Пиюк А.В. 1.1. ОБЩНОСТЬ ИСТОРИЧЕСКИХ КОРНЕЙ, ЦЕЛЕЙ, ПРИНЦИПОВ И НАЗНАЧЕНИЯ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА ПРАВОВЫХ ГОСУДАРСТВ // Проблемы применения упрощенных форм разрешения уголовных дел ... Томск, 2011.


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Пиюк А.В. Проблемы применения упрощенных форм разрешения уголовных дел в судопроизводстве российской федерации в свете типологии современного уголовного процесса.
Монография. Томск: Томский государственный университет, 2011.


К оглавлению.

ГЛАВА 1. ОБЩНОСТЬ И РАЗЛИЧИЯ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА СОВРЕМЕННЫХ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ГОСУДАРСТВ

Известно, что реформирование уголовно-процессуального судопроизводства, начавшись в Российской Федерации с принятием Концепции судебной реформы в Российской Федерации в 1992 г., так и не завершилось, в принятый в 2001 году закон вносятся все новые изменения. Представляется, многие проблемы вызваны тем, что производимые преобразования зачастую не учитывают исторических корней и типа уголовного судопроизводства России, не носят системного характера, в результате чего в уголовно-процессуальном законе оказываются закрепленными нормы и институты, не отвечающие типу и направленности уголовного процесса России, а также положения, способные подорвать сами его основы.

Для того, чтобы оценить, насколько те или иные новации отвечают типу национального судопроизводства, менталитету населения государственного образования, историческим и культурным особенностям государства- носителя того или иного типа процесса, необходимо проанализировать, какими путями развивалось уголовное судопроизводство в различных странах, какие черты были исторически присущи различным типам судопроизводства и как они были учтены в существующих системах процесса.

1.1. ОБЩНОСТЬ ИСТОРИЧЕСКИХ КОРНЕЙ, ЦЕЛЕЙ, ПРИНЦИПОВ И НАЗНАЧЕНИЯ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА ПРАВОВЫХ ГОСУДАРСТВ

В современный период общественного развития в человеческих социумах, как и ранее, отмечается многообразие типов и форм уголовного процесса. К примеру, известны розыскные типы уголовного судопроизводства государств, политические режимы которых характеризуются наличием диктатуры, процессы, основанные на нормах религии (шариатского права) и т .д. 1

Нас интересует уголовный процесс государств, являющихся наиболее высокоразвитыми и демократическими, к которым, прежде всего, относятся страны Европы, Северной Америки, Австралии и Океании. В этих государствах, по нашему мнению, исторически наблюдается лишь два идеальных, различных типа организации уголовного процесса - процесс, присущий странам англо-американской правовой системы, который в нашей литературе еще называют «классическим состязательным» и процесс романо-германский, или, как его именуют в России, «континентальный», «смешанный». Из наличия лишь этих двух идеальных типов мы и будем исходить. В реальной действительности они трансформируются, воспринимают либо отвергают какие-то положения и идеи, развиваются под влиянием политических и исторических факторов, образуя в результате современные процессы, присущие той или иной стране. Для целей исследования нам интересны лишь наиболее общие закономерности, обусловленные типологически. Наиболее яркими носителями англо-американского типа организации уголовного судопроизводства, как известно, являются Англия, Уэльс, Соединенные Штаты Америки, Канада, Австралия, Новая Зеландия. К числу стран с континентальной (романо – германской) системой уголовного процесса исторически относятся такие государства, как Франция, ФРГ, Австрия, Италия, Испания, Португалия, Швеция и др., к данному типу процесса, как известно, исторически принадлежит и уголовное судопроизводство Российской Федерации.

Вопросам типологии уголовного процесса в постсоветский период развития уголовно-процессуального законодательства России посвящен ряд работ, наиболее значимыми из которых являются монографии О.Б. Семухиной, Н.Г.Стойко, А.В.Смирнова2.

Наиболее полно рассматривала вопросы основания классификации типов процесса О.Б. Семухина, указавшая, что градацию следует производить на основании нескольких критериев, лишь такой подход позволяет получить полное представление об организации системы уголовного судопроизводства в той или иной стране в конкретных исторических условиях. В частности, автор выделила следующие базовые элементы типов процесса: 1) целевой признак - соотношение частных и публичных интересов при осуществлении производства по делу; 2) вид уголовного процесса и соотношение различных видов обвинения внутри каждого из типов процесса (государственное, частное, народное обвинение); 3) сущность обвинения (признание или отрицание исковой теории обвинения); 4) содержание принципа состязательности, в которое входят как элементы активность сторон и суда; 5) равноправие и отделение функций защиты, обвинения и рассмотрения уголовного дела; 6) пределы проявления диспозитивности в распоряжении сторонами своими правами3.

Выделенные автором базовые элементы, по нашему мнению, следует считать не только и не столько критериями отнесения процесса того или иного государства к романо-германскому или англо-американскому типу. Прежде всего, это признаки, свойства этих двух типов процесса и их основных институтов, объективное наличие которых обусловило образование и определяет направление развития уголовного судопроизводства в том или ином государственном образовании, различие же нашло свое выражение в построении уголовного судопроизводства, в конструкции уголовно-процессуального права.

Один из основоположников российской процессуальной науки проф. И.Я. Фойницкий, касаясь вопросов типологии процесса, указывал, что «при одинаковости задачи и основных начал уголовный процесс … представляет значительные различия в путях, им избираемых. Исторические условия народной жизни и строй государственный в этом отношении оказывают на него огромное влияние. Пригодное и возможное при одних условиях неуместно или невозможно при других. При одной и той же задаче отыскания истины… приходится обращаться как к различным приемам разбирательства, так и к различным построениям суда и отношений его к сторонам. Этим обуславливается и различие в процессуальных порядках»4.

Представляется верным, что именно различные исторические условия развития человеческих социумов и групп, предопределившие образование и развитие тех или иных государственных органов, выполнявших определённые государственные функции, различные культурные и этнические особенности той или иной нации и народа, разность менталитетов народов, и явились причиной образования (или заимствования) того или иного способа построения уголовного судопроизводства.

В этой связи попытки объявить какое-либо построение уголовного судопроизводства более «цивилизованным», «основанным на принципах классической состязательности», либо дающим «большие возможности для уяснения истинных обстоятельств дела» не могут приветствоваться. И англо-американский процесс, и процесс континентальный, к которому относится процесс России, обладают собственной историко-культурной и социальной ценностью, отражают уровень развития и менталитет граждан и общества, в котором и сложился тот или иной порядок.

Право, как социальное явление, исторически возникло еще ранее, чем политические образования. Люди, объединяясь для облегчения своего существования в роды, племена, взаимодействовали друг с другом, причем зачастую интересы одного индивидуума противоречили интересам другого либо даже интересам всего рода или племени, что вызвало объективную необходимость привести вначале свободу одного человека в соответствие со свободой другого, ограничив свободу их обоих, а затем и выработать меры должного поведения индивидуума в обществе в целом, соотнести его интересы с интересами социума, выработать определенные представления о том, как действовать в той или иной ситуации. В праве, как принято считать в современный период, достигается высший консенсус (согласие) всех воль, определяющий меру свободы каждого индивида и объединения в обществе, в силу своей структурированности и системности право аккумулирует волевые устремления на разных уровнях общественного организма, выступает формой реализации социально-политической автономии индивидов, их коллективов, национальных и религиозных сообществ, играет роль связующего и опосредующего звена между политической системой и гражданским обществом5. Уже в самый начальный период среди правовых норм выделились процессуальные, регламентировавшие порядок, в соответствии с которым разрешался тот или иной конфликт в обществе, в частности, решался вопрос о наказании индивидуума за нарушение наиболее важных общественных предписаний. Именно эти нормы и явились прообразом нынешних уголовно-процессуальных норм.

Каждое человеческое общество имеет закономерности своего поступательного развития, к ним относятся закономерности экономического, политического, социального, психологического характера и т.д. К примеру, в каждом обществе наблюдалось социальное расслоение, экономическое неравенство, схожесть представлений о добре и зле, философских, научных воззрений на организацию мироздания. Совокупность этих факторов, основными из которых являются экономическое и социальное расслоение, привели к тому, что уголовное судопроизводство, с самого первого времени существования человеческих обществ являвшееся важнейшим механизмом поддержания правопорядка и обеспечения стабильности общественных образований, всегда находилось в руках лиц, осуществлявших управление обществом, политических элит, которые, что естественно, формировались самыми экономически обеспеченными и влиятельными слоями общества. Представляется, именно это явилось причиной того, что до возникновения «классического английского процесса» подавляющее большинство известных моделей уголовного судопроизводства, применяемых в различных государствах, были розыскными, не учитывавшими прав личности, характеризовавшимися отсутствием механизмов ограждения ее от произвола власти, наличием пыток, ордалий и т.д. Исключением, как известно, в некотором роде являются положения, содержавшиеся в римском праве, однако не стоит забывать, что нормы этого права были применимы к «спорам равных», то есть римских граждан, отсюда и некоторая состязательность судопроизводства, не граждане же, и тем более рабы, всегда были лишь объектом исследования.

Первым способом организации уголовного процесса, который условно можно назвать судопроизводством демократического общества, как известно, был английский уголовный процесс, именно его положения - состязательность, необходимость достаточных оснований для применения к гражданину мер, ограничивающих его личную свободу, требование непосредственного исследования доказательств судом и многие другие, - были восприняты и востребованы во Франции, а затем в Германии и иных странах Европы, включая Россию. И современный англо-американский, и процесс романо-германского типа, таким образом, и это важнейший момент, по отношению к правам личности имеют общие исторические корни, что предполагает единство их назначения, близость их функциональных и организационных принципов. Если рассматривать уголовно- процессуальный закон еще и как механизм, посредством которого, помимо прочего, реализуется материальное уголовное право, достигаются цели и задачи уголовной политики государства, очевидно, что и уголовное законодательство различных развитых стран также близко и сходно, поскольку, к примеру, убийство, хищение чужого имущества, насилие и т.д. - осуждалось и осуждается в любом цивилизованном обществе и государстве.

М.А.Чельцов-Бебутов, анализируя основные периоды мировой истории уголовного судопроизводства, отметил, что уголовный процесс Англии в основных чертах сложился и оформился как система в период общественных потрясений и революций 17 века, в период республики, протектората и реставрации монархии, когда наиболее остро стоял вопрос об обоснованности применения к гражданину со стороны государства репрессивных мер. Предметом национальной гордости английской нации, как известно, является Habeas Corpus Act, принятый обеими палатами парламента и подписанный королем 26 мая 1679 года, который являлся и является гарантией ограждения гражданина от произвола государственной власти. При этом положения английского состязательного процесса во Франции были восприняты и закреплены нормативно тоже в период социальных потрясений - революций 1789-1793 годов. Именно после революции, 26 августа 1789 г., была принята Декларация прав человека, направленная на защиту личной свободы граждан, провозгласившая основополагающие начала, относящиеся к уголовному суду, важнейшим из которых является положение о том, что «ни один человек не может быть ни осужден, ни подвергнут задержанию или заключению иначе, как в случаях, указанных в законе, и с соблюдением форм, законом установленных». 16 августа 1790 г. был издан Декрет об организации судов, воспринявший принципы и положения английского и закрепивший основные принципы французского процесса6.

Требование учитывать интересы личности, индивидуума, выразившееся в том, что ограничение прав гражданина может производиться государством лишь при наличии законных оснований, а уголовное судопроизводство должно быть построено таким образом, чтобы индивидуум мог отстаивать свои интересы, явилось катализатором оформления как классического английского, так и континентального процесса Франции. И в том и в другом случае развитие уголовного судопроизводство шло в унисон со становлением «правового государства», одной из основных черт которого, как известно, является уважение прав личности, взаимная ответственность государства и личности друг перед другом7.

Уголовное судопроизводство имеет место тогда, когда общество, государство обвиняет какого-либо своего члена в совершении уголовно-наказуемого, общественно-опасного деяния - преступления. В уголовном процессе любого общества, основным вопросом, который разрешается органом, осуществляющим правосудие, является вопрос: виновно ли лицо в совершении преступления и имеются ли основания для применения к нему за противоправное поведение, наказания, ограничивающего его права и свободы

Вышеизложенные воззрения на уголовное судопроизводство можно найти в тех или иных вариациях в работах наиболее выдающихся представителей большинства наиболее развитых государств. В частности, на необходимость обеспечения подсудимому возможности защищаться, для чего следует предоставлять ему средства для равноправного спора, указывал первый систематизатор уголовного и уголовно-процессуального права Англии Д.Ф. Стифен8, из подобных же взглядов исходили и теоретики континентального процесса9. Российскими процессуалистами также отмечалось «личное начало уголовного процесса», состоящее, как указывал проф. И.Я.Фойницкий, в том, что «меры его направляются непосредственно на личность и определяются задачей исследования личной виновности»10. Вообще в России после реформы судопроизводства 1864 года традиционно указывалось, что применение мер репрессии со стороны государства к гражданам должно быть обоснованным, исключающим произвол. К примеру, И.В.Михайловский писал, что «государство, борясь с преступлениями в обществе путем применения ограничений к виновным, действует в рамках уголовного процесса», представляющего собой «особый порядок разрешения спора между государством, предъявляющим обвинение и доказывающим существование в данном случае своего карательного права, и гражданином, личностью», то есть государство должно «доказать» свое право на наказание11.

Отличие уголовного судопроизводства правового, цивилизованного государства, как процесса выяснения обстоятельств совершенного деяния, от любого другого вида познания и от судопроизводства инквизиционного периода, заключается именно в том, что уголовно-процессуальное познание в цивилизованном обществе возможно лишь с учётом и соблюдением основных прав личности, ограничение их допускается только на основании закона и при наличии достаточных оснований. Наибольшим образом права индивидуума в правовом государстве могут быть ограничены в процессе производства по уголовному делу и после вынесения обвинительного приговора, когда принято решение о его виновности и назначено наказание. Бесспорно поэтому, что осуществлять правосудие и решать вопросы ограничения личных свобод в демократическом государстве должен только суд, лишь он может признать человека виновным в совершении уголовно-наказуемого деяния и вынести решение о применении меры наказания. Несомненно, также, что суд должен быть независимым и вызывать уважение во всем обществе и у отдельных его членов, что необходимо гласное, публичное, открытое уголовное судопроизводство, что его правила должны быть чётко сформулированы и понятны так же, как любые правила. Лицу, обвиняемому в совершении преступления, необходимо защищаться, и, следовательно, надо обеспечить, предоставить ему такое право и возможность. Требование о состязательном характере правосудия также вытекает из общих принципов и начал судопроизводства любого типа - если есть обвинитель, то нужен и защитник, а для разрешения спора «по справедливости» насущно необходим независимый арбитр. Подлежат безусловной защите и права лиц, потерпевших от преступления, это также соответствует интересам конкретных лиц и общества в целом, поскольку любое нормальное общество заинтересовано в стабильности и охране правопорядка.

Исходя из этих простых посылок, очевидно, что и основные руководящие идеи, принципы и романо-германского, и англо-американского типа, как процессов, построенных на необходимости уважать интересы и личности, и общества, характеризуются и схожестью принципов, на которых они построены.

Отметим, что мы рассматриваем пока лишь самые общие закономерности и принципиальные моменты. К примеру, французские процессуалисты никогда не рассматривали в качестве принципиального требования необходимость строгого разделения процессуальных функций на обвинение, защиту и разрешение дела, то есть не считали гарантией эффективного правосудия обязательное наличие т.н. «триады функций», полагая, что все государственные органы обязаны защищать, помимо прочего, и права личности, обвиняемого12. Полагаем, что данное утверждение в принципе верно, особенно для досудебных стадий континентального типа процесса, однако принципиальным моментом для любого судопроизводства любого цивилизованного государства является необходимость наличия в судебном заседании (то есть при осуществлении правосудия и принятии решения по делу) обвинителя, защитника и арбитра. Заметим также, что для целей данного раздела нам интересны руководящие идеи и принципы, которые М.С. Строгович называл основными- то есть основополагающие начала, служащие фундаментом, основой для всего уголовного процесса, характеризующие его в целом, причём как функциональные, так и организационные13.

Верным, как представляется, является взгляд на принципы уголовного судопроизводства как на изначально существующие в праве критерии справедливого и должного, которые могут индуктивно выводиться из множества процессуальных норм, а также существовать в качестве нормативных предписаний, закрепленных в специальных статьях законодательства14. Уточним лишь, что многие начала, принципы уголовного процесса в странах англо-американской модели его построения закреплены в актах, регулирующих, помимо уголовно-процессуальных, и иные вопросы, в частности, в США- в Билле о правах, в Англии и Уэльсе- в упоминавшемся Habeas Corpus Асt, в Великой хартии вольностей 1215 г., в Билле о правах 1689 г. и др., то есть содержание принципа уголовного судопроизводства может индуктивно выводиться просто из множества правовых актов государства, причем принятых даже в разные исторические периоды.

Отметим также, что наука уголовного процесса традиционно сильно развита в странах континентального процесса- во Франции, России, Германии, Австрии, в меньшей степени- в Италии, в то время как в Англии, и, в особенности, в США, Канаде и Австралии, вопросы уголовного судопроизводства, как правило, рассматриваются фрагментарно, с точки зрения конституционных, неотъемлемых прав граждан либо в социологическом аспекте, в этих странах никогда не производилось комплексного изучения уголовного судопроизводства как социального явления, а тем более анализа уголовного процесса с точки зрения его системных и структурных характеристик. Во многих государствах вопросы о принципах уголовного судопроизводства не изучались в качестве самостоятельных, они рассматривались лишь применительно к конкретным проблемам уголовного процесса той или иной страны, но в любом случае подход к анализу каких-либо явлений, имевшихся в уголовном судопроизводстве, базировался на общечеловеческих представлениях о справедливости и необходимости уважения прав личности.

К примеру, в качестве принципиальных идей, лежащих в основе уголовного судопроизводства России, российскими процессуалистами традиционно указывались независимость судей и их подчинение только закону, обеспечение обвиняемому права на защиту, презумпция невиновности, состязательность, участие народа (общественности) в судопроизводстве, гласность, устность, непосредственность, стремление к истине, оценка доказательств судом по внутреннему убеждению и ее свобода15. Однако те же самые основополагающие начала, традиционно выделялись и выделяются процессуалистами, исследующими уголовный процесс Англии и США16.

Особый интерес вызывает, конечно же, принцип состязательности, который процессуалисты стран с континентальной моделью судопроизводства- Франции, Германии, России и др., как и теоретики англо-американской модели, определяют как одно из основных начал своего процесса17. В Уголовно-процессуальных кодексах ФРГ и Франции, например, состязательность называется в числе основополагающих принципов уголовного судопроизводства, часть 3 ст. 123 Конституции РФ также закрепляет положение о том, что судопроизводство в РФ осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон.

М.С. Строгович, чья докторская диссертация «Природа советского уголовного процесса и принцип состязательности» была опубликована в СССР в период массовых репрессий 1939 года, определял состязательность как такое построение судебного разбирательства, в котором обвинение отделено от суда, решающего дело, и в котором обвинение и защита осуществляются сторонами, наделенными равными правами для отстаивания своих утверждений и оспаривания утверждений противной стороны, причем обвиняемый (подсудимый) является стороной, пользующейся правом на защиту, суду же принадлежит право руководства процессом, активное исследование обстоятельств дела и решение самого дела18.

Похоже понятие состязательности трактуется и учеными иных государств, основное, в чем расходятся представители школ разных типов процесса - в степени активности суда и в оценках соответствия такой активности тем или иным задачам правосудия19. Бесспорно, что каждый автор, с учетом особенностей уголовно-процессуального закона своей страны, вкладывает в используемые им термины и понятия какие-то «оттенки», обусловленные национальной спецификой судопроизводства, однако общие представления об основных началах и принципах организации судоустройства схожи, что логично, поскольку в правовых, демократических обществах представления о добре, зле, справедливости, уважении прав каждого из членов общества со стороны общества и об обязанности индивида уважать законы социума, в общих чертах, одинаковы. Собственно правосудие при этом традиционно понимается лишь как деятельность, осуществляемая судом и сторонами в судебном заседании, то есть в узком смысле. В этом аспекте состязательность в уголовном процессе любого государства, независимо от типа его процесса,- больше, чем принцип, требование состязательного построения судопроизводства в суде, - это процессуальная гарантия правосудия, предпосылка справедливого судебного разбирательства, а также и один из инструментов защиты прав личности от неосновательного осуждения.

Вообще же к числу основных признаков, которые отличают уголовное судопроизводство цивилизованного общества и государства, и, следовательно, к числу основных требований, предъявляемых к такому судопроизводству, относится наличие в нем процессуальных гарантий. Данное понятие значительно уже, чем принцип, в самом общем понимании процессуальные гарантии - это средства, которыми охраняются и обеспечиваются права и законные интересы участвующих в уголовном судопроизводстве лиц. Выделяются не только средства обеспечения прав и интересов отдельных участников уголовного судопроизводства- подсудимого, потерпевшего, лица, которому преступлением причинен имущественный вред (гражданского истца) и т.д., но также и гарантии правосудия в целом, обеспечивающие функционирование всей системы уголовного процесса20.

Известно, что со второй половины 20 века в мировом сообществе, традиционно направляемом странами с наиболее развитыми экономическими и политическими системами, наметилась тенденция, желание закрепить и классифицировать предпосылки справедливого судебного разбирательства, разработать определенные унифицированные правила, рекомендации, стандарты правосудия, в которых, помимо прочего, излагаются наиболее важные организационные принципы судопроизводства по уголовным делам и основания ограничения прав личности21. Например, пунктами 2, 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, п. 2, 3 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод закреплено положение о том, что каждый человек считается невиновным до тех пор, пока его вина не будет установлена судом и каждый имеет право при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения как минимум на следующие гарантии на основе полного равенства: быть в срочном порядке и подробно уведомленным на языке, который он понимает, о характере и основании предъявленного ему обвинения; иметь достаточное время и возможность для подготовки своей защиты и сноситься с выбранным им самим защитником; быть судимым в его присутствии и защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника; если он не имеет защитника, быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком случае, когда у него нет достаточно средств для оплаты этого защитника; допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него; пользоваться бесплатной помощью переводчика, если он не понимает языка, используемого в суде, или не говорит на этом языке; не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным. Закреплены также общие стандарты поведения и гарантии осуществления защиты интересов иных участников судопроизводства- лиц, явившихся жертвами преступлений и лиц, понесших материальный ущерб в результате совершения в отношении них преступлений. Хотя общие положения даны в качестве рекомендаций, в настоящее время их придерживается большинство развитых государств независимо от модели организации уголовного судопроизводства22.

Документами, закрепляющими принципы правосудия и процессуальные гарантии его осуществления, в настоящий исторический период, как правило, являются основные законы государств- Конституции, конкретизируются же и развиваются они в различных процессуальных актах, устанавливающих порядок производства по уголовному делу, а также, в ряде случаев, и в руководящих указаниях Верховных судов, например, известны правила доброкачественности доказательств, сформулированные Верховным Судом США, прямо ставящие вопросы допустимости доказательств в зависимость от соблюдения прав личности («правило Миранды» и др.)

Принципиальное единство основных черт уголовных процессов различных государств, относящихся к правовым, как представляется, с очевидностью вытекает из психологической, биологической схожести людей как единого антропологического вида, из одинаковости их представлений о добре, зле, о справедливости, из единых закономерностей развития экономических и политических отношений, из схожести, в общих чертах, пройденных ими этапов развития государства, права, судопроизводства. Наименее очевидным, но гораздо более интересным является вопрос о целях и задачах уголовного судопроизводства того или иного типа его организации.

О.Б. Семухина, проводя градацию типов процесса, сделала вывод, что цели процесса романо-германского и англо-американского типа неодинаковы. Своё мнение автор обосновала различием в приоритете защиты интересов, частного либо публичного, «общественного», указав, что в англо-американском процессе ( называемом ею «состязательным»), приоритет отдаётся защите частных интересов, в романо-германском же преобладает публичный интерес23. Н.Г. Стойко, производя сравнение уголовных процессов стран романо-германской и англо-американской модели, указал, что по целям и принципам уголовный процесс сравниваемых стран, главным образом, совпадает, по функциям- в основном разделяется в типологически правовом отношении. Он же выделил несколько общих моделей уголовного процесса, названных им «стратегиями», к числу которых он отнес модели: 1) защиты прав и свобод обвиняемого; 2) уголовного преследования; 3) социальной поддержки обвиняемого; 4) социальной поддержки потерпевшего;5) рациональности и эффективности уголовного судопроизводства; 6) примирения, указав, что объединение моделей должно производиться, в основном, по целевому и функциональному признаку24.

Бесспорно, что в правовом государстве должны обеспечиваться права всех участников уголовного судопроизводства, в частности, государство должно принимать меры, направленные на соблюдение прав обвиняемых и подсудимых, на восстановление прав потерпевшего, на обеспечение надлежащего осуществления функции обвинения, правосудие в обществе должно быть эффективным и рациональным, однако все это характеризует не назначение уголовного судопроизводства в целом, а задачи, которые должны быть решены в рамках уголовного судопроизводства любого государства. П.С.Элькинд отмечала, что категория «цель»- философская, а категория «задача» имеет практическое значение. Если познание направлено на всю систему взаимосвязей данной категории вообще и в сфере конкретных общественных отношений в частности, используется понятие «цель». В тех же случаях, когда речь идет о выражении содержания этой категории в направленности конкретной практической деятельности, следует пользоваться понятием «задачи»25.

Представляется, что при изучении проблемы целей и задач уголовного судопроизводства необходимо выделять и разделять множество терминов, имеющих различное содержание и несущих разную смысловую нагрузку. Так, из общего термина «цель» можно выделить различные по содержанию понятия - « назначение уголовного судопроизводства», «цель уголовного судопроизводства», «цель доказывания в уголовном судопроизводстве», «цель деятельности того или иного субъекта процесса» и т.д. Естественно, все термины взаимосвязаны и даже зачастую взаимообусловлены, но это, тем не менее, различные понятия и рассматривать их надо, хотя и во взаимосвязи с общими положениями, но вместе с тем индивидуально.

В различное время как процессуалистами стран романо-германского типа судопроизводства, так и авторами, изучавшими вопросы права в социологическом аспекте в странах англо-американского построения процесса, выдвигались различные теории, как считается, имеющие отношение к назначению судопроизводства в том или ином государстве. Известны теории «контроля над преступностью», «восстановительного правосудия», «пристыживания и порицания» и др.26 Думается, они ни в коей мере не имели целью определить назначение уголовного судопроизводства в государстве в целом, их создатели обращали внимание лишь на какие-то аспекты судопроизводства либо на интересы его отдельных участников и предлагали пути повышения эффективности правосудия. В частности, известны теории, ориентированные на борьбу с преступностью, на реабилитацию преступников и т.д., то есть на решение его задач. К примеру, одной из наиболее аргументированных «стратегий», касающихся борьбы с преступностью, к настоящему времени является немецкая теория «возмездия и обороны», разработанная в общих чертах в Германии еще в конце 18 века, которая предполагает выполнение трех задач – «исправления», «обезвреживания» и «устранения преступников». При этом, что характерно, теория предписывает бороться именно с преступниками, то есть с лицами, вина которых установлена с бесспорностью27.

Известно, что в уголовно-процессуальной литературе советского периода в качестве основного преимущества уголовного процесса РСФСР перед «буржуазным» судопроизводством традиционно называлось его стремление к достижению объективной, материальной истины. Истине, как цели доказывания, посвящено огромное количество исследований процессуалистов советского периода развития законодательства28. Процессуальная наука России досоветского периода целью доказывания как процесса познания также считала достижение истинного знания, И.Я.Фойницкий, например, указывал на безусловную необходимость выяснять истину в разбирательстве по уголовному делу. Однако он понимал проблему достижения истины глубже, чем его советские последователи, в частности, в его работе имеется деление на научную и практическую истину, а судебное познание, по И.Я.Фойницкому, ведет к установлению истины «нравственной». Отмечая прогрессивность теории свободной оценки доказательств на основе внутреннего убеждения судей, автор дал определение такого убеждения, понимая его как « решимость принять известное мнение за истинное или ложное и положить его в основание своей деятельности или отклонить его»29. Вообще же в процессуальной литературе России досоветского периода мнение о том, что суд уголовный обязан стремится к установлению истины, к получению истинного знания об обстоятельствах совершенного (либо несовершенного) деяния, никем под сомнение не ставилось30.

В ранний постсоветский период, в эпоху отрицания всего, что было наработано правовой наукой в коммунистический период развития России, многие поспешили отказаться и от постулата о необходимости выяснения истинной, реальной картины совершенного (либо несовершенного) деяния как основания для применения мер наказания. Наиболее известно чаще всего цитируемое и критикуемое в литературе высказывание С.А.Пашина о том, что «юрист отвечает не за обнаружение истины, а лишь за то, чтобы результат судоговорения был достигнут определенным образом», подхваченное и некоторыми практиками в период споров о направлениях реформирования уголовного судопроизводства России31. Подобное мнение еще ранее высказывала Е.Б.Мизулина, утверждавшая, что постановка вопроса о существовании уголовно-процессуальной истины неправомерна, что можно и нужно говорить лишь об истинности способа осуществления уголовно-процессуальной деятельности, но не ее результата32.

Почему-то считается, что подобные взгляды основаны именно на постулатах, заложенных в «состязательном», то есть англо-американском уголовном судопроизводстве.

Посмотрим, так ли это. Еще Д.Ф.Стифен указывал, что «уголовный суд английский есть общественный розыск, производимый с целью раскрыть истину, но для вернейшего достижения этой цели облекающийся в форму состязания между обвинителем и подсудимым», и что независимый от сторон и занимающий положение посредника между ними судья «заинтересован лишь в одном- в обнаружении истины»33. И сейчас процессуалисты стран, где принято уголовное судопроизводство англо-американского типа, не употребляя термин «истина», для справедливого и беспристрастного правосудия тоже полагают необходимым получить именно достоверную, реальную картину происшедшего34.

Вообще же учеными стран англо-американской модели судопроизводства требование честно, справедливо, на основание объективных данных разрешить спор между государством и личностью, никогда не оспаривалось. Представляется, что делалось это, помимо прочего, и потому, что, например, даже считающееся «суперсостязательным» законодательство такой страны, как США, не давало и не дает предпосылок для производства подобных умозаключений. Обратимся, например, к Федеральным правилам о доказательствах США. В них нет общих норм о цели доказывания, однако в конкретных правилах содержатся требования полного выяснения реальных обстоятельств преступления. Так, Правило 102 гласит: «Настоящие правила следует толковать в интересах обеспечения беспристрастного отправления правосудия, устранения неоправданных расходов и задержек и развития доказательственного права с целью установления истины и справедливого производства». Согласно Правилу 611 суд осуществляет контроль над способом и порядком допроса свидетелей и представления доказательств, с тем, чтобы сделать допрос и представление эффективными для установления истины. В соответствии с Правилом 614 судья имеет право вмешиваться в представление доказательств сторонами, чтобы способствовать окончательному установлению истины, в этой связи он может вызвать какое-либо лицо в качестве свидетеля по собственной инициативе35. Отметим, что термин «справедливое правосудие» встречается, к примеру, в законодательстве США повсеместно36, в то время как в процессуальное законодательство РФ понятие «справедливость» возвращено лишь с принятием УПК РФ 2002 года, а ранее законодатель в УПК РСФСР, и вслед за ним правоведы, предпочитали употреблять термины «законность» и «обоснованность».

Говоря обыденным языком, из вышеприведенного совсем не вытекает, что законодатели североамериканских штатов считают, что наказывать в уголовном порядке можно кого угодно, за что угодно и что важно лишь соблюсти при этом процедуру.

Однако и делать вывод о полном совпадении целей и назначения судопроизводства в любой развитой правовой стране лишь на основании деклараций преждевременно, для этого следует разрешить вопрос принципиально.

Как известно, в тех же США около 90 процентов уголовных дел рассматривается в рамках института «сделок с правосудием», когда стороны - обвинение и защита, зачастую с участием судьи либо судебного клерка, садятся за стол переговоров и договариваются, на каких условиях и в каком объеме обвиняемый признает себя виновным в обмен на фиксированное снижение наказания либо на отказ от предъявления какой либо части обвинения. В число условий, помимо прочего, могут входить и различные позитивные (с точки зрения прокурора) постпреступные действия, которые обвиняемый должен совершить, к примеру, помочь прокурору путём дачи свидетельских показаний изобличить какое-либо лицо, в отношении которого у обвиняемого имеется информация о преступной деятельности. Различные Штаты и суды (юрисдикции) имеют при этом различные правила заключения сделок, общая же возможность их применения предусмотрена пунктом «Е» Правила 11 Федеральных правил уголовного процесса в окружных судах США37.

Следует отметить, что предпосылки, предопределяющие возможность заключения «сделок с правосудием», имеющиеся в США, действительно лежат в области конструкции, типа уголовного судопроизводства англо-американской модели. К ним относится и частно-исковой характер обвинения, и теория разделения процессуальных функций на защиту, обвинение и разрешение дела, и трактовка принципа состязательности, применяемая в классическом английском процессе, и большая реализация принципа диспозитивности, то есть всё то, что было отмечено О.Б. Семухиной. Признание вины в англо-американской модели (guilty plea), традиционно считается отказом от спора и основанием для упрощения процесса, в странах, которые ее восприняли, этот институт остается одной из основ судопроизводства и никаких сомнений не вызывает, хотя от судей всегда требовали выяснять мотивы такого признания и его соответствие иным установленным обстоятельствам. Что же касается именно соглашений, «сделок», «рlea вargaining», отличающихся тем, что согласие подсудимого с обвинением выступает в них условием для каких-то преференций, послаблений такому лицу, их использование крайне ограничено, из стран англо-американского типа уголовного судопроизводства сделки, помимо США, имеются лишь в Англии, Уэльсе и в одном из штатов Австралии - в штате Виктория, и то в очень ограниченных формах. При этом заключение сделки о признании вины по американскому образцу в данных государствах подвергается серьезной критике, их противники указывают, что разрешение дела подобным образом противоречит принципу соблюдения неотъемлемых прав личности, открывает возможность для угроз, принуждения к признанию, нарушению прав человека, что может привести к результату, несовместимому с понятием «справедливое правосудие»38.

Бесспорно, что судопроизводство англо-американского типа более гибко и допускает большую диспозитивность поведения сторон и возможность компромисса там, где не затрагиваются основы государства и общества, чем судопроизводство континентальной модели. Следует отметить, что и эти различия между двумя типами судопроизводства возникли исторически, как результат развития того или иного государственного образования, характеризовавшегося объективной потребностью регулировать в большей мере ту или иную область деятельности общества, различием подходов политических элит к организации защиты тех или иных интересов, что обуславливало в том или ином государстве возникновение и развитие органов, выполнявших те или иные функции и наделенных определённой компетенцией и т.д.

Но не только это в настоящий период предопределяет направления развития судопроизводства. Огромную роль в выборе тех или иных способов регулирования общественной жизни играет государство, именно его действия характеризуют уголовное судопроизводство как политический инструмент, как механизм влияния государственной власти на состояние правопорядка в обществе.

Как известно, ранее, при их возникновении, становлении и использовании, ни классический английский, ни романо-германский процесс не предполагали отступлений от каких-либо принципов и положений, максимум, чем вызывалось упрощение- это признание вины, и то оно не было обязательным для суда и в той и в другой модели. Даже и в настоящее время в уголовном судопроизводстве, например, Англии и Австралии, если обвиняемый, выражая формальное согласие с обвинением, не считает себя виновным, суд не вправе переходить к упрощенному судопроизводству и считать спор исчерпанным, он обязан продолжать судопроизводство в общем порядке, в Германии же и Франции вообще до 70-80-х г.г. признание вины обвиняемого никогда не считалось основанием для прекращения выяснения реальных обстоятельств дела, а упрощенные формы судопроизводства, применяемые в современный период в данных странах, предполагают необходимость отсутствия сомнений в истинности и правдивости признания39. В современный период развития и в странах, воспринявших романо-германский тип организации судопроизводства, и в странах с англо-американским построением судопроизводства, имеется тенденция к «ускорению», удешевлению судопроизводства по делам о совершении преступлений, не имеющих большой общественной опасности, государства стремятся экономить финансовые, людские ресурсы, соизмерять затраты на судопроизводство с тем эффектом, который достигается при рассмотрении дела в общем порядке.40 Трудно не согласиться с советским процессуалистом Я.О. Мотовиловкером, отмечавшим, что, несмотря на доминирующий характер принципов, почти любой из них допускает изъятия. Данную ситуацию автор считал неизбежной, причину же видел в коллизиях, имеющихся между различными принципами, устранение которых предполагает отдельные уступки41. Тема допустимости отступлений от принципиальных требований процесса чрезвычайно сложна и достойна самостоятельных больших исследований, единственное, что хотелось бы сказать сейчас, заключается в том, что недопустимо отступление от принципов уголовного процесса тогда, когда оно не вызывается объективно существующими закономерностями и потребностями развития общества, не вытекает из системных коллизий уголовного судопроизводства, а подчинено либо сиюминутным интересам, либо ложно понятым общественным задачам.

Принципиально, что упрощенное судопроизводство, то есть порядок, при котором процесс доказывания либо вообще отсутствует, либо он значительно «урезан», в большинстве государств применяется не как замена общему порядку, не как альтернатива правосудию, а как механизм, призванный разгрузить судебную систему, использующийся в ограниченном числе случаев, по малозначительным и очевидным преступлениям.

Исключением является лишь США, где, как сказано выше, в порядке упрощенного судопроизводства - сделок между обвинителем и обвиняемым - рассматривается подавляющее большинство дел. В данном государстве исключение действительно стало правилом, но, как, представляется, вызвано это не особой ролью данной страны и не прогрессивностью применяемых в ней способов уголовного судопроизводства, а рядом исторических и экономических причин. Известно, что население США складывалось из людей, стремящихся, путем переезда на североамериканский континент, улучшить свое финансовое состояние, добиться успеха, прежде всего, материального. При этом право, и, в частности, уголовное судопроизводство в США всегда, на всех этапах развития, использовалось в утилитарных, потребительских целях. В данном государстве, помимо иных трат, всегда рассчитывалась и финансовая стоимость уголовного судопроизводства, положение таково и в настоящий период, к примеру, в ряде штатов до 70-80 х.х. г.г. 20 века существовала архаичная оплата труда прокуроров в зависимости от количества дел, по которым они поддержали обвинение (включая сделки)42. Как представляется, именно тем, что в США всегда умели считать стоимость того или иного продукта, объясняется и стремление американских правоприменетелей к поиску упрощенных, квазисудебных форм и процедур, отсюда и возникновение и развитие в этой стране института «сделок с правосудием», не получившего широкого распространения в иных странах англо-американской модели. Следует сказать при этом, что применение сделок в США также всегда соотносилось с тем отрицательным эффектом, который могло принести «упрощенное» судопроизводство. Как только критическая масса таких квазисудебных процедур приближалась к положению, которое могло поколебать стабильность правопорядка, как только в обществе нарастало недовольство судебной системой, правоприменители резко сокращали количество сделок. Известно, что именно по этим причинам вследствии обострения политической обстановки в 1975 году главный прокурор штата Аляска А. Гросс запретил подчиненным ему прокурорам штата заключать сделки о признании вины, впоследствии такие же решения были приняты главными (генеральными) прокурорами Нового Орлеана, Калифорнии, Вермонта, Мичигана и других штатов. Подобные же меры использовались прокурорами штатов и в период Великой американской депрессии 1929-1934 г.г., при обострении политической обстановки в стране в середине пятидесятых и в 1984-85 г.г. Как указывал американский юрист R.Bidinotto, отмена сделок с правосудием вынуждала ответственных лиц на всех уровнях системы правосудия серьезнее относиться к своим обязанностям: полиция более тщательно проводила расследования; прокуроры и адвокаты - серьезнее готовились к процессам, ленивым судьям пришлось больше времени проводить в судах и более эффективно планировать график своей работы. Выигрывало правосудие в целом – снижался уровень преступности и повышалось уважение общества к правосудию43. В период после террористических актов Аль-Кайеды 11 сентября 2001 года в США также наблюдается снижение количества квазисудебных процедур и компромиссов там, где под угрозу ставятся интересы безопасности государства. Помимо этого, исследователями в качестве исторического завоевания отмечается, что по особо тяжким и общественно опасным, резонансным преступлениям, угрожающим основам нравственности, морали и существующего порядка, Верховный Суд перманентно ориентирует прокуроров штатов не идти на уступки, не заключать сделки о признании вины и до последнего не отказываться от обвинения, судьям же предписывается более активно добиваться установления истины по таким делам44.

Нам представляется, несмотря на то, что американские законодатели не разграничивают свои квазисудебные и судебные процедуры, и то и другое включая в понятие «правосудие», очевидно, что разрешение дел в порядке заключения квазисудебных сделок таковым не является по одной простой причине - эта деятельность не имеет признаков правосудия, несмотря на то, что ее конечный результат утверждается судом.

Обосновать это просто- согласно поправке VI, содержащейся в Билле о правах, являющегося составной частью Конституции США, каждому гарантируется справедливое, беспристрастное судебное разбирательство судом присяжных. Закреплены в Конституции США и иные принципы- состязательности, осуществления правосудия только судом и т.д., при этом во время всего судебного разбирательства дела в суде присяжных подсудимый имеет право хранить молчание. При применении сделок основополагающие принципы не соблюдаются, начиная от того, что гражданин отказывается от суда присяжных и от иных процессуальных гарантий в обмен на снижение объема обвинения либо объема наказания. Никакого судебного разбирательства не происходит, торг в большинстве случаев происходит в присутствии и с участием судьи либо даже клерка суда, судебное доказывание не осуществляется, судья единолично, без исследования обстоятельств деяния, утверждает сделку. Экономию денежных средств, обусловленную признанием вины, рассматривают как обстоятельство, смягчающее наказание. С тем, чтобы стимулировать заключение большего числа сделок, в суды присяжных США назначают самых суровых судей, а самые мягкие работают как единоличные судьи45.

Главный момент, который заключен в сделке по американскому образцу- при ее заключении нет спора и нет процесса доказывания, подсудимый признает себя виновным, согласен с условиями соглашения и сам желает вынесения приговора в соответствии с теми договоренностями, которые согласованы им и его защитником с обвинением, для обвинения и защиты соглашение имеет силу взаимообязывающего договора. Целью сторон является сама сделка, обвиняемый заинтересован в ее заключении, поскольку не желает идти на риск необоснованного осуждения либо получения при обычной процедуре более строгого наказания, государство же в лице прокурора стремиться сэкономить ресурсы. Стороны при этом не устанавливают реальные обстоятельства произошедшего, они лишь путём взаимных уступок разрешают конфликтную ситуацию.

Имеет ли право на существование подобная система судопроизводства? Американское общество на этот вопрос отвечает утвердительно, поскольку она до настоящего времени обеспечивает поддержание стабильности и правопорядка в государстве. Вместе с тем, несмотря на ее широчайшее распространение, североамериканская сделка является экстраординарным, особым порядком, используемым в целях экономии материальных, финансовых, людских ресурсов, исключением из общего правила, а не нормой. Нормой же, общим порядком, является классический суд присяжных. Известно, что американские юристы и сами делают подобные выводы. В частности, К.Макгловер, судья штата Нью-Гемпшир, выступая в Вологодском областном суде, куда она была приглашена в рамках изучения положительного опыта, указала, что в среднем ей требуется 15 минут, чтобы признать сделку, то есть рассмотреть дело и вынести приговор. Отметив, что в США в год при населении в 366 миллионов человек рассматривается около 15 миллионов уголовных дел, в большинстве малозначительных, К. Макгловер, отвечая на вопрос, почему сделка о признании вины в США так популярна, сказала, что при подобной нагрузке отсутствие такой процедуры в уголовном судопроизводстве США привело бы к коллапсу судебной системы46. Один из самых известных и авторитетных американских судей, Х. Блэк, высказываясь по этому же вопросу, отметил, что право идти или не идти на сделку «обуславливается лишь желанием лица и принадлежит исключительно ему, при нежелании гражданина ему гарантирована конституционная процедура. Билль о правах, являющийся частью Конституции США, предоставляет подсудимому право и достаточные возможности на справедливое судебное разбирательство в полном объеме, он «имеет абсолютное, неограниченное право обязать государство расследовать его дело, искать своих свидетелей, доказывать факты, убеждать присяжных с помощью своих ресурсов. В течение всего процесса подсудимый имеет полное право хранить молчание, бросая вызов государству и требуя доказать свою вину» 47.

Практическую, «утилитарную» ценность сделок в уголовном процессе США отрицать трудно, но вместе с тем, как указано выше, следует видеть разницу между системным назначением уголовного судопроизводства, целью доказывания как основанием применения к гражданину мер принуждения, и комплексом реализуемых уголовным судопроизводством любого государства задач. Из наличия в судопроизводстве США и ряда иных стран «сделок с правосудием» возможно сделать лишь один вывод- целью такой деятельности является достижение компромисса и избежание «конституционных» судебных процедур. Именно в этом заинтересованы и защита и обвинение, хотя мотивы у них разные. Очевидно, что такая деятельность, поскольку доказывания сторонами не производиться, не ведет к установлению какой-либо истины, ни формальной, ни, тем более, материальной. Да, можно сказать, что, принимая сделку, суд удовлетворяется формальной истиной, как юридической фикцией, но большого смысла в подобных утверждениях нет, поскольку при отсутствии самого процесса выяснения обстоятельств дела такими, какими они были в реальности, для установления истинности либо ложности вывода, изложенного в акте об утверждении сделки, вряд ли можно предложить какие-либо объективные критерии.

Процесс же собственно правосудия, как деятельности, осуществляемой в рамках общих, выработанных веками процедур, осуществляемый в условиях состязательности, с соблюдением всех процессуальных гарантий и установленных механизмов защиты прав участников судопроизводства, также имеет цель, поскольку история, как неоднократно указывалось, в принципе не знает бесцельных действий социальной направленности. Полагаем, что и Д.Стифен, и его современные английские и американские последователи, рассматривавшие вопросы назначения уголовного судопроизводства, хорошо понимали то, о чем они пишут. С точки зрения процесса доказывания как основания для применения к гражданину мер уголовной репрессии стремление к истине, к установлению реальной картины происшедшего деяния является глобальной целью любого уголовного судопроизводства любого типа. Да, классический состязательный процесс, возникший в Англии, в силу исторических особенностей более гибок и склонен к компромиссу, он также в большей мере допускает диспозитивность поведения сторон там, где не затрагиваются наиболее важные интересы общества, однако мы не усматриваем веских оснований для вывода о том, что уголовный процесс данного типа ориентирован исключительно на установление «формальной» истины, на отрицание истинного знания как цели доказывания, на производство вывода о виновности лишь по результатам судоговорения и тем более для закрепления подобных, не основанных на реалиях, положений в российском уголовно-процессуальном законодательстве. Будет или не будет установлена истина и в силу каких обстоятельств - второй вопрос, первое же и главное - к ней в любом случае следует стремиться. Зададимся простым вопросом - а будут ли профессиональные, грамотные, нравственные судьи в странах англо-американского, состязательного типа построения процесса без наличия достаточных доказательств осуждать лиц, настаивающих на своей невиновности и выбравших «классическую» процедуру? А даже если и допустить, что хотят и будут - долго ли стабильно просуществует такая система?

В этой связи, на наш взгляд, целью доказывания, как деятельности, происходящей в виде спора, основанной на принципах состязательности, непосредственности, равноправия сторон, осуществляемой с соблюдением всех процессуальных гарантий, в уголовном процессе любого государства является достижение реального, истинного знания о совершенном либо несовершенном деянии. Для того, чтобы решить, доказано ли совершение преступления, виновен ли подсудимый и следует ли его наказывать, в любом случае необходимо выяснить истину.

В самом же общем плане, как представляется, назначением уголовного судопроизводства как системного образования является поддержание стабильности и охрана общественного правопорядка в государстве и обществе. Любая система, будь то система, составляющая химическое соединение, физическую конструкцию либо политическое образование, стремится к стабильности, к такому состоянию своих составных частей, которое обеспечивает ее устойчивость и равновесие. В противном случае, при нарушении баланса, происходит распад химических веществ, коллапс физических объектов, развитие социальных катаклизмов и катастроф. Государство не является исключением из этого правила, посредством определенных механизмов, к важнейшим из которых, без сомнения, относится уголовное судопроизводство, оно ставит целью обеспечение своей стабильности и способности к развитию, к обеспечению порядка в обществе. Различие же состоит в средствах и способах достижения такой стабильности. По сути своей, и государства, в которых принят континентальный тип процесса, и страны с англо-американским построением уголовного судопроизводства, стремятся к одной и той же цели- устойчивости общественных отношений и порядку, различие состоит лишь в средствах и способах ее достижения, а также в преобладании, в тот или иной исторический период, какой-либо задачи судопроизводства или какого-либо общественного интереса, защищаемого в качестве приоритета.

Если в таких странах, как Англия и страны Британского Содружества, к примеру, почти во все периоды их развития наличествовало сильное гражданское общество, то в странах континента- Германии, Франции, Австрии, Италии, а, тем более, в России, всегда была велика роль государства, причем его влияние на общественные процессы зачастую гипертрофированно усиливалось, что объективно вело к преобладанию публичного интереса, причем в его трактовке лишь той социальной группой, которая в тот или иной исторический период этот интерес определяла и выражала. В свою очередь, широкие возможности, предоставляемые гражданину, особенно обеспеченному материально, в странах, где гипертрофированно защищались личные права, к которым, прежде всего, относится право частной собственности, нередко вели к трудностям в защите интересов публичных. Как следствие, законодателями и учеными стран с романо-германским типом процесса отмечалась необходимость усиления состязательных начал, а процессуалистами, исследующими проблемы англо-американского процесса, высказывались предложения ограничить даже сам принцип состязательности, расширить права суда в части самостоятельного собирания доказательств в целях выяснения истинных обстоятельств дела48. Представляется, эти идеи были вызваны тем, что процессуалисты, работающие с законодательством своей страны, хорошо видели недостатки ее уголовного процесса и, полагая нужным эти недостатки нивелировать, обращались к тем положительным моментам, которые имелись в законодательстве иных государств. Думаем, утверждать при этом о каком-либо преобладании «частного» либо «публичного» интересов, в теории можно, но это будет определенной натяжкой. Все развитые правовые государства заинтересованы в охране и защите и частных, и публичных интересов, само деление достаточно условно: возможен частный интерес не только подсудимого, но и потерпевшего, и частного обвинителя, а государство как политическая организация общества, обязано одинаково защищать права всех своих членов, кроме того, разумное государство заинтересовано не только в наказании виновного, но и в недопущении применения мер уголовной репрессии к невиновным. В настоящее время очевидной тенденцией обоих типов уголовного процесса является идея разумного сочетания альтернативно конкурирующих интересов, частных и общественных, в последнее время все чаще высказываются соображения об их паритетном удовлетворении49. Отметим также, что данная тенденция ни в коей мере, по нашему мнению, не свидетельствует о сближении и конвергенции двух основных различных типов уголовного судопроизводства, поскольку они имеют различную структуру и отличаются системно, о чем пойдет речь далее.

Теперь вернемся к мнению проф. И.Я. Фойницкого, изложенному в начале данного параграфа и сформулируем выводы.

Бесспорно, что уголовное судопроизводство различных государств, относится к разным типам и имеет различные исторические корни и базовые элементы. Вместе с тем отличий функционального, целевого, принципиального характера между «смешанным» (континентальным, романо-германским) типом процесса и «классическим английским» (англо-американским, состязательным) не имеется. Известно, что И.Я. Фойницкий и российский уголовный процесс, построенный в его время в соответствии с Уставом уголовного судопроизводства 1864 г., относил к прогрессивным, состязательным процессам, противопоставляя его розыскному порядку50.

Само по себе заимствование каких-либо положений, норм, и даже отдельных институтов, носящих позитивный характер, процессуальной системой того или иного государства из уголовного процесса государства, не относящегося к типу страны - заимствователя, при наличии возможности без потерь включить его в национальное судопроизводство, принципиальных возражений вызвать не может. Следовательно, и требования, выдвигаемые к направлениям изменения уголовного процесса России в сторону повышения его эффективности, не связаны с категорическим запретом заимствовать положительные моменты, имеющиеся в законодательствах других государств, независимо от типа их процесса. Однако при рецепции необходимо учитывать структурные и системные различия, органично присущие континентальному и англо-американскому типу процесса. Основное, что отличает уголовный процесс различных типов – как раз его структура и система, построение уголовного судопроизводства и согласованное взаимодействие его частей. Именно структурные и системные отличия уголовного процесса государств- носителей этих типов и определяют пределы рецепции. Этим отличиям и посвящена следующая часть работы.


1 См., напр.: Смирнов А.В. Типология уголовного судопроизводства. Дисс.на соиск… д-ра юрид.наук. Москва, 2001

2 См.: Семухина О.Б. Типология уголовного процесса и деятельность суда в рамках обвинительного и состязательного типов уголовного процесса. Дисс. на соиск. ….к.ю.н., Томск, 2002; Смирнов А.В. Типология уголовного судопроизводства. Дисс.на соиск… д-ра юрид.наук. Москва, 2001; Стойко Н.Г.Уголовный процесс западных государств и России: сравнительное теоретико-правовое исследование англо-американской и романо-германской правовых систем. Дисс. на соиск.…. д-ра юрид.наук. СПб.2009

3 См.: Семухина О.Б., Указ. соч., С.16-27

4 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПБ.: «Альфа».1996.Т.2. С.12

5 Теория государства и права.Учебник для вузов./под ред. проф.В.М. Корельского и В.Д. Перевалова. М.: Норма.2001. Т.1.С.81-85

6 Чельцов- Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах.СПб.:Равенна,Альфа,1995. С.377-396, 457-462

7 О понятии и чертах правового государства см.: Чичерин Б. Философия права. М.:Типо-литография тов. И.Н.Кушнерев и К., 1890. С 56-75 ; Основные черты правового государства / Пер.с фран., Ростов-на-Дону: Электропечатня А. Теръ Абрамиан, 1905. 36 С.; Лукашева Е.А. Правовое государство и обеспечение прав человека: проблемы и перспективы // Права человека: проблемы и перспективы. М., 1990. С. 39-56 и др.

8 Стифен Д. Уголовное право Англии в кратком очертании.С-Петербург,1865.С.197

9 См., напр.: Радбрух Г. Введение в науку права. Пер.с немецкого.М.:Изд-во «Труд». 1915.С.50-53; Лурье Э. Государство и личная свобода.М.:Тип.Сытина.1887.С.12-19

10 Фойницкий И.Я., Указ.соч. Т.1.С.12

11 Михайловский И.В.Основные принципы организации уголовного суда.Томск.1905.С.83-89

12 Pradel J. Procedure penale. Paris.Cujas.1997.P.25-26

13 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1: Основные положения науки советского уголовного процесса.М.:Наука,1968.С.125

14 Уголовный процесс: учебник для вузов/ А.В.Смирнов, К.Б. Калиновский; Под общ.ред. А.В.Смирнова. СПб.:Питер. 2004.С.72

15 См., напр.: И.Я. Фойницкий. Курс уголовного судопроизводства.Т.1.С.6-13; Фельдштейн Г.С. Лекции по уголовному судопроизводству.М.,1915.С.9-14; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М.:Наука.Т.1.С. 124-177 и др.

16 См., напр.: Стифен Д. Уголовное право Англии в кратком очертании.С-Пб.1865. С. 27-31; Кенни К. Основы уголовного права.М.1949.С. 389-390, 414, 461; А.Уилшир. Уголовный процесс. М. 1947.С.161-162; Бернэм У.Суд присяжных. М.,1995. С.93-94; Matthews. How to try a federal criminal case.Buffalo, New-York, 1960, Р.358; Manual for prosecuting attornews (Edited by M.Proscow), Practising Law Institute,1956.Р.658-660

17 См.: Строгович М.С. Курс уголовного судопроизводства.Т.1 С. 149-160; Dohring E. Die Erforschung des Sachverhalts im Process.Beveiserheband und Beveiswurdigung. Ein Lehrbuch.Berlin, 1964, S.4-6; Amor P. L,organization juducuaire et les magistrats.Montreal-Paris,1972.P. 72-74; Pradel J. Procedure penale. Paris.Cujas.1997.P.25-26

18 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1.С.149

19 См.напр.: Matthews. How to try a federal criminal case.Buffalo, New-York, 1960, Р.358; Amor P. L,organization juducuaire et les magistrats.Montreal-Paris,1972.P. 72-74; Karlan J.,Skolnich J., Criminal justice introductory cases and materials.Mineola.1992. P.11-12.; Manual for prosecuting attornews (Edited by M.Proscow), Practising Law Institute,1956.Р.658-660

20 О предмете и природе процессуальных гарантий см., напр.: Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе.М.:Юрид.лит.1973.С.3-18

21 См.: Сборник стандартов и норм ООН в области предупреждения преступности и уголовного правосудия / ООН.Нью-Йорк. 1972.// Международная защита прав и свобод человека: Сб. документов. М., 1990.; Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод./ Международная защита прав человека (с использованием некоторых международно-правовых механизмов): Научно-практическое исследование Центра содействия международной защите // Под общ. Ред. К.Москаленко.М.,2001.С. 8-9

22 Гомьен Д.,Харрис Д.Зваак Л. Европейская конвенция о правах человека и Европейская социальная хартия: Право и практика.М.1998.С.234-235

23 Семухина О.Б.Указ.соч. С.33-45

24 Стойко Н.Г. Указ.соч.С. 12, 17-18

25 Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве.Л.:Изд-во ЛГУ, 1976.С.37-39

26 См.подр.: Смирнов А.В. Типология уголовного судопроизводства. Дисс.на соиск… д-ра юрид.наук. Москва, 2001; Стойко Н.Г. Уголовный процесс западных государств и России: сравнительное теоретико-правовое исследование англо-американской и романо-германской правовых систем. Дисс. на соиск.…. д-ра юрид.наук СПб.2009

27 См.: Радбрух Г.Введение в науку права. С.57-63

28 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1. С.39-44; Ратинов А.Р.Вопросы познания в судебном доказывании//Сов.гос-во и право,1964.N 8.С.107; Пашкевич П.Ф. Объективная истина в уголовном судопроизводстве.М.:Юрид.лит.1961.С.69-70; Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств (краткий очерк). М.:Юрид.лит.1960.С.8-12 и др.

29 Фойницкий И.Я., Указ.соч.Т.2.С.164

30 Тальберг Д.Г. Русское уголовное судопроизводство.М.1891.Т.2.С.83; Викторский С.И. Русский уголовный процесс.М.1912.С.53-54; Познышев С.В. Уголовный процесс.М.1913.С.13-15; Случевский В. Учебник русского уголовного процесса.СПб.1913.С. 394-397 и др.

31 См.: Пашин С.А.Проблемы доказательственного права.// Судебная реформа: юридический профессионализм и проблемы юридического образования. Дискуссии.М.1995.С.312-322; Григорьева Н. Принципы уголовного судопроизводства и доказательства // Росс.юстиция.1995.№8.С.40

32 Мизулина Е.Б. Уголовный процесс: концепция самоограничения государства.Тарту:Тартуский университет.1991.С.48

33 Стифен Д.Ф., Указ.соч. С. 214

34 См.,напр.: Matthews. How to try a federal criminal case. Buffalo, New-York, 1960, Р.358; Manual for prosecuting attornews (Edited by M.Proscow), Practising Law Institute,1956.Р.660; Karlan J.,Skolnich J., Criminal justice introductory cases and materials.Mineola.1992. P.11-12. и др.

35 См.Federal Rules of Evidens. Historical notes and legislative commentary. Published by the Legal Information Instittute. Cornell Law School. 1999

36 См., напр.: "Federal Criminal Code and Rules". Federal Rules of Criminal Procedure. West Group,St.Paul, Minn,1997

37 "Federal Criminal Code and Rules". West Group,St.Paul, Minn,1997.Р. 138

38 См, напр.: Ashworth A. The criminal process. An evaluative study. Oxford, 1994. P. 266-270.

39 См., напр.: Richard Hatchard et al. Criminal Procedure in England and Wales. Comparative criminal procedure.1996.Р.20; Veber R. Criminal Procedure in Germany. http//icpo.at.tut.by/crimprru.html

40 Подробно данный вопрос будет исследован в гл.3.

41 Мотовиловкер Я.О. О принципах объективной истины, презумпции невиновности и состязательности процесса. Ярославль:Ярослав.ун-т. 1978.С.10

42 John H. Langbein. Torture and Plea Bargaining. 46 U. CHI. L. REV. 1978.Р.3-22

43 Bidinotto R.J. Criminal Justice. New York. 1984.P.310-312, 332

44 См., напр.: Grant Е. Michigan jornal of crime and criminal law. Michigan.2007.P 211, 214

45 Тейман С. Сделки о признании вины или сокращенные формы судопроизводства: по какому пути пойдет Россия? // Российская юстиция. 1998. N 10 – 11

46 Газета «Красный Север».Вологда. № 32 (25804). 16 марта 2006

47 www.invictory.info/go.php?

48 См.,напр.: Bouzat P.Traite theorique et pratique de droit penal.Paris,1951, Р. 569-571; Matthews. How to try a federal criminal case.Buffalo, New-York, 1960, Р.358; Manual for prosecuting attornews (Edited by M.Proscow), Practising Law Institute,1956.Р.660

49 См.,напр.: Katsh M.E.Taking sides. Amherst: Dushkin.McGrau-Hill,1988.P.332

50 Фойницкий И.Я., Указ соч. Т.1.С.68-69

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru



Монография предоставлена автором.

Пиюк Алексей Валерьевич - кандидат юридических наук, судья Нижневартовского городского суда Тюменской области.

Свои замечания и предложения можно направить автору по электронной почте: avaleks2@yandex.ru

 

 





Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz