Васильева Е.Г. Меры уголовно-процессуального принуждения Монография


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта

Васильева Е.Г. Меры уголовно-процессуального принуждения. Уфа: Изд-во БашГУ. 2003. - 136 с.

Автор монографии будет благодарна за Ваш отзыв, вопрос, замечание или предложение. Пишите:veg2004@rambler.ru

К оглавлению

Глава II. Меры уголовно-процессуального пресечения

§ 1. Юридическая природа мер пресечения

Центральное место в системе мер уголовно-процессуального принуждения занимают меры пресечения: в отличие от других мер, именно им принадлежит рекорд по значительности правовых ограничений и предельной распространенности применения, приближающейся к полному охвату всех лиц, обвиняемых (подозреваемых) в совершении преступления.

На наш взгляд, природа мер пресечения может быть выяснена, прежде всего, при выявлении их связи со стоящими перед ними целями. Как известно, для успешного решения той или иной задачи выбираются не любые средства и способы, а только те, которые в принципе способны быть инструментом для ее решения, основные свойства которых таковы, что позволяют достичь желаемого результата (общие критерии). Цель всегда достаточно жестко задает общие критерии для отбора средств. Поясним это на простом примере: допустим, цель - вбить гвоздь в доску, эта цель ставит требования к инструменту - он должен быть жестким, твердым, с достаточно плотной структурой и т.д. Конечно, можно пытаться использовать и инструменты, не отвечающие требованиям, определяемым целью (в нашем примере - мягкими, хрупкими и т.п.), однако достижение цели при этом будет невозможным или крайне затруднительным. Понятно, что средств, отвечающих общим критериям, может быть довольно много. Поэтому алгоритм их подбора включает в себя еще и выбор тех средств и способов, которые соответствуют специальным критериям оптимальности и допустимости: по расходу сил, материальных затрат, времени и т.д. При этом приоритет может иметь какой-либо один (иногда несколько) критерий: в одном случае задача должна быть решена с использованием минимума материальных затрат, даже если это займет много времени, в другом - максимально быстро, невзирая на трату сил, средств и т.п.

Это в полной мере относится к уголовному судопроизводству, и, в частности, к мерам уголовно-процессуального пресечения. Последние вызваны к жизни только потому, что для успешного производства по делу существует объективная необходимость: 1) предотвратить уклонение обвиняемого (подозреваемого) от предварительного расследования и суда; 2) пресечь его дальнейшую преступную деятельность; 3) помешать его попыткам воспрепятствовать производству по уголовному делу; 4) обеспечить исполнение приговора. В свою очередь, лишь успешное судопроизводство гарантирует защиту прав и законных интересов потерпевших, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, т.е. соответствует назначению уголовного судопроизводства. Если для применения мер пресечения указанные обстоятельства являются целями, то для уголовного процесса в целом они являются производными от его назначения задачами. То есть в каждом случае производства по уголовному делу задачи по обеспечению надлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого), выражающегося в его не уклонении, не совершении им преступлений и т.д., должны быть решены. Это, однако, не определяет тот факт, что каждый обвиняемый заведомо поведет себя не лучшим образом. Надлежащее поведение последнего может быть достигнуто: его собственными усилиями, путем убеждения его со стороны знакомых, близких, защитника и т.д., путем убеждения со стороны органов уголовного преследования и только в последнюю очередь путем принуждения со стороны правомочных должностных лиц. Поэтому меры пресечения - факультативный, вспомогательный институт уголовного судопроизводства. При этом отношение между фактическими данными и суровостью мер пресечения должно находиться в прямой зависимости: чем серьезнее противодействие, которое можно ожидать от обвиняемого (подозреваемого), тем сильнее должно быть сопротивление такому противодействию.

Итак, цели поставлены. Каким же общим требованиям должны удовлетворять средства (меры пресечения)? Какова должна быть природа, сущность мер, могущих достичь вышеуказанных целей? Прежде всего, как мы уже выяснили выше, они должны быть способны оказать влияние на обвиняемого (подозреваемого), при этом такое, которое является более действенным, чем просто убеждение. Таким влиянием обладают меры психического или физического принуждения. Принуждение же всегда связано с определенными правоограничениями. Наиболее близкой к убеждению мерой является простая угроза в адрес обвиняемого. Наиболее репрессивной - лишение свободы. Между ними находится целый спектр мер, способных вызвать дополнительную мотивацию правомерного поведения у обвиняемого. В него (спектр) входят и шантаж, и физическое насилие, и взятие близких лиц в заложники, а также всевозможные прочие меры (напомним, что сейчас речь идет лишь об общих требованиях, предъявляемых к средствам!), ибо они также способны направить поведение обвиняемого в нужное нам русло. Но для уголовного судопроизводства как деятельности, основанной на законе и осуществляемой от имени государства, пригодны не любые средства, а лишь те, которые отвечают специальным критериям оптимальности и допустимости, присущим для этого вида деятельности - охране и защите прав личности. В этом смысле мерами уголовного пресечения могут быть лишь такие меры, которые: 1) ограничивают лишь права самого обвиняемого (исключение составляют имущественные ограничения при залоге, вносимом иными лицами, но и это - только с их согласия); 2) не представляют опасности для его здоровья и жизнедеятельности; 3) отвечают нормам морали и нравственности. Сообразуясь с развитием нашего общества на данном этапе, законодатель считает, что общим требованиям и специальным критериям удовлетворяют на сегодняшний день лишь семь мер - подписка о невыезде и надлежащем поведении, личное поручительство, наблюдение командования воинской части, присмотр за несовершеннолетним обвиняемым (подозреваемым), залог, домашний арест и заключение под стражу (ст.98 УПК РФ). Поэтому только эти меры могут выступать в качестве мер уголовно-процессуального пресечения. Тем не менее, развитие науки и техники не стоит на месте, и мы с уверенностью можем ожидать, что если не в ближайшем, то хотя бы более отдаленном будущем будут изобретены новые меры пресечения, эффективность которых будет увеличиваться, а ограничиваемый при этом объем прав обвиняемого (подозреваемого) - уменьшатся.

Выше мы уже обращали внимание на несовпадение понятий мер уголовно-процессуального принуждения и мер уголовно-процессуальной ответственности. Признавая справедливость данного утверждения в отношении прочих мер уголовно-процессуального принуждения в правовой литературе и на практике, нередко оно отрицается по отношению к мерам пресечения. Чаще всего ответственностью признается: избрание меры пресечения после совершения лицом противоправных действий (обвиняемый скрылся, оказал давление на свидетеля и т.п.), изменение меры пресечения после указанных действий на более строгую в случае нарушения этой меры пресечения, обращение суммы залога в доход государства и взыскание с поручителя.147 Однако, по нашему мнению, ни один из этих случаев не является какой-либо ответственностью. Справедливо отмечено, что "поскольку нарушение норм - факт свершившийся, постольку ответственность в этом случае является ретроспективной (выделено нами - Е.В.), относящейся к событиям прошлого. Юридическая ответственность - основной вид ретроспективной ответственности".148 Мера пресечения же, в любом случае, применяется в отношении возможного совершения действий в будущем. Поэтому, формулируя основания для применения мер пресечения (ч.1 ст.97 УПК РФ), законодатель не случайно использует будущее время глаголов - "скроется" (а не скрывался), "может продолжать" (а не продолжал), "может угрожать" (а не угрожал). Если мера пресечения избирается во время указанных действий, то тоже не за то, что они совершались до этого момента, а только потому, что будут совершаться и дальше. Назначение (изменение) меры пресечения - корректировка дальнейших действий обвиняемого (подозреваемого), а не оценка его прошлого поведения, тогда как главной функцией ответственности является штрафная, карательная функция.

В деле по обвинению К. в мошенничестве по ст.159 УК РФ, к нему была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде. После чего К. от следствия скрылся и был объявлен в розыск, мера пресечения изменена на заключение под стражу. В процессе следствия выяснилось, что к совершению данного преступления К. непричастен. Уголовное дело в отношении него было прекращено, а мера пресечения отменена. Если признать, что изменение меры пресечения на более строгую - мера ответственности за уголовно-процессуальное правонарушение, то логично было бы в данном случае, после розыска К., заключить его под стражу, т.е. лишить его свободы. Однако УК РФ не предусматривает в качестве преступления нарушение обвиняемым (подозреваемым) меры пресечения (в случае совершения им в этот период преступления вопрос о мере пресечения должен решаться в соответствии с данными о новом преступлении). Правонарушение же, как известно, обладает меньшей общественной опасностью, чем преступление. Поэтому нельзя признать, что правонарушение в виде неисполнения меры пресечения в ходе предварительного следствия представляет собой большую общественную опасность, чем совершение преступления, санкция которого не предусматривает лишение свободы. Если считать меру пресечения ответственностью, то отсюда должен следовать вывод о том, что заведомо за менее общественно опасное деяние - уголовно-процессуальное правонарушение может быть применена мера более жесткая, чем за совершение им более общественно опасного деяния - преступления, т.е. уголовно-процессуальная ответственность может быть строже уголовно-правовой. А это неприемлемо с точки зрения соблюдения принципов законности, справедливости и гуманизма.

Замена меры пресечения на более строгую - также не ответственность, а лишь мера реагирования на вновь возникшие препятствия для осуществления производства по делу. Это в полной мере относится как к случаям, когда лицо, избравшее меру пресечения, с самого начала неверно оценило ситуацию (мера пресечения была неэффективна изначально), либо изменились объективные обстоятельства, так и к случаям, когда обвиняемый (подозреваемый) нарушением первоначально избранной меры не оценил проявленного к нему доверия со стороны следствия. Причиной для усиления меры пресечения служит не нарушение (субъективный фактор по отношению к обвиняемому) первоначальной меры, как таковое (это нарушение может выступить лишь в качестве обстоятельства, свидетельствующего о большой степени вероятности дальнейшего негативного поведения обвиняемого и только в этом качестве явиться поводом для усиления меры пресечения), а неэффективность (объективный фактор по отношению к обвиняемому) в отношении него данной меры для достижения задач судопроизводства. Поэтому, если по материалам дела можно сделать вывод о том, что в дальнейшем первоначально избранная мера будет иметь действие, изменять ее нет необходимости. Более того, применение в этом случае более жесткой меры было бы незаконным, так как это противоречило бы условиям и целям применения указанных мер. По мнению А.Г. Братко, если лицо нарушает правовое ограничение, то юридическая ответственность не наступает, так как ответственность в этом случае несут соответствующие должностные лица, не обеспечившие осуществление ограничения.149

Что касается обращения залога в доход государства и денежного взыскания с поручителя (в ходе уголовного судопроизводства), то и эти меры, несмотря на значительную схожесть с мерами ответственности, на наш взгляд, таковыми не являются. И тот, и другой случай являются специфическими разновидностями договоров (сделок), а обращение залога в доход государства, так же, как и взыскание денежной суммы с поручителя, по сути, являются условиями этих договоров, о которых участники ставятся в известность заранее. Последние по своему усмотрению могут вступить в сделку или отказаться от нее (что вовсе не характерно для ответственности). При поручительстве не имеет значения - виновно ли (недобросовестно) поручилось лицо за обвиняемого (подозреваемого) или нет, при залоге не имеет значения, кто вносит его - сам обвиняемый или иное лицо (несоответствие основным принципам ответственности - персонифицированности и виновности). Кроме того, установление ответственности за нарушение одних мер пресечения и не установление за нарушение других, на наш взгляд, было бы непоследовательным и не соответствовало бы принципу справедливости.

Все сказанное нами выше не означает, тем не менее, того утверждения, что лицо, нарушившее меру пресечения, должно быть свободно от всякой ответственности. Ибо еще Французская декларация прав человека и гражданина утвердила, что "… каждый гражданин, вызванный или задержанный в силу закона, должен беспрекословно повиноваться: в случае сопротивления он несет ответственность" (ст. 7). Но выступать в качестве нее должно не усиление меры пресечения, а уголовно-процессуальная или административная ответственность.150 Если же при этом совершается преступление (ст. 105, 111, 112, 313 УК РФ и др.), то лицо должно нести ответственность и в уголовном порядке.

§ 2. Общие основания, условия и порядок применения мер уголовно-процессуального пресечения

Для того чтобы применить ту или иную меру пресечения, необходимо определиться по следующим пунктам: 1. Наличие каких обстоятельств свидетельствует о необходимости применения меры пресечения? 2. Какую именно выбрать меру пресечения из перечня, предложенного законом? 3. Какие процессуальные действия требует совершить закон, чтобы выбранная мера пресечения считалась законно избранной? На перечисленные выше вопросы можно ответить, опираясь на следующие понятия: основания, условия и порядок.

Никакая правовая категория, так или иначе связанная с ограничением или ущемлением прав, свобод или интересов личности, не может быть осуществлена фактически без наличия установленных законом оснований. Основания для применения мер пресечения - это факты, свидетельствующие об угрозе должному порядку уголовного процесса со стороны лица, в отношении которого ведется производство по данному делу. В предыдущем параграфе мы уже отмечали, что целями применения мер пресечения являются: предотвращение уклонения обвиняемого, подсудимого от предварительного расследования и суда; пресечение его дальнейшей преступной деятельности; воспрепятствование его попыткам помешать установлению истины по делу и обеспечение исполнения приговора. Отсюда, если появляются достаточные доказательства, что без предупредительного вмешательства соответствующих должностных лиц достижение указанных целей находится под большим сомнением или однозначно невозможно, то это и является основанием151 для применения предупредительных (сопротивленческих) мер, коими и являются меры уголовно-процессуального пресечения. Таким образом, чтобы признать то или иное обстоятельство основанием, нужно определить - является ли оно доказательством дальнейшего негативного (в плане перечисленных целей) поведения обвиняемого (подозреваемого). Все остальные обстоятельства, так или иначе влияющие на избрание меры пресечения, относятся либо к условиям, либо к порядку их применения.

"Условия" - это обстоятельства, от которых что-нибудь зависит.152 Поэтому, на наш взгляд, те обстоятельства, наличие которых влияет на выбор вида меры пресечения, являются условиями. Условия, в отличие от оснований и порядка применения мер пресечения, не являются "нерушимыми". Часто они игнорируются так называемыми "исключительными случаями". Открытый перечень общих условий избрания меры пресечения изложен в ст.99 УПК РФ. К ним, в частности, относятся: тяжесть предъявленного обвинения, данные о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение и род занятий. Кроме того, дознаватель, следователь, прокурор, а также суд в пределах предоставленных им полномочий могут учитывать и иные обстоятельства. Применительно к конкретным видам мер пресечения закон выставляет специальные условия.

Нетрудно заметить, что все условия можно разделить на две условные группы: обстоятельства, характеризующие личность, и обстоятельства, характеризующие преступление. Первые обычно всегда удовлетворяют требованию приоритетности ценностей (правомерному соотношению целей и средств их достижения). Вторые же можно разделить на позитивные и негативные. К уголовному процессу, в некотором смысле, тоже применима категория "объективного вменения". В частности, об этом можно вести речь, когда выбор той или иной меры принуждения ставится в зависимость не от характеристик личности, а напрямую от тяжести преступления (а иногда от конкретных составов преступления). УПК РСФСР, например, в ч.2 ст.96 (до внесения в нее изменений), предоставлял возможность заключать под стражу по мотивам одной лишь опасности преступления. Это и подобные ему условия, расширяющие сферу применения принуждения в зависимости от преступления, имеют отрицательную окраску, и их можно определить как "негативное объективное вменение". Лицу объективно вменяются неисполнительность, неблагонадежность, общественная опасность, способность оказать противодействие и т.п.153 Нужно признать, что в некоторых случаях, с точки зрения практики, "негативное объективное вменение" может быть оправдано. Тем не менее, этот и подобные ему примеры, каким-либо образом заранее ухудшающие положение обвиняемого (подозреваемого), не должны выступать в качестве юридических презумпций154 - т.е. исключать необходимость доказывания будущего отрицательного поведения обвиняемого (подозреваемого) и т.п. Это противоречит духу правового государства, выдвигающего на первый план охрану и защиту прав и интересов личности. Представляется, что все случаи "негативного объективного вменения" должны быть исключены из законодательства.

Те условия (относящиеся к преступлению, а не к личности), которые играют роль ограничителя, для применения мер принуждения (например, общий запрет применения заключения под стражу по делам о преступлениях небольшой тяжести) можно отнести к условиям "положительного объективного вменения". В таких случаях закон исходит из объективного вменения лицу небольшой общественной опасности, относительно стойкой благонадежности, малой вероятности уклонения от расследования и суда и совершения новых преступлений и т.д. Так как подобный вид объективного вменения улучшает положение лица, способствует охране прав и свобод обвиняемого (подозреваемого), то такое презюмирование фактов, с точки зрения требований правового государства, вполне допустимо.

"Порядок" - это последовательный ход чего-нибудь, правила, по которым совершается что-нибудь.155 Порядок применения мер пресечения понимается нами, как установленная законом совокупность процессуальных действий и решений, осуществленных в определенной последовательности, наличие которой позволяет реализовать в отношении обвиняемого (подозреваемого) определенные предупредительно-процессуальные меры, изменить или отменить их.

Можно выделить общий, конкретный и индивидуальный порядок применения мер уголовно-процессуального пресечения. При этом индивидуальный порядок поглощается конкретным, а конкретный, в свою очередь, общим порядком. В большинстве случаев, когда говорят о "порядке применения мер пресечения" имеют в виду конкретный порядок, который ограничивается принятием решения об избрании (изменении, отмене) меры пресечения и вынесением соответствующего постановления или определения (см., например, ст.168 МУПК, ст.119 УПК РБ). Тем не менее, как известно, уголовному судопроизводству свойственна определенная процессуальная форма, которая предполагает установленную законом последовательность стадий, действий, решений и т.д. В этом смысле в общий порядок избрания меры пресечения, помимо процедур, относящихся к конкретному порядку, должны быть включены все предусмотренные законом процессуальные действия и акты, начиная с регистрации и проверки повода для возбуждения уголовного дела и заканчивая моментом, с которым закон связывает появление у должностных лиц и суда возможности применить меру пресечения. Таким образом, представляется, что наличие возбужденного дела и привлечение лица в качестве обвиняемого, иногда признаваемые в качестве условий,156 относятся не к последним, а непосредственно к общему порядку применения мер пресечения. Нарушение (несоблюдение) общего порядка влечет за собой невозможность применения мер пресечения. Индивидуальный порядок определяется непосредственным содержанием той или иной меры пресечения (например, к индивидуальному порядку относится составление протокола о принятии залога). Конкретный порядок применения может быть судебным (непосредственно по решению суда), двухуровневым (с согласия прокурора по решению суда), внесудебным прокурорским (с согласия прокурора) и внесудебным единоличным (непосредственно по решению следователя, дознавателя, прокурора).

УПК РФ (ст.110), УПК РБ (ст.119), УПК КР (ст.112), УПК РК (ст.154) закрепили положение о соответствии порядка отмены либо изменения меры пресечения порядку ее назначения: меры, назначенные судом либо с согласия прокурора, могут быть отменены либо изменены также судом либо прокурором. Согласно МУПК (ст.187) мера пресечения, избранная судом, может быть изменена и отменена при досудебном производстве органом уголовного преследования. УПК РУ (ст.240) не выразил четкой позиции, однако, исходя из того, что не предусмотрено обратное, можно предположить его солидарность по этому вопросу с МУПК. На наш взгляд, установление положения, согласно которому мера пресечения, избранная судом, может быть изменена либо отменена, когда в этом отпала необходимость, только судом, не является правомерным. Отсутствие необходимости в мере пресечения вообще, либо в более строгой мере пресечения, является безусловным основанием для ее отмены или изменения независимо от порядка ее наложения.

 


Об этом см. комментарий к ст. 97 УПК РФ