются общезначимые правовые требования, предъявляемые к уголовному преследованию и характеризующие его специфику и наиболее существенные черты, выражающие, с одной стороны, действие принципов в этой деятельности, а с другой - назначение и содержание отдельных институтов и стадий уголовного преследования, обеспечивающих выполнение его задач.

Общезначимые, существенные черты видятся, например, в том, что уголовное преследование могут возбудить и вести только уполномоченные на то органы и должностные лица, лишь законными средствами и способами, с соблюдением общепроцедурных правил, в процессе его осуществления должны быть приняты меры предупреждения и пресечения преступлений. При наличии достаточных оснований обязательным атрибутом уголовного преследования является обвинение. Если уголовному преследованию оказалось подвергнутым невиновное лицо, то оно должно быть реабилитировано.

Общие черты в их своеобразии присущи уголовному преследованию всех видов преступлений, в том числе совершенных несовершеннолетними и лицами, обладающими привилегиями и иммунитетом,123 разбираемых в обычном, общем порядке, по правилам производства дел частного, частно-публичного обвинения, дел о применении принудительных мер медицинского характера и дел с протокольной формой обвинения. Так, при уголовном преследовании по делам несовершеннолетних общеобязательным правовым требованием является соблюдение, кроме общих процедурных правил, особенностей, касающихся дел указанной категории. Требованием такого же общего значения служит необходимость получения согласия соответствующих органов, скажем, для привлечения к уголовной ответственности и заключения под стражу судьи, депутата Совета Федерации, депутата Государственной Думы, депутата местного самоуправления на территории муниципального образования и других лиц, в отношении которых законом установлена неприкосновенность или особый порядок возбуждения уголовных дел.

Применительно к отдельным стадиям уголовного процесса общие условия особенно характерны для стадии предварительного расследования и судебного разбирательства. Это видно из того, что в самом законе предусматриваются общие условия производства предварительного расследования и общие условия судебного разбирательства ( главы 30, 46, МУПК, главы 24, 40 УПК РК, главы 21, 34 ПУПК РФ).

Общие условия предварительного расследования включают в себя: его обязательность, круг органов расследования, подследственность, место, начало, окончание, сроки предварительного расследования, обязательность разъяснения и обеспечения прав участникам уголовного процесса, обязательность рассмотрения ходатайств, обязанность выяснения и устранения обстоятельств, способствующих совершению преступлений, недопустимость разглашения данных предварительного расследования, протоколирование следственного действия и т.д.

В отличие от УПК РСФСР ПУПК РФ (ст.175) и УПК РК (ст.201) вводят понятие "общие правила производства следственных действий", включающее: 1) удостоверение следователя в личности привлекаемых к участию в следственных действиях лиц, разъяснение им прав и обязанностей, а также порядка производства следственного действия; 2) недопустимость производства следственного действия в ночное время, за исключением случаев, не терпящих отлагательства; 3) применение технических средств и использование научно обоснованных способов обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и вещественных доказательств при производстве следственных действий; 4) недопустимость применения насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создания опасности для жизни и здоровья участвующих в них лиц; 5) право следователя привлечь к участию в следственных действиях работника органа дознания.

Однако общие правила (условия) производства следственных действий сказанным не исчерпываются. Сюда входят также: 1) возможность их проведения только указанным в законе лицом, лишь по возбужденному и находящемуся в производстве уголовному делу, за исключением осмотра в случаях, не терпящих отлагательства; 2) наличие мотивированного постановления компетентного лица для производства обыска, выемки, наложения ареста на имущество, на почтово-телеграфную корреспонденцию, освидетельствования, экспертизы, изъятия образцов для экспертного исследования, эксгумации, перехвата сообщений, прослушивания и записи переговоров; 3) наличие санкции прокурора или судьи для производства обыска, эксгумации, освидетельствования потерпевшего и свидетеля, выемки документов, содержащих государственную или иную охраняемую законом тайну, ареста почтово-телеграфных отправлений, перехвата сообщений, прослушивания и записи переговоров, помещения в медицинское учреждение для производства судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертизы; 4) участие понятых при осмотре, обыске, выемке, освидетельствовании, опознании, следственном эксперименте, проверке показаний на месте, осмотре и прослушивании фонограммы переговоров, осмотре, выемке и снятии копий с задержанных почтово-телеграфных отправлений; 5)соблюдение последовательности совершения некоторых следственных действий. Например, допрос лица в качестве подозреваемого может быть только после задержания его или применения одной из мер пресечения либо возбуждения против него уголовного дела; допрос лица в качестве обвиняемого возможен лишь после предъявления ему обвинения; очная ставка, предъявление для опознания, проверка показаний на месте допускаются только тогда, когда соответствующие лица допрошены.

На первый взгляд кажется, что из перечисленных в УПК общих условий судебного разбирательства к уголовному преследованию имеет отношение только участие в суде государственного обвинителя, потерпевшего, гражданского истца, т.е. субъектов стороны обвинения. Однако с точки зрения обеспечения законности, состязательности, полноты, всесторонности, объективности исследования обстоятельств дела и действия других принципов уголовного процесса для уголовного преследования значимы и иные общие условия судебного разбирательства: его непосредственность, устность, пределы, участие подсудимого, защитника в суде, равенство прав сторон, решение вопроса о мере пресечения и т.д. Все эти вопросы связаны с обвинением, и оно должно быть разрешено в суде строго в предписанном законом порядке, в том числе с соблюдением общих правил судебного разбирательства. Иначе немыслимы: установление истины по уголовным делам и справедливое достижение целей уголовного преследования.

Из изложенного нетрудно заметить, что общие условия уголовного преследования, как и его принципы, находясь во взаимной связи, составляют определенную систему. Все они входят в механизм уголовного преследования. Благодаря их единству и взаимодействию происходит сам этот процесс.

 


Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz