Назначение наказания // Левицкий Г. А. Русские и западноевропейские ученые XIX и начала XX вв. об уголовном законе, преступлении и наказании


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Левицкий Г. А.
Русские и западноевропейские ученые XIX и начала XX вв. об уголовном законе, преступлении и наказании. Хрестоматия. — СПб.: 2004. — 152 с.


К оглавлению

§ 4. Назначение наказания

Г. СОЛНЦЕВ. Указ. соч.

«Худо будет поступать тот судья, который по излишней своей разборчивости и мстительности или по жестокосердию своему будет везде находить виновных.

... Судья уголовный должен избирать при решении дел такого рода наказания, кои более бы уравнены с преступлениями обвиняемого и как бы могли впечатлеватъ в сердцах людских начертание более живое и долго пребывающее, и в то же самое время были бы меньше люты над преступниковым телом.

... Жестокость наказаний... и бесполезна и несправедлива.

... Судья при решении уголовного дела должен помнить человечество и что он сам человек есть». С. 109.

Автор утверждает, что при разборе «дел уголовных употребляются многие судебные обряды, как необходимые, но судья оные канцелярские обряды не должен располагать так, чтобы они составляли всю существенность его судопроизводства или паче, чтобы оные могли послужить к пагубе невинности». С. 167.

... Судья... должен оказывать себя более милостивым, нежели жестоким судьей, памятуя, что и сам человек есть». С. 168.

...«Судья должен то или другое наказание... судя по важности самого преступления и разных обстоятельств, увеличивающих или уменьшающих степень наказательности за оное, назначить преступнику с увеличением или уменьшением степени, руководствуясь в выборе и назначении оного общими началами или основаниями разумом законодателя соответствующими». С. 170.

...«Судья, соразмеряя наказания с преступлениями и сравнивая обстоятельства, их сопровождающие, может усилить степень наказания преступнику за его виновное деяние в таком только случае, когда в самих законах наказателъных действительно найдет правомерные к тому основания». С. 174. «Чем важнейшее право будет нарушено, тем более и степень наказательности увеличивается...» С. 177-178.

По мнению автора, степень наказательности должна быть большей «... Чем большее число прав чьих-либо преступником будет нарушено,... чем более и чаще кто будет повторять однородные или разнородные преступления.. Пьянство и буйство, пьянством усугубленное, с другими преступлениями сопрягаемое, также увеличивает степень наказания... Наконец увеличивается степень наказания потому, чем более вреда и опасности для частного гражданина или для целого государства из покушения на преступление какое-либо угрожаемо было или действительно воспоследовало». С. 178.

«Под облегчением или уменьшением степени наказаний разумеется назначение уличенному преступнику меньшего зла по некоторым уважительным и законным причинам против того карательного зла, какое определяется общим наказательным законом при других обстоятельствах, с преступлением сопряженных». С. 180.

Л. ЦВЕТАЕВ. Указ. соч.

«Чем важнее преступление, тем больше должно быть наказание,., чем важнейшее право нарушено, тем важнейшее право должно быть отнято у преступника;., чем большее число прав нарушено, тем больших прав он должен быть лишен,., если одним преступлением нарушал кто все права и обязанности к обществу, заодно сие преступление он должен лишен быть всех прав...». С. 16.

С. БАРШЕВ. Указ. соч.а

При «... назначении наказания должно быть избираемо то, что приличествует преступлению, моменты, на соображении которых определяется, какое наказание прилично преступлению, называются в их совокупности, мерой наказания». С. 1-2.

«Когда говорят, что наказание должно быть измеряемо не степенью виновности, но внешними случайными целями, то вместе утверждают, что право государства наказывать преступника беспредельно так, что оно может, когда находит нужным, и за малое преступление назначать тяжкое наказание. То таким образом, очевидно, унижают человека до скота и лишают наказание всякого разумного значения для преступника. Напротив, когда требуют, чтобы преступник терпел ни более, ни менее того, что он заслужил своими делами, тогда уважают в нем достоинство человека, которое не уничтожается и самыми гнусными преступлениями от того, что человек как бы глубоко ни пал, всегда может опять встать». С. 22-23.

«При обсуждении степени преступности известного действия... необходимо видеть и то, почему он желал (его — сост.), дабы решить в какой степени может быть приложено к нему in concreto то наказание, которое назначено за преступление in abstracto». С. 31.

«В объективном отношении тяжесть преступления, а следовательно и тяжесть наказания, определяется совершенно, когда обращается внимание на следующие пункты: а) на важность права или закона, который нарушается преступлением, б) на степень и в) пространство самого нарушения». С. 36.

В. Д. СПАСОВИЧ. Указ. соч.

«Наказание должно соответствовать и относительной преступности действия и свойству породивших его мотивов и вообще всей личности преступника. Мера его может быть определена только совокупной деятельностью законодателя, судьи и исполняющей наказание административной власти. В сознании народа составляется общее представление, об относительной преступности известного действия, по одной только важности нарушенного права и связи его с обществом, независимо от породивших его мотивов. Эту-то чисто абстрактную меру наказания выражает закон уголовный». С. 66-67.

«... Преступник имеет право требовать, чтобы его действие ценили по его сознанию и вине». С. 67.

«Деятельность его (судьи — сост.) не может быть ни в коем случае рассматриваема как работа механическая. Определение наказания по качеству и количеству не делается по арифметическому расчету, посредством сложения и вычитания, но совершается на основании целостного впечатления, произведенного надушу судьи деянием преступника.

Посему необходимым качеством судьи должно быть кроме знания закона справедливое и человеколюбивое сердце». С. 289.

Судья «...должен оценить всесторонним образом преступление, принимая во внимание все его элементы, а именно: а) степень осуществления злой воли в деянии; в) настроение злой воли, степень решимости преступника на дело и знания его последствий; с) степень участия в преступлении, если оно совершено несколькими лицами; д) все второстепенные, но существенные обстоятельства, сопровождавшие событие преступления, из коих можно заключить о большей или меньшей злости преступника или большей или меньшей опасности или вреда для общества от его деяния; е) обстоятельства, относящиеся к самому преступнику и требующие особенной строгости или особенного снисхождения, например, болезнь подсудимого или долговременное содержание его под следствием или судом». Там же.

«Взяв среднюю меру положенного в законе наказания, судья должен прибавить к ней; или убавить, спускаясь вниз или подымаясь вверх по лестнице наказании уголовных, смотря по результатам произведенной предварительно оценки преступления. Главные его действия состоят в усилении наказания, смягчении его и в замене одного наказания другим. Усиление наказания есть назначение его в количестве, доходящем до высшей меры его, положенной в законе или даже переходящем за этот уровень, однако или несколькими степенями (так в тексте — сост.). Смягчение наказания есть назначение его в количестве, доходящем до низшей меры его в законе, или опускающимся даже ниже законного минимума. Как усиление наказания свыше maximum, так и смягчение его ниже minimum, делаются только в случаях, именно указанных законом и большею частью на основании причин самим законом поименованных, потому что допустить усиление или смягчение наказания, без этого ограничения, значило бы превратить законы уголовные в совершенно неопределенные». С. 290.

А. Ф. БЕРНЕР. Указ. соч.

«Если... несомненно требуется РАВЕНСТВО между преступлением и наказанием, то вопрос о роде и мере справедливого наказания за преступление не разрешим in abstrcto, но требует, чтобы было обращено внимание на известные условия общественной жизни. Знание национальных нравов и понятий, а также и современных общественных условий, есть неизбежная исходная точка для решения этого вопроса.

Одно и то же наказание у различных народов и при различных общественных условиях, может иметь различную степень тяжести». С. 559.

«Уголовный закон должен быть применяем к преступлению судебной деятельностью.

Для этого судья должен: «1) измерить преступление». С. 806.

Затем...«судья обращается 2) к измерению наказания; этой цели он достигает посредством толкования закона, аналогии, уменьшения или увеличения, смягчения или усиления и, в случае надобности, даже посредством замены наказания». Там же.

«Посредством уменьшения и увеличения наказания судья определяет для частного случая ту меру наказания, которая заключается между его minimum и maximum, установленным законом, в виде общего правила, для данного вида преступлений. Чем больше простора дают законы судье в выборе наказаний,., тем строже должен быть судья к своей собственной совести». С. 829.

«При оценке наказания судья должен принимать в соображение все субъективные, объективные и относительные моменты наказуемости». Там же.

