Александров А.С. Формула диспозитивности // Диспозитивность в уголовном процессе. Н.Новгород, 1997


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта


Александров А.С. Диспозитивность в уголовном процессе. Н. Новгород: НЮИ МВД РФ, 1997. – 209 с.

К оглавлению

6. Формула диспозитивности

 “В наше время свершений

 Иметь возвышенный нрав,

 К сожалению, трудно.

 Красавице платье задрав,

 Видишь то, что искал,

 А не новое дивное диво.

 И не то, чтобы здесь

 Лобачевского больше не чли.

 Но раздвинутый мир

 Должен где сходиться.

 И тут, тут конец перспективы.”

 И. Бродский.

 В советской процессуальной литературе первоначально вообще отрицалось наличие диспозитивности не только в уголовном, но и гражданском судопроизводстве. Реабилитация данного термина произошла в конце двадцатых годов в науке гражданского процесса. Что по-видимому было вызвано укреплением товарно-денежных отношений и связанной с этим необходимостью регламентации правового усмотрения в гражданско-правовой сфере. А.Ф. Клейнман и Н.Б. Зайдер рассматривали диспозитивность как сочетание двух начал: инициатива сторон и активность суда, прокуратуры и отдельных государственных и общественных организаций.. [1] Из этого определения следует, что в формировании смысла диспозитивности еще более усилился публичный момент. Само же понимание диспозитивности в данном тексте есть результат прочтения (“прививания”) текста Васьковского Е. В. в контексте действовавшего тогда законодательства, в которое стало более публичным. Самый главный показатель усиления публичного акцента в трактовке диспозитивности по сравнению со смыслом текста Васьковского Е.В. - это отсутствие упоминания о сторонах как субъектах диспозитивности. И второе - окончательное увязывание смысла диспозитивности с инициативой суда. Отныне в советской гражданско-процессуальной литературе смысл диспозитивности стал неразрывно связываться с активностью суда. В дальнейшем понимание этого термина в сущности не подвергалось пересмотру вплоть до 60-х годов, когда впервые была поставлена под сомнение возможность наличия у суда диспозитивных правомочий. Тогда же в работах Цыпкина А.Л., Строговича М.С. появилось обоснование идеи о наличии диспозитивности в уголовном процессе. Причем для уголовных процессуалистов интерпретация диспозитивности производилась в духе Случевского В.К., т.е. действие ее ограничивалось только правомочиями частных лиц, прежде всего потерпевшего и обвиняемого. Интересно также отметить, что смыслоформирование термина диспозитивность в уголовно-процессуальной науке и гражданско-процессуальной науке осуществлялось автономно, почти не оказывая влияния друг на друга.

 В настоящее время наиболее распространена точка зрения, что диспозитивность пред­полагает свободу (право) субъектов диспозитивности распоряжаться в ходе судеб­ного разбирательства дела как материальными правами, спор о которых служит предметом судебного рассмотрения, так и процессуальными правами (процессуальными средствами защиты) в своих интересах. [2]

 Многие советские авторы выводили смысл принципа диспозитивности из харак­тера материальных гражданских прав. [3] Однако в литературе встречается обоснованная критика подобного мнения, которая исходит из представления о том, что диспозитивность является исключительно процессуальным явлением. [4] Полагаем, что объяснение внутреннего смысла (сущности) процессуального явления возможно только на основе познания внутриструктурных закономерностей самого процесса как он есть, а не извне.

 Некоторые ученые, абсолютизируя функциональную роль диспозитивности в процессе, видели именно в ней ее содержание, определяя этот принцип в качестве " двигательной силы гражданского судопроизводства". [5] Однако другими авторами отмечалось, что сущность диспозитивности предполагает включение в себя и содержательного и функционального моментов, а не исключение их друг другом. [6] Назначение структур­ного анализа состоит в выявлении генетического аспекта феномена диспозитивности. Это не исключает возможность рассмотрения диспозитивности под другим углом зрения, т.е. в функциональном аспекте. Поэтому можно констатировать, что диспо­зитивность это и двигатель процесса, и свобода распоряжения процессуальными и материальными правами.

 Серьезным является разногласие по вопросу о распоряжении какими именно правами идет речь в формуле диспозитивности. Понимание этого, на наш взгляд, осложнено тем, что большинство советских процессуалистов отрицали наличие двух видов диспозитивности. [7] Хотя при этом различие между материальными и процес­суальными правами в дефиниции диспозитивности проводилось.

 По-видимому, как и в дореволюционной гражданско-процессуальной литературе, причина негативного отношения к формальной диспозитивности, рассматриваемой как свобода распоряжения доказательственным и фактическим материалом, заключается в невозможности совместить ее с достижением объектив­ной истины по делу. [8]

 В то же время потребность в проведении различия между материальными и про­цессуальными правами обусловлена пониманием процесса как формы принудитель­ного осуществления материального права. [9] Из этого вытекает, что субъекты про­цессуальных отношений сохраняют право распоряжения субъективными материаль­ными правами, но не непосредственно, а через процессуальные права. Попытки некоторых ученых трактовать диспозитивность как свободу распоряжения только процессуальными правами, а саму диспозитивность как сугубо процессуальный принцип не встретили поддержки. [10] В этом увидели отрыв процессуальной формы от материального содержания, "принижение процессуальной формы". [11]

 Однако в таком случае, на наш взгляд, возникает противоречие между единым понятием диспозитивности и двойственным характером прав, которые им охватыва­ются. Можно предположить, что и материальные права и процессуальные обладают свойством распоряжаемости, но тогда следует говорить о разного рода диспозитив­ностях. Поэтому уже только в познавательных целях целесообразно развести понятие диспозитивности на два вида: материальную и формальную. Это не исключает мысли о единой сущности диспозитивности, как идеи, выражающей автономность воли сторон в процессе.

 Итак, чтобы лучше понять конструктивное значение диспо­зитивности для уголовного судопроизводства, удобнее иметь ввиду два вида диспо­зитивности: (1) материальную диспозитивность - как свободу распоряжения матери­альными правами; (2) формальную (процессуальную) диспозитивность - как свободу распоряжения процессуальными правами.

 В струк­туре диспозитивности как становится очевидным из вышесказанного, можно выделить по крайней мере следующие элементы: "материальные права", "процессуальные права", "свобода распоряжения", "субъект диспозитивности", "интерес". Они составляют формулу диспозитивности. Стало быть, понимание внутреннего смысла диспозитивности, связано с раскрытием гене­тической стороны данного феномена, предполагает структурный анализ его состав­ляющих.

 Подобно оси во вращающемся турникете знак "диспозитивность" способен быть носителем многих сменяющих друг друга смыслов. Остановив это вращение, мы называем в качестве истинного один смысл в череде многих. Приступая непосредственно к построению конструкции диспозитивности в уголовном процессе я в полной мере осознаю это. Как и то, что, может быть в сущности либо следст­венное понимание этого термина, либо состязательное. Открыто выбирая либеральную позицию, попытаюсь раскрыть смысл этого термина вначале в системе внутренних связей. Внутренние связи образуют элементы внутренней структуры. Элементарный состав будет рассматриваться нами в контексте бинарных оппозиций: процессуальные права/обязанности, частный интерес/публичный интерес, /уголовный иск /инквизиционное обвинение. При этом в формировании смысла соответствующего термина приоритет будет отдаваться левому элементу.

 Уяснение значения и смысла внутриструктурных элементов обеих видов диспозитивности: "материальных прав" и "процессуальных прав в качестве необходимого условия предполагает рассмотрение общетеоретической проблемы субъективного права и связанной с ним юридической конструкции субъективного публичного права.



[1] Ученые записки Московского юридического института НКЮ СССР, вып. 1., М., 1939, с. 93-100.

[2] Юридический энциклопедический словарь. 2-е, дополнительное издание. М., 1987, с. 107, а также :Боннер А.Т. Принцип диспозитивности советского гражданско-процессуального права. М., 1987, с. 45; Авдеенко Н.И. Механизм и пределы регулирующего воздействия гражданско-процессуального права. Л., 1969, с. 54; Елисейкин П.Ф. За­щита субъективных прав и интересов и компетенция суда в советском гражданском процессе. Владивосток, 1969, с. 149; Ларин А.М., Мельников А.А. //Глава 5 кн. "Конституционные основы правосудия в СССР". М., 1981, с. 312-313; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968, т. 1, с. 89, 90; Орлова Л.М. Права сторон в гражданском процессе. Минск, 1973, с. 49; Семенов В.М. Принципы совет­ского гражданского процессуального права. //Автореферат дисс. ... докт. юрид. наук. Свердловск, 1965, с. 34; Гражданский процесс. (Под ред. Абрамова С.Н.). М., 1948, с. 32; Советский гражданский процесс. (Под ред. Клейнмана А.Ф.). М., 1954, с. 56; Со­ветский гражданский процесс. М., 1989, с. 38.

[3] См. напр.: Клейнман А.Ф. Сталинская конституция и принципы диспозитивно­сти и состязательности в гражданском процессе. //Ученые записки Московского юри­дического института. М., 1939, с. 87; Учебник советского гражданского процесса. М., 1975, с. 28-29; Советский гражданский процесс. М., 1967, с. 35; Учебник гражданского процесса. М., 1993, с. 54.

[4] См. напр.: Гукасян Р. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов. 1970, с. 68

[5] Ванеева Л.А. Принцип диспозитивности советского гражданского процессуального права. //Вопросы развития и защиты прав граждан. Калинин, 1977, с. 104-105.

[6] Конституционные основы правосудия в СССР. М., 1981, с. 310.

[7] Семенов В.М. указывает": Свободу распоряжаться материальными и процессуаль­ными правами лицами, участвующими в деле, нужно рассматривать как единый принцип гражданско-процессуального права. Не следует делить принцип диспози­тивности на два самостоятельных: материальную и процессуальную (формальную) диспозитивности". Приведенное утверждение установилось в советской процессуаль­ной литературе как общепринятое.(См. кн.: Семенов В.М. Указ. автореф., с.40). В виде исключения из этого подхода можно указать мнения слеующих авторов: Учеб­ник гражданского процесса (Под ред. Абрамова С.Н.), М., 1948, с. 39 ; Якуб М.Л. Демократические основы советского правосудия. М., 1960, с. 156-157, Проблемы су­дебного права. М., 1983, с. 88.

[8] Прямое указание на это можно встретить в ряде работ, относящихся к периоду окончательного формирования понятия диспозитивности в советском гражданском процессе. Так, Курылев С.В. в книге "Объяснения сторон как доказательство в совет­ском гражданском процессе." М., 1956, на с.119 пишет, что "в силу принципа диспо­зитивности распоряжаться материальным правом в процессуальной форме можно, в силу принципа состязательности распоряжаться фактами нельзя". А поскольку, как утверждает В.К. Лучинский, различие между субъективными правомочиями и обя­занностями, соответствующими принципу диспозитивности с одной стороны, и при­нципу состязательности - с другой в том, что в первом случае (диспозитивность) до­пускает распоряжение правом, а во втором (состязательность) - объяснения сторон должны соответствовать объективной действительности. (См. кн.: Лучинский В.К. О единообразном толковании и применении основ гражданского судопроизводства. //Советское государство и право 1972, № 4, с. 53-54. Следует вывод, что принцип диспозитивности "выражается в процессуальных правомочиях, осуществление кото­рых направлено на возникновение процесса и его движение", но не включает в себя оперирование доказательствами (См. кн.: Орлова Л.М. Права сторон в гражданском процессе. Минск, 1973, с. 58-59). То есть формальная диспозитивность, понимаемая как свобода распоряжения доказательственным материалом, в виду противоречия ее с принципом объективной истины, исключается из общего понятия диспозитивности. Подробнее об этой проблеме смотри в настоящем параграфе раздел 1.1.6. "Соотношение диспозитивности и состязательности".

[9] См. напр.: Конституционные основы правосудия в СССР. М., 1981, с. 310; Гур­вич М.А. Право на иск. М., 1949, с. 37, 43-44.

[10] Гукасян Р. Проблема интереса в советском гражданско-процессуальном праве. Са­ратов, 1970, с. 68; Козлов А.Ф. Суд первой инстанции как субъект советского граж­данско-процессуального права. //Автореферат дисс. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1970, с. 33; Елисейкин П.Ф. Защита субъективных прав и интересов и компетенция суда в советском гражданском праве. Владивосток, 1969, с. 149.

[11] Конституционные основы правосудия в СССР. М., 1981, с. 310.

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz