Александров А.С. Понятие системы уголовно-процессуальных принципов // Диспозитивность в уголовном процессе. Н.Новгород, 1997


kalinovsky-k.narod.ru

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

kalinovsky-k.narod.ru
Главная | МАСП | Публикации| Студентам | Библиотека | Гостевая | Ссылки | Законы и юрновости | Тесты | Почта


Александров А.С. Диспозитивность в уголовном процессе. Н. Новгород: НЮИ МВД РФ, 1997. – 209 с.

К оглавлению

14. Понятие системы уголовно-процессуальных принципов

 “В замкнутой, т.е. изолированной в тепловом и механическом отношении, системе энтропия либо остается неизменной (если в системе протекают обратимые, равновесные процессы), либо возрастает (при неравновесных процессах) и в состоянии равновесия достигает максимума.”

 Второе начало термодинамики.

 Поскольку существует несколько видов уголовного процесса, постольку есть несколько систем уголовно-процессуальных принципов. Основу каждого вида уго­ловного судопроизводства составляет определенная совокупность формообразую­щих идей. Они связаны между собой единством общей формы (состязательной или следственной) и цели, то есть имеют внешнюю организацию. Совокупность принци­пов данного вида процесса обладает и определенной внутренней упорядоченностью - структурой. Следовательно имеется система принципов каждого вида уголовного судопроизводства.

 Большинство советских процессуалистов говорили о единой, непротиворечивой, внутренне согласованной системе принципов советского уголовного процесса. [1] Представляется, что такое понимание системы уголовно-процессуальных принципов входит в противоречие с общим для всех структур законом, утверждающим, что любая замкнутая система движется к хаосу, разрушению. Внутреннее состояние любой структуры (информационные структуры - не исключение) характеризуется той или иной мерой возрастания энтропии, мерой возрастания беспорядка, т.е. переходом ко все менее организованному состоянию. Даже если смотреть с позиции юридического позитивизма ни в одной стране, ни в одну эпоху не было создано единое непротиворечивое законодательство, которое обладало бы продолжительной стабильностью. И, например, по моему мнению, сила, достоинство англосаксонской правовой системы в том, что там никогда и не стремились к созданию такого законодательства. История же отечественного правового развития- это история погони за недостижимым идеалом. Наука же только выдавала желаемое за действительное.

 Вероятно правильнее было бы выделять несколько аспектов проблемы системы уголовно-процессуальных принципов. Следует различать систему принципов позитивного уголовного процесса и системы принципов как теоретические модели идеально суще­ствующих видов уголовного процесса. О системах принципов чисто состязательного или следственного процессов можно говорить только как абстрактных построениях.

 Анализ воззрений крупнейших русских процессуалистов, на наш взгляд, позво­ляет сделать вывод о том, что систему принципов состязательного вида уголовного процесса составляют диспозитивность, целесообразность, формальная (судебная) истина, презумпция невиновности. В систему принципов следственного вида уголов­ного процесса входят публичность, законность, объективная (материальная) исти­на, презумпция виновности. [2]

 Положительное уголовно-процессуальное право всегда представлено элементами обеих этих систем и носит смешанный вид. Русские процессуалисты отмечали не­возможность абсолютного применения какого-либо из принципов, так как ни одна форма процесса не развивается в такой чистоте и последовательности каких требует основное начало каждой из них. [3] Невозможность жесткого, без исключений про­ведения до конца любого принципа, поскольку они входят в противоречие и взаимно ограничивают друг друга, отмечают и современные исследователи. [4] Следова­тельно, система принципов положительного уголовного судопроизводства это слож­ное явление. В чистом виде уголовно-процессуальные принципы в позитивном праве не существуют. Анализ системы уголовно-процессуальных принципов совре­менного российского уголовного судопроизводства предполагает прежде всего выявление соотношения руководящих начал обеих систем (состязательной и след­ственной); выделение среди них тех, что получили сравнительно большее выраже­ние, развитие, образовав господствующую систему, и в единстве с задачами, по­ставленными законодателем перед процессом, сформировали определенную его форму.

 Таким образом, о единстве и логической непротиворечивости уголовно-процес­суальных принципов положительного уголовного процесса можно говорить только применительно к системе господствующих принципов данного вида уголовного су­допроизводства. Из этого следует, что посторонние для данного вида процесса при­меси в виде руководящих начал противоположной направленности могут иметь только второстепенное значение и в силу своей неразвитости не могут быть соответ­ствующим образом организованы в самостоятельную систему.

 В совокупности принципы господствующие и принципы, занимающие подчинен­ное положение, образуют единую структуру смешанного уголовно-процессуального права. Данная структура находится в состоянии синхронного равновесия, при кото­ром сохраняется определенное соотношение между ее элементами - принципами. Как любая структура, структура данного уголовного процесса склонна к нарушению синхронного равновесия и тяготеет к менее организованному состоянию. Кстати, современный российский уголовный процесс на протяжении как минимум десятка лет демонстрирует состояние структуры в стадии разложения. Нарушение синхронного равновесия влечет разрушение данной структуры, после чего возникает новая структура, организованная на обратном соотношении ее эле­ментов. Однако для этого требуюется применение воздействия носящего внеструктурный характер.

 Процессуалисты конца 19 - начала 20 века придерживались общего мнения, что процесс строится при одновременном действии двух противоположных принципов, то есть в соответствии с Уставами судопроизводство строилось на сочетании следственности и состязательности, устности с элементами письменности, гласности и тайности и про­чее, коль скоро Уставы допускали исключение из одного принципа в пользу друго­го. [5] Васьковский Е.В. из двух противоположных принципов, тот который оказы­вается в данной правовой системе преимущественным, называл доминирующим, а противоположный - дополнительным. [6]

 Представляется что такое определение принципов, не получивших своего пол­ного развития в данном уголовном судопроизводстве, предпочтительнее, чем термин "исключение из принципа", [7] отрицающее значение принципа за этим руководящим началом.

 Поэтому представляется правильным говорить о диспозитивности как дополни­тельном принципе российского уголовного судопроизводства.

 Очевидно, что применительно к смешанному виду уголовного процесса нельзя говорить о наличии двух самостоятельных систем принципов. Дополнительные принципы, пребывающие в "свернутом" виде не образуют своей системы. Действие их подавляется, ограничивается доминирующими принципами, поскольку дополни­тельные принципы не обеспечивают достижение приоритетных для этой формы процесса задач. Целостность и функциональность определенной формы уголов­ного процесса обеспечивается системой господствующих принципов. По-видимому именно к этим принципам применимы представления об их интегративных свойствах и логической непротиворечивости их системы. В нашем смешанном уголовном су­допроизводстве господствуют принципы следственной системы. Именно господству­ющее положение определенной совокупности принципов, организованных в систему, не позволяет позитивному уголовно-процессуальному праву опровергнуть самоё себя в силу внутренних противоречий и выполнять свои задачи. В состоянии абсо­лютного равновесия противоположные принципы находиться не могут. Изменение количественного соотношения между ними (например, усиление состязательного момента), очевидно, неизбежно приведет к качественному преобразованию уголов­ного судопроизводства в новую форму, в которой ранее имевшие дополнительное значение принципы станут доминирующими и образуют свою систему, а им проти­воположные начала станут дополнительными принципами.

 Соответственно, настоящее положение диспозитивности как дополнительного принципа российского уголовного судопроизводства имеет преходящий характер. С укреплением в позитивном уголовно-процессуальном праве принципов состяза­тельной системы диспозитивность станет доминирующим принципом.

 Формопреобразование процесса так же как и изменение значения того или иного принципа зависит прежде всего от изменения задач, которые законодатель ставит перед судопроизводством. Существование взаимосвязи между системой принципов данного уголовного процесса и его задачами, целями отмечается многими уче­ными. [8] Они соотносятся как средства к цели. Хотя связь между ними обратная, видимо, цель тот элемент, который играет определяющее значение как в формиро­вании вида процесса, так и системы принципов. Рассматриваемый законодателем как метод борьбы с преступностью, что находит свое выражение в формулировке задач, уголовный процесс с необходимостью приобретает следственную направленность с доминированием системы уголовно-процессуальных принципов следственной формы. Диспозитивность при таком понимании задач уголовного судопроизводства не может занять доминирующего положения. Однако уголовный процесс - это пуб­личная отрасль права, где наиболее остро затрагиваются интересы личности. Игнорирование этих интересов в современных условиях становится всё более невоз­можным. Неизбежное изменение соотношения законодательных приоритетов в пользу охраны прав личности приведет в свою очередь к усиление принципа диспо­зитивности с превращением его в доминирующий принцип уголовного судопроиз­водства. Однако это возможно помыслить или реализовать в законодательной практике только в новой структуре.



[1] См. напр. кн.: Добровольская Т.Н. Принципы советского уголовного процесса. М., 1971, с. 30-34; Строгович М.С. Указ. соч., т., с. 174; Цыпкин А.Л. Система при­нципов советского уголовного процесса. //Научные труды Саратовского юридичес­кого института. 1957, вып. 1; Практикум по советскому уголовному процессу, Горь­кий, 1988, с. 23.

 Редкое исключение составляет в этом плане точка зрения И.Ф. Демидова, полага­ющего различными принципы для досудебного производства и судебного разбира­тельства. (См. кн.: Курс советского уголовного процесса, М., 1989, с. 140-144.

[2] См. напр. кн.: Фойницкий И.Я. Указ. соч., т. 1, с. 60; Васьковский Е.В. Указ. соч., с. 350-356; Розин Н.Н. Указ. соч., с. 344 и след.; Случевский В.К. Указ. соч., с. 44 и след.; Духовской М.В. Указ. соч., с. 139 и след.

 В частности, Мизулина Е.Б. считает, что рассмотрение объектной истины в каче­стве цели уголовного процесса заменяет презумпцию невиновности презумпцией виновности. (См. кн.: МизулинаЕ.Б. Независимость суда еще не гарантия правосудия. //Советское государство и право. 1992, № 4, с. 53-54; 59-60).

[3] Гольмстен А.Х. Юридический исследования и статьи. Спб., 1894, т. 1, с. 411-412; Случевский В.К. Указ. соч., с. 44-45; Азаревич Д. Судоустройство и судопроизвод­ство по гражданским делам. Варшава, 1891, т. 1, с. 36-38.

[4] Лукич Р. Методология права. М., 1981, с. 233; Ференс-Сороцкий А.А. Аксиомы и принципы гражданско-процессуального права. // Канд. дисс., Л., 1989, с. 30-32.

[5] См. напр.: Малышев К.И. Указ. соч., т.1, с. 335 и след.; Нефедьев Е.А. Указ. соч., с. 625 и след.; Случевский В.К. Указ. соч., с. 44 и след.; Васьковский Е.В. Указ. соч., с. 360 и след.

[6] Васьковский Е.В. Указ. соч., с. 360, 362.

[7] См. напр.: Ференс-Сороцкий А.А. Указ. канд. дисс., с. 32.

[8] Добровольская Т.Н. Указ. соч., с. 33; Мизулина Е.Б. Указ. соч., с. 52-53.

Новости МАСП

RSS импорт: www.rss-script.ru







Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100
Hosted by uCoz