«Мерилом окончательной оценки судьи служит конечно только ЦЕЛОСТНОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, произведенное на него преступным деянием: но это впечатление... не должно служить для него поводом к пренебрежению и превышению тех границ, которые установлены законом и юридической наукой». С. 830.

«Одинаковость наказания для высших и низших есть требование просвещенного правосознания нашего времени». С. 849.

«Продолжаемое преступление наказывается как одно преступление; следовательно, наказание, в этом случае, не должно превышать той меры, которая определена для данного преступления, то есть оно всегда остается между minimum и maximum. Но многочисленность отдельных действий является обстоятельством, увеличивающим вину». С. 866.

А. В. ЛОХВИЦКИЙ. Указ. соч.

Автор видит различие преступлений «... в отношении нарушения закона справедливости и в отношении общественного спокойствия... Естественно поэтому, что и наказание, оборотная сторона медали для преступления, должно быть различно по количеству и качеству страдания; должно быть столько же видов наказаний, сколько признается видов преступлений. Иначе пришлось бы за преступления, весьма различные по степени безнравственности и по степени опасности для общества, давать одно и то же наказание. Но это значило бы нарушить верховный закон справедливости и делать важное зло для общества, не удерживая злую волю на низших ступенях преступления, но как бы толкая ее на высшие». С. 42,

«Идеал наказания в качественном отношении за известное преступление состоит в соединении двух начал, тех самых, которых соблюдение требуется при суждении о преступлении от присяжных и судей, — то есть интереса преступника и интереса общества. В интересе преступника наказание должно быть мягкое, чем мягче, тем лучше для него, тем меньше страданий и лишений, но интерес общества противится одностороннему началу мягкости; взятое односторонне, оно делается слабостью, мало того — преступлением против общества. Интерес требует наказания настолько строгого, чтобы оно доставляло злую волю отступать перед преступлением». С. 49.

Автор указывает, что величина наказания «... Определяется в законодательстве таким образом... в каждой группе преступлений человека берется наибольшее, ему приурочивается наказание, или самое высшее из находящихся в принятой законодателем лестнице наказаний, или другое, если высшее преступление взятого разряда менее по безнравственности и по опасности для общества: а затем, — наказания за низшие виды того же рода преступлений устанавливаются сами собой по ступеням лестницы наказаний: нельзя назначать одно и то же наказание за такие виды известного преступления, которые различны и по степени безнравственности и по степени опасности для общества». Там же.

«Наказания не должны быть поставляемы случайно, размер наказания за известный вид каждой группы преступлений устанавливается сообразно исходному пункту, — то есть тому наказанию, которое положено за самый высший вид этой группы. А это последнее опять определяется не случайно, а по соображению с наказаниями, установленными за самые высшие виды других групп — при чем одна из групп избирается обыкновенно за главный исходный пункт». С. 50-51.

«Между невменением и полным законным вменением естественно находится много оттенков, переходных ступеней. Между сумасшествием и здравым рассудком находятся переходные ступени... между принуждением и свободным самоопределением находятся приказания, советы, примеры людей, имеющих авторитет — что до некоторой степени отнимает свободу воли.

Все это надобно взять в соображение при определении наказания за преступление. Кроме того, существует множество других обстоятельств, лежащих частью в преступнике, то есть в степени его безнравственности, частью, в том, что условливало преступление в прошлом его поведении, в способе действия после преступления, — это кладет большое различие между двумя лицами, совершившими одинаковые преступления». С. 124.

«... В действительности нет двух краж совершенно одинаковых по отношению к преступнику». Там же.

«Наказание должно соразмеряться не только со степенью сделанного зла, но и с степенью безнравственности преступников». С. 166.

П. Р. Э. РОССИ. Указ. соч. Вып. II.

«Мера... наказания коренится и может корениться только в природе и важности преступного деяния». С. 138.

«Соотношение наказания с виною очевидная аксиома; она не доказывается». С. 142.

«... Только в совести мы можем найти истинную оценку преступления, она только может нам доказать границу нравственного наказания, того наказания, которого общественный суд не должен никогда переступать». С. 143.

«Только после того, как отыскано наказание, соответствующее нарушенной обязанности, рассматриваемой в ее максимуме, то есть совершенной при обстоятельствах неизвинительных и посредством способа, которым виновный получил из своего деяния все незаконное наслаждение, надо не забывать, что наказание должно уменьшаться по мере того, как элементы преступности виновного ослабляются. Необходимо КАРАТЕЛЬНОЕ, если можно так выразиться, соответствие не только между преступлениями, но и между степенями одного и того же преступления». С 148.

«...Так как рецидив составляет отягчение виновности в том же виде преступления, мы утверждаем, что не следует изменять род наказания, а только увеличить его количество». С. 151.

«... Можно также, посредством уголовной санкции, представить судье альтернативу между различного рода наказаниями, но этот метод допустим только относительно незначительных преступлений. В важных случаях возможность выбора дает судье страшную власть...». С. 219.

Автор возражает против возложения на законодателя «... обязанности всегда установлять наказания, определенные в узких неподвижных границах, не давая судье ни малейшего простора в применении наказания. Но указание на наказуемость каждого вида преступления — необходимо как для общественной, так и для индивидуальной безопасности». С. 227.

Г. КОЛОКОЛОВ. Указ. соч. b

«Нельзя не согласиться, что если бездействующий сам, хотя и невинным образом, поставил другое лицо в опасное положение, то нарушение обязанности предотвратить результат представляется более наказуемым, чем в тех случаях, где опасность отнюдь не обусловлена виновным». С. 57.

Автор утверждает, что при назначении мер наказания за отдельные преступления, «... основным руководящим критерием для законодателя служит важность отвлеченного объекта преступления. Затем идут критерии, полученные из субъективной стороны преступления и, наконец, из различных обстоятельств, увеличивающих и уменьшавших виновность преступника» С. 225-226.

«... Определяя меру наказания, законодатель имеет в виду средний случай какого-либо преступления». С. 227.

Л. Е. ВЛАДИМИРОВ. Указ. соч. b

«Пределы, оставленные для измерения наказания судом, должны быть настолько широки, чтобы суд мог свободно доходить до легкого наказания, начиная от самого строгого, каковое движение осуществимо для значительного числа преступлений». С. 100.

И. Я. ФОЙНИЦКИЙ. Указ. соч.

«Многообразие карательных мер появляется под влиянием идеи о необходимости внешнего или внутреннего соответствия между наказанием и родом преступления, наказанию подлежавшего». С. 69.

«Новое время выставило противоположный взгляд, по которому наказание должно соответствовать не роду преступления, а только тяжести его, на том основании, что все преступные деяния сводятся к личному состоянию преступности, составляя лишь его выражения или проявления...». Там же.

Возникло «... Стремление свести всю карательную систему к одной мере, с различием только по срокам». Там же.

Утверждая, что обязанность определения наказания за конкретное преступление лежит на органах подзаконных — суде и на исполнительной власти, автор указывает, что она распадается на: «1) Обязанность приискать размер нормального, установленного законом наказания, то есть определить наказание-2) при невозможности определения нормального наказания, необходимо заменить его другими карательными мерами, одинаковыми по тяжести но различными по роду; и 3) существуют известные условия, при наступлении которых наказание не применяется и которыми оно погашается; констатирование их равным образом входит в сферу деятельности по применению наказания и совокупность их создает институт ПОГАШЕНИЯ наказания». С. 88.

«Определить наказание значит приискать размер нормального наказания, установленного законом заданную группу деяний, соответствующий каждому конкретному проявлению преступности». Там же.

«Но и после постановления приговора могут наступить обстоятельства, свидетельствующие о том, что личное состояние преступности оказалось или менее тяжким, чем оно представлялось в момент суда или более тяжким; признание этой идеи принадлежит новому времени, и под влиянием ее допускается изменение определенного судом наказания, притом или в смысле понижения его, или даже (что начинают требовать теперь) в смысле повышения его; при понижении получается досрочное освобождение от наказания, восстановление утраченных по суду прав; при повышении — продолжение определенного судом срока лишения свободы, пока не в виде меры наказания, а в виде меры безопасности;..». С. 89.

В относительно-определенных санкциях, пишет автор, «Закон определяет обыкновенно максимум и минимум наказания за каждое преступное деяние; пределы его между такими крайними размерами образуют СТЕПЕНЬ наказания, а каждый размер его в пределах между максимумом и минимумом есть МЕРА наказания. Чем обширнее степень, тем более количество мер наказания содержит она в себе и тем шире простор для суда при определении наказания». С. 91.

Автор утверждает, что раньше «... Тяжесть наказания определялась по преимуществу мерою причиненного вреда и стоимостью последнего. Эта математическая соразмерность ныне отпала, но и до сих пор объективные обстоятельства продолжают оказывать крупное влияние на тяжесть наказания, указывая надлежащие границы. Они или относятся к самому составу преступного Деяния или сопровождают последнее, образуя его внешнюю обстановку. Главнейшее из объективных обстоятельств первой категории — степень осуществления во вне задуманного: покушение обыкновенно признается заслуживающим меньшее наказание, чем совершение. Ко второй категории принадлежат: отвращение вредных последствий учиненного, вознаграждение потерпевшего, важность происшедших последствий или созданной деянием опасности, Жестокость, гнусность или безнравственность способа действий виновного, иногда время и место учинения преступления». С. 94.

А. ПИОНТКОВСКИЙ. Указ. соч.

«В действительности двух абсолютно тождественных преступных деяний не существует, вследствии чего о тождестве репрессивных мер и речи быть не может.

Неравенство, заключающееся в применении к одному преступному агенту одной меры, к другому — другой, несмотря на кажущееся тождество их деяний, совершается ежедневно, оно есть ничто иное, как выражение индивидуализации наказания, как приспособление последнего к характеру и особенностям данного конкретного случая, оно необходимо в интересах целесообразной постановки дела борьбы с преступностью». С. 131.

Ф. ЛИСТ. Указ соч. b

«Тяжесть наказания, говорят, должна соответствовать тяжести преступления... Но по каким таким основаниям должны быть выисканы тяжесть преступления и соответствующая ей «карательная величина» — об этом законодатель ничего не говорит. Ничего не говорится об этом и в учебниках или комментариях. Таким образом, современный институт применения наказания (соразмерения наказания) не имеет под собой почвы». С. 42.

«Признан, ведь, факт, что местные традиции, личные воззрения, случаи всякого рода, а не твердые основные положения закона руководят судьями при применении наказания. Разве можно говорить о «справедливости», когда одно и то же деяние облагается различными наказаниями в различных уголовных отделениях одного и того же суда». С. 43.

Автор — сторонник позиции (сост.) требующей «... Чтобы вид и мера наказания, как средства к цели, определялись сообразно особенностям преступника, которого это наказание должно удержать от будущего совершения дальнейших преступлений путем причинения ему зла (посредством вторжения в сферу его юридических благ — жизнь, телесная неприкосновенность, свобода, честь, имущество». С. 77.

Ф. ЛИСТ. Указ. соч. с

По словам автора, в XIX веке стала господствующей (сост.) «... Система наказаний, определенных относительно, наказаний в пределах известного максимума и минимума. Но и в настоящее время судья не имеет масштаба, чтобы определить в указанных ему пределах присуждаемое в конкретном случае наказание. Этот масштаб он может найти лишь в идее специального предупреждения. Требование, выставленное абсолютными теориями соответствия между виной и наказанием, ставит судье неразрешимую задачу». С. 305-306.

«Судья должен определить в законных пределах наказание за данное конкретное преступление, то есть разрешить в конкретном случае задачу, которую в общем разрешает законодатель. Это определение наказания в пределах, указанных законом, называется определением меры наказания». С. 307

А. ПРИНС. Указ. соч.с

«... Деяние, учиненное, может быть менее опасно, чем учинивший его деятель. Наказывать такого виновника за данное нарушение, не принимая во внимание постоянных свойств деятеля, может быть приемом совершенно иллюзорным Для выбора целесообразных мер нужно обращать большее внимание на постоянное состояние индивида, чем на совершенный поступок.

Нужно бороться с рутиной судов, которые судя такого-то индивида за такое-то преступление, ограничиваются применением выраженной в тексте кодекса юридической формулой, не принимают во внимание ни образа жизни, ни среды, ни инстинктов, предрасположений, ни психической природы осужденного». С. 71-72.

«Наказание, определяемое нормальному преступнику правом классической школы, не выше обыкновенного наказания, постулируемого зашитой общества. Продолжительность его, часто слишком незначительная, зависит от легко изменяющихся впечатлений судей, которые раздумывая над сущностью и целью наказания, склонны вообще приписывать ему способность перерождать и склонны верить в способность «преступников к такому перерождению, хотя в действительности это оказывается только редко оправдывающимся предположением». С. 70-71.

«Способ дифференциации наказания у новейшей школы — другой; она более занимается природой преступного деятеля, чем определением преходящего количества воли, которое проявляется при совершении преступного деяния; новейшая школа занимается также больше определением характера наказания, чем размером его. Она сообразует строгость и снисходительность в соответствии с мерой конкретной социальной необходимости, а та конкретная мера в свою очередь сообразуется с неизменно присущим преступнику состоянием его психики». С. 64.

Д. ДРИЛЬ. Указ. соч.а

Автор утверждает, что антропологическая школа «... Вовсе не проповедует безответственности и невменяемости. Она утверждает, напротив, что все без исключения ответственны за свои деяния перед требованиями ограждения общества от зла преступления и что всем должно ставить на счет ими содеянное. Различия только в целесообразных мерах ограждения и репрессии. В одном случае, в случае душевной болезни в собственном смысле — лишение свободы и принудительное лечение вплоть до выздоровления и обезврежения, а в другом — то же лишение свободы, принудительное дисциплинирование, дрессура и уголовное исправление, то есть подъем на незначительную сравнительно высоту до minimuma требований, предъявляемых к человеку для свободной жизни в обществе себе подобных... Меры последней категории, вследствие крайнего различия лиц, некоторых они предназначены воздействовать, должны возможно индивидуализироваться для своей целесообразности , а потому они и не могут допускать определения наперед. Дело суда — признать данное лицо ответственным за совершенное им деяние. Ближайшее же определение характера мер репрессии и продолжительности времени их применения — дело последующего опыта и наблюдения в учреждениях, которые предназначены иметь дело с осужденными преступниками».

М. ЧУБИНСКИЙ. Указ. соч.а

«Для достижения... наивысшей целесообразности наказания необходимо, чтобы принцип индивидуализации наказания получил полное применение, чтобы в каждом данном случае правосудие считалось с тем, какого рода личность перед ним находится, робкий ли это новичок, или стойкий и упорный враг правопорядка, каковы его привычки, его наклонности и т. п.» С. 377-378.

«... Чрезмерное расширение судейских прав и полномочий всегда опасно для гражданской свободы и вредно для интересов преступной личности». С. 394.

«... При установлении размеров наказания in abstracto законодателем и m concreto судьей должны также, как и при решении вопроса о наказуемости деяния, учитываться все основные для дела репрессии моменты, то есть само деяние, личность его совершителя и мотивы деятельности .. Необходимо соблюдать правильное соотношение между этими моментами и не допускать при определении наказания чрезмерного учета одного момента за счет других...». С. 398

М. ЧУБИНСКИЙ. Указ. соч. b

«Мотив может влиять па наказание двояко: или на его род или на его меру» С. 309.

«К преступникам, действовавшим по социальным мотивам, должно быть применяемо наказание обеспечительное... этих лиц государство наказывает исключительно для поддержания авторитета закона в глазах других граждан и для охранения себя от действий, которые не являясь безнравственными тем не менее являются опасными». С. 323.

«С точки зрения мотивов необходимо прежде всего настаивать на дробности правоограничений, и человек, к которому в виду его деяния следует назначить ограничения прав служебных, может быть оставлен полноправным в сфере семейной, коммерческой и т. д.». С. 338.

Н. С. ТАГАНЦЕВ. Указ. соч.

«…Наиболее важное значение для правоохранительной деятельности должно иметь самое применение наказания к виновному, применение его в определенное размере. При этом и здесь государство должно иметь в виду всю совокуп ность последствий, создаваемых преступным деянием; выдвинутое (так в тек сте — сост.) на первый план какого-либо отдельного последствия придает теории и практике карательной деятельности одностороннюю, а потому и неверную окраску, как это особенно можно видеть на теориях исправления. Государство не должно забывать, что преступное деяние пагубно отражается на правовом порядке в двояком отношении: субъективно — в преступнике, делая его опасным для общества, и объективно — в самом обществе, нарушая его спокойствие и безопасность, колебля не только уважение к праву, но и его авторитет». С. 919.

«... Так как наказание падает на преступника только за совершенное им преступное деяние с проявленными в нем субъективными и объективными элементами, то и карательные меры должны иметь свойство применяемости к особенностям каждого отдельного деяния, должны обладать свойством видоизменяемости и гибкости... способностью индивидуализироваться и пpи том не только по отношению к их продолжительности, но еще более к их содержанию. Это требование вполне объясняется тем жизненным разнообразием, которое представляют преступные деяния и в особенности выражающаяся в них преступность; в этом отношении принципом наказания должно быть: каждому да воздается по делам его». С. 956.

«... Объектом карательной деятельности является виновное посягательство на правоохраненный интерес, а потому преступное посягательство должно быть и для судьи отправною точкою при выборе наказания Как бы ни было опасно для общества или порочно известное лицо, как бы не были вероятны предположения о его преступных поползновениях, судья не может назначить ему наказания, пока не признает, что он совершил деяние, запрещенное законом». С. 1282.

«... Судейская деятельность при выборе наказания начинается с установления учиненного виновным преступного деяния и его признаков» С. 1283.

Г. ФЕЛЬДШТЕЙН. Указ. соч.

«... Отрицание за моментами представления и непредставления противозаконного результата значения признаков, определяющих меру уголовного вменения, является равносильным устранению вообще уголовного права, как института, оперирующего при помощи наказания в видах подавления преступности». С. 119.

«... Высшая наказуемость лиц, действующих умышленно по сравнению с лицами, действующими неосторожно, желательна, между прочим, в видах удовлетворения чувства справедливости, является одним из нравственных условий существования общества, как целого». С. 123.

С. ПОЗНЫШЕВ. Указ. соч. b

«В определении меры наказания участвуют две власти: законодатель и судья. Законодатель определяет наказуемость лишь в общих чертах, дает лишь общий абрис наказуемости; судья должен определить ответственность in concreto, руководясь общими указаниями законодателя». С. 157.

С. В. ПОЗНЫШЕВ. Указ. соч.с

«Наказание должно соразмеряться с виной, это несомненно; но при этом следует индивидуализировать вину, следует, между прочим, считаться и с тем местом, которое занимает субъект в классификации преступников; вина представителей разных классов преступного люда различна, хотя бы она одинаково подходила под понятие прямого или эвентуального умысла, luxuria и т. д.». С. 414.

«Основной принцип, определяющий меру наказания, следующий: по своему характеру и размерам наказание должно быть способно удержать человека от повторного совершения подобного преступления, причиняя ему как можно меньше страданий. Этим принципом должен руководствоваться как законодатель, так — в представленных ему пределах законодателем, — и судья». С. 617.

«Ни законодатель, ни судья не должны стремиться к какому-либо уравнению преступления и наказания, так как принцип возмездия по существу несостоятелен». С. 617-618.

По мнению автора, законодатель во многих случаях «... Должен предоставить судье право ВЫЙТИ за пределы minimuma и maximuma наказания, назначенного в законе за обыкновенные случаи данного преступления, так как только тогда окажется возможным в должной мере индивидуализировать наказание». С. 610.

«Надо различать усиление и смягчение от увеличения и уменьшения наказания. Усиление и смягчение наказания имеют место в тех случаях, когда судья выходит за ПРЕДЕЛЫ minimuma или maximuma нормальной наказуемости ДАННОГО преступления, увеличение и уменьшение, когда судья остается в этих пределах. Выйти за пределы указанных в законе минимума и максимума судья может лишь в тех случаях, когда специальным указанием закона ему предоставлено право или на него возложена обязанность это сделать. Увеличивать же и уменьшать наказание он может без таких специальных указаний». С. 621.

«Законодатель должен выставить общую норму, которая представляла бы суду право признать виновного заслуживающим снисхождения и смягчить наказание до низшего законного предела наименьшего из наказаний, назначенных за данное деяние, если суд из обстоятельств дела усмотрит, что преступное деяние... проистекает, главным образом, от влияния неблагоприятных внешних обстоятельств или условий жизни, преодолеть которые виновный по слабохарактерности или недостатку развития не мог». С. 635.

Э. ФЕРРИ. Указ. соч. Часть II.

Автор утверждает, что к критерию опасности и приспособляемости как мерилу большей или меньшей суровости репрессии нужно добавить «... более или менее противообщественное свойство ДЕЯНИЯ — более или менее противообщественный характер ДЕЙСТВУЮЩЕГО ЛИЦА». С. 207.

«Для каждого совершенного преступления задача карательной системы должна заключаться... в решении вопроса: необходимо ли при данных объективных условиях деяния (правонарушение и причинение вреда) и субъективных свойствах преступника (определяющий мотив и антропологическая категория) удалить его из общественной среды навсегда или на более или менее продолжительный срок в зависимости от приспособляемости или неприспособляемости индивида к общественной жизни, или же, быть может, следует ограничиться требованием строгого возмещения причиненных убытков». С. 345.

«... При определении... степени ответственности оно (уголовное правосудие — сост.) занято исключительно «пропорциональностью между виной и карой, между преступлением и наказанием, — пропорциональностью, которая является совершенно иллюзорной, так как ни один криминалист, ни один законодатель и не один судья никогда не был в состоянии определить абсолютный критерий этой пропорции...». С. 346.

Автор утверждает, что позитивная карательная система опирается на «... Принцип удаления преступника из общества на неопределенный срок...». Там же.

«... Удаление преступника на неопределенный срок отнюдь не противоречит праву». С. 347.

«... Оборонительные меры должны соответствовать антропологическим критериям преступников». С. 367.

Н. Д. СЕРГЕЕВСКИЙ. Указ. соч.

Автор утверждает, что наказание «... Должно быть индивидуально, то есть, должно, по возможности, падать только на личность преступника, не задевая лиц, так или иначе с ним связанных.

... Размер его должен зависеть исключительно от свойств самого преступного деяния, а не от личного положения преступника; перед лицом уголовного правосудия все должны быть равны.

... Лестница наказания должна находиться в соответствии с лестницей преступных деяний, так, чтобы высшее, из принятых в кодексе наказаний было назначаемо за высшее деяние и т. д.». С. 86.

«Определяя размер уголовной ответственности за преступные деяния, законодатель имеет в виду внешнюю сторону преступного деяния, то есть размер и значение причиненного им для общества или для частных лиц вреда — объективная оценка преступного деяния — и внутреннюю сторону преступного деяния, то есть субъективную виновность лица, его совершившего, — субъективная оценка преступного деяния. Этими двумя началами определяется установляемое в законе за каждое преступление наказание — нормальная наказуемость; ими же руководствуется судья в каждом отдельном случае, насколько дает ему простор существующая в законе уголовная санкция того или другого вида, — конкретная наказуемость». С. 351.

А. А. ЖИЖИЛЕНКО. Указ. соч.

«Современное право показывает нам, что в области наказания масштабом оценки является представление о возможности установления известного приблизительного соответствия между преступлением и наказанием». С. 196.

«... Мы видим, как приноравливается размер наказания в конкретном случае к известному преступлению ввиду особенностей последнего». С. 197.

Автор утверждает, что теперь «... Всякое наказание покоится на признании виновности лица, которая должна быть определенным образом установлена. Однако и объективный момент (значение нарушенного блага и размер причиненного вреда) в настоящее время не устраняется при оценке учиненного, но он получает значение, не как самостоятельный момент, а как момент, оцениваемый наряду с субъективным». С. 191.

П. ЛЮБЛИНСКИЙ. Указ. соч.

«Определение границ судейского усмотрения при назначении наказания является в первую очередь вопросом законодательной политики, учитывающей такие моменты, как степень доверия к судьям, развитие народного правосознания, уровень мотивации граждан...

Технику определения наказания можно разбить на три части: 1) общий Порядок определения наказания, 2) порядок смягчения наказания и 3) порядок возвышения наказания». С. 43.

Э. Я. НЕМИРОВСКИЙ. Указ. соч.

По мнению автора, «... Традиционная мерка (мера наказания — сост.) слишком мало считается с глубиной и упорством преступного настроения, а также с качеством его с точки зрения не правовой, а этико-социальной оценки, качеством, находящим внешнее выражение в побудительном мотиве деяния или в цели, им преследуемой, новейшая точка зрения (то есть социологическая школа права — сост.) подчас упускает объективное значение деяния». С. 200.

 

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru



 





Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz